Часть 61

Ройсс услышал звук открывающегося замка и обернулся. Кун крикнул и напугал девушку. Она вздрогнула от знакомого окрика и уткнулась в шею того, кто был ласков с нее и называл себя другом. Ройсс не пользовался пистолетом давно. Со времени обучения в русской разведшколе. Хотя там считали, что применение разведчиком пистолета это уже априори провал, но все равно уроки давали… Профессор совсем упустил из вида, что у его бывшего охранника имеется оружие. Поэтому не ожидал последствий. Ройсс выхватил пистолет раньше Куна. Палец нажал на курок по инерции. Другого варианта он не видел. Первая пуля попала в живот профессора. Феликса он убивать не хотел, но.. пришлось и ему послать вторую… Он бросил бесполезный пистолет, обнял девушку и шепча ей успокоительные слова спустился в туннель… Закрывать за собой крышку не стал. Было мало времени и не удобно… Идти по узкому и низкому проходу с Анной на руках вообще не представлялось возможным. Пришлось чуть ли не силой отрывать ее от себя и снова уговаривать. Он наговорил ей столько ласковых слов, которые накопил в душе за все их время знакомства, что сам себе удивился. Жаль Анна, видимо, не могла оценить их по достоинству. Ройсс не знал что на нее больше действует. Сами слова либо тон их произношения… Они оказались наконец на улице. Он снова подхватил ее на руки. Девушка дрожала от холода. Дождь моросил, но уже не лил как из ведра. Ночь стояла сырая. Предстояло теперь добраться до лазейки, что он организовал себе раньше и уже пару раз пользовался. -Ничего не бойся, маленькая моя,- снова зашептал уверенно Ройсс в лицо Анны.- Только крепко держись за меня. Хорошо? Та доверчиво прильнула к его плечу. Сердце мужчины жалостливо заныло. Такая ее покладистость казалась подозрительной и пугающей. Сейчас бы он предпочел увидеть ее в привычном и таком любимом образе. Строптивицы, упрямицы, своевольницы. Но зато здоровой… Он отбросил эти мысли: не до подобных сейчас рассуждений… Он оглянулся на виллу. Никто пока за ними не бежал. Была надежда, что Куна еще не обнаружили. У него была фора в час… Он нес Анну на руках, стараясь прижимать к себе как можно плотнее. Он тоже был мокрым как и капли дождя, но все таки теплее. Не хотелось простудить девушку. Тут родилась мысль как им добраться до дома и куда собственно идти? К себе возвращаться показалось опасным… Видимо, придется навестить их агентов- Диего и Хуситу. Ройсс пошел по дороге в надежде встретить попутку. Да, это сразу наведет на их след. Но другого варианта не было. Машину свою он отдал Домне ( ни раньше, ни позже), а до дома агентов пешком далеко. Он начал чувствовать, что силы его на исходе. Но ноша в руках была столь ценной, что пришлось их изыскивать… Первому водителю он назвал совсем другой адрес, и только второму- нужный им. Деньги, какими расплачивался, были мокрыми, но хоть так… Их с Анной точно запомнят. Но идти пешком сил не оставалось… Ройсс долго стучал в дверь, потом ввалился в дом, пронес Анну до кровати и рухнул с ней прямо в мокрой одежде… Дальше темнота и полный провал… Ранним утром Домна Бельт припарковалась вблизи автобусной остановки и пересела в подъехавший автобус. Она была приучена заметать следы. Ей предстояло забрать из тайника секретные документы. Как всегда важные. Других у нее и не водилось. Выйдя через несколько остановок женщина двинулась пешком по узким извилистым улочкам... Присев на третьей от входа в парк лавочке она бросила взгляд на мусорку рядом. К бочку была приставлена плоская коробка. Это то, что ей нужно. Домна оглянулась. Время было раннее и прогуливающихся еще не наблюдалось. Только старушка вдалеке кормила уток в пруду. Бельт забрала коробку и еще посидела с минуту. Внутри лежала папка. Женщина переложила ее в свою сумку, а коробку вернула на мусорку. Ну, все! С облегчением она