Ушастые дела

***

      …       Одним прекрасным летним днем я нашел себя лежащим среди деревьев, взором направленный вверх, к затянувшемуся небу, облитому рыжей краской заката. Так началась моя история здесь, в этом чудном мире под названием Генсоке. Земля была сырой и прохладной, а уши нежно щекотала трава. В тот момент мой разум был чист как первый снег, тогда я даже не осознавал, что это было моим появлением здесь.       Что ж, а теперь я стоял напротив зеркала в своей комнате, поправляя свой элегантный костюм темно-шоколадного цвета. Именно в нем я и оказался в этом мире, он был со мной с самого появления, как и цилиндр вместе с большим и пышным шарфом. Но описание будет потом, не переживайте. Для начала мне стоит представиться: я Эден. Совсем недавно я спонтанно появился в Генсоке, без воспоминаний и без какого либо понятия, кто я. Единственное, что я знал — это то, что я Эден, и что мне никак нельзя сидеть без дела. Да, я могу смело назвать себя трудоголиком, но до этого мы тоже дойдем.       И, как следует из выше сказанного, я успел обзавестись своей комнатой и великолепным зеркалом во весь рост с деревянной узорчатой рамой. В общем-то да, за столь короткое время я успел найти себе дом, пристанище для моей несносной души. Хотя… все не так просто. Разумеется мне пришлось пройти крещение огнем в этом, хоть и прекрасном, но не менее опасном мире. За те 5 часов, которые я бесцельно бродил вокруг своего места в поисках чего-либо интересного, меня чуть дважды не прибили какие-то йокаи, а еще мне довелось наткнуться на каких-то фей (что больше напоминали детей, так и на скажешь, что им почти под 100 лет), которые были настроены на демонстрацию своей силы, преимущественно на мне… ох уж этот детский максимализм… Но мои поиски не прошли даром, ведь сразу за озером я заметил высокое элегантное здание, что нежно купалось в лучах полной луны. Стены горделиво стояли атлантом, окна отражали в себе всю красоту окружающего леса, а высокие часы уже были готовы пробить полночь. Это был Особняк Алой Дьяволицы, Госпожи Ремилии, могущественной вампирши, живущей здесь уже далеко не один век. Обычно никто в здравом уме не посмел бы придти в этот величественный особняк, Ремилию уважали, а ее верное окружение всегда было готово встать на защиту земель своей госпожи от всяких непрошенных гостей. Однако на тот момент я этого, разумеется, не знал. Я вообще ничего не знал.       И разумеется, стоило мне только подойти к вратам особняка, как тут же меня радушно встретили несколькими точными ударами по лопаткам. Что-что, а привратница прекрасно справляется со своей работой. Ее звали Хон Мейлин, высокая девушка, владеющая какими-то неизвестными мне боевыми искусствами. А еще у нее есть плохая привычка сначала избивать тех, кто приходит к вратам, и только потом спрашивать, зачем они сюда пришли. И на мое объяснение в духе «я ваще хз кто я, я просто увидел особняк и решил подойти к нему» она сначала рассмеялась, а потом заинтересовалась и вскоре меня обрабатывала уже другая девушка: Сакуя Идзаей. Ох, а вот про эту девушку уже можно сказать, что ее наняли в особняк для того, чтобы пугать незваных гостей своим холодным взглядом. К тому же она очень высокая, даже повыше меня будет, а если еще встретить ее в каком нибудь темном коридоре ночью, еще так, чтобы на нее падал красный свет, ну вообще жуть… именно так кстати она меня и встретила (и мне до сих пор интересно, откуда там тогда был красный свет… может просто красные окна?). Она старшая горничная, то есть, она отвечает за всех остальных горничных и служебных фей, и со своей работой она справляется на ура. В тот день она отвела меня к самой Ремилии, и этот момент, когда она быстрым шагом сопровождает меня до двери госпожи по длинным и ухоженным коридорам особняка, въелся мне в душу. Может Сакуя и великолепная горничная, но, все же, она человек (кстати я узнал об этом относительно недавно, когда Ремилия сказала, что внешне мы схожи по возрасту, ей где-то около 20, как, видимо, и мне), она тоже вполне себе способна, например, обидеться или показаться даже слегка наивной или слишком доверчивой. Но это не мешало ей быть великолепной горничной, никак иначе.       