Часть 1

Восточная Германия. Лето 1946г… …Анна ехала в машине на кладбище. Она хотела попрощаться с Яковом перед отъездом. На коленях лежали четыре бордовых гвоздики. Пальцы непроизвольно гладили лепестки, а мысли унесли ее далеко в воспоминания. Эти три месяца со дня смерти ее мужа пролетели как один день хотя вместили в себя очень много важных событий и одно решение, которое кардинально меняло ее жизнь. Анна вновь вспомнила тот день, вернее ночь, когда ей сообщили о том, что машину Якова Штольмана расстреляли, а он сам находится в реанимации. Но ее лишило сознания не это известие, а видение духа Якова. Анна заметила его в темном коридорчике и от панического испуга в голове все помутилось. «Нет! Яков! Только не это! - в ужасе мысленно закричала девушка. - Я не хочу тебя видеть таким!» Колени подкосились и она упала в обморок. Придя в себя от холода пола, на котором лежала, Анна кое-как села и стала тереть виски. В голове все перемешалось. «Что случилось?» - билась испуганной птицей мысль. «Яков погиб!» - озарило ее и она, раскрыв в страхе глаза, замерла. «Не может такого быть! Нет! Только не это!!!» - застонала девушка, обводя глазами маленький коридорчик. Дух больше не показывался… «Что же делать? Ей нужно срочно что-то делать!… Бежать в больницу! Увидеть его!» Миронова соскочила с пола и кинулась к вещам. Натянув один чулок, она вдруг очнулась: хоть с окончания войны и прошел год, но в Германии, особенно по ночам, все еще было не спокойно. Поэтому комендантский час в городе до сих пор не отменяли. Так что ночью… а время еще только два часа… ее никуда не пропустят и, чего доброго, арестуют. Она опустилась на стул и закрыла лицо руками. В горле родился всхлип. Из глаз потекли слезы. «Как ты мог такое допустить, Яков? Ведь ты мне обещал, что мы будем теперь вместе! - с отчаянья зашептала она и вскинула глаза к потолку в поисках духа мужа. - Как ты допустил такое?» Анна зарыдала, но тут же закрыла рот рукой, боясь разбудить сына. Санечка завозился в кровати. Анна соскочила, не в силах усидеть на месте, и заметалась по комнате. «Что делать? Что делать?» - билась в висках паническая мысль. «Позвонить! Нужно срочно кому-то позвонить и узнать подробности! Только кому?» Миронова замерла посередине комнаты, перебирая в голове все возможные контакты. Потом бросилась к телефону. На листке бумаги воткнутом между аппаратом и стеной были записаны номера. Анна набрала несколько из них, но никто не отвечал. «Ночь ведь, а номера служебные… Кто же в это время возьмет трубку? Ну, что же делать???… Варфоломеев! - снова озарила мысль гудящую голову девушки. - Нужно срочно сообщить начальнику ее мужа. Ей необходимо поговорить с генералом! Плевать, что время не рабочее! Такая трагедия!» - Миронова с трудом снова стала крутить дисковод телефона. Руки… пальцы дрожали и не слушались. -Советская военная администрация, - послышалось сухое на том конце провода. «Ну слава богу! Хоть кто-то не спит!» - мысленно обрадовалась Анна и заговорила в трубку. -Здравствуйте! Мне нужно срочно связаться с генералом Варфоломеевым из Москвы! Срочно! - голос ее дрожал и срывался, но она это произнесла. На том конце повисла тишина. Видимо от недоумения. Анна не дала им возможности отмахнуться от нее и стала объяснять ситуацию. Через пару минут разговора ей, наконец, пообещали связь. Анна вернулась в комнату и прилегла на кровать. Ее трясло. От холода… ведь все это время она была в одной сорочке и босиком… и от паники. Ее только только налаживающаяся жизнь вдруг рухнула и оседала в пыль. Ее муж, ее Яков, к которому она начала привыкать и к которому потянулось ее сердце, вдруг погибает! Умирает! Нет, этого не может быть!!! Не может! Она не хочет! Не желает это понимать и