закурила и покинула парк… Устроившись на сиденье в автобусе Бельт осторожно заглянула в папку. Там лежали рукописные документы. Она должна была их довезти до Италии и передать другому агенту. В автобусе было уже многолюдно. Все спешили на работу. Кто то заходил, кто то выходил. Домна расслабленно наблюдала одним глазом за пассажирами, другим- за нужной ей остановкой. Почему ее внимание привлек этот мужчина она сперва не поняла. Просто какое то внутреннее чутье подсказало: опасность! Человек всего то один раз взглянул на нее, но она напряглась… «Может просто показалось?»- попыталась себя успокоить Бельт. Мужчина вышел на следующей остановке и приблизился к другому человеку. Домна продолжала по инерции следить за ними и заметила взгляд второго, брошенный украдкой на нее через стекло. Мужчина быстро заскочил в автобус и они тронулись. Бельт поняла, что это слежка. Она считалась опытным агентом и чуйка уже выработалась. Сразу же возник вопрос: где и когда за ней начали следить? Скорее всего в парке. Схрон был рассекречен и провален. Ее там ждали... Какой то агент до нее оказался предателем… Всплыл второй вопрос: что делать дальше? За ней установили слежку, чтобы вычислить к кому она направляется и с кем хочет встретиться… Раскрывать всю секретную цепочку она не имела права! Нужно попробовать оторваться от «хвоста» и, главное, не подставить своих. Следовательно, возвращаться к Ройссу и Анне она не станет. Неожиданно накрыла паника… Но только несколько секунд. Потом Бельт железной рукой взяла себя за шиворот, встряхнула и приказала включить мозги… «Может все таки показалось?»- родилась последняя надежда. «Проверим!» Домна вышла на нужной ей остановке и замешкалась на лавочке, роясь в сумке. Подозреваемый ею мужчина вышел следом и медленно двинулся на противоположную сторону дороги. «Нет, Домна. Не тешь себя иллюзиями!»- приказала себе женщина и пересела в следующий автобус. Ее «хвост» вынужден был спешно вернуться и последовать за ней. Машину Ройсса пришлось бросить здесь… По дороге Домна решала дилемму. Документы в ее сумке являлись прямой уликой против нее. По логике от них следовало немедленно избавляться. Но чувство жалости давило. Она так далеко и долго за ними ехала, что было очень обидно не довезти свой груз до места назначения. «Может все таки рискнуть и попытаться уйти вместе с бумагами?» Домна вышла на остановке и двинулась по тротуару, лавируя в толпе… Уходить от слежки ее учили долго и тщательно… «Рискнем!» Указатель на дороге сообщал, что железнодорожный вокзал через пару кварталов. Домна направилась туда. Там был телеграф и туалет… А «хвост» пусть думает, что она за билетами…. Входные двери были стеклянными. Бельт задержалась, делая вид, что с трудом открывает тяжелую створку. Ее «хвост» показался в отражении. «Вот черт! Привязался же!» Домна направилась в дамскую уборную. Вынув деньги, карандаш и бумагу Бельт написала записку. Из кабинки вышла женщина и стала мыть руки. Домна изобразила беспокойство на лице и обратилась за помощью. Так вышло, что она перепутала время отправления поезда и не успевает предупредить мужа. Не будет ли любезна дама отнести записку на телеграф, чтобы там по указанному адресу отправили телеграмму… Для убедительности Бельт продемонстрировала крупную денежную купюру, призванную окупить и расходы, и труды. Женщина согласилась, пообещав выполнить просьбу. Они расстались. Домна покинула уборную через пару минут и направилась к кассам. Делая вид, что изучает табло, она искала глазами «хвост». Нашла… Дело было плохо. Нужно было срочно уходить, иначе если хвост сменится придется заново его вычислять… Анна постепенно вынырнула из омута странных видений и ощущений. Голова была как будто не родная. Она пыталась вспомнить где она, кто и что произошло… А чувство разобщенности своего тела с