Глава 2

Вечер следующего дня. Херин шла по парковой аллее, держа Тори на удлинённом поводке. Вечернее солнце пробивалось сквозь листву, рисуя на дорожке золотистые узоры. Лиса шагала рядом, с азартом рассказывая о вчерашней тренировке, на которую Херин так и не пошла. — ...и потом Джисон вообще— Ой, смотри! — Лиса резко схватила Херин за руку, указывая вперёд. — Это же твой "загадочный тип"! Херин подняла взгляд. В десяти метрах от них, на берегу университетского пруда, сидел Хёнджин. Его чёрный силуэт резко выделялся на фоне розовеющего неба. Он что-то писал в блокноте, время от времени останавливаясь и задумчиво покусывая кончик карандаша. Наушники, как всегда, на месте. Тори внезапно рванула вперёд. — Тори, нет! Но собака уже мчалась к воде, волоча за собой поводок. Херин бросилась вдогонку — пруд был глубоким, а Тори обожала купаться... Хёнджин поднял голову, увидел несущуюся на него собаку — и замер. Его глаза расширились, но он не отпрянул, просто застыл на месте, как будто оценивая ситуацию. Тори резко затормозила перед ним, обнюхивая его кроссовки. — Извините! — Херин, запыхавшись, подбежала к ним и схватила поводок. Он медленно поднял взгляд. В его глазах читалась не раздражение, а скорее настороженность. — Она не опасна, — поспешно добавила Херин. — Я... вижу, — ответил он после паузы. Его голос звучал ровно, без агрессии. Тори, почувствовав отсутствие угрозы, села и дружелюбно завиляла хвостом. Хёнджин лишь слегка наклонился, позволяя Тори обнюхать свою руку, но не пытаясь её погладить. Его движения были сдержанными. — Тебе... не нравятся собаки? — спросила Лиса, когда он на секунду поднял на них взгляд. Он выпрямился, поправил наушники. — Не привык к ним. В этот момент вдалеке раздался громкий лай другой собаки. Хёнджин даже не повернул голову на звук, но его пальцы слегка сжали блокнот. Лиса, не замечая этого, продолжала: — Ну, Тори сама добрая — можешь потрогать, если хочешь. Он посмотрел на собаку, затем на часы. — Мне пора. Его уход не был резким — просто вежливым отступлением. Херин заметила, как он слегка замедлил шаг, когда проходил мимо лающей вдалеке собаки, но не обернулся. — Странный, — пробормотала Лиса. Херин не ответила. Она смотрела на Тори, которая провожала Хёнджина взглядом, всё ещё виляя хвостом.

— Пойдём, девочка, — мягко потянула она поводок.

***

Тори дремала на своем лежаке, лишь лениво приоткрыв один глаз, когда Херин вошла в комнату. Вечерний свет из окна падал на книжные полки, составленные из старых деревянных ящиков — там ровными рядами стояли книги в мягких обложках. Классическая литература соседствовала с современными изданиями: её любимая "Коралина" лежала рядом с потрёпанным экземпляром "Убить пересмешника", а сборник лекций по когнитивной лингвистике — с новым романом Нилла Геймана. На узкой полке над рабочим столом аккуратно стояли несколько виниловых пластинок — подарки отца на дни рождения: "Rumours" Fleetwood Mac, "Blue" Джони Митчелл и пара классических сборников. Она сбросила кроссовки и потянулась, чувствуя приятную усталость в ногах после долгой прогулки. Лиса уже успела прислать сообщение: "Ну что, как тебе наш загадочный незнакомец? Вживую он даже более... своеобразный, чем я ожидала." Херин улыбнулась, набирая ответ: "Он просто тихий. Не все же должны орать и прыгать, как ты." Лиса ответила почти мгновенно: "Тихий — это когда человек просто молчит. А этот... будто вообще в другом мире. Ты видела, как он смотрел на воду? Как будто ждал, что там что-то всплывет." Херин усмехнулась, набирая ответ: "Может, просто думал. Или медитировал." Встав с кровати, она поставила чайник, и достала из шкафчика пакетик с травяным чаем. Тори, услышав привычные звуки, наконец поднялась и потянулась, зевнув. — Что, проснулась? — Херин почесала ее за ухом. — Или просто решила проверить, не забыла ли я про твой ужин? Собака махнула хвостом и уткнулась носом в миску, которую Херин уже наполняла кормом. Пока Тори ела, Херин села за ноутбук, открывая черновик эссе по теории перевода. Но мысли упорно возвращались к сегодняшней встрече. Телефон снова завибрировал. Лиса: "Кстати, завтра в библиотеке выставка старых газет. Хочешь сходить после пар?" Херин ответила: "Давай. Встретимся завтра." Она отложила телефон и потянулась за книгой — сегодняшним вечерним чтением был роман Кадзуо Исигуро. Но прежде чем открыть его, она взглянула в окно. Парк за стеклом был уже погружен в темноту, лишь кое-где мерцали фонари. Херин вздохнула и открыла книгу. — Ладно, Тори, — сказала она, когда собака устроилась рядом с ней на кровати. — Пора заканчивать этот день. Но перед тем как выключить свет, она ещё раз взглянула в окно.

