Драко

      Бэтси весело прыгает у ног, дожидаясь, когда я открою заднюю дверь. И когда я нажимаю на ручку, то она тут же несётся вперед, начиная радостно лаять.       — Я не могу найти её мяч. — Гермиона выходит из комнаты, продолжая поиски.       — Я взял его, — отвечаю я, поднимая руку и демонстрируя игрушку собаки.       Я не могу оторвать взгляд от её ног. Короткие шортики творят со мной что-то странное. Так и хочется плюнуть на всё и затащить Гермиону обратно в спальню, а затем повторить наш неугомонный марафон секса, чтобы потом снова упасть без чувств и сладко уснуть.       — Тогда идём. — Она приподнимается, целуя меня в губы. И вот я как заворожённый дурак начинаю чувствовать себя собакой, прямо как Бэтси. Если Грейнджер прямо сейчас скажет мне встать на колени, то я с радостью это сделаю. Впрочем, уже делал — позапрошлой ночью, не в силах оторваться от того, как она кончает от моих пальцев.       Мы выходим на пляж, наслаждаясь утренним солнцем. Бэтси бегает за мячом, а затем приносит его обратно, виляя хвостом.       Подумать только, ещё недавно у меня ничего не было. Я жил один, вообще не думая о будущем. А сейчас у меня есть любимая девушка, от которой я буквально схожу с ума. А ещё собака, которая слишком быстро завладела моим сердцем. Чёрт, жизнь всё-таки непредсказуемая штука.       — Мне снова звонила мама, — морщится Гермиона и обнимает меня за талию. Она всегда делает так, когда ей нужна поддержка.       — И как? — Я целую её в макушку, боковым зрением наблюдая за собакой.       — Всё никак не может смириться с тем, что я бросаю учёбу.       — Ты твёрдо решила, правда? — ещё раз спрашиваю я, потому что не хочу, чтобы она совершила ошибку, о которой потом будет сожалеть.       — Я не получала удовольствие от учёбы. Мне кажется, я ещё просто не решила, чем хочу заниматься. Год отдыха мне не повредит. Можем устроить небольшое путешествие, что скажешь?       — Или закрыться на это время в спальне, — я поигрываю бровями.       — Тоже заманчивое предложение, — смеётся Гермиона, и мой член тут же оживает. От смеха, мать твою. — Но я думаю, если буду жить так, как хочу, то обязательно пойму, что приносит мне удовольствие. Как думаешь?       — Определённо. И я тебе в этом помогу.       Она улыбается, сильней обнимая меня.       — Но мне нужно забрать все вещи из общежития. Если я больше не учусь, то не имею права там жить. Нужно подыскать что-то…       — Зачем? — перебиваю я её и наверняка выгляжу ошарашенно.       — Что?       — Зачем тебе что-то искать, если ты можешь переехать ко мне?       — Ты серьёзно, Драко? Это не слишком быстро?       — Будем откровенными, ты всё равно будешь постоянно торчать в этом доме и восхищаться моим членом. Так зачем оттягивать момент, который и так неизбежен? — Я вижу, как краснеют её щёки. И поэтому тут же притягиваю Гермиону ближе, чтобы поцеловать. Из груди рвутся сопливые слова о любви. И я практически уверен, что не смогу их долго сдерживать.       — Ладно, я согласна, — бормочет она мне в губы, отчего я смеюсь. — Как думаешь, какое выражение лица будет у моей матери, когда она узнает, что бабушка оставила мне наследство? — она весело хихикает, забирая мячик у Бэтси.       — Уверен, она будет стараться держать лицо, если это произойдёт на людях.       — Наверняка, — соглашается она, бросая мяч подальше. — Мы сегодня встречаемся с твоими друзьями? — спрашивает она, начиная нервничать.       — Не переживай, ты им понравишься.       — А если нет? — Она разворачивается и смотрит мне прямо в глаза.       — Они полюбят тебя точно так же, как и я, — не задумываясь, выпаливаю я.       Мы оба замираем. Я ругаю себя в мыслях, начиная растирать лицо ладонями.       — Чёрт, так и знал, что всё испорчу.       — Драко…       — Хотел сказать в другой обстановке.       — Ты хочешь сказать, что любишь меня? — переспрашивает она меня дрожащим голосом.       — Чертовски сильно, Грейнджер.       Она медлит. А затем её губы растягиваются в самой счастливой улыбке, которую я видел. Гермиона бросается мне на шею, и я едва успеваю подхватить её. Она целует меня, быстро и часто, нашёптывая ответное признание и приводя меня в абсолютный экстаз.       Через полчаса мы возвращаемся домой. Я останавливаю Гермиону на том месте, где произошёл наш первый секс. Беру её за руку, разворачивая к себе:       — Раз ты теперь официально будешь здесь жить, то я обязан кое-что сказать.       — И что же?       — Добро пожаловать в Авалон Бэй, принцесса.       Гермиона весело смеётся, снова целуя меня.       — Какой же ты дурак иногда.       — И это ты тоже любишь, — уверенно заявляю я.