Глава 4

Не ожидал, что устану настолько, чтобы уснуть. Когда я открыл глаза, в небе уже начали появляться первые лучи солнца. Хорошо, что действие обогревающего заклинания ещё не прошло — не хотелось бы проснуться от дикого холода. Повернув голову влево, я увидел посапывающую Анну, которая устроила свою головку на моём плече и обхватила предплечье руками. Видимо, она решила не будить меня и тоже заснула. Чем больше я её узнаю, тем больше она мне нравится. Анна видела, в каком я был состоянии, и не стала настаивать на продолжении похода за сестрой, хотя, уверен, ей этого очень хотелось. — Анна, просыпайся, — прошептал я и осторожно растормошил её. — М-м… Ханс? Который час? — Она отстранилась от меня, потянулась и зевнула. — Часов не знаю, но то, что скоро утро, — догадываюсь, — ответил я, поднимаясь и разминая затёкшее тело. — Ханс, нужно поспешить! — встревожилась Анна. Я-то знаю, что Эльза никуда не денется, а вот Анна такой информации не обладает. — Понял, желание принцессы — закон! — карикатурно поклонился я, а затем достал камень и призвал Дымка. — Хватит паясничать! — Анна гордо подняла подбородок и, пройдя мимо, слабо пихнула меня локтем. Затем её взгляд переместился на Дымка. — А кто это у нас такой хороший! — воскликнула она, схватив коня за голову и принявшись его гладить и чесать. Дымок довольно ластился к ней. Удивительно, ведь у него, казалось бы, не должно быть эмоций, но, глядя на его довольную морду, я начал сомневаться в том что писал Зигур. — Кто нас спас? Ты такой молодец! Когда вернёмся в Эренделл, я накормлю тебя лучшими яблоками! — не переставала хвалить его принцесса. — Ему не нужны яблоки. Да и вообще пища, — заметил я, запрыгивая в седло. После развернулся к Анне и подал ей руку. Она немного замялась, но всё же приняла её. Я помог ей устроиться впереди, и мы двинулись в путь. Некоторое время мы ехали молча, но Анна не выдержала: — Слушай, а как ты стал колдуном? — С живым интересом спросила принцесса. — Ну, просто у меня был дар. Да и в целом с детства увлекался всем магическим, — задумчиво ответил я. — А когда заполучил эту книжку, — похлопал по гримуару, — смог раскрыть свой потенциал и стать тёмным магом. — Тёмным магом? — насторожилась Анна. — Звучит опасно… А ты не мог стать, ну, не знаю, светлым магом? Или магом радуги? Я поднял бровь. — Магом радуги? Ты хоть сама поняла, что сказала? — Ну-у… — она замялась. — Я не выбирал дар, а родился с ним. И вообще мне повезло, что у меня была предрасположенность, — продолжил я. Мне, как ни странно, и повезло, и не повезло одновременно. Нейтральные маги могут свободно использовать заклинания разных стихий и школ без штрафов и последствий. Я же, как адепт тёмных искусств, не могу применять магию света, жизни, святости, растений и друидизм. Стихийные заклинания мне даются с трудом — например, я могу использовать огненный шар, но он сожрёт столько энергии, сколько ушло бы на десяток тёмных стрел или пять тёмных копий. А если я решусь применить светлые чары, то откат будет таким, что я запросто могу отдать концы. В общем, использовать всё, кроме тёмной магии, магии тьмы, крови, малефики и некромантии, для меня нерационально и даже опасно. Мне, можно сказать, безумно повезло, что у меня не было склонности к светлой магии, иначе я бы мог умереть от собственной глупости. — Я бы не назвала это везением, — тихо проговорила Анна. — Ты видел, как на тебя смотрели люди? Они явно очень сильно испугались. — Если бы меня интересовало мнение каждого встречного, я бы давно забился в угол и тихо сидел, не высовываясь, — пожал плечами я. Анна была права. Я видел страх в их глазах… и мне это даже понравилось. Раньше я не был таким, но, похоже, склонность к тёмным искусствам давит на разум больше, чем мне казалось. Нужно держать себя в руках. Не хочу однажды проснуться маньяком-психопатом, которому повесить ребёнка — всё равно что выйти на прогулку. Но и отказаться от магии не могу. Она даёт мне такую власть… которая и не снилась моему отцу. Кхм. Вспомнил одного