Часть 7

***

Утро начиналось необычайно спокойно, но в этом спокойствии ощущалось что-то тревожное. Кухню наполнял лёгкий аромат поджаренного хлеба, цитрусовой свежести и обжаренных зёрен кофе — запахи уюта, которых, казалось, не касалась чужеродная тишина, нависшая в воздухе. Элзи сидела у окна, боком к двери, с ногами, закинутыми на свободный стул. Она держала в руках телефон и лениво листала ленту. На ней было мягкое, уютное домашнее платье, волосы были собраны в небрежный пучок, и в уголках губ таилась лёгкая полуулыбка — не для кого-то, а просто от внутреннего покоя. Она делала глоток апельсинового сока и даже не заметила, как в дверном проёме появился Сатору. Он стоял в халате, босиком, с чуть влажными от душа волосами. Взгляд — уставший, но пристальный. Он молча наблюдал, как она сидит, словно совсем одна, как будто его присутствие ничего не меняет. А, может быть, и правда не меняет. — Без кофе? — спросил он, намеренно небрежно, но с той ноткой удивления, в которой едва слышался упрёк. Элзи даже не обернулась. Только чуть приподняла брови, продолжая смотреть в экран. — Ты ведь не любишь, когда я вмешиваюсь в твои утренние ритуалы. Просто факт, сказанный холодно, почти равнодушно. Как будто это был не разговор, а служебная переписка. Сатору подошёл к столу, налил себе кофе. Молча. Сел напротив. Чашка мягко стукнулась о столешницу, и на секунду в комнате раздался только этот глухой звук, разбавивший напряжённую тишину. Он взглянул на неё. Не поверхностно — по-настоящему. Долго. Изучающе. Но она не подняла глаз, будто его не существовало. Она не спрашивала, как ему спалось. Не предложила еды. Не искала взгляд. В этом была демонстративная закрытость, но не театральная. Скорее, болезненно честная. Он тоже молчал. Губы были плотно сжаты, рука обвила чашку с кофе, как будто в этом простом жесте он искал хоть какую-то опору, хоть какой-то смысл. Пауза между глотками казалась вечной. В кухне было слышно, как тикают старые настенные часы. Тик… Так. Тик… Так. Как отсчёт к чему-то, что должно было случиться, но никто из них не осмеливался сдвинуться с места, чтобы это приблизить. — Ты всегда умела быть холодной, — вдруг сказал он, не глядя на неё. Глухо, почти тихо. — Даже когда сидишь в двух метрах. Элзи на мгновение остановила палец на экране, но не посмотрела на него. — А ты всегда умел быть рядом и одновременно — в другом мире. Так что мы квиты. — В голосе не было ни упрёка, ни грусти. Сатору замолчал. Он чувствовал, как с каждым словом между ними не просто растёт расстояние — оно превращается в ледяную стену, от которой уже веет равнодушием. Комната была наполнена только лёгким потрескиванием остывающей кружки и тот же запах тостов и кофе — странно уютный, но уже не имеющий ничего общего с теплом. Плотная тишина — та, что не давит, но делает всё слишком слышимым: звук щелчка ложки о край чашки, дыхание, лёгкий скрип стула под телом. Элзи всё так же сидела на своём месте — ноги всё ещё закинуты на свободный стул, чашка почти опустела. Она была в своих мыслях, погружённая в какое-то внутреннее движение, не заметное снаружи. Сатору сидел напротив, чуть склонившись вперёд, опершись локтями о стол, и рассеянно водил пальцем по кромке кружки, будто пытался зацепиться за что-то привычное. Они не смотрели друг на друга. Они даже не замечали, насколько стали чужими в одной комнате. И тут раздался звонок телефона. Элзи вздрогнула — не от неожиданности, скорее от внутреннего переключения. Она быстро сняла трубку, отвела её ближе к окну, и, хотя говорила негромко, её голос звучал гораздо