Часть 60

Ройсс уже в голове просчитал все свои дальнейшие действия. План спасения Анны родился и созрел. Оставалось дело за малым- воплотить его в жизнь… Он все так же сидел, затаившись на крыше, и ждал, когда охрана угомонится. С высоты ему были прекрасно видны лучи фонариков, что прорезали дождливую темноту территории парка. Его искали до сих пор. Значит были уверены, что он вернется за Анной. Это было плохо. Очень. Он не имел права попасть в руки Куна. По своему прошлому печальному опыту бывший полковник Ройсс знал как умели вести допросы в гестапо. Кун- ученый. Но об его склонности к извращенному садизму Ройсс уже успел кое- что узнать. Поэтому что их ждет с Анной в лаборатории- догадывался. Ради избавления любимой женщины от страданий он готов был признаться во всех человеческих грехах… Но, действительно, ли это оградит Анну от домогательств? Он сильно сомневался. У настоящего садизма цель- садизм. И никакие признания от этого не уберегут… Нет, это совсем не выход! Нужно ее вызволять. А для этого подгадать удобный момент… Предстояло самое сложное- дождаться такого момента! Ждать, когда буквально где то за стеной сейчас Анна находилась в грязных лапах извращенца Куна. Он сцепил зубы и мысленно застонал. Ждать было невыносимо!.. Кун возился у шкафа, устанавливая аппарат на столе. У него созрела идея, пока он вел беседу с Анной. Она его насмешила от души. Ему даже понравилось играть с ней в кошки- мышки. То, что фрау Миних пыталась его обмануть он раскусил. Потому что никогда не считал ее глупой. Поэтому и оставил в своей лаборатории. «Анна была умна. Так зачем же она сейчас пыталась вести себя как наивная глупая девочка? Он знал зачем- спасала себя… Ну, что ж… Он поддержит ее в этом стремлении. Развлечется сам, но самое главное- попытается поставить эксперимент, о котором давно мечтал. Но тогда его учитель Брединг вдруг перевоплотился в пацифиста и отказался от опытов над людьми. Война заканчивалась поражением Германии и Брединг упал духом, испугался и перескочил на мирные исследования. Но он, профессор Кун- не согласился со своим учителем! Да, без Брединга разработки ядовитого вещества под названием «Синий Джин» затормозились. К тому же к ним перестал поступать подопытный материал ( заключенные лагерей). Но сейчас звезды очень удачно сошлись: совсем недавно он сам нашел способ улучшить качества вещества, составляющего основу «Джина» и появился, пусть пока один, но очень подходящий материал для эксперимента. Скромная и правильная, умная и целеустремленная фрау Анна… То, что ему надо!» У него за спиной было подозрительно тихо. Кун обернулся и фыркнул на племянника: -Ты напрасно теряешь время, Феликс… Полчаса на поразвлечься с милой тебе Анной быстро закончатся. -Господин профессор!- снова воскликнула девушка. Она дергалась, в попытке ослабить веревки, которыми была привязана к стулу и бросала испуганные взгляды с одного мужчины на другого.- Вы так шутите? -Вы хотите, дядя… чтобы я… мы … прямо здесь?- заикался в недоумении Феликс. Он покачивался на нетрезвых ногах возле девушки, но даже в таком состоянии не осмеливался додумать предложенное ему до конца… -То, что я хочу… я еще не озвучил,- усмехнулся Кун.- А если хочешь ты, то поторопись… Феликс мотнул головой, пытаясь протрезветь. Но там шумело и сосредоточиться было сложно… -Неет… я не могу… тут… так,- забормотал он. -Ну, извини… Других условий пока не будет… Стол чем тебя не устраивает?- продолжал ерничать Кун. Миронова не понимала насколько он говорит серьезно. В голове не укладывалось, что такой человек может опуститься до подобных мыслей. -Нет, нет… я не могу… нет!- Феликс бормоча попятился обратно в свой угол и к своей спасительной бутылке. Профессор Кун вернулся к пленнице, приставил стул рядом и устроился на нем. -Скромные вы мои птенчики,- усмехнулся он.