принимать! Это невозможно! Немыслимо! Не укладывается в голове! А ее сердце от боли рвется на части!» - Анна всхлипнула, уткнулась в подушку и заплакала. Тишину ночи разорвал звонок телефона. Миронова подскочила и кинулась к аппарату. -Алло, - прохрипела она, утирая слезы. -Анна? - послышался сухой голос. Сейчас он ей показался таким родным. -Федор Николаевич! Яков погиб! Убилииии! - Анна не выдержала и зарыдала в голос. -Анна! Тихо, Анна! - заговорил Варфоломеев. - Мне уже доложили… Он в реанимации… -Умер! Яков умер! - рыдала и никак не могла остановится Миронова. -Анна! Отставить истерику, Анна! - приказала трубка холодным голосом генерала. Анна икнула, всхлипнула и тут же притихла, но слезы все также лились. -Он в реанимации, Анна! Прекрати панику! -Он умер, Федор Николаевич! Мне нужно срочно к нему в госпиталь! Я хочу его увидеть! А у нас комендантский час! Что мне делать, Федор Николаевич? Как мы теперь будем без него? Я! Санечка! Кааак?? - Анна снова зарыдала. -Анна! Прекрати его хоронить раньше времени! Он в реанимации! Да, без сознания! Сказали - в коме! Но жив! - генерал пытался привести в чувства убитую горем девушку, поэтому рубил фразы жестко. -Он умер! Я сама видела! Мне нужно к нему! Пожалуйста, помогите мне туда попасть! - всхлипывала Анна. -Успокойся! Что ты могла видеть? И где? - заворчал генерал. - Ты ничем ему сейчас не поможешь… -Я хочу его увидеть! Мне нужно! Обнять его на прощание! - продолжала рыдать Анна. -Анна, возьми себя в руки! На какое прощание? - начал снова повышать голос Варфоломеев. Ей в коленки вдруг уткнулась заспанная мордашка сына: -Мама, мама! - захныкал малыш от испуга. Миронова наклонилась, подхватила кое-как Санечку и прижала к груди. -Умер! Папка твой умер! - с новой силой вырвались из груди рыдания. -Анна, прекрати немедленно! Возьми себя в руки! Врачи сделают все возможное и он придет в себя! -Вы шутите? Он умер! Яков умер! Я видела его дух! Значит он НИКОГДА, слышите, НИКОГДА БОЛЬШЕ не придет в себя и к нам! - зло выкрикнула в трубку Анна. Мальчик в ее руках еще громче заплакал. Она прижала сына к себе и хотела уже бросить трубку. «Ей нужна была помощь. Она нуждалась в реальной помощи, а не в этих бессмысленных и даже жестоких в своей успокоительности словах». -Анна! Оставайся дома! Слышишь меня? Приказываю тебе оставаться дома! Тебе помогут! Жди меня! Я прилечу первым же рейсом! - в трубке послышались короткие гудки. Миронова обескураженно смотрела на нее несколько секунд, потом повесила и как во сне прошла к кровати. Малыш завозился, пытаясь выбраться из кольца ее сведенных судорогой рук. Анна положила сына и сама рухнула рядом. В голове была каша. Она прикрыла веки и утонула в своих тяжелых мыслях. Вдруг кто-то тронул ее за плечо. Миронова вздрогнула и распахнула глаза. Над ней наклонилась хозяйка дома, где они снимали комнаты, Доминика. -Анна, выпейте воды и успокоительное, - тихо произнесла женщина. - Вам надо поспать, Анна. А за ребенком присмотрю я… -Вы как тут? - удивилась Миронова. -Я Ваш друг, Анна, - улыбнулась Доминика, - не бойтесь. Теперь я буду с Вами рядом, пока ваши люди к вам не приедут. -Вы что же…. От них? - подняла брови Миронова. -Да… я с вами… я ваш друг… Анна медленно, как во сне, проглотила таблетку, легла снова на кровать и закрыла глаза. Ей стало вдруг все равно. Правду говорит эта женщина или нет. Она немного полежит и подумает. Сквозь какую-то пелену, накрывшую ее как саваном безразличия, девушка слышала, что Санечку забрала Доминика. Она хотела посмотреть, но веки стали тяжелыми и она провалилась в дремотную яму… Проснулась она, когда за окном уже ярко светило солнце. Часы показывали далеко за полдень. Мозг прошила мысль: «Яков умер!» Анна зажмурилась, снова из глаз потекли слезы. Ее щеки коснулись теплые пальчики. Это был ее малыш. Санечка! Это все, что осталось у нее от мужа, от Якова…. И от ее счастливой семейной жизни….