живее, чем минуту назад. — Да, слушаю… Её голос сначала был сдержанным, но с каждой секундой начинал дрожать от предвкушения. Она кивала, не в силах сдержать лёгкую улыбку, хотя собеседник её и не видел. — Одобрили? Правда? Девушка разулыбалась шире, глаза засверкали. — Конечно! Я буду на связи. Спасибо вам большое. До встречи! Она отключила вызов, медленно положила телефон на стол и позволила себе выдохнуть — шумно, почти со смехом. Элзи поднялась со стула, обняла себя за плечи и сделала шаг к окну. Её сердце колотилось с бешеной силой. Концепт, над которым она корпела ночами, в который вложила больше, чем просто профессионализм, — приняли. И теперь она должна провести консультацию с главным офисом, впервые — как самостоятельный специалист, не просто фрилансер. Это был не просто шаг вперёд. Это было признание. Она не вскрикнула, не прыгала от радости. Только зарылась лицом в ладони и тихо хихикнула, будто не веря. Сатору встал, чтобы налить себе воды, и услышал последние слова её разговора. Не специально. Но всё услышал. Он краем глаза заметил, как она сдержанно радостно улыбалась и глядела в окно, словно ища там подтверждение, что всё это происходит на самом деле Он остановился у раковины, повернулся к ней боком и бросил взгляд через плечо. Она сияла. Не громко, не демонстративно — но он почувствовал это. В уголках глаз была искренняя, тихая радость. Гордая. Независимая. Но она не посмотрела на него. Не поделилась новостью. Не ждала, что он скажет "молодец" или хотя бы поднимет брови. Она просто встала, налив себе ещё немного сока, всё ещё не сводя глаз с окна. И это… Зацепило его. Что-то внутри Сатору сдвинулось. Нечётко, но ощутимо. Он снова посмотрел на неё — пристально, дольше, чем хотел бы. Почему он чувствует это странное покалывание в груди? Это не ревность. Не совсем. Это была смесь лёгкой зависти и странного уважения. Она не нуждалась в нём. И не старалась этим как-то уколоть. Он вдруг осознал чувство, что он становится ей всё менее нужным. Что её победы уже не зависят от его присутствия. А может, никогда и не зависели. Он поставил стакан обратно, даже не сделав глотка, и медленно вернулся на своё место. Но теперь, наблюдая за ней краем глаза. А он — вдруг почувствовал себя прохожим. В собственной кухне. — Чёрт, — пробормотал он себе под нос. И не смог бы объяснить, чего в этом больше: зависти к её целеустремлённости или тихого восхищения тем, как уверенно она становится тем, кем мечтала быть. Элзи постояла у окна ещё несколько секунд, позволяя себе немного погреться в собственном триумфе. В её голове уже вертелись планы: что она скажет на встрече, как представит концепт, какие детали стоит ещё доработать. Это было вдохновляющее чувство — быть нужной, быть признанной, быть собой. Она отпила глоток сока, тихо выдохнула — и, словно возвращаясь в тело, обернулась и спокойно вышла из кухни. Проходя мимо Сатору, даже не взглянула в его сторону. Ни одного лишнего движения. Он был просто частью пространства, не больше. Тапочки её мягко скользнули по полу, и через секунду по лестнице вверх зазвучали её шаги — лёгкие, уверенные. Она шла в свою комнату, переодеваться и готовиться к встрече. Сатору остался на кухне. Стул скрипнул, когда он откинулся назад, сложив руки на груди. Он смотрел в стену, будто надеялся, что из пустоты появится ответ. "Ну и пусть." "Подумаешь." "Радость то какая! Из-за какого-то там звонка…" Он пытался выстроить в голове цепочку, где всё это не имеет значения. Где он выше. Где он сильнее. Где он всё ещё центр её мира. Но вместо этого в сознание прокрался