- Понимаю… Не довелось вам познать все радости жизни… А что, если нам посмотреть один увлекательный фильм,- губы Куна ухмылялись, а глаза замораживали холодом. Анна заподозрила недоброе. «С чего бы это сейчас ему вздумалось развлекаться каким то фильмом?» А профессор велел племяннику выключить свет, включил проектор и на белых дверях шкафа пошли какие то кадры. Миронова начала понимать о чем будет фильм с первой минуты. Пленников концлагеря можно было узнать по полосатой одежде. В полутемном тесном помещении находилось человек десять мужчин и женщин вперемежку. Они оглядывались испуганно по сторонам и видимо переговаривались. Потом постепенно комнату стал заполнять дым. Люди заметались в поисках выхода… Кадры сменились. Похоже, прошло какое то время. Снова то же задымленное помещение и те же люди, сидящие уже на полу… Анна заподозрила, что фильм о проведении эксперимента с помощью газа, разработки которого она нашла. В очередной раз кадры сменяются и в это помещение заходит человек в противогазе, и начинает выгонять подопытных в другое место плетью… Дальше начиналось что то очень страшное. Миронова вспомнила рассказ Варфоломеева и фотокарточки, подтверждающие издевательства над людьми. Вернее над тем, что осталось в человеческой оболочке. Судя по всему, подопытным давались команды. Звука не было. И понять было сложно, но Анне и не хотелось. Зрелище того, что стали совершать несчастные под воздействием ядовитых паров было ужасающим и аморальным. Самым безобидным из всего показалась драка нескольких мужчин. Но когда победитель склонился над поверженным и прокусил тому горло, Мироновой стало плохо. Ее воспитанную в строгой морали на литературе воспевающей человечность, любовь, дружбу, гуманизм и высокие нравственные принципы накрыла дурнота. Девушка потребовала остановить фильм. Кун же, напротив, приобнял ее за плечи и стал нашептывать прямо в ухо, что это только начало и все самое интересное впереди… Миронова зажмурилась не в силах смотреть на происходящее. Но профессор заметил это и потребовал открыть глаза. Анна мотала головой и всхлипывала, что не может это видеть. Тогда прямо напротив ее лица возник длинный пинцет. Кун зловещим шепотом приказал ей открыть глаза, иначе выколит их…. Девушка подчинилась. Но молчать не могла. Она всхлипывала и уговаривала профессора остановить кадры. Ведь он же ученый! Человек! Разве можно такое смотреть, не говоря уже о том, чтоб эксперементировать с подобным… Феликс с криком бросился к дверям и стал в них колошматить, требуя выпустить его на свободу. Профессор подскочил к нему и отшвырнул в угол. Анну совсем накрыло. Дурнота перешла в тошноту и ее вырвало. Она вскочила вместе со стулом и только успела наклониться., чтобы не замарать себя. Кун перешел на ненормативную лексику и пнул ее ногой. Девушка отлетела за стол, но боли не заметила. Лишь бы не видеть происходящего на экране… Ройсс больше не в силах был ждать. Часы показывали, что прошло всего полчаса. Но тревожность настолько завладела им, что он плюнул на предосторожность и стал спускаться с крыши… Ему нужно было вооружиться чем то крепким… Пистолет, конечно, у него был, но пары патронов хватит лишь на то, чтобы им самим застрелиться. Его же задача заключалась в другом… Прокручивая в голове все способы проникнуть в дом и лабораторию незамеченным он решил, что обычный путь через двери и окна отпадает. Там его ждали. Значит нужно искать другой. Он вспомнил про схему коммуникаций, что когда то видел. Воздуховоды Ройсс исключил сразу из за их ненадежности и своей габаритности. Он просто застрянет где нибудь или провалиться. На потеху охране и профессору. А вот об канализационных шахтах стоило подумать. Насколько он мог судить по памяти, в лабораторию шла довольно крупная канализационная ветка. Видимо, напрямую оттуда что то сливали. Или, наоборот, набирали воду. Но люка в полу лаборатории он не заметил. Ни в основной части, ни в огороженной. Но на схеме в том месте были