принца, который тоже увлекался тёмной магией и некромантией. — Да и потом, магия — это всего лишь инструмент, — продолжил я. — Если я использую тёмную магию, это ещё не значит, что я злодей. Светлой магией тоже можно причинить боль. Всё зависит от того, в чьих она руках. Разговор сам собой затих, но спустя несколько минут Анна снова заговорила: — Знаешь, сначала, когда я тебя увидела, ты показался мне мрачным и злобным типом, который только и думает, как захватить мир, — рассмеялась она. — Но теперь, в этом путешествии, я поняла, что не стоит судить по обложке. Она широко улыбнулась, и я, тоже усмехнувшись, погладил её по голове. Анна даже не отстранилась — напротив, ей это явно понравилось. Щёки слегка порозовели, а улыбка стала смущённой. — Ну всё, хватит, прическу испортишь! — Она хлопнула ладошкой по моей руке. Поправив волосы Анна осмотрелась по сторонам. — Ого, а тут довольно красиво, — прокомментировала принцесса, оглядывая ледяной лес, в который мы попали. Я был с ней полностью солидарен. Не знаю, что это были за деревья, но с них свисали подобия лиан, на которых зависли ледяные капли. Они блестели в лучах утреннего солнца, даря нам восхитительный вид. — Магия Эльзы очень впечетляет, — сказала Анна, проводя руками по этим ледяным лианам. Я смотрел на безмятежную Анну, и вдруг вспомнил, что именно здесь состоялась знаменитая встреча с Олафом. Осознав это, я стал прислушиваться и оглядываться по сторонам, пытаясь заметить любую аномалию. Да и вообще, сила Эльзы чудовищна. Даже архимаги не способны создавать элементалей, как, впрочем, и никто из смертных. Откуда я это знаю? Айрон за всё время нашего сотрудничества принёс мне не только дневник Зигмура, но и огромное количество обычных книг по магии, в том числе основы магического ремесла. Также были книги по алхимии, чарам — в общем, всё, что хоть как-то касалось магии. Благодаря этому я могу считать себя весьма подкованным в магической теории. В книгах по стихийной магии было чётко сказано: элементали могут возникать только естественным путём. Но что мы видим? Олаф — снежный элементаль, созданный искусственно. Хотя, возможно, я ошибаюсь. Именно поэтому мне так хочется встретиться с этим созданием — и, желательно, препарировать его на энергетическом уровне. Благо, нужные ритуалы мне известны. Меня от размышлений отвлёк голос, доносившийся откуда-то издалека. — Ты это слышишь? — спросила Анна, слезая с коня. Тем временем бубнёж становился всё громче. Я даже не вслушивался в слова Олафа, просто искал его взглядом. И всё-таки мне удалось заметить его раньше Анны: он вышел из-за дерева, что-то комментируя про зиму и лето, и почти вплотную подошёл к ней. Увидев, что я его заметил, он помахал мне своей деревянной рукой. Выглядел Олаф... ну, как снеговик. Поправка — как живой снеговик. — Привет! Я Олаф! Люблю жаркие объятия! — бодро заявил он. Анна, наконец, заметив метрового снеговика у своих ног, сначала не поняла, что это. Но стоило ему заговорить, как она взвизгнула: — Чудовище! — и с силой пнула его. Голова Олафа отлетела прямо в мою сторону, и я машинально её поймал. — Привет! Я Олаф! — радостно повторил снеговик, глядя на меня. Я начал пристально его осматривать. Правда, обычный визуальный осмотр ничего мне не даст — тут нужно смотреть на энергетическом уровне. — Привет, Олаф. Меня зовут Ханс, принц Южных островов, — представился я. От моего приветствия снеговик аж засиял. Я слез с Дымка и установил его голову обратно на тело. — Ты вообще не удивлён?! Ты говоришь с живым снеговиком! — воскликнула Анна, указывая на него. А потом, что-то вспомнив, спросила: — Постой... ты сказал, тебя зовут Олаф? — Да-а, — с намёком протянул снеговик, приподняв брови и разведя руки. Но Анна не поняла, что он ждёт от неё ответного имени, и просто ушла в ностальгию, вспоминая, как они с Эльзой в детстве строили такого же снеговика. — А вас зовут? — напомнил Олаф. — Ой, точно, извини! Меня зовут Анна, принцесса Эранделла! — она сделала реверанс. — Оу, прекрасное имя, — одобрительно