один-единственный, зудящий вопрос: Почему она не сказала ему? Прошло две, может, три минуты. Он резко поднялся. Руки в карманы, шаг — тихий, как у вора, которому самому противно, что он идёт. На втором этаже всё было так же, как всегда. Всё, кроме звука. Из-под двери её комнаты доносился лёгкий, тонкий напев — не слова, скорее мелодия, которую она тихо мурлыкала себе под нос, будто не могла сдержать внутреннюю радость. Она явно думала, что её никто не слышит. Сатору коснулся двери и слегка приоткрыл её, почти машинально. Не громко, не настойчиво — будто ему просто нужно убедиться, что она ещё здесь. И она была. Посреди комнаты, с раскрытым гардеробом. На постели — расстелены варианты костюмов: серый с идеальной посадкой, мягкий кремовый, строгий тёмно-синий. Она стояла в одном из них — пиджак нараспашку, рубашка наполовину застёгнута, в руке — второй каблук, который она только собиралась надеть. И она улыбалась. Чисто, искренне, светло. Танцующим движением прокрутилась у зеркала, поправила волосы и, не переставая напевать, наклонилась к сумке, чтобы достать косметичку. — И куда это ты собралась? — неожиданно для самого себя выпалил Сатору, облокотившись на дверной косяк. Его голос прозвучал почти нетерпеливо, и он тут же сжал губы, будто хотел забрать слова обратно. Элзи не обернулась. Её пальцы ловко застёгивали пуговицы на белой рубашке под строгим пиджаком. На лице — лёгкая улыбка, не предназначенная ему. В голосе — чистая, искренняя радость, но при этом отчётливо чувствовалась наплевательская простота. — По поводу моего проекта, — сказала она, будто это был обычный факт, не требующий подробностей. И не предложила больше ни слова. Сатору нахмурился. Что за проект? С кем? Почему он не знал? Ещё месяц назад она бы уже трижды принесла ему кофе, распечатки, попросила совета. А сейчас... она даже не взглянула на него. Он будто ожог получил от этого игнорирования. В груди защемило что-то неприятное. "Мне плевать", — мысленно пробормотал он, заходя в комнату, преувеличенно небрежно. — "Но любопытно ведь". Он скользнул взглядом по её вещам. Всё было аккуратно и как подобает «леди»: духи в ряд, коробочка с украшениями, и — на комоде — фарфоровая статуэтка в виде японской танцовщицы, которую он когда-то подарил ей, думая, что это "подходит под её эстетичный вкус". Он взял её в руки, крутнул, покосился в её сторону. — Проект, значит? — произнёс он лениво, будто тянул время. — И что там за проект такой, что ты аж по комнате танцуешь? Элзи в это время не спеша застёгивала пояс. Снова не посмотрела на него. Просто хмыкнула: — Ребрендинг для архитектурной студии. Моя концепция понравилась главному офису. Сатору поднял брови. "Ребрендинг? Архитектура? Серьёзно?" Она? Та самая Элзи, которая раньше могла часами спорить, какой сорт зелёного чая уместнее подавать к рисовым пирожкам, а теперь обсуждает стратегию для корпораций? Это было... чуждо. Но оттого ещё более странно волнующе. Он поставил статуэтку на место. Провёл пальцем по крышке её шкатулки. Открыл. Там были серьги, которые он ей дарил. Но она их ни разу не надела. — Ты всегда так уверенно об этом говорила? — спросил он небрежно, изучая тонкую цепочку. — Или только теперь решила быть кем-то большим, чем просто хозяйка с идеальной подачей мисо? В его голосе скользнул сарказм, но за ним пряталась колючая ревность. Не к людям. А к тому, что она выросла, и выросла мимо него. Элзи медленно повернулась. Она выглядела... великолепно. Сдержанно, по-деловому, но с сиянием в глазах, которого он давно не видел. Она улыбнулась — холодно, почти с насмешкой: — А ты всегда так плохо скрывал любопытство? Или только когда чувствуешь, что тебя забывают? Он прищурился, склонив голову набок, и в его взгляде вспыхнула всё та же дерзкая, вызывающая искра — та, с которой он смотрел на врагов, на друзей… и на тех, кто умудрялся задеть его гордость. — Оу, так резко? — Он ухмыльнулся, не отводя глаз от её лица. — Ты, похоже, уверена, что я действительно волнуюсь? Мило. Он сделал пару медленных шагов вперёд, не спеша, но с тем же напряжением в плечах, словно готовился к драке. Или к флирту. С ним это было почти одно и то же. — Поверь, Элзи, если бы я боялся, что меня забудут — ты бы об этом точно узнала первой. — Маг наклонился чуть ближе, голос стал ниже, почти ленивым. — Но видишь ли, я просто люблю смотреть, как люди вдруг становятся интересными. Элзи продолжила любоваться собой в зеркале, начав расстегивать блузку, она резко осознала, что маг был всё ещё в её комнате. — Выйди, пожалуйста. Мне надо переодеться. Сатору слегка отстранился, довольный тем, что она выгоняет его. Он стоял, опираясь локтем на край комода. Халат соскользнул с плеча намеренно небрежно, открывая подтянутый торс и чёрные боксеры, сидящие на нём почти вызывающе. Его губы скривились в фирменной ухмылке, глаза чуть прищурены, как будто он смаковал момент. — Я же твой муж, Элзи… — протянул он, голос ленивый, с чуть наигранным удивлением. — Раньше ты чуть ли не голая прыгала вокруг меня в этих своих обтягивающих платьицах. Он смотрел на неё, как будто изучал новую игрушку, хотя прекрасно знал, что делает. Это был не просто флирт. Это был его способ сохранить власть, пошатнувшуюся вместе с её успехами. Элзи закатила глаза так профессионально, что, казалось, в этот момент в ней говорила каждая забытая эмоция последних месяцев. Не поддаваясь, она подошла ближе и обеими руками начала медленно, но настойчиво вытеснять его за дверь. — Сатору, убирайся. Мне надо собираться. Он чуть подался назад, но сопротивлялся ровно настолько, чтобы задержаться. Его мускулы легко поддавались её рукам, но чувствовалось: он мог остаться на месте, если бы захотел. Потом — резко. Он остановился, как будто внезапно врос в пол. Элзи с неожиданным толчком врезалась в него грудью, не ожидая, что он замрёт так внезапно. Сатору опустил глаза на неё сверху вниз. Выражение его лица сменилось — веселье растворилось, осталась только лёгкая тень насмешки и усталости. Он чуть пожал плечами и произнёс с ледяной лёгкостью: — Аккуратнее, принцесса-ребрендинг. Порвёшь свой костюмчик от Шанель. Он ткнул пальцем в её плечо, не грубо, но с таким движением, словно было в этом жесте что-то нарочито отстранённое. Почти презрение, но не совсем. Элзи сделала шаг назад, глаза метнули в его сторону яростный взгляд, она быстро поправила жакет, резко выровняла плечи, как будто костюм был не просто одеждой, а её новой бронёй. — Сам ты Шанель! Это Валентино! — выплюнула она, даже не повернувшись полностью, чтобы смотреть ему в лицо. Её голос дрогнул, но она сразу заглушила это движением: подошла к шкафу, открыла его, словно только одежда сейчас могла её спасти от того, что она чувствовала. Пустая комната. Только лёгкий след на полу от его босых ног. — Как ты меня назвал? — пробормотала она, задумчиво. — Принцесса-ребрендинг? Элзи повернулась. Сатору уже исчез. Беззвучно, как всегда. Без порталов, без прощаний. Просто растворился. — Придурок… — выдохнула она с досадой, но губы дрогнули, как будто улыбка хотела прорваться, но она тут же её подавила. Затем — глубокий вдох. Ровная спина. Новый костюм. Новая встреча. Два часа спустя. День