Защита от обидчика.

      Что такое жизнь? Жизнь — это вера. Вера в хорошее; вера в то, что завтрашний день будет лучше предыдущего. Тот, кто верует в жизнь, кто признает ее важность, так или иначе будет счастлив. Чтобы видеть всю красоту, чтобы смотреть вглубь вещей, нужно уметь обращать внимание на мелочи и ценить самые, казалось бы, незначительные вещи. Это и есть вера в жизнь. Если ты выполняешь все эти условия, тогда ты приходишь к гармонии с самим собой. А гармония с собой и значит упование на жизнь. Это и есть ее самый главный подарок.

***

      Создатель… Он обманул меня!.. Он ведь давал мне обещание… Обещал быть рядом и охранять мой сон, пока я сплю. Что произошло? Почему он меня бросил? Почему я оказалась здесь? Создатель ведь не мог просто так взять и уйти… Но, с другой стороны, если он мне пообещал, — а свои обещания он до этого всегда исполнял, — значит, ему нет оправдания. Какие могут быть еще дела, какие могут быть еще аргументы , когда ты не выполняешь того, о чем говорил? Отдаленно я ощутила укол предательства.       Сонливость как рукой сняло. Тяжесть с глаз пропала. Я, наоборот, их широко распахнула. Долго думать нельзя: это опасно, и у меня нет на это никакого времени. Я не успела поразмыслить о поступках Создателя и о том, почему он меня оставил, как вновь столкнулась с обозленными и недовольными лицами Раша и Амбуша. Улыбка с одного из братьев быстро спала, убеждая меня в том, что от них ничего хорошего ждать не стоит. Комната пуста; Создатель, вероятно, далеко, раз он меня бросил, а значит, помощи ждать неоткуда. Хуже ситуации не придумать.       Я бы попробовала убежать, да смысла в этом не было: меня либо догонят, либо из-за недавних избиений у меня даже не получится быстро встать на ноги. Вторая моя догадка подтвердилась именно в тот момент, когда я попыталась хотя бы сесть на колени: плечи, спина и все остальные травмированные участки тела дали о себе знать. Создатель, кажется, залечил часть моих ран, как иногда делал, но от ломоты в теле это совсем не спасало. К тому же, таким образом он точно не искупил свою вину передо мной. Создатель не выполнил своего обещания, и я этого не забуду. Мог хотя бы все залечить — я знаю, что для него нет ничего невозможного, — а не отбиться этим. Может, в иной ситуации сейчас мне бы стало грустно или обидно, но я такого позволить себе не могла. Рядом с братьями я находилась в опасности и не имела возможности к побегу. Плохо.       — И как ты после этого, сука, смеешь спокойно спать? — цедит сквозь зубы Амбуш, и я вновь сжимаюсь. Что я уже успела им сделать? Вроде бы за то, что я вывела своих подопечных из отеля, я уже получила. Что им еще нужно? Им самим не надоело придумывать несуществующие причины? — Долго промывала мозги Создателю, чтобы он не вернул возможность Халту говорить, да? Молодец, ты добилась своего, сволочь!       Мои брови поползли наверх: о чем они таком говорят? Какое промывание мозгов?.. Они серьезно думают, что я виновата в том, что их средний брат не получил рот обратно? Это ведь было самостоятельное решение Создателя, на которое я никак не влияла! Да и не могла бы… Почему они вообще считают, что наша верхушка во всем мне потакает? Это ведь… Так нелогично и глупо! Если они везде пытаются сделать мне зло, это не значит, я хочу делать его в ответ. Или, во всяком случае, не ищу для такого всевозможные способы. Мне оно не надо! Почему об этом никто не задумывается? Почему во мне тоже ищут подвох?! Сами из себя ничего не представляют и думают, что я такая же.       Выходит, Фигура о вердикте Создателя сразу же рассказал братьям. Может, и про меня пару слов добавил, чтобы разжечь в них еще большую ненависть и злость. Конечно, ведь во всех проблемах виновата Путеводный Свет! А кто-то из них хотя бы раз пытался подумать своей головой? Я сильно сомневаюсь.       — Халт-то что тебе сделал? Ему зачем мстишь? — подал голос и Раш. Он говорил спокойнее старшего брата, но нотки агрессии я считывала. — Мы прекрасно знаем, что это на твоей совести. Если бы не ты, Халт бы мог разговаривать, — младший брат сделал один шаг ко мне, а я двинулась, наоборот, назад. — А он теперь не то что разговаривать, он никогда рта иметь не будет!       