изображены три помещения… Дверь! Он вспомнил, что в огороженной части была дверь. Куда она вела он не знал, но, видимо, там имелось еще одно помещение. И именно там должен был находиться этот люк. Конечно, план был очень сомнительный и имел кучу неизвестных. Но Анна!.. Этот аргумент был железобетонным и исключил все сомнения… Ройсс стараясь двигаться тенью пробрался к котельной, где хранился уголь и нашел там лом. Он ему должен был пригодиться, чтобы открыть тяжелый канализационный люк. Дальше следовало найти второй люк, который судя по схеме находился где то на территории парка. Ройсс пригибаясь отправился на его поиски. Он давно промок и замерз, но не чувствовал этого от нервного стресса. Все мысли были о спасении Анны. Люк он, наконец, нашел. И что самое главное- его при этом не заметили… Феликс плакал пьяными слезами. Ему казалось, что он попал в какую то страшную реальность, где все перевернулось с ног на голову. Его дядя, ученый образованный человек вдруг превратился в некое чудовище. И его утягивал с собой в липкую болотную жижу. Он предлагал совершать вещи, о которых стыдно было даже думать, не то что говорить или делать. Но искушение вдруг стало велико. Отто Кун так красиво описывал предоставляющиеся возможности, что в затуманенной алкоголем голове молодого человека неожиданно рождались робкие мысли: «А что, если попробовать? Всего один разок?» Они стояли у маленького окошка, открывающегося наподобие шлюза и смотрели в камеру, где сейчас находилась молодая женщина. Она уже перестала стучать в железную дверь, требуя ее выпустить. Анна обессиленно стекла по стенке и присела на холодный пол. Что ее ждало она знала. Куну не потребовалось тратить на объяснения слова. За него все сказал фильм, вернее показал. Какой она будет после получения дозы ядовитого вещества… -Она умрет?- выдавил из себя Феликс, продолжая смотреть на все еще красивое лицо девушки. Несмотря на синяки и кровоподтеки оно продолжало его восхищать. Глаз как у Анны Миних он больше не встречал ни у кого… -Сейчас нет, дорогой,- усмехнулся его дядя. - Это не входит в наши планы, верно? Ты испугался ее сопротивления, Феликс? По мне так это,наоборот, добавляет изюминки, но ради тебя я пойду на этот шаг. Тем более у меня есть цель. Я должен испытать выделенное мной вещество. Оно усиливает эффект и делает последствия не столь радикальными….Анна не умрет. Нет! После вдыхания газа жертва должна остаться живой как рабочая сила… Желательно управляемая. Клетки мозга не отмирают, как происходило раньше. Такой необратимости не должно быть. По моим расчетам через какое то время жертва вернется в нормальное состояние, но память сохранит в себе все события. Это как раз таки и может уничтожить жертву как личность. Муки совести- вот что послужит орудием смерти… Но этот момент мы выясним в дальнейшем... Как на данную особь повлияет мое вещество и как будет реагировать ее психика на воспоминания… Кун закончил свой монолог и взглянул на племянника блестящими от возбуждения глазами. Но молодой человек не разделял его энтузиазм. Он хлюпал носом и снова приложился в бутылке: -Это жестоко, дядя… Вам так не кажется?- заплетающимся языком поинтересовался Феликс. -Враги не имеют шансов на послабление, мой мальчик,- хмыкнул Кун, отбирая у того бутылку, а затем стал нажимать на кнопки, спрятанные в ящике: -С богом! -Может не надо, дядя! Почему Анна? Разве нет другого человека?- в последний момент вдруг испугался Феликс и попытался остановить родственника. Но его быстро усмерили тычком в бок. -Ты не понимаешь! Такие как Анна- идеальный материал. Именно на фоне столь четко выраженной блеклой пуританской скромности особенно ярко проявятся… эээ пятна гнили, я бы так сказал… А мы этим воспользуемся. Не пропадать же добру…- Кун посчитал свою шутку очень остроумной и рассмеялся.