Часть 1

Северус Снейп не любил, когда его внезапно вызывали в Министерство. Ничем хорошим это обычно не заканчивалось с тех пор, как Волдеморт был повержен, а его дело как двойного агента - рассматривалось больше года специальной комиссией. В конечном итоге, оправдательный приговор был вынесен, и Северусу разрешено было вернуться в Хогвартс, сохранив за собой должность преподавателя зельеварения. Но также ему было поставлено условие лично от Министра Магии, Кингсли Бруствера: если Министерству потребуется особая помощь Снейпа как наилучшего знатока своего дела в изготовлении каких-либо важных зелий или в поиске редких ингредиентов, он должен будет на время забыть о занятиях в школе и первоочередно уделить внимание именно задачам Министерства. Северус согласился. По сути, выбора-то у него никакого и не существовало в нынешних реалиях. Или сотрудничество, или полное отстранение от дел, от работы в Хогвартсе без возможности пользоваться магией. Да и регулярные встречи с Министром Бруствером помогали ему находиться в тонусе и окончательно не раскиснуть в плену воспоминаний о прошлом, о своих ошибках и о тех людях, которых уже не было в живых. Ученики, к его удивлению, считали Снейпа самым настоящим героем, особенно после того, как Гарри Поттер раскрыл всем правду о нём и его роли в борьбе против Тёмного Лорда, просмотрев его воспоминания, которыми Снейп с ним лично поделился перед финальной битвой за Хогвартс, будучи уверенным, что не останется в живых. Участь героя, тем не менее, Снейпа абсолютно не радовала, а скорее, наоборот - угнетала, так как ученики, воодушевлённые его заслугами и храбростью, теперь абсолютно не реагировали на его сарказм и замечания по отношению к себе, особенно на конструктивные замечания, касавшихся кривизны их зелий на уроках. Наоборот, радуясь, что "герой войны" обратил на них внимание и общается с ними, они старались почаще химичить во время приготовления зелий, чтобы иметь возможность лично пообщаться с самим профессором Снейпом, героем войны. А придти на отработку к профессору Снейпу, помочь ему помыть котлы и убраться в кабинетах - вообще считалось чуть ли не высшей заслугой. Ведь во время такой отработки можно было осмелеть и задать Снейпу несколько вопросов про его работу под прикрытием на Дамблдора и ещё раз восхититься его мужеством и самоотверженностью. Снейп, к своему удивлению, не игнорировал подобные вопросы и не выражал ни малейшего холодного презрения к тем, кто их задавал, а всегда старался отвечать подробно, видимо, не желая утаивать ничего из своей жизни для учеников. Рассказывая им обо всём, он не хотел, чтобы они совершали в будущем подобных ошибок, последствия которых он пронёс через бо́льшую часть своей жизни. *** - И всё-таки он изменился, - сказал как-то после сдачи выпускных экзаменов и окончания Хогвартса своим друзьям - Рону Уизли и Гермионе Грейнджер, Гарри Поттер. - Сохранив свою холодность и отстранённость, он все равно тем не менее стал другим. Настоящим, что ли. Я больше не вижу в нём скрытой агрессии и ненависти к остальным. - Мне даже сложно произнести это слово, в отношении профессора Снейпа, но так и есть: он стал более человечным, - заметил Рон. - Снейп - настоящий профессионал, - подтвердила Гермиона. - Только он мог осознавать все риски постоянного нахождения рядом со змеёй Волдеморта - Нагайной и носить при себе несколько пузырьков с сильнейшим противоядием, которые потом ему пригодились. Гарри кивнул. - Одно такое противоядие готовится больше полугода, а это значит, что... - Он уже давно подозревал, что Волдеморт не оставит его в живых, по какой бы то ни было причине, - закончила за него Гермиона. *** Солнце клонилось к закату, окрашивая окна Хогвартса в теплые золотистые оттенки. Гарри, Джинни, Рон и Гермиона, окончившие школу чуть менее года назад, но не утратившие связи с любимым местом, направлялись к кабинету зельеварения. После окончания рабочего дня в Министерстве магии и Аврорате, они решили навестить профессора Снейпа, узнать, как у него дела. Дверь кабинета открылась, и Снейп, сдержанный и немного удивленный, поприветствовал их. В его тёмных глазах мелькнула тень искренней радости, которую он, как всегда, постарался скрыть. - Гарри и Джинни Поттеры, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер, – произнёс он, его голос был