клонится к полудню. Солнце клонилось к зениту, и мягкий весенний свет заливал улицы, проникая сквозь ветви деревьев и оставляя золотые узоры на асфальте. Воробьи щебетали на ветках, в воздухе пахло пыльцой и свежим кофе из соседнего киоска. Элзи с глухим щелчком закрывает за собой входную дверь, держа в одной руке ноутбук, в другой — пальто, перекинутым через руку, в идеальном светлом костюме вышла из дома с такой уверенностью, будто шагала не просто в рабочую поездку, а в новую жизнь. Такси подъехало точно по времени. Девушка села, не оглядываясь. Сатору стоял у окна в своей спальне, как будто случайно оказался там. Но нет, он ждал. Он видел, как она ловко садится в такси, быстро перед этим проверив документы в сумке. Без оглядки. Без паузы. Машина уехала, оставив за собой лишь облачко выхлопа и шелест шин. Он не двинулся сразу. Только облокотился на раму, глядя вдаль. Обычно это были святые часы: без школы, без Яги, без учеников, без проклятых техник, всяких демонюг и без крови. Только музыка, еда, лень. Иногда — выпивка. Он усмехнулся про себя. — Напиться, что ли? — пробормотал с ухмылкой, но почти сразу сжал губы, отгоняя мысль. Нет. Сегодня алкоголь не поможет. Что-то внутри зудело, поднималось по позвоночнику, как инстинкт. Он отвернулся от окна, подошёл к шкафу. Приоткрыл дверцу, на секунду задумался, а потом резко вытащил простые джинсы, серую футболку и тёмно-зелёную куртку с капюшоном. «Гражданка», как он это называл. Маги смеялись, когда он появлялся в этом на улицах — слишком "обычный". Ему это и нравилось. Одевшись за пару минут, он покинул дом и завёл машину — тёмно-серую, неприметную, но быструю. Двигаясь на достаточном расстоянии, чтобы его не заметили. Такси Элзи ехало в сторону делового центра, и уже через полчаса остановилось у элегантного стеклянного здания — «Minami Tower Business Hall», огромный небоскрёб с зеркальными панелями, в которых отражалось небо. Он был тут однажды — на закрытом заседании Совета магов Токио. Пафосное место. Огромные зеркальные стекла, холодный мрамор, металлические колонны. Тогда он только зевал от скуки. Сегодня — он смотрел на него иначе. — Вот значит где ты теперь обитаешь. — пробормотал он себе под нос. Сатору свернул с главной улицы и въехал в небольшой сквер рядом. Парковка возле входа была переполнена, но дальше, в тени деревьев, он нашёл место. Машина мягко встала под сенью старой сакуры. Пахло влажной землёй и весной. Он вышел, глубоко вдохнув воздух, сунул руки в карманы и направился к аллеям. Парк был живым — дети катались на самокатах, где-то пара пожилых женщин обсуждали соседей, студенты сидели на траве с ноутбуками. Он прошёл мимо фонтана, остановился на мгновение, чтобы посмотреть, как капли воды всплескиваются в воздухе, сверкая в солнечных лучах. Он прищурился и поднял глаза к окнам небоскрёба. Где-то там — высоко — его жена. Сейчас она сидит на встрече. Общается, говорит, уверенно смотрит в глаза людям, у которых когда-то могла бы дрожать рука от волнения. Он представил, как она улыбается, как поднимает брови, чтобы подчеркнуть мысль, как кивает кому-то, принимая их комплимент. Сатору не знал, зачем пришёл. Хотел ли удостовериться, что она действительно там? Или хотел убедиться, что ему плевать? Но было не плевать. Маг остался в парке. Просто шёл медленно по дорожкам, будто искал, за что зацепиться взглядом, чтобы не думать. Но мысли всё равно догоняли. Слишком тихий день для него, кто раньше думал, что его не коснётся ничего, кроме проклятий. Сатору сел на отдалённую лавочку под старой черёмухой. Уткнулся локтями