Глава 2

      Темза в это время года не могла похвастать живописными видами, но всё равно привлекала туристов. Площадь недалеко пестрела рождественскими лентами, красными автобусами, британскими флажками и вспышками фотоаппаратов, помноженными на помесь нескольких языков. Конец декабря не мешал иностранцам скупать праздничные сувениры, которых хватало в любой точке мира, и делать совместные снимки.       Вдохнув сомнительный аромат воды и автомобильных выхлопов, Гермиона в недоумении воззрилась на невозмутимого спутника, шагающего, как ледокол сквозь массу людей. Чуткий нюх зельевара обязан был доставлять ему целый ряд неудобств, однако имел и свои плюсы. Вероятно, Снейп нашёл единственное место в Лондоне, где подавали кофе, которым не погнушался бы сиятельный Малфой.       Получив заветный бумажный стаканчик и сделав глоток дымящегося напитка, Гермиона прикрыла глаза, не способная дать оценку вкусу меньше, чем “Превосходно”.       — Рогалики возьмём у мадам Пью, — проинформировал Снейп, подхватывая её под локоть, чтобы вывести сквозь толпу туристов, набежавших с ближайшего автобуса.       — Часто здесь бываете? — спросила Гермиона, слишком увлечённая удержанием воздушной пенки в стакане, чтобы возмутиться на почти тащившую её руку.       — Конечно, люблю подышать грязным речным воздухом на ночь глядя, — поморщился Снейп, вдруг разворачивая её у неприметного газетного киоска. — Мадам Пью?       — Чего тебе? — скривилась натуральная ведьма, выглядывая из глубины деревянной кабинки.       — Два рогалика с вишней и клюквой, — передал он пару звякнувших монет.       Грозно ворча, старуха исчезла в казалось бы безразмерной будке, но вскоре вернулась с двумя пергаментными свёртками, обляпанными чем-то кровавым… то есть фруктовым.       — И ваше зелье, — протянул маленький флакон Снейп, обменявшись “дружелюбными взглядами” с всё-таки колдуньей.       Старуха, безумно хихикая, опустила шторку на кабинке, давая понять всем и каждому, что торговый ларёк временно закрыт.       — Ваша знакомая? — протянула обескураженная Гермиона, разом позабыв о том, что собиралась повторить трюк с оплатой кофе. Снейп едва ли не закатил глаза, когда она заявила, что в состоянии сама оплатить свою еду и напитки.       — Клиент, — ответил Снейп, вручая ей один из подозрительных свёртков. — А это ваша взятка за молчание.       Демонстрируя, что бояться нечего, он развернул собственный свёрток и откусил сразу треть. По скомканной упаковке тут же потёк кровавый сок, впитавшись в бумагу.       — Мадам Пью скорее информатор, чем клиент, но в её случае одно другому не мешает, — заинтриговал Снейп, посматривая на её реакцию.       — Любопытство сгубило кошку, — покачала головой Гермиона, разворачивая вручённую выпечку.       Вопросов к работе лавки Снейпа хватало у всех и каждого, но все благоразумные маги и ведьмы, к числу которых Гермиона относила и себя, понимали, что лезть на рожон — себе дороже. Подтрунивание и несерьёзные угрозы в сторону бизнеса зельевара относились скорее к вялой попытке восстановить статус кво. Да и их стандартные перебрасывания фраз нередко включали вопросы о странных поставщиках и не менее вежливый интерес мужчины к вороху её рабочих задач, которые не дают ей заметить чернила на рукавах или размазавшуюся от потирания глаза тушь.       Снейпу вообще доставляло немалое удовольствие рекомендовать ей шампунь против пушения или заклинания стирки и глажки, проходясь по её “неидеальности” сотрудника Министерства в противовес собственной аккуратности даже после вышедшего из-под контроля эксперимента. Хотя утренние высказывания мага об оставшемся на лице Гермионы джеме или следах зубной пасты относились скорее к полезным замечаниям, за которые она не гнушалась благодарить, не сбавляя скорости и на бегу исправляя указанные недочёты.       