***

14:25, кабинет философии Херин вошла в аудиторию одной из первых. Дождь за окном превратил стекло в мутное полотно, сквозь которое едва просматривались силуэты деревьев. Она выбрала место у окна — не самое удобное для работы, но зато с хорошим обзором. На столе перед ней уже лежал распечатанный список тем для проекта: 1. "Этика Аристотеля в современном контексте" 2. "Концепция свободы в экзистенциализме" 3. "Философские корни когнитивной науки" Она отметила галочкой первый вариант — самый безопасный, не требующий особых изысканий. Дверь распахнулась, впуская шум коридора и запыхавшуюся Лису. — Прости, задержали на химии! — подруга плюхнулась на соседний стул, стряхивая капли дождя с рукава. — Твой молчун уже был? — Еще нет, — Херин отодвинула список тем. — Хотя... В дверном проеме появилась высокая фигура. Хёнджин вошел не спеша, его темные волосы слегка поблескивали от капель дождя. В руках он держал плотную папку и блокнот в кожаной обложке. "Интересно, он всегда так аккуратен с бумагами?" — мелькнуло у Херин. Он осмотрел аудиторию, заметил ее и направился к свободному месту рядом, не обращая внимания на любопытные взгляды. — Привет, — осторожно сказала Херин. Хёнджин кивнул в ответ, поставив перед собой папку. Когда он открыл ее, Херин увидела аккуратно подшитые листы с заметками, разделенные цветными вкладками. — Ты... уже подготовился к проекту? — не удержалась она. Он молча открыл блокнот на странице с заголовком: "Концепция молчания в восточной и западной философии" Ниже следовал список литературы (12 источников, включая 4 на английском), подробный план исследования с разбивкой по неделям и предварительное распределение задач. Лиса, заглянув через плечо, тихо присвистнула: — Блин, а мой напарник даже тетрадь забыл... Херин перелистывала страницы, отмечая про себя несколько неожиданных деталей: 1. В списке литературы значилась редкая монография Витгенштейна 2. Один из разделов был посвящен дзен-буддизму 3. В углу страницы кто-то (очевидно, он) нарисовал маленький музыкальный знак "Философия, восточные практики и музыка? Неожиданное сочетание..." Профессор Ким начал обход, проверяя прогресс у каждой пары. Когда он подошел к ним, Хёнджин просто показал подготовленные материалы. — А, вижу вы сразу нашли общий язык, — профессор одобрительно кивнул, пробегая глазами по списку литературы. — Пак Херин, вам повезло с партнером. Как только преподаватель отошел, Лиса не выдержала: — Он вообще разговаривать умеет? Или только блокнотом общается? Херин толкнула ее локтем, но вопрос повис в воздухе. Хёнджин, казалось, не обратил на это внимания. Он вытащил из папки несколько распечаток и аккуратно положил перед Херин: — Для тебя. Это были копии глав из редких изданий по теме. — Спасибо, — искренне удивилась она. — Где ты их нашел? — Библиотека. Филологический корпус. Его голос звучал тихо, но четко. Впервые за день он смотрел прямо на нее, и Херин заметила, что его глаза не просто темные — в них были золотистые вкрапления, словно солнечные блики на черном кофе. "Интересно, почему он выбрал именно эту тему..." Она хотела спросить, но в этот момент прозвенел звонок, и Хёнджин уже собирал вещи, явно готовясь к следующей паре. — Значит, завтра... — начала Херин. — Библиотека. Четыре, — коротко сказал он, поправляя ремень сумки. И прежде чем она успела что-то ответить, он уже выходил из аудитории, оставив после себя легкий шлейф чего-то древесного. Лиса тут же набросилась с вопросами, но Херин почти не слушала. Ее пальцы сами потянулись к списку литературы, останавливаясь на том самом музыкальном значке в углу страницы. "Завтра," — мысленно пообещала она себе. "Завтра я попытаюсь понять, что за человек этот Ли Хёнджин."