И вот, меня привели в комнату к самой госпоже Ремилии. И, сказать честно, когда мне говорили про вампиров, я представлял их как высоких и крепко сложенных людей со светлыми волосами, какая-то мысль даже предложила образ вампира как огромного мускулистого мужика в желтом плаще, который мог силой мысли ломать стены и останавливать время когда ему заблагорассудиться. И все мои ожидания рухнули хлипким фасадом, когда ко мне подошла эта низенькая, хрупкая на вид девчушка с крылышками за спиной и нахмуренным выражением лица. Тогда я в самом деле не поверил, что этой, простите меня госпожа, малышке всего лишь то 500 лет, подумаешь… Тем не менее, выслушав мою скудную и небогатую историю, Ремилия довольно долго размышляла над этим, прежде чем принять решение взять меня на «испытательный срок» в качестве дворецкого. Конечно, это было чертовски странно, что она вот так внезапно решила, что какой-то совершенно случайный парень, появившийся из ниоткуда, может проявить себя в качестве дворецкого, готов поспорить, что в любой другой ситуации какой-нибудь «эденоподобный» персонаж давно бы уже вылетел за пределы владений Ремилии. Для меня самого все еще остается загадкой то, по какой причине она согласилась принять мое предложение стать дворецким. Было ли это жестом доброй воли, или же она в самом деле уже все давно продумала наперед, и что на меня уже возложены какие-то планы? Покажет время. Но как бы там не было, зарекомендовав себя как лояльного и трудолюбивого дворецкого, я заслужил право остаться здесь. Разумеется, мое трудолюбие дало свои плоды и отныне я считаюсь частью Особняка. Днем я выполняю всякие поручения, а вечером, после ужина, я всегда выделяю себе пару часов на то, чтобы посидеть в библиотеке и заняться чтением каких нибудь книг. Разумеется, под присмотром Пачули и Коакумы. Со мной они были не слишком общительны, но все же иногда приятно сесть и послушать истории от Пачули. К тому же, именно Пачули научила меня писать и читать в этом мире. Дело в том, что появившись здесь, я уже откуда-то знал местный язык, однако ни писать, ни читать я не мог. Вскоре это дело исправила Пачули, и за счет моей сообразительности я довольно быстро освоился в местой речи.       Так и прошел месяц. Для Геноске месяц — это лишь мгновение. Но за этот миг я успел узнать многого о самом мире, о его обитателях и о всяком таком. Да что уж говорить, я даже научился магии. И за это время обитатели особняка привыкли ко мне, а я к ним. И, что самое главное, за это время я стал по настоящему преданным госпоже. Кто-то мог бы назвать это «промывкой мозгов» или «вербовкой», но лично я это называю «Шанс на существование». Черт знает, что было, если бы меня выбросили вон, с нулевыми знаниями о Генсоке и практически ни с чем, я с 99% вероятностью был бы съеден каким нибудь йокаем или около того. За это я и благодарен госпоже.       И сегодня очередной рабочий день… Я встал как обычно, привел себя в порядок и уже поправлялся перед зеркалом. Все же, в особняке, наполненном симпатичными девушками, ты всегда должен заботиться о том, как ты выглядишь, потому каждое утро моя высокая фигура (рост которой почти достигал роста Сакуи, мне буквально не хватало пары сантиметров) с растрепанными длинными по самую шею кудрями светло-русого оттенка маячила минуту у зеркала, поправляясь и желая себе плодотворного дня. Стильный темно-шоколадный костюм со средним узорчатым цилиндром, белой рубашкой с галстуком, надежным клетчатым шарфом и натертыми до блеска туфлями. И да, не обращайте внимание на эти торчащие кошачьи уши и хвост, я сам без понятия, откуда они взялись, причем верхняя половина правого уха по какой то причине отсутствовала. Увы, даже для меня остается загадкой как и шрам на ухе, так и само наличие ушей и хвоста. Многие гадали, кто я на самом деле: йокай или человек? Слишком странный для человека, но слишком слабый для йокая, даже нету крутых магических сил, пришлось их самостоятельно изучать… Причем теории были самые разные, что, мол, возможно я создание самого этого мира, что возможно я пришел сюда из другой вселенной с амнезией, или, возможно, что я просто ребенок человека и йокая, который так же получил амнезию…       И, закончив все приготовления, я с легким вздохом и уверенной ухмылкой открываю дверь, направившись на встречу новому дню…