Анна открыла глаза, поцеловала ручку сына, хотела обнять его, но сил не было. Малыш ей что-то начал рассказывать. Миронова ему улыбалась, но не слушала. Из глаз продолжали течь слезы. Так она пролежала несколько часов. Доминика пыталась ее кормить, но аппетита не было. Не было, вообще, ни единого желания. Не хотелось ничего! Кроме просто лежать и смотреть в стену... Смеркалось за окнами, когда в маленькой прихожей послышались тихие мужские голоса, но Миронова не пошевелилась. К ее кровати кто то подошел и коснулся ее плеча. -Анна, здравствуй, - это был голос генерала Варфоломеева. Девушка равнодушно взглянула на мужчину и прикрыла глаза. Генерал обратился с вопросами о ее самочувствии к Доминике. Та сообщила, что поила свою подопечную успокоительным и слегка на нее пожаловалась. Варфоломеев подхватил Санечку, подбежавшего к матери, на руки и отошел в сторону. А к Анне подсел пожилой седовласый мужчина в пенсне. Он острожно прощупал пульс и поинтересовался, что беспокоит пациентку. Миронова отрешенно ответила, что ничего, кроме смерти мужа. -Как Вас зовут, представьте себя, пожалуйста, - попросил доктор. -Анна, - все таким же безразличным глухим голосом ответила девушка. -А полностью можете себя назвать? Та тяжело вздохнула: -Анна Викторовна Миронова… Вернее Штольман… А что? Разве Вам не сказали, к кому привезли? -Сказали, - улыбнулся доктор. - Анна Викторовна, а какое сегодня число, помните? Миронова, наконец, перевела свой взгляд на мужчину и слегка подняла бровь: -Вчера было пятнадцатое… значит сегодня шестнадцатое…, а почему Вы спрашиваете? -А какой год? Миронова нахмурилась: -Что за странные вопросы? Сорок шестой год. Забыли что ли? Или…. - тут ее брови взметнулись снова вверх, - или Вы считаете меня… сумасшедшей?.. Ее лицо впервые ожило и на нем появилось негодование. Девушка приподнялась на локте и перевела взгляд с доктора на генерала. -Тихо, успокойся, Анна. Ночью по телефону ты очень сильно нервничала, поэтому я посчитал нужным пригласить доктора… -Мне нужна была помощь от Вас. Федор Николевич! Но не такая! Я хочу увидеть тело своего мужа! - возмутилась Миронова. -Анна! - Варфоломеев даже закатил глаза от этих ее слов. - Яков в реанимации! Он пережил клиническую смерть, впал в кому, но жив! -Чтооо? - растерянно воззрилась на него девушка, а потом стала задумчиво тереть лоб. - Как это? Ведь я видела его дух ночью… На ее бормотание себе под нос Варфоломеев огорченно покачал головой. А Миронова каким-то странным взглядом обводя комнату бормотала дальше: -Яков, так ты живой? Яков! Это какое-то чудо! Ведь ночью я видела…твой дух… А потом он пропал и я подумала, что ты обиделся и не приходишь… Мужчины обменялись понимающими взглядами и доктор произнес: -Я бы посоветовал госпитализацию… Случай тяжелый, но не безнадежный. Такое бывает на нервной почве…Она полежит в больнице, пролечится и даст бог вернется к нормальной жизни…Давайте вызовем машину скорой помощи… Миронова очнулась и перевела равнодушный взгляд на доктора, не очень понимая, о ком тот говорит. Варфоломеев кивнул Доминике: -Вызывайте… -Анна Викторовна, Вы можете встать? Вам нужно одеться, - обратился врач к девушке. -Мы поедем в госпиталь к Якову? - взглянула на генерала Анна. Тот крякнул и неохотно кивнул: -Поедем, Анна…. Девушка медленно поднялась… Ее закачало. Доминика бросилась ей помогать и через несколько минут Миронова была одета. Она подхватила сына на руки и прижалась к его щечке: -Я скоро вернусь, малыш… А ты слушайся Доминику… Чисти зубки и ложись спать. Я приеду, чтобы ты уже пятый сон