Сказ о том, как Фигура, Сик и Глитч в карты играли (дополнение, не связанное с сюжетом).

      Если вы когда-либо думали о том, что у первых двух ступеней — Фигуры, Сика и Глитча — никогда нет никаких развлечений и что их веселье только и заключается на том, чтобы контролировать остальных монстров и ими руководить, то, к прискорбному сожалению, вы ошибались. Фигура был умным лидером, а иногда даже чересчур «умным»: пытаться обхитрить Создателя в тайне ото всех и самому окончательно не съехать с катушек — та еще задача со «звездочкой». И нет, звезда никакого отношения к шавке не имеет.       Ну так вот, следить за тем, чтобы никто ни с кем не переругался и послушно исполнял чертовы отельные правила, удобные одному лишь Создателю, — дело, конечно, благородное, однако непостоянное. Благо, в обычное время, свободное от погонь, находились и моменты, в которые можно было не думать ни о ком, кроме себя, и не выходить дальше пределов библиотеки. Приструнить и третью, и четвертую, и прочие ступени удалось еще в самом начале, так что обычно каждый знал свое место. А шавке про него всегда, если что, добродушно напоминали, поэтому в общем и целом даже эта крыса проблем никаких не вызывала. Ну а на случай каких-нибудь казусов… На подхвате всегда были Раш, Амбуш или Халт. Работы им давалось мало, а потому они выполняли поручения с особенным рвением. Короче говоря, в основном в отеле всегда был порядок, и даже встречи с «начальством» не могли его порушить. Уж этого Фигура старался добиваться постоянно.       Для первой ступени Сик и Глитч всегда были чем-то вроде правой и левой руки. Лидер об этом никогда не говорил и вряд ли скажет, — мало ли, перехвалит еще, — но он доверял им больше, чем самому себе. Сик всегда был способен постоять за честь их троих с особенным рвением, а Глитч обычно подмечал такие детали и слова, смысл которых мог не уловить сам лидер. Их троица дополняла друг друга, и, наверное, без какого-либо звена ей было бы трудно функционировать. Конечно, Фигура так или иначе справился бы и в одиночку, но какой ценой? Если кого и звать друзьями, то этих двоих. Они и жили чаще всего в библиотеке, дабы в любой момент быть рядом и оперативно среагировать на очередные крайне «смешные» шутки Создателя, подосланной крысы или кого-нибудь еще. Вариантов было множество, а их — всего трое. Однако справлялись они более чем прекрасно. И «верхушку» тоже все устраивало (хотя, само собой, мнения Создателя, будь он проклят, никто никогда не спрашивал. По крайней мере, из искренних добрых побуждений уж точно).       И ввиду того, что первые две ступени уже многое успели повидать; успели друг с другом хорошенько так сработаться, у них, разумеется, появились и общие развлечения. Когда-то давно они изъяли у Амбуша за непослушание колоду карт, которую тот, в свою очередь, «позаимствовал» у очередной игрушки. Хоть Фигура так и не разобрался, как в них играть и в чем вообще заключается их суть (даже Создатель не помог: лишь смеялся и советовал обратиться к кому-нибудь другому), владельцу он их в итоге не вернул. Как минимум, потому, что братья к тому моменту и забыли о существовании этой несчастной колоды, а как максимум, они где-то обнаружили новую. Ну ведь Фигура, а точнее Глитч, не пальцем деланный, а потому они изобрели для игры собственные правила. Их никто, кроме самой троицы, никогда не понимал, а потому звать с собой другие ступени были бессмысленно. С ними лидеру было скучно. И неинтересно. Слишком разговоры их были посредственными, беззаботными, и действия — примитивными, предсказуемыми. В общем, именно потому четвертая ступень, как правило, с Фигурой практически и не пересекалась. Попросту было не нужно.       — Фигура, ну где ты там? — слегка посмеивающийся Глитч вывел лидера из своих мыслей, благодаря чему тот быстро обратно включился в игру. Что ж, видимо, вновь настал черед Фигуры ходить. Делать это он мог долго, стараясь просчитывать каждую свою карту и возможности соперников (в данном случае Сика и Глитча). Впрочем, хоть они и играли втроем, обычно Сик, не особенно питавший любовь к стратегии и тщательному продумыванию планов, вылетал первым, отчего карты превращались в настоящее поле боя между двумя главными монстрами в отеле. — Что-то мне кажется, ты сдаешь позиции.       — Мечтать не вредно, — усмехнулся Фигура, поправляя карты. Из-за больших острых когтей их иногда все-таки было неудобно держать, но он не жаловался. Посмотрев на то, что скинули оба монстра, он оскалился, осмотрел все имеющиеся у него на руках картинки и, на этот раз думая непродолжительно, положил перед собой одну из карт. Пока он находился в выигрышном положении. Снова. — Не бери на себя так много. Тебе не идет, — хоть и всего на секунду, но Глитч изменился в лице, осознав, что его вновь «перекрыли».       — Какая же неожиданность, — необычайно громко воскликнул Сик, вывалив напоказ все свои имеющиеся две карты. Через секунд он в сдающемся жесте скинул руки, как бы признавая поражение. — Вот я снова в «пролете»! На меня же, черт возьми, такие надежды возлагали…       — Ты ведь даже не пытался, — хмыкнул Глитч, посмотрев сначала на то, что было у Сика ранее, а потом уже немного осудительно и на него. — Скучный ты игрок.       — Тебя никто не заставляет играть, — сказал Фигура, попутно перебирая карты. — А если уж проигрываешь, принимай это с достоинством. В первый раз, что ли?       — Да я вообще сомневаюсь, что способен с вами в этом потягаться, — Сик скрестил руки на груди. — То ли вы этому бреду придаете слишком большое значение, то ли это я тупой, хоть к полу головой прикладывай.       — Мне одна шавочка на ухо напевает, что все-таки второе, — не сдержался от своей колкости Глитч.       — Мне кажется, ты излишне в себя поверил. Зазнаваться стал, — Сику слова того совсем не понравились. Он за секунду нахмурил брови, нос и сжал кулаки.       — Довольно, — прикрикнул Фигура, отчего те дернулись, но моментально успокоились и друг от друга отвязались. Так, по крайней мере, показалось на первый взгляд. Да, иногда лидеру приходилось разнимать между собой и вторую ступень. Детский сад, ей-Богу. — Иначе вылетите отсюда оба. И своих пригретых мест тоже лишитесь.       Все трое знали, что он блефовал, но прощупывать границы дозволенного никто не собирался. В гневе Фигуру иногда остерегаются даже его приближенные, что уж про остальных говорить… А потому, дабы не испытывать терпение лидера и чтобы атмосфера в библиотеке не изменилась, Глитч, прокашлявшись, молча выложил следующую карту, в ответ на что Сик присвистнул. Отбиться от Фигуры ему не удалось.       — Помнится мне, кто-то говорил про «сдавание позиций»? — лидер довольно улыбнулся, но скоро вновь сосредоточился. Судя по тому, что Глитч уже скинул и тому, что на данный момент есть у Фигуры… Фигура в любом случае должен оставаться в позиции победителя, ведь такого набора карт, которые могли бы перекрыть ход лидера, у соперника быть не должно. Очень маловероятно. Так что… Что бы здесь ни вытащили, первая ступень все равно будет на шаг впереди. Но на всякий случай (мало ли, что) Фигура положил самую наибольшую карту. Так очков должно быть побольше.       — Глитч, мне твоя морда не нравится, — высказался между делом облокотившийся затылком о стеллаж Сик, теперь просто наблюдавший за «схваткой». — Ты точно что-то задумал, урод…       — Сик, вот не надо открывать свой рот в теме, в которой совершенно не разбираешься. Так, гляди, и за умного сойдешь, — Глитч с ухмылкой выглядывал какую-то карту, которую через пару мгновений и выложил. У него получилось выровнять положение, но незначительно. Теперь он обратился к проигравшему напрямую: — Вот видишь? Самая обычная карта. Наш лидер снова «побеждает».       — А тебя так это, что ли, задевает? — прокомментировал сказанное оппонентом Фигура. У него на руках оставались жалкие две карты. Удача оказаться на другой стороне уже попросту не может. Тут это… Не так работает. По сути на этом этапе и бессмысленно выбирать более красочную или, наоборот, менее навороченную картинку. Тут они перестали иметь значение. У них и так остался последний раунд — то есть, сейчас Фигура сделает свой ход, Глитч в ответ тоже, и игра закончится. Да… Довольно быстро получилось на этот раз: обычно такое у них может затянуться и на несколько часов, а то и до начала новой охоты, если честно.       — Хм… Дай-ка подумать… — Глитч дождался, пока лидер походит, и принял максимально озадаченное лицо. Он переводил взгляд со своих карт на чужие, а оттуда иногда и на Сика. Но длилось такое не долго: вмиг его лицо стало каким-то хитрым, даже насмехающимся, и он выдал: — Боюсь, то, что я сейчас сделаю, заденет как раз-таки тебя, — и с этими словами Глитч с характерным стуком выложил карточку «обнуления», а вместе с тем и свою оставшуюся. То есть, исходя из этой логики, он не то что отбился окончательно, а еще и победил, вычеркнув напрочь все заработанные очки Фигуры до этого. — Вот и делов-то.       — Что?! — лидер настолько не ожидал такого поворота событий, что выронил все карты, как бы выдавая себя, и сплеснул руками. Первая эмоция, которая пришла ему в голову, — злость. И вполне, как казалось ему, объяснимая. — Да не может быть! Ты смухлевал! Ты спрятал карту в рукаве!       — Обижаешь, Фигура, ой, как обижаешь… — явно гордый своим триумфом Глитч покачал головой. Хоть и его соперник сейчас находился в бешенстве, он спокойно протянул свои руки, тем самым показывая свою дырявую одежду. — Как я тебе в этом что-нибудь спрячу? Да и так будет неинтересно. Это прерогатива Сика, но точно не моя.       — Эй! — возмутился Сик, как только его упомянули.       — А что, я не правду говорю? — повернулся улыбающийся Глитч к нему. Сик, впрочем, спорить не стал: такое ведь действительно было… Однажды.       — Ну не верю я, что ты мог так победить… — продолжал Фигура, не желавший принимать свое поражение. — Победа была почти у меня в руках, а шансов на то, что ты реабилитируешься, — почти ноль! Как такое возможно?! Я тебе с каждой игрой верю все меньше и меньше…       — А стоило просто быть внимательнее, Фигура. И следить не за чужими эмоциями, а иногда все-таки и за своими. Мне этого хватило, чтобы понять, какой картой ты походишь, и на основе этого сделать свои выводы… — наверное, то было незаслуженно, но в то мгновение лидеру отеля очень хотелось размазать самодовольную улыбку Глитча по его же лицу. А Глитч, наверное, то довольно прекрасно понимал…       — Да ты точно где-то мухлюешь… — понимая, что аргументы неумолимо заканчиваются, Фигура проговорил просто то, что первым захотелось. Ну как так-то? Еще немного, и тогда бы… А Глитч расчетливый… Иногда слишком расчетливый. И подобное все же периодически играет против лидера, а не за него.       — «Если уж проигрываешь, то принимай это с достоинством» — чьи слова, не напомнишь? — Глитч скрестил руки на груди, слишком осмелев. Да уж… Ему уверенности точно не занимать.       — Ладно, твоя взяла, — тяжело вздохнув, Фигура махнул рукой, как бы смиряясь. — Но в следующий раз я буду очень внимательно наблюдать за твоими руками.       — Ни капли не сомневаюсь, — хмыкнул Глитч. Скрывать ему было нечего: играл он честно. По крайней мере, так ему казалось.       — То есть, мою победу вы вообще никогда не рассматриваете? — несмотря на резко возросшее напряжение в помещении, Сик все-таки дал о себе знать. На него резко посмотрели нахмуренные и Фигура, и Глитч.       А ответом послужила гробовая тишина. Ну, нет так нет…