мозгом заставляло нервничать… Девушка попыталась разлепить глаза. В комнате, где она находилась, стоял полумрак. За окном сквозь неплотно закрытые шторы брезжил то ли рассвет то ли закат. Но само присутствие окна почему то обрадовало. Она напряглась, пытаясь понять причину этой радости. Там, где она находилась до этого не было окон. Только железная дверь, которую перед ней захлопнули. И страх… Миронова распахнула глаза, вспомнив причину своего страха: «Кун! Его жуткий взгляд… Его нечеловеческий эксперимент и она как объект этого эксперимента… Синий туман… Ужас предстоящего и… и… неожиданно добрые, ласковые слова и абсолютно другие глаза другого человека- ДРУГА!» Из воспоминаний ее выдернул глухой короткий кашель. Анна вздрогнула и сфокусировала взгляд. Напротив нее почти нос к носу лежал человек. Мужчина. Миронова непроизвольно дернулась:«Что это значит? Неужели ночные страхи оказались реальностью и в результате она легла в одну постель с мужиком?» Но в ее воспоминаниях момент попадания туда отсутствовал… Лишь ощущение тепла, нежности и безопасности… Человек снова закашлял. Анна полностью проснувшись, наконец, осознала кто это. Ройсс! Его глаза приоткрылись и встретились с ней взглядом. -Что это значит?- осипшим ото сна голосом прошептала она. -Что?- так же тихо и глухо переспросил мужчина. -Что Вы здесь делаете?- хмурилась Миронова. -Лежу,- коротко ответил Ройсс. -Почему в моей постеле?- возмутилась девушка. Ройсс помолчал, набираясь сил для ответа. Он отвратительно себя чувствовал. Тело ломило так, как будто ему выворачивали суставы. Голова раскалывалась и горло скребло. Вообщем, спорить не было никакого желания. Порадовала в этой ситуации только одна вещь- Анна Миронова, кажется, вернулась в себя. Если его здоровье требовалось принести в жертву, чтобы она выздоровела, он согласен! Девушка приняла его долгое молчание за нежелание оправдываться. «Типа, что случилось- того не миновать. Прими и смирись, детка» Но она ничего не помнила… «Что было? Как было? Полный провал….Ааа! Влияние газа! Отшибло память!» Все это пролетело в ее голове и вылилось в сердитое шипение: -Как Вы посмели? Ройсс закрыл глаза. В другое время он бы ни за что не упустил такой возможности подразнить Анну Миронову. Но сейчас не было ни сил, ни желания. Он вздохнул и проскрежетал осипшим голосом: -Извините, но тут всего одна кровать… Дальше его прервал очередной приступ кашля. Он уткнулся в подушку. Анна резко приподнялась на локте, вглядываясь в лицо мужчины. Ройсс никак не мог остановиться. Девушка села. От резкой смены положения голова закружилась. Она схватилась за виски. Взгляд скользнул по их телам. Они оба были в одежде. Миронова снова бросила взгляд на мужчину. Он, наконец, успокоился и в изнеможении откинулся на спину. Кажется, его бил озноб. Анна коснулась его лба и ахнула: -Да Вы весь горите! -Похоже, я немного простыл,- Ройсс попытался улыбнуться. Получилось плохо. -Немного?- возмутилась Миронова, вскакивая с кровати. Ее снова качнуло, но она не обратила внимание. Состояние Ройсса беспокоило больше. В двери заглянули Хусита и ее муж . Миронова, наконец, поняла где находится. …Они шли вдоль узкой улочки. Ее «хвост» действовал очень грамотно, перейдя на противоположную сторону и слегка отставая… Но его взгляд Бельт чувствовала кожей.. Увидев придорожное кафе Домна решила рискнуть. Она изобразила раздумье и зашла внутрь. Там с утра было немноголюдно. Сняв плащ и оставив его на вешалке Бельт прошла к столику. Через большое окно она разглядела своего преследователя. Мужчина делал вид, что заинтересовался витриной магазина на противоположной стороне улицы, поэтому он задержался возле нее, закуривая сигарету. Это еще больше вдохновило Домну: так будет проще его обмануть. Домна заказала чашку кофе и ушла в туалет. Там она сняла