Часть 21

21 марта  Джарин поднял голову от телефона. Не вставая, лениво протянул руку для хлопка. — Йост, да? —Всё верно.  Джарин кивнул, чуть прищурившись. — У тебя голос громче, чем я думал. Хлопнули ладонями. Никакого особого тепла — но и холода не было. Просто быстрый обмен статусами. Джарин посмотрел на новенького чуть снизу вверх — как на того, кого пока не ясно, стоит ли воспринимать всерьёз. В его взгляде была ирония, лёгкое превосходство. Но без желания принизить — скорее, желание понять, с кем он в одной комнате. Йост устроился в углу дивана, вытянул ноги и закинул руки за голову. Сидел молча, наблюдая. Не вмешивался, не комментировал. Только время от времени переводил взгляд с Танту на микрофон, а потом снова — на Джарина, который продолжал пробовать напевную строчку с короткими всплесками в голосе. — Звук у него норм, — вдруг сказал Йост, не глядя на Луизу. Та подняла глаза от экрана, посмотрела мельком. — У кого? — У Джарина. — Угу. Голос плотный. Даже на говнобите бы вывез. — Ты у нас главная по говнобитам? — Иногда. Он усмехнулся. Шатенка снова опустила глаза к экрану, продолжая нарезать кадры. Разговор был фоновой пульсацией, как тихий метроном. Через минуту парень снова замолчал. Слушал. Бит в комнате стал плотнее. Танту добавлял слои, крутил ручки на пэде. Атмосфера сдвинулась — будто воздух стал тяжелее, звук — глубже, с ритмом, который шёл не по ушам, а по грудной клетке. Йост потянулся к бутылке воды, отпил. Снова взглянул на продюсера, потом — на микрофон. Несколько секунд молчал. — Слушай, а можно я попробую? — сказал так, будто ему всё равно, дадут или нет. Танту обернулся через плечо: — Если есть что сказать — вперёд. — Не обещаю шедевр. — Никто и не требует. Без лишнего энтузиазма, будто просто решил убить время, светловолосый вошёл в звукозаписывающую. Поправил наушники, встал к микрофону. Джарин смотрел на него через полуприкрытые веки, немного в сторону, будто наблюдая в зеркало заднего вида. Не мешал, не отвлекал, но явно оценивал. В наушниках Йоста начался бит. Он не просил тишины. Просто начал — вслух, но как бы сам с собой. Поток речи был невыдержанным, чуть скомканным, с прыжками тембра. Не песня, не текст — сырой спазм, сбивчивый и неуловимый. Никто не мешал. Даже Джарин. Когда тот закончил, снял наушники, положил их на стойку, и вышел обратно в комнату. Проходя мимо Луизы, задержался. — У тебя монтаж завис. — Ты у нас теперь эксперт по компьютерам? — Нет. Просто знаю, как выглядит человек, который задумался. Не дождавшись ответа, вернулся на свой угол дивана и снова сел в ту же позу. Джарин посмотрел ему в спину, затем на Танту и тихо фыркнул — не со злостью, скорее как человек, которому любопытно, но не более. Потом снова уткнулся в телефон. В комнате на секунду повисла тишина — не глухая, а заполненная чужим присутствием. И она не исчезла, даже когда музыка снова заиграла. Йост устроился на диване, откинувшись назад, закинул одну ногу на другую, будто был здесь каждый день. Его колено едва не касалось телефона Адрианы — она недовольно глянула, но не отодвинулась. — У тебя всегда такой кислый кофе? — лениво спросил он, выхватывая стакан со стола и скривившись после первого глотка. — А у тебя всегда такой кислый характер? — отозвалась блондинка, не отрывая взгляда от экрана. Йост хмыкнул: — Я просто тонко чувствую вкус. У тебя с этим, видимо, туго. — У меня с этим всё отлично. В отличие от тех, кто приходит без приглашения и делает вид, будто здесь главный. Он усмехнулся, склонив голову к плечу, будто признавая её очко. — Ты мне нравишься, — сказал он, облокотившись локтем на