***

      И этот новый день с самого его начала решил подшутить надо мной, послав прямо мне под дверь одну из горничных, которая переносила чернила. И открывая дверь…       — Ай! — я тут же влетел в нее, сбив с ног. Следовательно, то, что она несла, тоже упало, и причем на меня… В мгновение ока я уже сидел на полу, облитый чернилами и взятый врасплох. Поднявшись на ноги, горничная тут же стала крутиться вокруг меня, приговаривая: — П-простите, мистер Эден, я-       — Я нормально… Ты как? — ухая поднялся я, оглядев ее саму. Она лишь что-то протараторила, но потом я просто положил на ее плечо руку и негромко сказал: — Просто иди и приведи себя в порядок, ладно? Я это уберу.       Она лишь что-то обеспокоенно пробубнила, кивнув, прежде чем в спешке уйти прочь. А мой взор вскоре упал на мой прикид, который был, мягко говоря, не в состоянии. Разумеется позориться в таком виде перед госпожой я не хотел, и потому поспешил вернуться в комнату и переодеться. В итоге пострадали шарф, рубашка и пиджак, которые придется очищать чем нибудь сильным, может быть я смогу найти в библиотеке какое-нибудь заклинание очистки… На замену испачканной одежде пришла одна лишь черная рубашка, завалявшаяся где-то в шкафу. Не самый презентабельный вид, но явно лучше, чем было. И на сей раз я АККУРАТНО вышел за дверь и без каких либо проблем добрался до комнаты Ремилии. После стука оттуда донеслось «Войдите!» и моя рука аккуратно открыла дверь…       …       Госпожа сидела за своим рабочим столом неподалеку от входа, сделанном из многолетнего лакированного дуба, лениво потягиваясь и зевая, на забитом до отказа бумагами столе уже стояла кружка с кофе, бережно сделанный Сакуей ранее. Даже слегка странно, что она не боится так ставить кружку рядом со своими записями, ведь одно неверное движение, и все труды насмарку. В последние пару месяцев госпожа начала писать книгу собственного сочинения, с глубокими размышлениями о Генсоке, рассказами о его обитателях и о тоске по какой-то там Европе, которая находится за границей мира. Это не совсем ее личная комната, скорее рабочий кабинет, заполненный разнообразными полками и картотеками, большим окном (которое сейчас было занавешено по понятным причинам) и овальным столиком около него в компании пары роскошных кресел, а так же прочие вещи, которые могли бы пригодиться многолетней вампирше. Тёмно-красные обои с золотистыми узорами, дубовые полы с коврами, белый панельный потолок и свечная люстра. Так выглядит кабинет госпожи.       Закончив потягивается, госпожа Ремилия издала слегка сдавленный, возможно даже слегка милый звук, и только потом она обратила на меня внимание. Поправив свою шапочку, ее губы изогнулись в понимающей, но чутка насмешливой ухмылке, и поставив локти на стол и скрестив руки, она положила подбородок на свои ладони и поглядела на меня со взглядом легкого беспокойства.       — Хм? Сегодня в черном, Эден? И где же твой любимый пиджак? — она слегка наклонила голову вбок, показывая тем самым свою наигранную любопытность. Даже не смотря на то, что ей 500 лет, порой она может вести себя, как ребенок, и за этим иногда интересно наблюдать… ключевое слово «иногда»…       — Виноват, госпожа… — устало, с ноткой вины пробубнил я. — Испачкался с утра, врезался в горничную с чернилами.       — Какой ужас… — закрыв глаза сказала та, вроде бы и безразличным, но в то же время и с намеком на расстроенность, голосом. — Так вот почему мне так и не принесли мои чернила…       — Кхм… — виновато поправив цилиндр, я отвел взгляд. — Так… это были ваши чернила? Виноват, госпожа… Если вы хотите, я могу принести вам новые.       — Не стоит, мне их уже несут.       — …у вас будет какое нибудь срочное задание? — спустя молчание я наконец задал вопрос. Каждое утро я всегда приходил к ней за каким-нибудь срочным заданием, которое мне нужно было выполнить в определённый срок. Если такого не было, я просто занимался обыденными делами, как и все остальные в особняке.       — Нет, пока ничего срочного не имеется. Можешь работать в штатном режиме. — вернув свою лукавую ухмылку сказала та, взяв в руки стопку исписанных бумаг.       — Как ваша книга, госпожа? — слегка наклонившись сказал я, косо заглядывая на ее стол.       — Книга? Книга прекрасно, уже заканчиваю первую главу. — с легкой улыбкой сказала Ремилия, обхватив кружку своими тонкими пальцами и сделав небольшой глоток напитка. Сразу после этого ее лицо расплылось в довольном выражении, кофе Сакуи, как всегда, радует нашу госпожу. Она слегка хмыкнула, после чего деловито разводилась на кресле. — Что ж, а теперь можешь идти работать. Если возникнут вопросы, то, как всегда, можешь обратиться к Сакуе.       — Хорошо, госпожа… — негромко сказав это, я слегка поклонился и вышел за дверь ее кабинета.