Я поражаюсь этим словам. Это так странно и необосновано! Что бы я ни сделала, куда бы я ни пошла, я везде стану причиной всех проблем. Но как они это выдумали? Они в самом деле думают, что мне не наплевать на них и остальных обитателей отеля? Как они ко мне, так и я к ним — ничего нового. Их поведение и слова по отношению ко мне несправедливы. Им хотелось найти того, на кого можно скинуть весь гнев, и они нашли. А кто, если не я? Ну разумеется. Кто бы хоть раз о моем мнении спросил… Хоть бы раз…       — Почему вы считаете, что я влияю на решения Создателя? Я понятия не имела, что у него в голове и зачем он так сделал! — заговорила уже я на повышенных тонах. Мне хотелось упомянуть Фигуру и спросить у них, почему они не рассматривают в качестве подозреваемого своего лидера, но вовремя замолчала: вероятно, они используют кулаки раньше положенного, и у меня не будет никакого шанса сгладить острые углы.       — Посмотри-ка, она еще оправдываться пытается! — Амбуш возмущенно показал на меня пальцем. — Да мы тебе в жизни не поверим. Ты крыса, как и Создатель! Очевидно, что вы заодно.       — Еще никогда не было такого, чтобы Создатель, будь он проклят, продлевал наказание навсегда, — продолжает за брата Раш, — а водишься чаще всего с ним только ты. Такие глупые идеи в голове Создателя из ничего не могли возникнуть.       — Прошу заметить, что до и после Халта никто из обитателей отеля не нарушал несколько правил отеля разом. Наверное, это все же он виноват, а не я? — кажется, я совсем растеряла страх, раз заявила о таком братьям. Я видела этот недобрый оскал на лице Амбуша и Раша.       Амбуш с агрессией пошел прямо на меня, но младший брат, выставив свою руку перед ним, остановил его. Повернув голову, он проговорил: — Подожди. Она того не стоит.       — Да ты… — вспылил старший, — видишь, как она себя с нами ведет?! Она лишила Халта голоса и утверждает, что в этом виноват он! У меня на тебя даже нецензурных слов не хватает, мразь, — Амбуш обращался ко мне, а я старалась сохранять невозмутимое выражение лица и не делать лишних телодвижений, чтобы не провоцировать и так обозленного монстра. Вот и эмоциональность снова его губит… Здесь они определенно с Халтом похожи: средний брат до своего наказания был настолько импульсивным и непослушным, что навлек на себя гнев Создателя. И после такого виновата все еще я, да?       — Ничего, тебе это с рук просто так не сойдет, шавка никчемная… — то ли стараясь успокоить себя, то ли брата, пренебрежительно выплюнул из себя Раш. — Мы так просто этого не оставим. Фигура с тобой разберется.       — А почему рядом с вами нет Халта? Разве это не он должен громче всех возмущаться? — усмехнулась я, — странно, что за это предъявляете мне вы, когда это с вами никак не связано, — я резко замолчала, осознав в полной мере, что произнесла. Хотя я и не вкладывала в свою фразу двойной подтекст, складывалось ощущение, что он тут был: Халт ведь, очевидно, ни возмущаться, ни говорить не может!.. Выходит, братья сейчас подумают, что я осмелела и что подобным образом решила унизить Халта не очень доброй шуткой. Я дернулась. В животе стало тяжело. Я помрачнела так же быстро, как это сделал Амбуш. Нужно было держать рот на замке, нужно было держать рот на замке, нужно было… Я слишком даю себе много свободы, когда рядом со мной нет Сика. Рядом с Сиком и, может быть, Глитчем лучше молчать: первому достаточно одного удара, чтобы я не могла встать несколько часов. А с другими обитателями я чересчур расслабляюсь, позволяя себе какие-то колкие фразочки или просто диалог. Складывается ощущение, что остальные меня просто недолюбливают, а Сик меня по-настоящему ненавидит, иначе такое мое отношение ко всей ситуации не объяснить. Хотя о чем это я? Ненавидят меня все без исключений. А я вновь позволила себе слишком много.       Амбуш срывается с места, игнорируя выставленную впереди руку Раша, и за считанные секунды, оказываясь передо мной, хватает меня за ворот одежды и приподнимает. Я начинаю дрожать, но всеми силами стараюсь не выдать себя.       — Как ты смеешь разговаривать с нами в таком тоне? Как ты вообще смеешь после такого упоминать Халта в таком ключе?! — он кричал, а я старалась увернуться от слюны, вылетающей из его рта. Из-за его хватки мне становилось труднее дышать. Или это была моя паника? — Главной, сука, себя почувствовала? Корона на голове не жмет? Личико больно у тебя смазливое и чистое… — Раш, до этого останавливающий своего брата от перепалки, просто стоял в стороне и наблюдал. Видимо, я его тоже задела своей случайной «шуткой». Какие же они ранимые все, оказывается. А когда дело касается моих избиений, так мы сразу слепые, глухие и немые. — Надо его поправить, а то чего только Халту страдать ходить, верно? Что думаешь, что будет больнее: ножницы или нож? Чем тебя насквозь перерезать? — я испугалась не на шутку. Амбуш меня встряхнул. В висках бешено застучало. Я потеряла грань между пустыми угрозами и весомыми предупреждениями-обещаниями. Неужели он правда собирается что-то со мной сделать? Нет, судя по его взгляду, он в самом деле может. — Ради брата мне не жалко, могу разочек и нарушить кое-какое правило… Если я убью тебя, всем станет легче. Избавлю отель от такой отравы, как ты, и заодно покажу Создателю, что мы сильнее, несмотря на его тупые и вонючие заявления.       Когда я ожидала получить удар в голову, — Амбуш сильно замахивался, — в помещение зашел кто-то еще. Я услышала грозный голос Фигуры и на секунду подумала, что уже получила сотрясение и валяюсь мертвой:       — А что еще ты, такой умный, собираешься сделать? Может, тебе еще и лидерство передать? — нет, все-таки я живая, а Фигура — это не галлюцинация. Амбуш, не ожидавший подобного поворота событий, дернулся и ослабил хватку, отчего я упала на пол, привлекая внимание всех трех монстров на себя. — Шедоу со мной поделился происходящим. Ну и, бездари, как оправдываться будете?       — Она… — заговорил бегло Амбуш, запинаясь. Молчать перед лидером отеля было нельзя, особенно третьей ступени. Я непонимающе глядела на присутствующих: а что, собственно, здесь происходит и что тут делает Фигура? — Она ведь виновата в том, что Халт не сможет разговаривать! Вот я и пришел выяснить… В чем дело. Я ведь не могу оставить это просто так!       — Так «я» или все-таки «мы», горе-герой? — в голосе лидера отеля читалась язвительность. Хоть на вид он и казался спокойным, я знала: Фигура очень сильно зол, просто выражает гнев не так открыто, как это делает Амбуш или Сик. Но я по-прежнему находилась в сомнениях: почему Фигура злится?.. — А кто тебе, душенька, сказал, что ты имеешь на это право? — последние четыре слова лидер выделил. Он приблизился к нам и обратился к Рашу. — А ты чего молчишь? Делаешь вид, что не при делах?       — Ты ведешь разговор с моим братом сейчас. Я предпочитаю не лезть, — откликнулся равнодушно тот, однако я видела то, как он был напряжен, когда взор Фигуры был обращен на него.       — Вот как? Я искренне удивлен, что вы такие спокойные… — резко лидер отеля изменился в лице и оскалился, тем самым сняв маску. — Вы почти что нарушили пятое правило отеля. И что бы, мне интересно, произошло, если бы не я? Кто-нибудь ответит?       — Но на ней ведь нет никаких огромных ран! — восклицает Амбуш спустя несколько секунд тишины. Хоть они и говорили обо мне, казалось, они до последнего игнорируют мое присутствие. Во всяком случае, гнев Фигуры был понятен. Но… Во мне все равно сидели смешанные чувства. — Какая разница?!       — Какая разница? Ты это меня спрашиваешь, какая разница?! — лидер отеля разозлился не на шутку и пару раз толкнул Амбуша в грудь. — Кому я, мать его, приказал выучить каждое правило отеля? Не припоминаешь, сволочь? — указательный палец правой руки Фигуры лег на щеку Амбуша. Тот уже совсем не выглядел таким уверенным, каким был в отсутствие лидера. — Потому что, если бы ты их выучил, ты бы прекрасно знал о том, что пятое правило отеля действует до тех пор, пока не истечет день и пока большая часть увечий не заживет, — я вопросительно вскинула брови: о таких подробностях даже я не знала, несмотря на то, что все десять правил наизусть пересказать могу… Откуда Фигура обладает такой информацией?.. От Создателя?.. А мне он ни о чем подобном не сообщал… — Теперь-то, красивый ты наш, я лично займусь твоим воспитанием, и ты мне лично будешь пересказывать все десять правил по сто раз, если для тебя мои слова ничего не значат, — лидер отеля провел когтем по щеке Амбуша, и оттуда полилась струйка крови, так как Фигура нажал на кожу слишком сильно.       