кивнул Олаф. А потом шёпотом спросил у меня: — Она не очень хорошо воспитана, да? — Ну, если учесть, что при нашей первой встрече она даже не удосужилась сказать мне «привет», то ты попал в точку, — так же шёпотом ответил я. Анна, разумеется, всё это услышала. — Эй! Чтоб вы знали, я очень хорошо воспитана! — возмутилась она. Затем она присела возле снеговика и спросила: — Не слушай этого проходимца, Олаф. Лучше скажи, тебя сделала Эльза? — Да, а что? — кивнул он. — Ты знаешь, где она живёт? — Да, а что? — Ты сможешь нас к ней провести? — Да, а что? Ясно. Этот парад абсурда может продолжаться бесконечно. — Проведи нас к ней, снеговик. Мы хотим ей помочь, — сказал я, на что Олаф недовольно посмотрел на меня. — Вообще-то невежливо вмешиваться в чужие разговоры! — важно отчитал меня... снеговик. Уму непостижимо. — Олаф, это очень важно! Эльза должна вернуть лето! — Анна развернула его к себе. — Ох, лето — самое прекрасное время года! — с чувством заявил Олаф. Если он сейчас начнёт петь, то я не знаю, что сделаю. Я, конечно, понимаю, что попал в девчачий мир Диснея, но мне казалось, что он не так уж сильно отличается от моего прошлого. Конечно, люди здесь добрее и простодушнее... но встречаются и такие, которые ничем не отличается от людей из прошлого мира. Снеговик действительно хотел начать петь, но я вовремя его остановил. — Слушай, снежный человек, нам достаточно знать, что ты любишь лето. Петь не надо. Мы очень торопимся, так что ты проведёшь нас или нет? — на моей руке появился фиолетовый сигил, и я вытянул её в сторону снеговика. У него возле рта появился тёмный дым, не давая ему говорить. — Ханс! — возмущённо воскликнула Анна и шлёпнула меня по вытянутой руке. Заклинание тут же рассеялось. — Это очень невежливо! А ещё меня невоспитанной называл! — нахохлилась она, как сердитый воробушек, и ткнула меня в грудь пальцем. — Ничего страшного, Анна. У всех бывает неблагодарная публика, — хихикнул Олаф. — Ну, если вы так торопитесь, то идёмте! Я покажу дорогу! С этими словами он бодро побежал вперёд. Но, пробежав несколько шагов, обернулся: — Ну, вы идёте? — Пойдём, принцесса, остался последний рывок. Я развеял своего коня, который вернулся обратно в камень фиолетовым туманом. Олаф вёл нас примерно двадцать минут, и в конце пути мы оказались перед крутой скалой. — Слушай, Анна, твоя сестра разве умела летать? — спросил я девушку, которая, несмотря на платье, пыталась взобраться на скалу. — Уфф... Откуда мне знать? — тяжело дыша, ответила принцесса. — Скажи, я уже близко? Мне кажется, я уже час карабкаюсь вверх! — Ну... как сказать... Ты определённо делаешь успехи, — на моём лице непроизвольно появилась улыбка. Анна всего на пару метров забралась, но уже устала, да и одежда не способствовала скалолазанию. — Ребята, не знаю, поможет ли, но я нашёл лестницу! — раздался голос Олафа. — Оу, лестница! — воскликнула принцесса, поспешно спустилась вниз и с воодушевлением обернулась ко мне. — Поспешим, Ханс! Схватив меня за предплечье, она потащила за собой. Завернув за угол, мы действительно увидели ледяную лестницу, ведущую к замку. Я невольно присвистнул, представляя, сколько потребовалось маны на возведение такой махины. — Мы добрались! — радостно крикнула Анна и неожиданно прыгнула мне в объятия. Я честно не ожидал такого и не сразу спохватился, а когда понял, было уже поздно. Она быстро осознала свой порыв, смущённо отстранилась и нервно рассмеялась: — Кхм, прости, это из-за эмоций, ха-ха... Затем, не дожидаясь меня, поспешила вперёд, оставив меня наедине со снеговиком. — Любовь — прекрасное чувство, — мечтательно произнёс Олаф. — Я, конечно, не большой знаток, но, кажется, кто-то кому-то нравится! — Он поиграл бровями. — Возможно, снеговик, — усмехнулся я. — Ладно, поспешим за нашей красавицей, пока она не убежала. — Олаф. Меня зовут Олаф. А не снежный человек и не снеговик! Когда ты уже запомнишь, Ханс? Принцесса Эльза. Она сидела в своём зале на ледяном диване. Впрочем, тут всё было сделано изо льда. Удивительно, как