***

      После этого я какое то время возился вместе с Коакумой в библиотеке, ища хотя бы какие то намеки на заклинание очистки. Вручную то громадное пятно возле моей двери уж точно не очистить. И спустя время нам на глаза попалась пара свитков, которые могли мне помочь. Но проблема в том, что они были одноразовые… Впрочем, понадеявшись, что где-то в библиотеке наверное остались еще какие нибудь заготовки для них, я взял пару тройку таких свитков и направился к месту недавнего инцидента. Однако уже там меня ждала Сакуя собственной персоной, с ОЧЕНЬ недовольным видом глядя на пол, где огромным пятном разлились чернила. Приметив меня, ее хмурое выражение лица сразу же метнулось в мою сторону, отчего ноги даже слегка покосились от такого резкого и острого взгляда. Как только я подошел ближе, она слегка приподняла подбородок и посмотрела не меня сверху вниз.       — Понятия не имею, что здесь произошло, но это недоразумение меня явно не устраивает. А Госпожу Ремилию уж тем более, если она это увидит. — в своей обычной сдержанной манере сказала Сакуя, переведя взгляд обратно на пол. Я тихонько хмыкнул, на моем лице появилась небольшая лукавая ухмылка, когда я показал ей свитки.       — Не думаю, что это станет большой проблемой. Мы с Коакумой что-то да нашли, надеюсь, оно сработает.       — Впрочем, выбора нет. — она пожала плечами, слегка смягчив свой тон. — Пробуй.       Взяв в руки один из свитков, я вполголоса пробубнил какое то заклинание, и через мгновение… После ярких вспышек и какого то блеска ковер был очищен на отлично. Однако вместе с этим помимо ковра вся часть коридора тоже сильно преобразилась, став… более светлой что ли? Да и одежда, что на мне, что на Сакуе, внезапно стала куда более приятной и чистой. От такого фокуса что у меня, что у нее расширились глаза.       — Возможно, заклинание оправдало себя свыше всех ожиданий… — однако после этого свиток в моих руках внезапно рассеялся и рассыпался, на что она лишь удрученно вздохнула. — Хотя… Не удивительно, что оно одноразовое.       — Зато действенное. — в ответ пробубнил я, посмотрев на оставшиеся свитки в своей руке. — Ладно, что у нас сегодня? Чем меня нагрузишь на этот раз?       — Ты говоришь так, словно я тебя перегружаю. — стоическим, но в то же время слегка обиженным голосом озвучила Сакуя, прежде чем встряхнуть рукой свой фартук. — Сначала займись библиотекой, нужно избавиться от пыли с 14 по 20 ряды. К тому же, Мейлин попросила немного подстричь кусты в саду, так что после библиотеки направляйся туда. А потом посмотрим по ситуации.       — Ладно… — Тяжело вздохнув, я почесал за затылком и опустил взгляд в пол. — Тогда я пойду наверное…              Сакуя лишь кивнула, и сохраняя свой взгляд на мне, она развернулась, и только потом, после еще двух секунд зрительного контакта, наконец повернула голову в сторону коридора и элегантной походкой направилась прочь. Еще какое то время бездумно глядя ей вслед, я снова вздохнул, и прежде чем направиться в библиотеку, оставил в своей комнате оставшиеся свитки. Займусь костюмом потом… С мыслями о новом рабочем дне, я уверенной походкой направился в библиотеку… а потом вернулся в коридор и зашел в кладовку за нужными приспособлениями для уборки, и еще раз пройдясь в библиотеку уверенной походкой, готовый справиться со всеми делами.