смотрел…. -А как ты посчитаешь, что пятый? - удивился ребенок. -Я сумею, - попыталась улыбнуться ему мать, - у меня есть секрет… Тут в дверь постучали и вошли двое мужчин в белых халатах. -Поехали, Анна, - грустно произнес генерал, поднимаясь со стула. На душе у него было отвратительно. Все происходящее очень сильно расстраивало. Миронова двинулась к выходу. Мужчины в белых халатах осторожно подхватили ее под руки. Девушка удивленно взглянула на них и остановилась. -Что это значит? - она перевела недоуменный взгляд с медбратьев на генерала. -Анна, - тот приблизился к ней и коснулся плеча, - тебе обязательно там помогут. Отдохнешь немного, подлечишься и все устаканится… Якову ты сейчас ничем не поможешь, а у тебя сын маленький. Ему нужна здоровая мать… Пока же за ним присмотрит Доминика… Езжай, Анна… Я сделаю все возможное, чтобы тебе там было удобно… -Где? - девушка продолжала сверлить его недоуменным взглядом. - О чем Вы говорите? -Езжай, Анна, прошу тебя… не спорь… -Так мы не к Якову, что ли? - возмутилась Миронова. До нее, кажется, наконец, стал доходить смысл слов генерала… -Куда меня собрались везти эти люди? Доктор велел глазами медбратьям уводить пациентку. Те осторожно подхватили девушку и стали подталкивать к выходу. -Вы что, меня в психушку решили отправить? - возмутилась Анна, оглядываясь на Варфоломеева. - За что? Почему, Федор Николаевич? Тот, не в силах наблюдать эту сцену, поморщился и отвернулся: -Анна, тебе там помогут…подлечат… Езжай, Анна…- бормотал мужчина. -От чего подлечат? - уже с порога крикнула та, упираясь из последних сил. Варфоломеев обернулся и просительно взглянул на доктора. -Голубушка, - тот кинулся к больной и стал ее успокоительно гладить по руке, - с Вами все хорошо… Вы ни в коем случае не больны… Но такое иногда случается на нервной почве…. Вы пройдете курс специальной терапии и галлюцинации больше не будут Вас беспокоить. -Какие еще галлюцинации? - возмущалась Анна, отмахиваясь от белых халатов. - Я не сумасшедшая! Ясно Вам! -Конечно нет, - добродушно улыбался доктор и подталкивал девушку в дверь, - вот получите лечение и больше никакие духи Вам не будут мерещиться! -Ах, вот что! - Анна вырвала руку из огромных лапищ медбрата (откуда вдруг силы взялись?) и уперлась в дверной косяк. - Это не галлюцинации и не больное воображение! Мне просто на минуту показалось! Федор Николаевич!!! Мне, действительно, померещилось! Сами говорите, на нервной почве! -Анна, прошу тебя! Езжай! - взмолился Варфоломеев, не в силах больше участвовать в этом процессе. -А я Вас прошу, товарищ генерал! Это ерунда и не больше! Не надо меня сдавать в психушку! -Ни в коем случае не психушка, голубушка моя! - доверительно ворковал врач, продолжая делать попытки проводить больную на выход. - Это просто лечебный санаторий. Вы там отдохнете, придете в себя и вернетесь к привычной жизни… -Нет! Пожалуйста! Я не хочу туда! Я здорова! - упираясь кричала Анна, но генерал еще дальше отошел к окну. - Федор Николаевич, мне нужно Вам что-то сказать! Выслушайте меня! Всего десять минут! Я Вам объясню! А потом… воля Ваша…- ее глаза с такой мольбой взглянули на Варфоломеева, что он дрогнул и махнул рукой: -Подождите! Отпустите ее… Доктор недовольно воззрился на генерала. Анна подошла к тому и заглянула в глаза: -Я хочу Вам кое-что объяснить, Федор Николаевич, только пусть они все уйдут… Варфоломеев несколько секунд молча рассматривал ее лицо и махнул: -Оставьте нас… Доктор хотел возразить, но строгий взгляд генерала его остановил. Миронова устало опустилась на стул и сжала руки в замок. Ей в очередной раз предстояло открывать секрет своего дара. Это было не легко. Потому что опыта становилось все больше, и был он (этот опыт) далеко не радостным….