шляпку, повязала на голову шейный платок и вернулась в зал. Сделав пару глотков Бельт оставила деньги и подошла к вешалке. Ее собственный плащ был темно серого цвета. Рядом висели еще парочка чужих. Один из плащей был светлым. Домна надела его, сумку сунула под мышку и вышла из кафе. Направилась она в противоположную сторону. Через стеклянные витрины женщина следила за людьми, следующими за ней… Своего «хвоста» среди них она не обнаружила… Неужели, оторвалась?!! …Миронова переоделась в одежду Хуситы и была намерена переодеть в сухое Ройсса. Его собственные пиджак и брюки до сих пор были влажными. Анна сердито бурчала на такую безолаберность. Ройсс лишь усмехался уголками губ. Ворчание этой девушки рядом с ним он был готов терпеть вечно. Лишь бы ее глаза не смотрели равнодушно сквозь него, как это было ночью в лаборатории. Она жива, она рядом и даже беспокоится о нем. Все это вкупе радовало и давало силы сопротивляться болезни…. После процедуры переодевания (естественно, Мироновой было отказано присутствовать при этом) Ройсс прилег на кровать и обратился с просьбой к Диего. Тому надлежало пока не поздно вернуться на их квартиру, удостовериться в отсутствии слежки и забрать вещи. А Хусите нужно было сходить на телеграф и узнать не поступало ли сообщение от Домны. А так же обоим агентам следовало быть внимательными на улицах города. Полицейские патрули и их маршруты должны были стать объектами наблюдения агентов, чтобы понять не началась ли на них охота… Но Ройсс и не питал иллюзий. Наверняка, по всему городу и на выездах уже должны были разослать описание примет двух опасных преступников. Сейчас он решал для себя вопрос: что делать дальше. Уходить следовало по любому. Но Домна должна была вернуться сегодня. Ее хотелось бы дождаться. И еще он пока не решил для себя что безопаснее: уйти сейчас, рискуя нарваться на патруль либо залечь на дно? «Ладно, подождем для начала Джозефу.» Хозяева дома разошлись по своим заданиям. Анна не могла остаться равнодушной и взялась за лечение Ройсса. Его самочувствие оставляло желать лучшего. Температура была не большой, но кашель Миронову беспокоил. «Им в любой момент предстояло покинуть этот город, а он разболелся! Запускать такое опасное состояние никак нельзя!»- все это девушка высказала ему, пока настаивала чай с медом. Местный напиток- мате- она готовить правильно не умела. Поэтому заварила по своему обычаю. Он получился горьким. Ройсс морщился, но послушно отхлебывал маленькими глотками из дымящейся чашки под контролем строгой фрау Анны. Та под показной суровостью и излишней суетливостью прятала свою неловкость. Ведь она умудрилась заподозрить Ройсса в домогательствах и даже озвучила это вслух. И сейчас ей было стыдно смотреть ему в глаза. Тем более,что эти его глаза преследовали ее повсюду. Он следил за ней неотрывно. Значение его взгляда она понимала и от этого становилось еще более некомфортно… Она знала, что обязана ему спасением своей жизни и чести… Но после своих утренних обвинений признаться в благодарности было сложно… Миронова сбежала в соседнюю комнату… Диего с Хуситой не было всего час. Но в их положении это казалось очень долгим. Ройсс оставался лежать в кровати. Анна слышала его кашель. Не в силах усидеть в одиночестве она заглянула к нему в комнату и увидела, что он кутается в покрывало. Видимо, снова начинался озноб. Девушка коснулась его лба прохладной ладонью. Он вздрогнул и взглянул на нее. -У Вас снова поднимается температура,- обеспокоенно произнесла Миронова. -Ничего страшного, отлежусь,- сипло произнес Ройсс и отвернулся. Плохое самочувствие раздражало. Ему совсем не хотелось выглядеть слабым перед Анной. В любой момент они должны были быть готовы сорваться с места и бежать. Становиться обузой для женщин он не хотел. Поэтому старался не показывать виду… -Вам нужно лекарство… жаропонижающее,- взволнованно заходила по комнате девушка.