***

      К слову, прежде чем приступить к своим делам, я, разумеется, сходил на завтрак. Обычно прием пищи проходил в столовой, где посередине стоял достаточно большой дубовый стол, рассчитанный на минимум 20 человек, за которым сидела Ремилия и ее близкое окружение, а по бокам столы для персонала. И разумеется, во главе стола сидела сама Госпожа, аккуратно и, наверное, даже изящно поедая утренние вафли. Вообще у госпожи довольно плотный график приема пищи, если так подумать… Завтрак в постель от Сакуи, основной завтрак, обед, полдник, ужин, поздний ужин, и при желании даже ночной ужин, и это еще без учета легких перекусов, чаепитий и резких желаний госпожи в любой момент времени что-нибудь съесть. И что самое интересное… Как это все вообще в нее помещается? Нет, не то чтобы я как-то хотел обсуждать телосложение госпожи Ремилии, просто… ну как? И при всем при этом у нее остается совершенно аккуратное, стройное тело, словно она почти ничего не ест. Кхм… Впрочем, лучше не забивать себе голову лишними вопросами. Вдруг у госпожи появиться дар телепатии? Тогда наверное она бы мне сильно преподала урок… Возвращаясь к обсуждению столовой, я не могу не отметить то, что мне за эти короткие сроки, проведенные здесь, в особняке, мне чудом удалось получить местечко за главным столом. Так что, поедая свою порцию вафлей за главным столом, в окружении остальных ключевых лиц, например, Сакуи, Пачули и тд, и время от времени задумчиво бросая взгляд на большую стопку вафлей для госпожи, что сдержанно, но с удовольствием ее поедала, я продолжал просто размышлять ни о чем…       …       Рутина шла своим маршем. Полка за полкой, шкаф за шкафом, ряд за рядом… Лишь Коакума изредка носилась туда-сюда по поручениям Пачули, что невнятно что-то бубнила где-то среди шкафов. А Пачули ведь как-то понимает ее с полу-слова… И эта рутина была своеобразным ритуалом, который проходил каждый день: встать, навестить госпожу, заняться делами, посидеть в библиотеке, лечь спать. Не сказать, что эта рутина мне как-то надоедает… Я провел здесь от силы полтора месяца, она мне чисто физически не могла успеть надоесть. И даже если так… Вряд ли мне это надоест вообще. Самое главное, что я хотя бы нашел свое место здесь, и это не может меня не радовать.       И сейчас, занимаясь рутиной, я, как обычно, размышлял о всяком. Например о том, что госпожа очень любит внезапно менять свой режим сна. Она может спать ночью и бодрствовать днем, и в любой момент, который она захочет, наоборот: не спать ночью и отдыхать днем. Самое неприятное в этом: в основном мне и Сакуе приходиться подстраиваться под ее режим сна, в какие-то моменты недосыпать или, наоборот, отдыхать больше положенного. Возможно это тоже разбавляет рутину… Так, еще я размышлял непосредственно о Генсоке. За это время я пару раз выходил за пределы особняка в сопровождении Сакуи, пока что я видел только деревню людей и магический лес. Мы ходили по разным просьбам, ничего особенного, так что и особо познакомиться с кем-то извне я не успел. В основном Сакуя рассказывала мне обо всяких обитателях, одну из них нам даже удалось повстречать… Ая Шамеймару, тенгу-журналист. Как только мы попали в ее поле зрения, она тут же стала летать вокруг нас, фотографируя и крича «Сенсация! Сенсация!». Так продолжалось до тех пор, пока Сакуя не усмирила ее весьма действенным способом. Я слышал о ней, что она выпускает свою газету, и, как я понял, то, что в особняке Алой Дьяволицы появился новый дворецкий, ее крайне сильно удивило. Что ж, журналисты они и есть журналисты…       Закончив, наконец, протирать бесконечные полки библиотеки, я в кое-то веке вышел в коридор, выйдя из той атмосферы застоялого воздуха и запаха старых книг. По идее, сейчас должен был быть обед и всякое такое… Но до звонка на обед оставалось еще порядка получаса. И даже если так… Честно говоря, желания идти на обед не было никакого. Наверное я не слишком проголодался за время в библиотеке. У нас с Сакуей довольно «гибкий» график приема пищи, если быть откровенным. В некоторые моменты у нас банально нет возможности просто пообедать или что-то в этом роде. Можно было подумать: «Тирания! Ремилия — варвар! Бесчувственное отношение к своим подчиненным!», но… нет. В такие моменты она проявляет благодарность за столь усердную работу и дает некоторые поощрения: продлевает отдых, небольшая добавка к зарплате (да-да, у меня есть зарплата, представьте себе) и все в этом духе. Тем не менее, мне нужно было продолжать работать Вернув инвентарь и взяв другой, через главный вход я вышел во двор.       Что ж, двор представлял собой, так скажем, переднюю и заднюю часть. Передняя, та, что была прямо у выхода, представляла собой цветочный сад, разбавленный посадками декоративных кустов, выполняющих роль живой ограды. А задняя часть, что, находилась, как ни странно, позади особняка, была фруктовым садом. Сейчас был сезон созревания, потому яблони и грушевые деревья уже давали свои плоды. Также там стояла беседка, в которой по ночам обычно любят сидеть Ремилия и Пачули. С балкона открывается прекрасный вид на сад и озеро.       