В любом случае, выпечка мадам Пью оказалась безумно вкусной, и, отпив ещё чудесного кофе, Гермиона поймала себя на мысли, что всё не так уж плохо. В конце концов, Дерек не был пределом её мечтаний, и она даже подсознательно ждала, что он сбежит из её жизни по какой-то причине. Хотя, конечно, ведьма в примерочной нижнего белья накануне Рождества была слегка чересчур.       Заведя старый как мир разговор о погоде, Снейп выгулял её до моста со львами, за перилами которого они допили кофе, и предложил проводить домой или посетить галерею искусств, где проходила выставка какого-то нашумевшего скульптора, плакаты о котором щедро развесили вдоль улицы.       — Знай я вас хуже, подумала бы, что это похоже на свидание, — вздохнула Гермиона, но увидев выражение лица спутника тут же поправилась: — Простите. Я немного не в форме после случившегося. Проклясть бы эту парочку снова… но состояние аффекта нельзя приписать спустя пару часов.       — Могу предложить яд, — фыркнул Снейп. — И если бы это было похоже на свидание, то я позвал бы вас на танцы.       Ведьма подняла брови, промолчав, что на танцы не зовут уже лет десять. Даже в магическом мире. Или же ей просто не везло на парней.       — Что ж. Я не фанатка современного искусства, — покачала головой Гермиона, разглядывая на листовке странное изображение из гаек и шестерёнок, в котором смутно угадывалась человеческая фигура. — Но если бы это были динозавры… Кажется, неподалёку был палеонтологический музей?       Снейп смерил её каким-то насмешливым взглядом и подтвердил, что музей имеется. Как и круглый год открытая экспозиция с целыми скелетами и отдельными экспонатами когтей, клыков и окаменелостей. Отдельно внимания, по скромному мнению зельевара, заслуживали останки кентрозавра, своеобразного представителя травоядных с угрожающей внешностью. Гермиона с трудом сдержала улыбку, подозревая, что не одной ей интересно глянуть на гигантских ящеров.       Посетить музей со Снейпом казалось чем-то сверхъестественным и несомненно любопытным. Проснувшийся авантюризм буквально побуждал согласиться, поэтому ведьма благосклонно кивнула, пробормотав, что будет наслаждаться каждой минутой.       Снейп повторил свой манёвр, прихватив её уже чуть повыше локтя и планируя протащить за собой через редеющую толпу, но Гермиона выдернула руку, возмущённо отметив:       — Я не кокер спаниель, чтобы тащить меня на буксире.       — Действительно, — показательно задумчиво произнёс мужчина, осматривая её буйную гриву. — Тогда так?       Он подал руку, едва ли не склонившись в церемониальном поклоне, и в очередной раз вызвал ненужное внимание. Кажется, их даже сфотографировали.       — Что вы за человек? — пробормотала Гермиона, подхватывая его под локоть.       — Учтивый?       Гермиона едва не захохотала, потому что учтивым Снейп мог быть разве что с кипящем в котле зельем. Они не стали развивать эту тему, зато осторожно прощупали интерес друг друга к прочим музейным выставкам. Снейпа привлекала вся вымершая флора и фауна, Гермиону — динозавры, Древний Египет и всё связанное с пиктами.       Но, видимо, вселенная хотела, чтобы этот день закончился катастрофой. Стоило им пройти квартал, как какой-то полвека женатой парочке, как перед ними материализовался Патронус-олень и голосом Гарри отрапортовал:       — Гермиона, в твоём доме рухнула крыша. Нужно разобрать вещи. Если не можешь — пришли патронус.       — Отвлечение внимания я набросил, но прискорбно, что авроров не учат шевелить мозгами, — протянул Снейп, пока Гермиона в ужасе оглядывалась, пытаясь приметить взирающих на волшебство маглов.       — Стоп, рухнула крыша?! — замерла Гермиона, боясь представить масштабы катастрофы.       — Свидание с древним ящером отменяется, — едва ли не печально заключил маг и, прихватив её за плечо, аппарировал.