- Жаль, Ирма не увидит. Ей поучиться не помешало бы… В камеру с пшыком потихоньку стал поступать газ… Он действительно имел красивый светло синий подтон. Миронова это отметила на краю сознания. Страх замораживал все изнутри. Ее накрыло холодное оцепенение… Вокруг стали всплывать и проявляться чьи то духи. «Анна! Берегись! Ты в опасности!»- шептал дух дяди. «Доченька! Спасайся!»- кружили возле духи родителей. «Что мне делать? Помогите!»- мысленно всхлипнула девушка, надеясь на помощь. Она не одна! Ей помогут! Но духи лишь предостерегали, накаляя обстановку. Анне стало совсем страшно. Если духи не знают способа спасения, то это конец… Конечности стали ледяными и непослушными. А голова раскалывалась от мыслей, что ее ждало… Лучше уж смерть! Пусть даже долгая и мучительная, чем те несколько часов жизни в одурманенном состоянии в обществе извращенцев… Миронова на несколько минут вынырнула из панического оцепенения, утерла слезы и окинула комнату глазами. В ней стоял полумрак, постепенно погружающийся в туман, но она еще видела голые стены, одну единственную лампу на потолке, дверь, через которую ее сюда затолкали и бетонный пол. Больше ничего. Да, еще небольшое окошко- люк, сквозь которое вели свое наблюдение ее мучители. Нет, такого удовольствия она им не предоставит. Девушка кое как поднялась и на непослушных ногах, прошла вдоль стен и снова присела под окошком. «Обойдетесь!» Анна сжала пальцами виски, пытаясь унять пульсирующую боль. «Умереть бы! Но возможности нет… Что тогда делать? Жить… оставаясь человеком! Как уберечь себя? Вот вопрос… Думай! Скорее! Пока еще твой мозг может это делать!» Руки девушки обессиленно упали на колени. Подол платья все еще был влажным от дождя. Ее осенило. В пособиях по химии что то об этом упоминали! Миронова прижала мокрую ткань платья к лицу, оставляя лишь глаза. Так она сможет сохранить трезвость сознания чуть дольше. Она надеялась на это… В конце тоннеля для нее включился свет. «Что еще? Думай!» «Я- человек! Я- человек! Я- человек!»- стала мысленно повторять девушка. Наверное это было глупостью, но сейчас и это показалось соломинкой… -Вот с… чка!- возмутился Кун, поняв, что его жертва от него спряталась.- Но ничего… Важен в нашем случае результат. А он нас, уверен, порадует! Глаза профессора азартно поблескивали. Он обернулся к племяннику и похлопал того по плечу: -Ох, и жаркая ночка нас с тобой ждет, Феликс… Парень пошатнулся от прикосновения. Он уже изрядно был пьян и еле держался на ногах. -Это… должно случиться….сегодня?- еле выговорил он. -Конечно, мой мальчик. На ее обработку потребуется всего пару часов. Думаю, этого будет достаточно. Наш материал из сухой хрупкой глины превратится в податливый пластелин. И мы вылепим из него все что пожелаем… Какую женщину ты желаешь, Феликс? Кун заглядывал в лицо племянника, но тот стоял с отсутствующим видом. -Не знаю…- наконец, пожал плечами молодой человек, переминаясь с ноги на ногу.- Мне нравилась просто Анна… -Какой ты скучный, мой мальчик,- отмахнулся пренебрежительно Кун.- Тебе не помешало бы вздремнуть часок, чтоб освежиться… Пойдем наверх… Здесь пока делать нечего… Мужчины направились на выход. Кун придерживал родственника, который еле переставлял ноги… Ройсс уже два раза пытался поддеть крышку люка, но каждый раз его заставляли прятаться в кусты мечущиеся где то лучи фонариков. Третья попытка принесла успех. Он оглянулся, прислушался и стал потихоньку отодвигать чугунный круг. Открыв люк наполовину он решил, что поместиться и опустил ноги. Нащупал лестницу, еще раз опасливо оглянулся и стал спускаться вниз в темноту. Вот фонарика у него не было. Но кажется где то в карманах брюк завалялся спичечный коробок. Он давно не курил, но привычка осталась. Мужчина прижавшись животом к лестнице поднял руки и попытался вернуть крышку на место. Это займет время сейчас и отнимет его потом, но открытый люк вызовет подозрения. Кое как завершив задуманное Ройсс на ощупь спустился на