Пройдя немного вперед по аккуратно выложенной плитке, я обратил внимание на Мейлин, что стояла по ту сторону врат и… как неудивительно, спала. Впрочем, даже если она спит, в момент, когда кто-то собирается проникнуть на территорию, Мейлин в мгновение ока дает понять нарушителю, что ему тут не место, и с криками «ДЗЯООООО!!!» набрасывается на непрошенного гостя. Сказать честно, я понятия не имею, как это возможно… Наверное какая-то особая магия йокаев. Так или иначе, будить я ее не хотел, и потому просто занялся своими делами, аккуратно подстригая кусты и выравнивая их, формируя ровные прямоугольники.       Солнце довольно сильно палило, воздух настолько разгорячился, что посмотрев на свою руку я на долю секунды мог ошибочно предположить, будто она плавиться. Тем не менее, ярко-зеленые кусты, казалось, не заканчивались. Вроде бы с одной стороны, казалось, ровно подстрижен, а поглядишь с другого, и понимаешь, что где-то ты плохо подравнял. И так до бесконечности… Закончив с какой-то долей кустов, я обратил внимание на те большие клумбы цветов, что из-за жары слегка поникли. Обычно этим занимается Мейлин, то так как она спит… как она вообще может спать в такую погоду? Обобщая… Помимо кустов я также решил заняться и цветами, не оставлять же мне их на жаре.       И спокойно поливая цветы из лейки, никуда не спеша, я не мог не любоваться ихней красотой. В саду преимущественно росли красные и черные розы, орхидеи и гиацинты, а на заднем дворе было несколько клумб энотер. Мейлин очень тщательно за ними ухаживает, и, как можно подметить, очень даже не зря. Временами Ремилия, прогуливаясь по саду, не раз может похвалить Мейлин за ее старания (если та не спит, в противном случае… ну, ничего хорошего точно не происходит). Вода быстро впитывалась в засохшую землю, и, в конце концов, все клумбы были политы.       Закончив с передним двором, я отложил в сторону садовый инвентарь и все же решил украдкой посмотреть на Мейлинг. Ее высокая фигура развалилась в теньке от забора, и широко раскрыв рот, она тихо сопела, то ли наслаждаясь такой погодой, то ли, наоборот, страдая от нее. И тем не менее, после десятка секунд моего пристального наблюдения, она слегка приоткрыла один глаз и обратила внимание на меня, слегка выглядывающего из-за железных прутьев ворот.       — А, это ты… — вяло ответила та, очевидно не придав этому открытию никакого значения. — Что-то нужно?       — Нет, я просто занимался садом и решил проверить тебя. На всякий случай. Вдруг ты, например, на солнце перегрелась? — нейтральным тоном ответил я, на что она лишь закрыла глаз и расслабила голову.       — Я же йокай… Мне не страшно солнце. Хотя… сегодня довольно жарко, не находишь?       — Ну, сложно это отрицать.       — Хм… может тебе тоже стоит немного вздремнуть? — с легкой усмешкой сказала та, снова приоткрыв глаз и поглядев на меня.       — Вздремнуть? Шутишь? Если сюда придет Сакуя нам обоим влетит как следует. — слегка даже расстроено сказал я. С другой стороны… Поспать в теньке посреди жаркого дня казалось очень заманчивой идеей.       — Ой, да ладно тебе. — беспечно ответила та, сначала потянувшись, а потом спрятав ладони за затылком. — Тебе она точно ничего не сделает, а я… ну а мне не привыкать.       Сама задумка звучала так, что мне очевидно не стоило этого делать. Но моя темная сторона выиграла в этом споре, и потому я неохотно принял решение чуть-чуть вздремнуть. И выйдя из-за ворот, я присел на траву рядом с Мейлин и аккуратно оперся спиной и головой о кирпичную оградку. На удивление такая поза не была слишком неудобной или что-то в этом роде, скорее наоборот, даже в каком-то роде приятной для дневного сна на улице. Не меняя своего положения, Мейлин усмехнулась и снова закрыла глаз, глубоко вздохнув.       — Правильно, тебе тоже надо отдыхать. — вялым, слегка сдавленным тоном протянула йокай. — А то ты такой трудоголик… все работаешь и работаешь… надо иногда думать и о себе, а не только о работе… *зевок* Ух… Я даже думать о работе не могу, тут же начинаю засыпать.       — Наверное, ты в чем-то, да права… — тяжело пробубнил я. Сняв цилиндр, я обхватил его ладонями и прижал к себе, а потом запрокинул голову и закрыл глаза.       — Наверное, Ремилия и Сакуя нагружают тебя…       — Нет, не особо. Временами бывает трудно, но я здесь ведь ради этого.       — Хах… Я уважаю твою преданность нашей госпоже. Но это ведь не значит, что мы не имеем права лишний раз вздремнуть, верно? *зевок* А мне вот нравится моя работа… Стоишь, смотришь, чтобы никто не прошел, или спишь… а в свободное время занимаешься цветочками. О чем еще можно мечтать?       — Даже не знаю… Мне вот интересно проводить время в библиотеке.       — Ум-м… Это надо читать, а читать — утомительно… — устало, с нотками недовольства пробубнила та, словно сейчас ей предстоит этим заниматься.       — Я бы так не сказал. Книги — это целая кладезь знаний. В свободное время я думаю начать что-нибудь собирать, как… эти… как их там… изобретатели?       — Кто на что горазд… — усмехнулась Мейлин. — Кто-то мыслит в механизмах, а кто-то в растениях, и никак иначе. *зевок* Ладно, все, я уже спать хочу… Спокойного сна.       — Ну, получается спокойного сна…       После того, как я в полуголос пробубнил эти слова, мой разум стал постепенно затухать. Мягкая трава, прохладные кирпичи за спиной, легкий влажный ветерок и щебетание птиц… Запах травы успокаивал организм, а легкий бриз и тихий шум близрасположенного озера убаюкивали меня. Я и сам не заметил, как провалился в легкий, полуденный сон…