Амбуш, сдавшись под напором лидера отеля, замолчал, игнорируя раненную щеку, зато в дело подключился Раш: — Фигура, Амбуш не успел сделать ничего такого. Я следил за ситуацией и, если что, остановил бы его.       — Не смей мне врать, — прошипел лидер отеля, переключившись на младшего брата. Видимо, и ему было что сказать Рашу. Он повысил тон голоса: — С каких пор вы решили, что вы можете здесь устраивать самосуд?! — Фигура замахнулся и дал Рашу пощечину. Решив не обделять и второго брата, лидер проделал с Амбушем то же самое, ударив его по здоровой щеке. Я закрыла рот рукой: это выглядело страшно и… Больно. Что нашло на Фигуру? Настала глухая тишина, а он продолжил: — Вам самим следовало следить за действиями своего никудышного брата, и тогда ничего бы этого не было. Зазвездились вы на третьей ступени, я смотрю, да? — Амбуш и Раш не отвечали, виновато тупя взгляд в пол, и Фигура тоже замолк на непродолжительное время, чтобы успокоиться. Но, судя по всему, заканчивать он еще не планировал. — Творите всякую мерзкую дрянь вы, а за вас перед Создателем отдуваюсь потом я. Ладно, Амбуш, на него совершенно надежды нет, но ты-то, Раш! Где твоя голова на плечах?! А что я с вами говорю… У вас, видно, это семейное — быть нескончаемыми придурками и нарушать правила, чтобы «повеселиться», я прав?! — ответа вновь не последовало. Фигура зарычал и грубо проговорил: — Уйдите оба с глаз моих долой. Если еще раз о подобном услышу или, не дай бог, увижу — я вас самолично прикончу.       Братья, не осмелившись испытывать терпение и так заведенного лидера, быстро ретировались. Осталась только я и он. Я… Я не знала, как мне реагировать. Это что получается… Фигура меня защитил? Или, наоборот, это он хочет меня проучить? Зачем он устроил все это? Для каких целей?       В любом случае быть наедине с Фигурой опасно, однако я ничего не могла сделать. Снова. Оставалось лишь ждать и глядеть на него с бесконечной кучей вопросов… Сильно колотящееся сердце никак не хотело успокаиваться, ведь одна угроза сменилась на другую. Мне не привыкать. Сейчас произойти могло что угодно и когда угодно. Мне не нравилось, что я не могла считать намерения Фигуры. Я не могла ни к чему подготовиться.       Судя по всему, Фигура заметил, что я на него смотрю. Я дернулась. Он, сплюнув, строго и даже пренебрежительно сказал: — Это было сделано не ради тебя, а ради правил отеля и Раша с Амбушем, которым не хватает собственных мозгов, чтобы думать. Они бы избили тебя до полусмерти, и им тогда точно бы не поздоровилось.       Я увела взгляд, поджав губы. Ну, конечно, здесь же ничего не может быть сделано ради меня! Хотя в этом случае это даже и хорошо. Мне от Фигуры ничего не надо. Как я вообще посмела подумать, что меня защищают?! Моя наивность снова дает о себе знать. Но Фигура… Нашелся еще тут герой! Делает вид, что ему важны отельные правила, а на деле… На деле первым бы на меня набросился, если бы их не существовало. Он лицемер. Как и остальные.       — А мне от тебя ничего и не нужно, — озвучиваю одну из своих мыслей я. — Хочешь кого-то впечатлить или запугать — выбери кого угодно, но не меня, если думаешь, что я в самом деле считаю тебя спасителем или кем-то еще.       В иной ситуации Фигура бы, наверное, продолжил свою гневную тираду, но тут он даже никак не отреагировал. Видимо, весь свой запас эмоций разрасходовал еще на Раше с Амбушем. Да и у меня сил, если честно, не было вести даже словесную перепалку. И мы оба прекрасно об этом знали.       Фигура развернулся и хотел уже было покинуть эту комнату, оставив меня одну, но резко остановился и посмотрел через плечо:       — Твоя сущность — мерзость с ног до головы, — секунду моего недоумения, и я слышу, как громко хлопает дверь.