землю. Спички нашлись, но оказались мокрыми. Черт! Но что уж удивляться, если его самого можно было отжимать. Он вспомнил про листок, что передала ему Анна. Он был спрятан под нижним бельем. Наверняка тоже промок, но сейчас важнее было другое. Вернее, Другая… Ройсс на ощупь касаясь стен узкого прохода стал двигаться по направлению, как он предварительно запомнил, в сторону дома… Шагать приходилось медленно, нащупывая ногой дно. Там хлюпала вода. Спина затекла от неудобного положения, ведь ему пришлось идти, согнувшись пополам… Неожиданно он наткнулся на стену и лестницу. Кажется, добрался. Он осторожно поднялся наверх и руками ощупал потолок. Там обнаружился зарешетчатый люк… Пришлось попытать еще раз счастья со спичками. Свет был крайне необходим… Одна за одной спички летели вниз, не желая зажигаться… И вот когда коробок был почти опустошен одна вспыхнула и он успел заметить замок... Шуметь он не мог, не зная, что находится там наверху. Будет очень весело, если он попадет прямо в руки Куна…. Но ничего иного не оставалось! Ройсс стал ломом осторожно давить на замок. Защелка должна была сдвинуться в пазу и дать возможность открутить крышку… Страх привлечь внимание и действия в темноте практически на ощупь замедляли процесс. Он несколько раз промахивался, сбив пальцы в кровь. Находил замок рукой и снова принимался туда давить ломом. Через какое время ему это удалось он не знал. Но показалось, что вечность… Теперь следовало сдвинуть крышку люка. Снова в ход пошел лом. Снизу действовать было вдвойне неудобно. Мешала решетка. Он не знал, как она крепилась. Наконец, перед его глазами появилась щель. Но света оттуда почти не поступало. Зато какой то голубоватый дымок змейкой потянулся к нему вниз. Ройсса это напрягло: «Что еще за дым? Синий… Синий?» Мужчину осенило. Он торопливо стянул верхнюю одежду. Мокрой рубашкой завязал лицо, а пиджак вернул на плечи. Он показался ледяным, что заставило его поежиться. От холода или тревоги? «Куда он попал? Где Анна?» Он попытался разглядеть помещение. Но по полу стелился дым. Зато ему немного лучше стала видна решетка. Она была закрыта на замок. Следовало его выломать. Ройсс пару минут прислушивался. «Ни звука… Нет! Кажется послышалось неясное бормотание и снова тишина. Что это может быть? Но вряд ли профессор… Скорее всего это помещение являлось комнатой для опытов… Оно всегда было закрыто. А сегодня тут появился дым… Что это может значить?.. На ком то ставят… опыт! На ком?.. Анна!.. Синий дым! Анна!»- от этих догадок мороз пошел по коже. Мужчина снова прислушался. Бормотание неясно, но шло откуда то сбоку. -Анна! Анна! Вы здесь?- зашептал Ройсс. Ему не ответили. Он снова начал звать ее по имени: -Анна! Анна! -Я человек…- послышалось вдруг неясное. Он замер. Это был ее голос. -Анна! Это я Ройсс! Вы где, Анна? -Я человек…- снова послышалось бормотание. Он напрягся. Ее голос был каким то странно механическим. Ройсс поднял лом и стал стучать по решетке. Это было очень опасно, звуки могли услышать. Но голос Анны его пугал и торопил. Он так увлекся, что не заметил как рядом с отверстием появились женские ноги в туфлях. Девушка опустилась на колени и заглянула к нему в люк. Он увидел ее взлохмаченную головку и… лицо. Он сглотнул ком. Ссадины на щеке и переносице, разбитые губы… «Ее били! Сволочь! Кун!»- Ройсса обожгла ненависть. Но потом он замер, встретившись со взглядом голубых глаз. Она смотрела на него, не узнавая… -Анна… Это я… Анна!