в колени, закрыл лицо ладонями и несколько минут просто сидел так, будто бы пытался задушить саму мысль о том, зачем он здесь. — Пил бы саке с друзьями… с Нанами, — пробормотал он себе. — Хотя с ним лучше не пить... уныло слишком. Он ухмыльнулся краем губ, но всё внутри оставалось в том же напряжённом клубке. Что-то там — глубоко — кричало, требовало остаться. Прошло полчаса. Он теперь уже лежал на лавочке, закинув одну ногу на другую, подбрасывая в воздух гладкий, овальный камешек, найденный под ногами. Камень вращался в воздухе, пойманный незаметной техникой «Синий» — будто притягивался обратно к ладони, вновь и вновь. Иногда Сатору поднимал его чуть выше, позволяя себе секунду легкой игры, словно баловался скучающий бог. Потом он лениво повернул голову, заметив ребёнка с огромным рожком мороженого. Мальчишка с важным видом шёл мимо, глядя в небо. Сатору едва заметно пошевелил пальцами — техника «Красный» сработала на грани допустимого: шарик мороженого соскользнул с вафли, рухнув на асфальт. — Упс, — фыркнул маг, прикрыв рот рукой от смеха, будто развлёк самого себя. Прошло чуть больше часа. Сатору всё ещё был здесь. В том же парке, в тех же джинсах и с той же тяжестью в груди, которая никак не хотела уходить. Внезапно его внимание привлек звук — хлопок. Он резко поднялся с лавочки, чувствуя, как его тело мгновенно напряглось. Звуки городского парка исчезли, и в ушах застучала тишина. Глаза сразу нашли источник звука. Элзи. Она стояла на ступенях выхода из здания вместе с несколькими людьми, которые, как он понял, были её будущими партнёрами по проекту. Она улыбалась, уверенно общаясь с ними, но то, что висело прямо над её головой, моментально захватило его внимание. Проклятый дух. Это был огромный, зловещий червь с яркими, почти флуоресцентными крыльями, как у попугая. Его тело было покрыто грязным слизистым налётом, а глаза — маленькими жёлтыми точками, которые безумно сверлили окружающих. Крылья этого существа расправлялись в воздухе, почти касаясь верхушки здания, когда оно двигалось всё ближе к Элзи, как будто собираясь мгновенно охватить её. Сатору видел, как проклятие вытягивает свои грязные щупальца, направляя их прямо к женщине, но она не видела этого. Как и остальные. Он проклял себя за то, что не заметил раньше — что бы это ни было, оно должно было быть устранено. Он знал, что проклятые существа, как этот червь, не могут долго оставаться незамеченными. Не тратя ни секунды на раздумья, Сатору рывком вылетел вперёд, расставив руки для атаки. Как только он подошёл достаточно близко, он поднял ногу и со всей силой ударил по воздуху прямо по существу. Воздух вокруг взорвался, как волна. Червь отлетел с такой скоростью, что его глаза едва успели уловить движение. Сатору не жалел сил — удар был настолько мощным, что проклятое существо шлёпнулось в стекло здания с глухим, оглушительным звуком, оставив на нём трещины. Те, кто стоял рядом с Элзи, не понимали, что произошло. Для них это был всего лишь воздух, пустое пространство над головой девушки, по которому мужчина ударил ногой. И через мгновение стекло от отклонения волн энергии раскололось. Элзи не увидела самого проклятия, не поняла, что произошло. Она стояла, с удивлением глядя на Сатору, который с таким же хладнокровием стоял рядом, как будто всё было в порядке. Её партнеры по проекту обсуждали что-то между собой, не замечая того, как буквально перед ними распался кусок реальности. Она вздрогнула и резко дёрнула его за руку: — Сатору... Какого чёрта?! Её голос дрожал от злости. Она тут же повернулась к партнёрам, мгновенно