- Где же Хусита? Наверняка, у нее есть что нибудь… -Думаю, скоро должна вернуться,- вздохнул Ройсс. Миронова перешагнула через свое воспитание и стала рыться в шкафах. Как назло лекарства не находились. Она не удержалась от ворчания. Ройсс попытался отшутиться, что никто еще не умирал от температуры тридцать восемь, но закашлялся… Анна принесла ему горячее молоко с кусочком масла (хоть это нашлось!). -Что это?- подозрительно заглянул в бокал мужчина. -Это средство от кашля, народное. Пейте,- твердо заявила Миронова. Но Ройсс скептически качнув головой отставил бокал. -Пейте, говорю!- приказала девушка.- А я пока сбегаю до аптеки. Посмотрю лекарства от кашля и температуры… Она решительно стала собираться. -Никуда Вы не пойдете!- проскрежетал Ройсс своим осипшим голосом.- Вас уже ищут! -А Вы себя слышите?- возмутилась Миронова.- У Вас болит горло. Кашель… Простуда опустилась в легкие! Это чревато! -Я не знал, что Вы медик,- попытался отшутиться Ройсс. -Я не медик, а Вы бы оставили свои шуточки и прислушались ко мне!- нахмурилась девушка, упирая кулачки в бока. Ройсс несколько секунд позволил себе полюбоваться этим зрелищем. Анна Миронова в экспресии была всегда хороша. Даже разбитые губы не портили картины. Хотя воспоминания о причине этих ран заставили взбодриться. -Хорошо, я выпью эту гадость, только не надо никуда самой ходить!- вздохнул Ройсс и взялся за бокал. -Сами Вы.. гадость,- буркнула по инерции девушка. Покраснела от этих слов и присела в отдалении. «Контролирует,»- хмыкнул удовлетворенно про себя Ройсс, а вслух стал жаловаться, что с детства не любил молоко. А пенка для него- худшее из всех наказаний. Анна немного оживилась: «Ничего то Вы, господин Ройсс, не понимаете в удовольствиях! Пенка это самая вкусная вещь!»- запротестовала она, блестя своими глазами. Мужчина мысленно решил согласиться… с одной оговоркой. Если к пенке в придачу будет подаваться общество этой женщины… Тут хлопнула дверь в прихожей. Это Хусита вернулась. Она принесла с телеграфа зашифрованное сообщение, отправленное вчера. По словам Джозефы с ее «племянником» было все в порядке. Она пристроила его в хорошем месте и теперь отправляется по своим делам…» Ройсс удовлетворенно крякнул и закутался в покрывало. Его клонило в сон, но озноб не давал забыться. Хусита нашла таблетку аспирина и ее споили больному. Потом настоящий чай йерба мате. Хусита уверяла, что он лечебный. Ройсс, наконец, задремал... Разбудил его приход Диего. Тот принес вещи и рассказал, что чудом избежал облавы. Буквально следом за ним на квартиру прибыли полицейские. Это очень сильно осложняло ситуацию. Покидать город по своим документам они теперь точно не смогут. Еще Домна рисковала быть арестованной, если вернется к себе домой. Ройсс постарался встряхнуться и принять решение. Голова была чугунная и слабость накатывала, но он дал новые распоряжения. Диего и Хусита должны были сходить в полицейский участок и сообщить об утере документов. Им сделают новые в ближайшие дни. В паспортах не было фотографий и Ройсс с Анной воспользуются их старыми. Потом Диего придется наблюдать за бывшим жилищем Ройсса, чтобы предупредить Джозефу о засаде… Миронова тихо сидела в углу, пытаясь читать книжку. Но мысли ее были сосредоточены на здоровье Ройсса. Несмотря на постоянные чаепития с медом состояние мужчины к вечеру все больше ухудшалось. Его непрекращающийся кашель стал лающим. Лоб пылал. Вторая таблетка аспирина сбила температуру лишь ненадолго и снова жар вернулся. Анна решила делать ему обтирание. Хусита принесла ей бутылку местной водки. Мужчине сняли рубашку и стали его осторожно промокать смоченной тряпкой. Прохладные прикосновения заставляли его вздрагивать. Несмотря на жар и головную боль Ройсс