она не мёрзнет в таком месте? Хотя эта мысль была последней в очереди. Гораздо больше её волновало, правильно ли она поступила, сбежав с праздника в честь коронации. И как там Анна? Всё ли с ней в порядке? Королева не хотела этого признавать, но сейчас, спустя столько лет, она наконец чувствует себя свободной. Никто не говорит ей прятаться или скрывать свои чувства и эмоции. Но почему всё так сложно?! Неужели я не могла родиться без этой чёртовой магии?! От этой силы, одни только проблемы. Она не должна возвращаться в Эренделл. Анна справится, а её место здесь — в одиночестве, среди снежных гор, где она никому не навредит. В памяти вспыхнули обрывки прошлого: Анна, раненая по её вине. Ужас в глазах гостей, пришедших на коронацию. Все они смотрели на неё как на чудовище. Все, кроме одного. Ханс. Это имя не выходило у неё из головы. Он такой же, как она. У него тоже был дар — иначе как объяснить, что он сумел перенаправить её случайный ледяной снаряд? Да и его взгляд... в нём не было страха. Только восхищение? Да, можно сказать и так. Восхищение, с таким когда-то в детстве на её магию смотрела Анна. Может, он смог бы помочь мне? Научил бы управлять этой силой? Чтобы я больше не была монстром... чтобы больше никого не ранила... Но прошлого уже не вернуть. Она струсила. Сбежала, не выдержав давления гостей. "Я лишь надеюсь, что ты будешь сильнее меня, сестрёнка..." — Эльза обняла себя руками и легла на ледяной диван. — Эльза! — Громкий крик со стороны входа заставил её резко сесть. Она прислушалась. — Эльза, ты здесь?! — Этот голос... — Анна? — Эльза вскочила на ноги и поспешила вниз по лестнице. В зале стояла её сестра. В том же лёгком платье, в котором была на коронации. "Она ведь замёрзнет!" — с ужасом подумала Эльза. — Анна, что ты здесь делаешь в таком виде?! — Она не могла поверить. Неужели сестра проделала весь этот путь ради неё? — Эльза, это... Ого! — Анна с восхищением оглядела её, заставив королеву смутиться. После побега Эльза сменила причёску, а её платье стало совершенно другим, более открытым и смелым. — Анна, ты ведь замёрзнешь! — воскликнула она, подбежав к сестре. Она быстро осмотрела её, ища признаки ранений или обморожения, но вместо этого заметила нечто странное. — Анна, ты... тёплая! Как такое возможно?! — Принцесса не сразу ответила. Вместо этого она крепко обняла сестру. — Тебе не стоило приходить, Анна... — прошептала Эльза и несмотря на страх за свою сестру, всё же обняв её в ответ. — Так ты ответишь на мой вопрос? — спросила она, осторожно отстраняясь. — Конечно! Это всё Ханс! Ты не представляешь, через что нам пришлось пройти, чтобы тебя найти! — Стой... Ханс с тобой? — Эльза оглядела зал, но парня нигде не было. — Да, он со мной! Сначала я, конечно, не хотела его брать, но теперь понимаю, что без него было бы тяжело. Да и вообще, оказывается, он очень хороший и чуткий парень. — В конце она покраснела, что не осталось незамеченным. Анна тараторила, но вдруг спохватилась: — Ой, я опять сбилась с темы. Он ждёт меня снаружи, сказал, что не будет мешать воссоединению сестёр. — она махнула рукой в сторону двери. А затем, будто что-то вспомнив, добавила: — А ещё он маг, как и ты! Правда, тёмный, но не суть! Эльза тяжело вздохнула. Эта черта Анны — уходить от темы — была ей слишком хорошо знакома. — Послушай, Анна, зря ты сюда пришла. Твоё место в Эренделле. — Эльза взяла её за руки и попыталась мягко подтолкнуть к выходу, но не получилось. — Твоё тоже, Эльза! Народ переживает за тебя! Весь Эренделл переживает! — Анна крепко сжала ладони Эльзы и с чувством заглянула ей в глаза. — Нет, Анна, прошу, уходи, — Эльза не выдержала того, как Анна смотрит на неё, и отвела взгляд. Как бы больно ей ни было, но она делала это ради своей сестры. — Анна, ты опять можешь всё испортить! — Королева вырвала руки из хватки Анны и поспешила удалиться, не оборачиваясь назад. — Только не гони меня, Эльза. Только не опять! — Анна побежала вслед за сестрой, которая начала подниматься обратно по лестнице.