вновь став безупречной. — Прошу меня простить, мне нужно срочно вернуться домой. Буду ждать от вас обратной связи, — произнесла она идеально чётко. Глава компании уже открыл рот, чтобы ответить, но Сатору слегка оттолкнул Элзи за спину и замер, глядя вверх. Лицо его потемнело. Он смотрел туда, словно видел нечто настолько чудовищное, что медлить было нельзя. — Быстро все уходите отсюда! Сейчас же! — крикнул он. Но никто не шевельнулся. Они смотрели на него, как на сумасшедшего. Кто-то хихикнул. Кто-то начал снимать на телефон. Проклятый червь издал мерзкий звук и буквально разорвался пополам. Из его внутренностей выползли сразу три таких же, только чуть меньше. Они тут же начали кружить в воздухе, их тела извивались, слизь капала вниз, испаряясь при контакте с воздухом. Элзи, краснея от стыда и ужаса, притянула его к себе: — Ты что творишь?! Ты специально пришёл, чтобы опозорить меня? Но в этот момент раздался тихий, почти хлюпающий звук. Один из участников конференции, молодой сотрудник, издал сдавленный вопль — и в следующее мгновение его верхняя часть туловища исчезла. Просто исчезла, как будто его кто-то аккуратно вырезал из пространства. Раздались крики. Паника. Люди бросились бежать кто куда, спотыкаясь, роняя телефоны и сумки. Сатору стоял спокойно. В глазах — ледяная сосредоточенность. Его ладони медленно сжались. Теперь началось по-настоящему. Элзи ничего не понимала. Сердце бешено колотилось, каждый вдох даётся с трудом. Всё происходящее перед ней было как кошмар. Люди вокруг кричали, убегали, кто-то застыл в шоковом оцепенении. Она не могла понять, что происходит, но внутренний страх сковал её тело. Всё случилось слишком быстро. — Ч-что происходит?! — прошептала она, пытаясь найти в его глазах хоть какое-то объяснение. Но Сатору уже не обращал внимания на её слова. Он стоял перед ней, напрягшись, как никогда раньше, его лицо было сосредоточено, а глаза — устремлены ввысь. Три огромных червя, видоизменённые проклятые существа, выползли из той жуткой формы, что когда-то была единым целым. Тогда сущность, одна из самых быстрых, рванула вниз, как огромный сгусток грязи и тьмы, направляясь прямо к Элзи. Она была так близко, её волосы трепало от вихря, но она даже не понимала, что именно над её головой сгущается невообразимая угроза. Он схватил её за руку и притянул к себе, с силой толкнув её назад. Его глаза вспыхнули ярким светом, он не отрывался от проклятия, которое вот-вот набросится. Элзи, ошарашенная его действиями, замерла. Она не понимала, что происходит, но ощущала — что-то ужасное было совсем рядом. Сатору быстро вернулся в стойку, его энергия начала вырываться наружу, сверкая в воздухе. Это был момент, когда любое движение становилось угрозой для жизни. Он поднял руку, и энергия вокруг него взметнулась — сначала синяя, потом красная, и, наконец, яркая фиолетовая, сотрясая пространство. — Фиолетовый! — Сатору с яростью пробормотал эти слова, и моментально из его тела вырвался поток энергии, как молния. Этот поток ударил по проклятым червям с такой силой, что земля под ногами затряслась. Волна энергии прошлась через воздух, как ураган, разрушая всё на своём пути. Черви, ещё недавно такие невообразимо огромные и страшные, разорвались в клочья в считанные доли секунды. Сатору не остановился, его сила не имела границ, и теперь все вокруг него казалось как будто замерло в воздухе. Но это было не всё. Через несколько мгновений проклятие, как бы распадаясь на части, вновь вырвалось наружу. Из зияющих отверстий в теле гигантского червя начали вылезать ещё три чудовища, лишь