Глава 1

      Брусчатку Косой аллеи припорошил белый снежок, а вот в магловском Лондоне улицы напоминали скорее грязевую ферму, заставляя сомневаться в правдивости календаря. Дух надвигающегося Рождества будто затерялся меж вечно спешащих людей, мигающих в витринах гирлянд и совсем уж не праздничных выхлопных газах.       Сидящая в кафе Гермиона стряхнула с чёрного шерстяного платья крошки и отвернулась от окна, потянувшись к чашке с горячим шоколадом. Напиток отдавал чем-то химическим, и, едва скривившись, ведьма без сожаления отставила его к тарелке с разломанным лимонным тартом. Рождественский пудинг, предлагаемый у кассы, вероятно был вкуснее суховатого пирога, но следовать всеобщему помешательству Гермиона не собиралась.       Да и пирог взяла исключительно чтобы было что разломать, не привлекая внимания.       Дверной колокольчик звякнул, и ведьма подняла голову на звук, замерев, как мышь перед змеёй. Снейп, едва прищурив чёрные глаза и даже не осмотрев зал, пестревший гирляндами из остролиста, повесил у входа пальто и целенаправленно двинулся к ней, остановившись лишь за пару шагов, будто спрашивая разрешения.       — В вашем распоряжении половина кафе, — заметила Гермиона, постукивая ногтём по столешнице.       Маг осмотрел её напряжённую позу и сел на стул напротив с отвратительно довольной ухмылкой.       — Вы устроили настоящее представление на Косой, — уронил он, прежде чем стащил с соседнего столика меню, погрузившись в его изучение.       Гермиона скривилась, не желая вспоминать, как час назад скандалила, как базарная торговка, столкнувшись со своим теперь уже бывшим парнем. На самом деле Гермиона не раз задумывалась о каком-то мудрённом проклятии, полученном во время Второй Магической. Иначе как объяснить, что уже шестой — седьмой, если считать Рона, — парень вынуждает бросать его из-за абсолютно неприемлемого поведения? В венец безбрачия Гермиона всё ещё не верила, но подозрения возникли не на пустом месте: просто поддерживать отношения дольше двух месяцев у неё не получалось.       И поистине удивительно, что только с Роном, местами крайне тугодумным, они расстались по обоюдному желанию и остались друзьями, а не разругались в пух и прах. Грейнджер, занимавшая весомое местечко в отделе по борьбе с коррупцией, была слишком значимой фигурой, чтобы плеваться с ней в коридорах Министерства, но именно так поступали все её бывшие, иной раз не замечавшие её присутствие и роющие себе могилу чересчур длинным языком.       В общем, явление Снейпа напротив сегодня казалось последним пинком вселенной. После чудесного спасения, оправдания и ухода в частную практику, зельевар стал той ещё ядовитой гадюкой, на которую не находили управы ни доблестные авроры, по горло обязанные ему какими-то редкими снадобьями, ни Министерская верхушка, поголовно трясущаяся, то ли от ужаса, то ли от желания упечь дважды героя войны в Азкабан на веки вечные.       Гермиона же регулярно сталкивалась с бывшим профессором и шпионом, потому что его широко известная лавка находилась на кратчайшем пути между её домом и работой. И пожелания доброго утра (со стороны опаздывающей Гермионы) и ехидные комментарии в конце рабочего дня (со стороны Снейпа) несколько месяцев составляли почти всё их крайне мирное, как считала ведьма, общение… Пока однажды мужчина не проявил инициативу, сообщив, что она разбежится со своим новым парнем через месяц. Гермиона не хотела верить, потому что заглядывающий в их отдел Малькольм казался принцем на белом коне, но на третьем и последнем свидании в ужасе поняла, что слова зельевара оказались пророческими. Идеальность Малькольма стала раздражать.       С тех пор темы коротких разговоров со Снейпом росли, а ещё он дважды совал свой длинный нос, куда не следует, меткими наблюдениями разрушая вполне гармоничные или только зарождающиеся отношения героини войны.        Но всему был предел.       — Что вы здесь забыли? — Гермиона недовольно сложила руки на груди, не веря, что явление мужчины было случайностью.       Она специально отправилась в магловский Лондон, потому что хотела отвлечься, а не находиться в постоянной бдительности среди магов, любивших обсуждать её былые заслуги или "скандальную" репутацию, благодаря которой Рита Скитер, вероятно, озолотилась. Грейнджер периодически подавала иски на редакцию, трепля нервы журналистке, но управу на вездесущую блондинку пока не находила. Стоило вознести хвалу Мерлину, что та не оказалась где-то поблизости час назад. Хотя сейчас куда сильнее Гермиону волновал внезапно явившийся Снейп. Он просто не мог беспричинно зайти в первое попавшееся ей на глаза кафе, куда она забежала, когда погода на улице резко испортилась.       Однако стоило признать, что иногда они со Снейпом всё-таки пересекались довольно неожиданно: порой маг заходил в магазинчик аксессуаров за новыми перчатками или поясом, где ведьма любила разглядывать оригинально зачарованные сумки, а ещё ему случалось оказываться у соседнего стеллажа, когда Гермиона покупала книги.       В последнем случае они виделись пару раз и в магическом, и магловском мире, но “Уотерстоунс” на Пикадилли был самым крупным и известным книжным Лондона. А кафе, названия которого Гермиона даже не удосужилась запомнить, было слишком обычным, чтобы заинтересовать случайного прохожего и уж тем более придирчивого зельевара!       — Конечно, я пришёл, чтобы пройтись по вашему задетому самолюбию, — подтвердил её опасения Снейп.       — В грязных ботинках, полагаю?       — Вы чрезвычайно наблюдательны, — насмешливый взгляд на серо-коричневую улочку за стеклом был настолько говорящим, что Гермиона скривилась, вновь начав терзать ни в чём не повинный пирог.       Снейп же подозвал официантку, сделав заказ, и достал из кармана блокнот, делая какие-то пометки.       Пробуравив пару минут взглядом не настаивающего на общении мага, Гермиона вернулась к размышлениям о тщетности бытия. Впервые её избранник стал бывшим из-за факта измены. Снейп, что примечательно, ни слова не сказал о Дереке, хотя не раз наблюдал, как они прогуливались вместе по Косой. Теперь же Гермиону разрывало от желания забиться под одеяло с чашкой настоящего горячего шоколада и какой-нибудь книжной новинкой или же перенестись в прошлое, чтобы вновь проклясть обманщика и висящую на нем ведьму.       — Кровожадность вам к лицу, — вдруг заметил Снейп. Его кофе и яблочный пирог уже принесли, но приступать к ним мужчина не спешил.       Мрачный взгляд Гермионы, адресованный собеседнику, не привел того в священный ужас, а лишь подстегнул появление кривой ухмылки.       — Расслабьтесь, Грейнджер. Мне плевать, сколько проверок вы можете наслать на мой вполне законный бизнес или поставщиков.       — А должно быть наоборот, — недовольно заметила Гермиона, действительно подумавшая о том, чтобы припугнуть зельевара ради долгожданного одиночества. И совсем капельку из-за обиды. Снейп видел людей насквозь, и было просто нелепо, что он не разглядел гнилое нутро её последнего парня. — Ваша лавочка слишком быстро получает разрешения на продажу зелий до пятого ранга.       — Следите за моей работой? — поднял бровь Снейп, отправляя в рот кусок пирога.       — Просто предупреждаю, что скоро вам придётся искать новые знакомства для сотрудничества.       — Полагаю, речь о Трайсоне? — уточнил зельевар, и Гермиона пожала плечами, не спеша давать ответ. Трайсон был мелким подрядчиком, который исчерпал кредит доверия, связавшись не с теми людьми.       Сделав глоток кофе, Снейп изменился в лице и с подозрением заглянул в чашку. Гермиона же не смогла сдержать довольную ухмылку. Вероятно, напитки здесь оставляли желать лучшего.       — Мерлин, даже Аберфорт варит лучшую бурду. Грейнджер, вы стали на редкость вредной ведьмой.       — Простите?       — Что вам стоило предупредить о качестве здешней кухни? Это так не по-гриффиндорски.       Гермиона в возмущении набрала воздух, но тут же сдулась, укорив себя за некстати взыгравший характер.       — Я не знала, что здесь всё настолько плохо, — тихо произнесла она, покачивая вилку в последнем крупном куске пирога.       —Теперь знаете, — подвёл черту мужчина. — Признаю, что набросил на вас следящие чары, потому что с Косой вы унеслись, как настоящая фурия. А ещё предлагаю прогуляться. Недалеко на набережной продают сносный кофе навынос.       Гермиона взглянула на почти полную чашку бурды. На душе скребли кошки, и хотя желание остаться в одиночестве было нестерпимым, вариться в собственных мыслях Гермиона любила меньше всего. Да и жаловаться сейчас друзьям она просто не имела права. Гарри с Джинни собирались отметить первую годовщину, устроив романтические выходные под стать медовому месяцу, а Рон по уши завяз в Рождественском ажиотаже в магазинчике Джорджа и снова сошёлся с Лавандой, пригласившей его провести праздники вместе.       Дома же после смерти Живоглота ждала лишь гнетущая тишина. Вроде бы вполне желанная, но от этого не менее ядовитая.       Успешная и идеальная Гермиона Грейнджер могла с лёгкостью приготовить ужин из пяти блюд, построить карьеру и превратить в ад жизни сотен магов… Но ужасно пасовала на любовном фронте. Она хотела прийти домой, попасть в тёплые объятия, обсудив работу или последнюю прочитанную книгу, и может даже разогреть ужин — не зря же она полгода ходила на кулинарные курсы? — но все попытки создать какую-то ячейку общества проваливались одна за другой.       Возможно, в шутке Джинни о венце безбрачия всё же была доля истины?       — Так что насчёт кофе? — повторил Снейп. Гермиона непонимающе нахмурилась и печально обняла собственную, почти остывшую чашку. — Ещё там продают безупречные рогалики с джемом, — коварно добавил маг. — Да и здесь мы привлекаем слишком много внимания.       Гермиона оглядела кафе, с удивлением отметив повышенный интерес окружающих. Снейп был полукровкой и, судя по предложению прогуляться до Темзы, нередко посещал магловскую часть, однако чего ему стоило наколдовать под вполне приличное пальто обычный магловский костюм, раз уж его потянуло в центр Лондона? Старомодный сюртук со сложным выбитым рисунком был абсолютно чёрным, но всё равно не давал спутать его с одеянием священника и привлекал излишнее внимание. И, конечно, после изучения странного посетителя, любопытные взгляды перетекали на Гермиону. Представив, как они смотрелись со стороны во всём чёрном накануне праздника, девушка фыркнула, впервые испытав положительные эмоции после аппарации у лавки Мадлен, где Дерек и Алисия выбирали комплект нижнего белья.       В соседней. С ней. Кабинке.       Поджав губы, Гермиона потянулась к сумочке и, оставив пару банкнот на столе, направилась к вешалке. Снейп догнал её у выхода и даже придержал дверь с пакостной ухмылкой.