- зашептал мужчина. -Я человек,- заявила девушка, равнодушно скользнула по нему глазами и отошла в сторону… «Она его не узнала, потому что он закрыл лицо,»- решил Ройсс и снова начал выламывать замок. Его обнадеживала мысль, что стены здесь толстые и стука не услышат. Наконец, он справился и залез внутрь. Оглядев комнату мужчина увидел дверь и маленькое окно- люк. Анна с безразличным видом сидела на полу и накручивала локон на палец. Ройсс подбежал к окошку. За ним находилось лабораторное помещение и… ни души. Это несказанно обрадовало. Он снова обернулся к девушке. Вот ее поведение все сильнее пугало…. Профессор Кун кое как разбудил своего племянника и потащил в лабораторию. Два часа подходили к концу. Охрана доложила, что Ройсс не обнаружен. «Видимо, испугался и сбежал,»- мысленно усмехнулся Кун. Его это еще больше воодушевило. Он с аппетитом поужинал и предвкушал удовольствие предстоящей ночи с Анной. С такой, как он мечтал ее видеть… Феликс тоже получит свое… Он, профессор Кун, не жадный, поделится… -Анна, уходим!- подскочил Ройсс к ней и схватил за руки, пытаясь поднять. Она недоуменно взглянула на мужчину и стала освобождать руки. -Анна, это я, Ройсс.. Уходим!- зашептал он уже более требовательно. Но его явно не узнавали и пытались отстраниться. Тогда он стянул рубашку с лица и быстро вернул на место: -Это я Ройсс, Анна! Девушка замерла, как будто пытаясь понять увиденное, но потом снова стала отталкивать его руки: -Я человек… Нет… Нет… Я человек,- твердила она одно и тоже, пытаясь отстраниться. Ройсс не понимал к чему это и запаниковал. Неужели он опоздал и ядовитое вещество успело радикально повлиять на ее мозг?» Его обуял ужас. -Анна! - почти в голос воскликнул он. -Ты человек! А я тебя люблю! Я твой друг, Анна! Пойдем со мной! Прошу тебя! Анна!!! Девушка изумленно смотрела в его залитые страхом глаза. -Друг?- недоверчиво переспросила она.- Мой? -Друг, Анна! Прошу тебя, пойдем со мной! Дай мне руку… Вот так… Смотри… Я не причиню тебе вреда… Дай руку и пойдем,- он стал уговаривать ее как ребенка, смягчив тон до минимума. -Умничка моя, молодец… Не бойся… Я не сделаю тебе больно… Верь мне, моя девочка…- он осторожно поднял ее с пола и стал увлекать к люку. Она шла за ним несмело, готовая в любой момент дернуться и убежать. Но Ройсс не замолкал ни на минуту, боясь потерять с ней связь. Отверстие в полу и темнота в нем снова вызвали волну недоверия в Анне. Она стала упираться, не желая туда спускаться. Ройсс сидел на краю и протягивал руки: -Не бойся, Анна… Иди ко мне… Я помогу… Мы вместе уйдем от этих страшных людей. Верь мне. Я не брошу тебя… Он продолжал ее ласково уговаривать, понимая, что на это уходит драгоценное время.. Девушка все таки уступила и он усадил ее рядом. Как было спускаться дальше показалось проблемой. Там в темноте ее мог снова накрыть страх. И он боялся не справиться… -Обними меня, Анна,- зашептал Ройсс, приблизив свое лицо к ее губам.- Обними меня, маленькая моя девочка… Мне так нужны твои объятия… Помоги мне… Анна несколько секунд задумчиво вглядывалась в его глаза. -Тебе нужно?- прошептала она. -Очень… Анна,- его искренность возымела результат. Девушка обхватила его за шею, прижимаясь доверчиво к его телу. Он в радостном порыве заключил ее в объятия. Сердце от нежности сжалось и застучало в висках. Ройсс спустился на несколько ступенек вниз. Только их головы были еще видны над полом… …Они ввалились в лабораторию. Феликс еще не протрезвел и запинался на ходу. Кун захлопнул дверь и снял пиджак. Молодой человек же плутающей походкой подошел к окошку и заглянул в испытательную комнату. -Дядя…- протянул он странно обескураженным тоном,- дядя, смотрите ка… Кто это там? Профессор встал рядом, отодвинул племянника и тоже заглянул в окно. Его накрыла ярость. «Нет! Только не это! Откуда он тут взялся? Что делать? Как их задержать?» -Предупреди охрану!- крикнул он племяннику и стал открывать замок на двери испытательной комнаты. Молодой человек в пьяном оцепенении смотрел на происходящее. Кун понял, что помощи от него не дождется. Если он сам сейчас побежит за охраной, то упустит Ройсса с Анной. А заходить в ядовитый дым было страшно. Он не знал на что решиться. Инстинкты опередили разум. Он закрыл лицо полой пиджака, распахнул дверь и крикнул, выхватывая пистолет из кобуры: -Стоять, с…ки!….