как всегда ровным, но в нем чувствовалась теплота. – Какая неожиданная, но приятная встреча! Снейп поздравил каждую пару с недавней свадьбой и искренне похвалил Гермиону за ее достижения по работе в Министерстве магии. – Миссис Грейнджер, я рад, что вы нашли свое призвание, – сказал он, глядя на Гермиону с непривычной мягкостью. – Ваша работа в Министерстве крайне важна. Вы всегда были выдающейся студенткой, и я рад видеть, что ваш талант нашел достойное применение. Гермиона смущенно улыбнулась. – Спасибо, профессор, – ответила она. – Я всегда ценила ваши уроки, даже если на них иногда приходилось нелегко... Снейп слегка усмехнулся. – Да, признаю, не всегда был справедлив к вам, миссис Грейнджер. Надеюсь, вы не держите зла. – Ни в коем случае, профессор, – искренне ответила Гермиона. – Я всегда считала вас лучшим преподавателем из всех, с которыми приходилось сталкиваться на уроках. Когда они вышли из кабинета, Рон не смог сдержать своего возмущения. – Гермиона, ну что это было? Ты чуть ли не вешалась ему на шею! Мне неприятно было наблюдать за твоим поведением! – проворчал он. Гермиона удивлённо посмотрела на него. – Рон, о чём ты? Я просто вежливо с ним общалась. Я всегда ценила знания и умения профессора Снейпа, понимала его непростой характер и решила ещё раз это подчеркнуть. Он заслуживает слышать о себе лишь хорошее, особенно после всего, что пережил. Рон лишь недовольно фыркнул в ответ на слова жены, не поверив ей. *** Спустя несколько дней Северуса Снейпа внезапно вызвали в Министерство прямо посреди его урока с первокурсниками. Министр Магии, взволнованный и серьезный, объяснил ему, что Астория Малфой, жена Драко, должна вот-вот родить, и могут возникнуть серьёзные осложнения вплоть до внезапной кончины в связи с её хроническими болезнями, которые передались ей по наследству от двоюродного деда, но и не только. У Астории оказался очень редкий чрезвычайно низкий болевой порог, что делало роды крайне опасными. Министр Кингсли попросил Снейпа срочно приготовить сложное обезболивающее зелье, которое могло бы помочь девушке. Драко Малфой тотчас предоставил крёстному все необходимые дорогие ингредиенты, а также частную лабораторию в его пользование, созданную по последним тенденциям магии и техники. Снейп, не задавая лишних вопросов, немедленно взялся за работу. Он трудился десять часов без перерыва, сосредоточившись на каждой детали сложного рецепта. Время от времени он вспоминал Драко и ту странную ответственность, которую испытывал по отношению к крестнику, несмотря на все их разногласия. Снейпа невольно беспокоило состояние Астории, которая до последнего скрывала ото всех информацию о своих хронических болезнях, и он искренне желал помочь девушке, которая готова была на всё ради своего некогда непутёвого мужа и их ребёнка. Когда зелье было готово, Снейп тут же аппарировал в больницу Святого Мунго. Он передал его врачам, которые немедленно дали его Астории, мучившейся от болей. Действительно, зелье подействовало почти мгновенно, и роды, начавшиеся на следующие сутки, прошли успешно и очень легко. Астория находилась в спокойном расслабленном состоянии, будто бы прилегла на массаж, а не рожала дочку. После того, как всё закончилось, Драко, бледный, но счастливый, подошёл к Снейпу и крепко пожал ему руку. – Крёстный, спасибо. Вы спасли жене жизнь, ведь она могла погибнуть во время родов. Я никогда этого не забуду. Мы с Асторией решили назвать дочку Эйлин, в честь вашей матери. На этих словах Снейп опустил взгляд от смущения, никак не ожидая подобного признания. Он и не думал, что кто-то вообще знал о том, как зовут его мать. А Драко тут же добавил: - Приглашаю вас через неделю к нам домой, в Малфой-Мэнор отпраздновать рождение ребёнка на нашем небольшом собрании только для самых близких. Снейп, всегда избегающий подобных мероприятий, моментально захотел отказаться, уже придумывая в голове какую-то важную причину, но Министр Магии, присутствовавший при общении Снейпа с Драко, увидев замешательство зельевара, вмешался. – Северус, тебе нужно хоть иногда вылазить из своей раковины, – сказал он, мягко подталкивая Снейпа к согласию. – Ты всю жизнь провел в одиночестве. Позволь себе немного радости в общении с людьми. Снейп, удивленный такой заботой со стороны постороннего человека, наконец, неохотно согласился.