Гномья алчность

— Идиот, — безмятежно прошептал эльф. — Ты просто самый конченный гном, которого я когда-либо встречал в своей жизни. Гимли озадаченно почесывал бороду, сжимая в руке вещицу, похожую на камешек янтарного цвета. Еще мгновенье назад этот артефакт переливался всеми цветами радуги и так манил к себе, а сейчас лежит в руке и не подает признаков жизни. Хотя это же камень как-никак. Бывают ли у камней признаки жизни вообще? А если и бывают, то классифицируются как-то? — Слышь? — Все так же сохраняя спокойствие, произнес Леголас. Гном настолько сильно утонул в своих мыслях, что абсолютно отключился от реальности. — А? — Выдохнул он, подняв взгляд на эльфа. — Стрелу в рот на, — раздраженно прошипел Леголас. — Десять аркенстонов в мою старую пещеру, я разорву тебя на сотни частей, хамло белобрысое! — Гимли встал в боевую стойку и выкинул правый хук в челюсть друга, защищая свое хрупкое эго от возмутительного оскорбления. Эльф профессионально поймал руку гнома, перекрутил и бросил маленькую, но тяжелую тушку через бедро. — Слушай сюда. — Леголас сел сверху на гнома и спокойно посмотрел в глаза запыхавшегося друга. — Если бы не твоя алчная душонка, покрытая грехами твоих предков, то… Эльф запнулся. Ему на секунду стало жалко Гимли. Лежит какой-то несуразный, маленький, красный от повышенного давления, а в придачу еще и тупой. Тяжко ему наверное живется то. Леголас слез с тушки, заключенную в гномью броню, и протянул руку вниз. Гимли, сопя носом, схватил элегантную ладонь и вскочил на ноги. Перемерие. Гном сам прекрасно понимал, что по его вине они с эльфом оказались в неизвестном месте. Все произошло буквально за секунду. Вот они празднуют победу в битве у Хельмовой Пади, вот пьяный в зюзю гном поворачивает голову в сторону, вот у странного незнакомца выпадает что-то манящее и блестящее из кармана, вот Гимли уже рассчитывает стоимость артефакта и бежит к нему, вот незнакомец ехидно улыбается, вот подбегает Леголас с диким ревом, вот рука гнома касается неизвестной вещицы, а пальцы эльфа хватают рукав Гимли. Бам! — Леголас. — Что? — Как думаешь, где мы? Эльф задумчиво осматривал место, в которое их занесло. Длинный коридор со странными стенами, возле которых стояли какие-то диковинные бочки с необычайно вонючим содержимым. Замки в Средиземье тоже имеют стены, конечно, но не такие. Эти были ровные, идеально отшлифованные, с квадратными окнами и какими-то трубами, тянущимися до самого конца этого «тоннеля». Чуть выше одного окна висела красная табличка с надписью: «Ул. Ленина». Эти символы ни о чем не сказали Леголасу. Он не знал этого языка. — Ладно, — выдохнул эльф. — Нужно выбираться отсюда. Дай мне сюда этот камень. Гном похлопал по карманам и вытаращился растерянным взглядом на Леголаса. — Где камень? — Терпеливо спросил эльф. — Две секиры мне в ноздри! Только что был тут и…исчез! — Гимли резко упал на колени и ошалело стал рыскать ладонями среди мусора. — Кхм, кхм. Не это ищете, малохольные? Друзья одновременно повернули голову на скрипучий голос в сторону выхода из коридора. Камешек янтарного цвета блестел в гордо поднятой лапке полуметровой крысы. Этот грызун-переросток был в металлическом цилиндре, немного порванном фраке и имел весьма обаятельную улыбку. — Ну так что? Устроим умопомрачительную погоню или будем смотреть друг на друга как соски твоей мамаши, бородатый? — воинственно прохрипела крыса. Захлебнувшись яростью, гном мгновенно покраснел и ринулся с яростным воплем за грызуном. Эльф побежал следом. Крыса оказалась невероятно проворной и быстро скрылась за ярким столбом света в конце коридора. — Пятнадцать Гэндальфов тебе в задницу, Леголас! — Орал запыхавшийся гном. — Я клянусь тебе, что поймаю эту крысу, выбью из нее все живое и заберу камень! Достигнув выхода из коридора, друзья поймали лучи яростного солнца у себя на глазах. Эльф и гном одновременно приставили ладони ко лбу, чтобы спасти свои зенки от не приятного света. Крысу не было нигде видно. Но на какое-то время стало не до нее… Взору друзьям открылась огромная площадь с бесконечным количеством невиданных ранее существ: металлических людей, снующих туда-сюда; железных маленьких тварей, передвигающихся длинными прыжками; летающих, на перепончатых крыльях, голов. Кругом стояли палатки с красными гобеленами, а высоко в небе парили железные и вытянутые, как фасоль, дворцы. Все это время отовсюду звучал назойливый, но громогласный и твердый голос, упорно произносящий одну и ту же фразу, значение которой ни о чем не говорило двум друзьям из Средиземья: «Слава Советскому Союзу!».