спинку дивана. — Не боишься говорить. Это редкость. Особенно среди людей, которые вертятся вокруг вот этой, — кивок в сторону Луизы. — У неё же всё как по линеечке. Адриана покосилась на шатенку, потом на парня: — Если ты сейчас решил пуститься в философию, лучше иди к Танту. Он тебя выслушает, поплачет и напишет лирический бит. Йост тихо рассмеялся, бросил взгляд в сторону Луизы, но та не отреагировала. Продолжала щёлкать мышкой, выстраивая кадры на таймлайне. Парень замолчал. Некоторое время все сидели в собственных пузырях — Адриана листала сообщения, Луиза сосредоточенно работала, Йост, казалось, просто отдыхал. Но взгляд у него был настойчивый — прямой, живой, направленный в затылок девушки за столом. — Ты не любишь, когда на тебя смотрят? — спросил он вдруг. Луиза замерла на долю секунды, не повернувшись. — Только если не оправданно, — ответила спокойно. — А если я просто смотрю, потому что интересно? — Тогда смотри, пока не надоест. Он ничего не сказал. Только откинулся ещё глубже, будто бы действительно остался просто посмотреть. Комната медленно наполнялась полутенью. Джарин встал, потянулся. — Мне пора, ребятки. Надо ещё успеть кое-кому в Хаарлем созвониться. — Я тебя провожу, — сразу сказал Танту, уже поднимаясь. — О, я тоже! — отозвалась Адриана, резко закрывая свой телефон. — Всё равно воздухом подышать. — Чего вы все такие вежливые, — усмехнулся Джарин, уже надев куртку. — Прям Голландия будущего. Он пожал руку Луизе, легко махнул Йосту. На ходу рассказывал какую-то ерунду про поездку на ночном поезде — будто боялся оставить тишину между словами. Вскоре за дверью раздались шаги, смех, и стало тихо. Совсем. Луиза повернулась на стуле, медленно, не глядя сначала. Щёлкнуло что-то в пластике кресла. Йост сидел на диване, раскинувшись, локти на коленях, руки сцеплены в замок. Светловолосый парень смотрел прямо на неё, не мигая, будто чего-то ждал. Или проверял, дышит ли она так же ровно, как выглядит. Она наконец повернулась полностью. Облокотилась на спинку, скрестила руки. Молча. Несколько долгих секунд. Йост приподнял брови, выдохнул. — Луиза… — голос был глухой, ниже обычного. — Извини меня, пожалуйста, за вчерашнее. Она не сразу ответила. Ни удивления, ни облегчения в лице. Только чуть склонила голову. — За что именно? Он отвёл взгляд, провёл пальцами по волосам. — За то, как я разговаривал. За то, что просто… вёл себя как идиот. Я был в говне. Внутри. — А снаружи ты был очарователен, — язвительно бросила шатенка, но без яда. Просто как отметку. Парень усмехнулся — в пол, не в её сторону. — Ну, хоть что-то стабильное. Опять тишина. Лёгкий звук вентиляции. Кто-то в соседнем здании хлопнул дверью. — Я не прошу, чтобы ты меня жалела, — сказал он, медленно поднимая голову. — Я просто… не хочу быть для всех проблемой. Луиза посмотрела на него долго, чуть сузила глаза. — Так перестань ей быть. Он кивнул, почти незаметно. Словно это не приказ, а шанс. Луиза резко развернулась обратно к компьютеру. Пальцы привычно скользнули по трекпаду, щёлкнули мышкой. Экран погас. Затем она аккуратно собрала флешку, выдернула шнур, встала. Тело её двигалось чётко, по схеме: выключить, сложить, закрыть, надеть куртку. Йост наблюдал — ничего не говорил. Только следил глазами. Когда она накинула капюшон и потянулась к выключателю, он всё же спросил: — Ты придёшь завтра? Она замерла. Повернулась, слегка прищурившись. — А ты не собираешься снова исчезнуть? — Нет, — почти шёпотом. — Я попробую остаться. Она не ответила. Просто выключила свет и вышла, оставив его в темнеющей студии — среди тишины, неонов, и всё ещё дрожащей надежды.