пустил шпильку про оригинальные познания девушки в области эротического массажа. Миронова порозовела, но показно нахмурила брови: «Это лечение, господин Ройсс, и не более того!» Господин Ройсс прикрыл веки и отдался в руки дамы своего сердца. Он сейчас не был способен даже протестовать. К его удивлению жар ослаб. Горло и кашель конечно мучили, но хоть какое то послабление… Хусита была снова отправлена на телеграф. Возможно Джозефа послала им сегодня еще одно сообщение. Так и вышло... Анна прочитала вслух строчки из телеграммы и в плохом предчувствии замерла. Ройсс кое как поднялся с постели и потер лицо. -Джозефа под наблюдением,- расшифровал он сообщение,- но попытается оторваться. Нам не следует ее ждать. Она будет уходить одна, чтобы не подставить нас… Миронова прижала ладонь ко рту: -Мы можем ей как то помочь?- выдохнула она. -Нам бы самим справиться,- вздохнул Ройсс и снова прилег.- Но без документов не стоит и пытаться… Будем ждать. По домам то они не станут рыскать… Поздним вечером Миронова обратилась к хозяйке за комплектом постельного белья и, в идеале, матрасом. Хусита удивилась. Анна недоуменно возразила, что не может же она спать в одной постеле с посторонним мужчиной. Хусита выдала все, что просили, при этом сообщив, что прошлой ночью они с мужем так и не смогли разделить гостей. Девушка обнимала Ройсса и отказывалась его отпускать…. Анна сконфуженно промолчала и ушла в свою комнату. Вернее их с Ройссом. Спать с мужчиной в одном помещении было неловко. Но оставлять его больного было жалко и тревожно. Она устроилась на матрасе и утонула в воспоминаниях. «Что же было прошлой ночью?» Ничего конкретного она не могла вспомнить. Только в ушах так и стоял тихий ласковый шепот. Ее крепко обнимали теплые руки. Она тоже обнимала и очень боялась лишиться этого тепла… и безопасности, что ощущала…Девушка незаметно погрузилась в дрему… Ее выдернул оттуда кашель Ройсса. Часы показывали полночь. Кашель отпустил, но мужчина продолжал метаться по подушке. Миронова осторожно коснулась его лба и ахнула. Ройсс горел огнем. Она попыталась замерить температуру. Сорок! Миронова принесла воды и таблетку аспирина и стала его будить. Кое как таблетку удалось споить. Его состояние пугало. Через час градусник показал снижение на пять градусов, а еще через час все вернулось. Миронова разбудила Хуситу. Одной было страшно. Она понимала, что народными средствами в данной ситуации не справится. -Нужен врач!- затормошила она сонную женщину. Но ночью! Знакомых врачей пара не имела. Вызывать скорую помощь было рискованно… -Отставить врача!- прохрипел Ройсс.- Нас ищут! Давайте Ваши обтирания… Водку, правда, терпеть не могу, но выхода нет… Его потрескавшиеся от жара губы попытались улыбнуться. Анна уже не сердилась над его подтруниваниями. Раз есть силы на шутки, значит не все так плохо. Обтирание помогло, но снова ненадолго. Ройсс горел огнем и кашлял, держась за грудь. Его лицо морщилось от боли при каждом приступе. Миронова металась по комнате, не зная чем помочь. Хусита, полусонная сидела в углу. Она в медицине совсем не разбиралась. Миронова отправила ту готовить свежий чай, хотя умом понимала, что нужны радикальные меры. «Что делать?»- терзалась она вопросом. Присев на кровать рядом с больным девушка взглянула на бледное лицо мужчины. Ее вдруг накрыла паника. Потерять Ройсса сейчас показалось так легко и так… страшно… Что она станет делать без него? -Уж не вздумали ли Вы умирать?- прошептала она, легонько касаясь его пальцев. Ройсс открыл глаза. Его взгляд был мутным. Миронова еще сильнее испугалась. Ей вспомнилась та ночь в лесу, когда он лежал в грязи и вот так же смотрел на нее. Против воли в горле родился всхлип. По щеке скатилась слеза. -Не плач… я не умру…- прохрипел Ройсс, пытаясь дрожащей рукой стереть хрустальную слезинку.