***

      — Эден! Мейлин!       Однако сон был резко прерван разъяренным криком, что возвышался над нашими головами. Мгновенно проснувшись, даже слегка дрогнув от неожиданности, я поднял глаза и уши в сторону источника звука и увидел Сакую, облитую лучами заката. Она, грозно возвышаясь над нами, глядела сверху вниз очень злым и недовольным выражением лица.              — А?! — в тот же момент проснулась и Мейлин, которая стала резко махать головой, пока не увидела Сакую. — О, оу… П-привет? — сразу ее тон понизился до виноватого и она поспешила отвести взгляд. Было очевидно то, что Сакуя застала нас врасплох.       — Это все, что ты можешь сказать в свое оправдание? — не менее острым и строгим тоном озвучила горничная, подойдя чуть ближе, из-за чего ее взгляд казался более мрачным и гнетущим. — Я уже не раз пресекала такое поведение с твоей стороны, и ты все равно продолжаешь. Кажется, ты не усвоила урок…       — Э-э-эй… Я ведь просто вздремнула в компании с нашим парнишей, что не так? Никто ведь не проник в особняк, верно? — после этих слов лицо Сакуи стало более жестким и озлобленным, что-то в ее словах явно ей не понравилось.       — А если бы кто-то все же проник, что бы ты сказала в свое оправдание? И мало того, ты спишь сама, так еще и вместе с-       — Погоди-погоди! — Мейлин резко ее прервала. — Ну да, предложила я ему прилечь, и что с того? И вообще, знаешь… Тебе бы тоже не помешало иногда отдыхать, не находишь? — йокай попыталась скривить улыбку, однако в ответ она лишь получила кинжал в голову. — АЙ!!! Больно ведь!       — А что касательно тебя… — угрожающе низким тоном озвучила Сакуя, повернувшись в мою сторону. Я все еще лежал на траве, сбитый с толку и не находя смелости посмотреть ей в глаза, отводя взгляд в сторону и прижимая уши. — От тебя я такого точно не ожидала. Ты казался мне честным трудоголиком, а по итогу ты валяешься здесь, вместе с… «Китаем».       — У меня вообще-то имя есть! — с трудом вынув кинжал из лба воскликнула Мейлин, бросив его куда-то в сторону. — И не только имя, кстати, Миссис Доска…       — Еще одно слово и я сделаю из тебя ежа. — злобно прошипела в ответ Сакуя, и после резкого движения руки в ладони у нее демонстративно появились ножи дайматсу. Хон, все же, спорить не стала, и просто молча встала, потирая лоб. А я все же решился поглядеть на Сакую, и увидев ее стройную фигуру в лучах заходящего солнца, эту форму горничной, что так медленно тускнела, эту кожу, что еле-еле отблескивала свет… случилось самое ужасное: я задумался. И удержав свой взгляд на Мейлинг не так много времени, Сакуя резко повернулась ко мне, явно недовольная тем, что я на нее гляжу. — И на что ты пялишься?       Разумеется в тот момент я стыдливо покраснел и увел взгляд, а позже встал и отряхнулся. И именно в тот момент я понял, что мы проспали до самого вечера. Солнце уже заходило за горизонт, скрываясь за макушками деревьев и отражаясь в воде Туманного Озера. Тем не менее, тяжело вздохнув, Сакуя на удивление чутка смягчилась, и не удосужив меня большим количеством внимания, она развернулась и направилась от ворот в особняк, неспеша идя по садовой плитке. За неимением других вариантов, я не слишком охотно поплелся за ней, все еще приходя в себя после дневного сна.       — Зато у меня грудь есть, в отличии от некоторых… — негромко съязвила Мейлин, надеясь, что Сакуя не услышит, но в тот же момент острый нож прилетел ей прямиком в ягодицу, и под крики и визги привратницы я слегка ускорил шаг, чувствуя неподдельный страх. Кто ее знает, чем она сочтет мой неспешный шаг?