немного меньше, но более агрессивные. Они выползали из мракоподобных трещин в воздухе и рвались к людям. Сатору не терял ни секунды. Он сразу же заметил их движение. В его глазах засветился адский огонь, и в следующий момент пространство вокруг него снова развернулось. Он закричал, отводя внимание от Элзи и с силой бросаясь в бой. Девушка видела, как её муж снова и снова бил по воздуху, взрывая пространство вокруг себя. Но ни одного проклятия, ни одного червя она не видела. Она только слышала звуки ударов, ощущала сотрясение земли. Через пару минут, после того как с каждой секундой страх и напряжение в воздухе сгущались, Сатору вновь сосредоточился, его тело напряглось, как пружина, готовая к последнему броску. Словно внутренний механизм сработал — его глаза вспыхнули решимостью и на губах появилась та самая самоуверенная ухмылка. — Фиолетовый! — прогремел его голос, и моментально в воздухе возник мощный вихрь энергии. Сила удара расколола всё в округе. Сатору был так быстр и точен, что каждый проклятый червь был разорван в клочья за доли секунды. Черви, которые ещё недавно были огромными и устрашающими, исчезли в пустоте, как дым, растворяясь в воздухе. Земля под ногами Сатору даже не успела вздрогнуть от силового удара, ведь всё происходило мгновенно. Проклятые духи были изгнаны. На бетоне, прямо у его ног, лежало безжизненное тело человека. Этим человеком был один из сотрудников конференции, человек, которого он не успел спасти. Тело наполовину исчезло, словно проклятие выжгло его изнутри. Сатору не мог отвести взгляд. — Чёрт... Одного не спас. — выдохнул он с горечью в голосе. В его глазах отразилась не только усталость, но и тяжесть потери. Он был сильным магом, и в такие моменты всегда ощущал горечь бессилия, как если бы вся его сила не была достаточной, чтобы защитить всех. Сатору сжал кулаки, его мускулы напряглись, и он взглянул на труп. Безжизненное тело было результатом неудачи, и это не могло не беспокоить его. Он был магом, но иногда этого было недостаточно. Его глаза оторвались от тела, и он с размаху ударил кулаком в воздух справа от себя, уничтожив в мгновение ока небольшую проклятую мошку, появившуюся из ниоткуда. Она была едва видна, но для Сатору не было разницы. Проклятия не имели права существовать рядом с ним. Он достал телефон из кармана и, не оглядываясь, набрал номер Киётаки Идзити, мага, которому он должен был доложить о происшествии. — Идзити, слушай меня внимательно. Нападение проклятого духа, три червя… — его голос был низким, напряжённым. — И один убитый человек. Всё нужно сразу же взять под контроль. Я позаботился о проклятиях, но потребуется твоя помощь по последствиям. Он замолчал, пока Идзити отвечал, и снова взглянул на тело на бетоне. Прошло всего несколько минут, а он уже чувствовал, что его действия были слишком медленными, даже несмотря на всю силу его техник. Это было бы не так, если бы он успел быстрее. Когда связь оборвалась, он опять оглянулся. Элзи стояла неподалёку, как будто не верила в происходящее. Её лицо было побелевшим от ужаса, её глаза были полны растерянности и страха. Она всё ещё не могла понять, что только что случилось. — Элзи... — начал Сатору, но слова застряли у него в горле. Он знал, что она ещё не готова увидеть такие вещи. Он, может быть, и привык к этому, но она — нет. Судя по её выражению лица, её мир рухнул. Всё то, что казалось нормой, стало невозможным. И хотя она не знала, что на самом деле произошло, её глаза говорили о многом. Он тяжело вздохнул, закрыл глаза на мгновение и подумал, что будет дальше.

***