***

      Так или иначе, Ремилии она об этом не доложила. Такая солидарность по отношению к подчиненным и создавало образ благородной и, может и не всегда честной, но понимающей горничной. Потому я продолжил спокойно и мирно подстригать кусты в саду, пока последние лучи солнца не спрятались за холмы.       После этого я заметил, как на входе появилась небольшая фигура Ремилии, что лениво потягивалась, спускаясь с гранитных ступеней особняка, а рядом шла Сакуя, сопровождая госпожу. Подойдя ближе к месту, где я работал, Ремилия задумчивым взглядом осмотрела плод моего труда, пока Сакуя молча сверлила меня взглядом, явно все еще недовольная тем, что я проспал полдня. Закончив осмотр, Ремилия пару раз хлопнула в ладоши и сказала приободренным тоном:       — Хорошая работа, Эден. — на ее лице появилась довольная ухмылка, ее слегка прикрытые глаза встретились с моими. — Садовник из тебя то, что надо.       — Спасибо… — слегка смущенно сказал я, потерев затылок. — Ну, я всего лишь подстриг кусты. За все отвечает Мейлин, она ведь за садом следит.       — Это не отрицает факта того, что у тебя годные руки. — она закрыла глаза и провела пальцем по воздуху. — И все же, дворецкий должен быть разносторонним, так что меня устраивает факт того, что ты так быстро осваиваешься в новой среде. — потом она слегка поправила шапочку и погладила свои кудри. — Заканчивай и иди ужинать, и после этого будешь свободен.       — Да, госпожа. — негромко ответил я, кивнул ей и снова принялся стричь кусты.       Оставалось не так много, и потому довольно быстро работа была окончена. И уже направившись ко входу, только-только ступив на первую ступень, на мгновение я остановился, услышав за спиной знакомые крики боли. Похоже, Сакуя снова нахлобучила Мейлин… Что ж, на сей раз, уже на виду у госпожи, и, видимо, несчастной привратнице досталось очень и очень сильно. Однако я мог только тяжело вздохнуть и понадеяться, что с ней все будет в порядке. Идти против Сакуи, и уж тем более против Ремилии было бы сравнимо со стрельбой себе в ногу.       …       А ужин удался… довольно одиноким. К тому времени, как я закончил, ужин, разумеется, уже кончился, и потому столовая пустовала, за исключением небольшого столика с 5-6 феями, что о чем-то друг с другом шушукались. Потому я быстренько поел за столиком на кухне, набив желудок пюре с горохом, а потом направился в библиотеку.       Может она и была довольно обширной, но тем не менее почти всегда посетители держались в выделенном пространстве около входа, так сказать, зона для чтения. Здесь было два довольно длинных стола для читателей, а так же маленькие круглые столики для двух-трех людей (хотя даже не знаю, насколько применимо слово «люди» в Генсоке…). И, конечно, не я один решил провести этот вечер за книгами, и потому несколько фей и горничных уже были здесь, углубившись в книги. Кто-то открывал для себя что-то новое, кто-то бороздил просторы художественной литературы, а кто-то спал. Прямо на лестнице у полки.       А, это Коакума…       И какого-то дьявола она уснула прямо на лестнице, лишь слегка приобняв ее и протянув руку до какой-то из книг. Подойдя ближе к лестнице, я прочистил горло и попытался тихо, негромко ее разбудить, чтобы она случайно не упала.       — Эй… Коакума? Ты что там забыла? — сегодня мне повезло, и она без особых проблем проснулась, даже не упав. Она лишь вяло потерла глаза рукой, которой тянулась до книги, а потом обратила свое внимание вниз. — О, приветики… Тебе что-то нужно, да? — спросила она тихим, уставшим тоном.       — Нет, ты просто уснула прямо на лестнице. Не знаю, что касательно тебя, но лично мне это кажется немного странным.       — Мммугу… — промычала та, медленно спустившись вниз. — Просто… я мало спала, вот и все, подумаешь. — она почесала затылок и потом поглядела вверх, на лестницу. — А, вспомнила. Я же хотела достать книгу о шитье…       — Ладно-ладно, давай я лучше сам ее достану. — сказал я, положив руку ей на плечо и остановив ее, а потом сам довольно быстро забрался и вернулся уже с нужным экземпляром в руках. — Держи и лучше лишний раз не засыпай где попало. И вообще… Лучше иди поспи.       — Угу… — с сонной улыбкой промычала та и направилась куда-то в библиотеку. Сомневаюсь, что она пошла спать…       У меня не было какой-то определенной цели что-то прочитать этим вечером. Так что… я просто бродил меж рядов в поисках чего-нибудь интересного. И спустя время я обнаружил Пачули, что сидела где-то меж рядов за довольно, не сказать что большим, но весьма внушительным столом, с кучей полок и и маленьких шкафчиков, в окружении огромной, нет, гигантского количества книг. Она лениво перелистывала страницы, развалившись в своем кресле, изредко попивая чай и отсекая небольшой кусочек торта десертной ложкой. Приметив меня, она вообще никак не отреагировала, лишь на мгновение задержав на мне взгляд, прежде чем снова устремить свои хмуроватые глаза в книгу.       — Привет? — неуверенно начал я, подойдя ближе. В ответ она лишь угукнула, слегка кивнув, не утруждая себя лишний раз оторвать взгляд от книги. Подойдя ближе я осмотрел несколько экземпляров книг на ее столе: «Магическая концентрация», «Пособие для продвинутых чародеев», «Анатомия человека: Наш с Вами внутренний мир». Было понятно, что она похоже тренирует новые заклинания. Я бросил на нее нейтральный взгляд и таким же нейтральным голосом спросил. — Может тебе что-то нужно?       — … — изначально она хотела помотать головой, но после того, как она сделала небольшой глоток чая, до нее дошло, что чашка оказывается пуста, и тогда она сказала низковатым, вялым тоном. — Сделай мне чай… и принеси еще один кусочек торта. — добавила она в конце, прежде чем я ушел на кухню.       Думаю, нет смысла объяснять то, как я делал чай, все-таки это знакомо каждому. Когда же кухня заполнилась теплым запахом душистой мяты и чабреца, я отрезал и положил на тарелочку кусочек черничного торта, оставленного горничными в ледяном ларце. Соблазн самому отведать сия торт был велик, но я все же сдержался и в скором времени уже стоял около Пачули, аккуратно поставив на стол тарелку с чашкой. Она медленно кивнула в знак благодарности, прежде чем снова не отсечь небольшой кусочек торта ложечкой и не отправить его себе в рот. Я же в свою очередь снова обратил внимание на книги, и взяв в руки книгу по, так называемой, анатомии, осмотрел переплет.       — Это книга из Внешнего Мира, так что информация в ней будет применима только по отношению к людям. — тем же голосом сказала Пачули, не отрываясь от своей книги. — И немного к другим видам.       — О как… — пробубнил я в ответ, а потом решил для себя, что прочту эту книгу позже и положил ее на стол. — А что касательно Генсоке? Нет подобных книг, но про обитателей здешнего мира?       — Спроси Коакуму.       — Ну… Ладно? — я озадачено почесал затылок.       Мои разговоры с ней обычно так и проходят. По крайней мере, большинство из разговоров. Иногда ее получается чуть больше разговорить, но, очевидно, не в те моменты, когда она изучает магию. А ее это в ее характере — сбрасывать часть работы на Коакуму. Кстати, саму Коакуму я так и не нашел. Потому мне пришлось довольствоваться случайной книгой, которую я читал оставшееся время.       

***

      Что ж, так и закончился мой очередной день в этом особняке. Лежа в своей небольшой, но чертовски удобной кровати, я глядел в потолок и просто размышлял, пока мой разум медленно отключался.       Генсоке… Генсоке такой большой. Хочется иногда просто совершить небольшое путешествие, наведаться в разные уголки этого мира, понять, что он из себя представляет… А что за Внешний Мир? Как он выглядит? Столько вопросов и так мало ответов…       Но все это будет потом. Сейчас я здесь, в особняке, и мой долг служить Ремилии. Может как-нибудь потом, когда мне дадут отдых, я прогуляюсь по местным красотам, побегаю от различных йокаев и познакомлюсь с местными обитателями. Наверное, все так и будет…       С этими мыслями, я повернулся на бок и тихо вздохнул, погрузившись в сон…

***