Глава 14. Мерцающее "да"

Мартовское солнце робко пробивалось сквозь шторы. В комнате пахло лавандой и тостами. Гермиона лежала на боку, обхватив живот обеими руками, в котором малыш уже откровенно устраивал свои танцы. — Он устроил чемпионат по квиддичу прямо у меня внутри, — пробормотала она, открывая глаза. — Думаешь, это от тебя? — Я думаю, это гениальность твоя, а желание обратить внимание— мое, — отозвался Драко из кухни, где что-то шипело и пахло корицею.- Кстати ты не хочешь никуда сегодня сходить? — Звучит подозрительно. — Просто… хотел пойти прогуляться — Ты что-то задумал? — Гермиона, я никогда ничего не замышляю. Я импровизирую. Она хмыкнула, с трудом поднявшись с кровати. Целый день он был странно внимательным. Подсовывал ей подушки, приносил какао, гладил по волосам. Отвечал на все вопросы с вежливой уклончивостью. Гермиона заметила, как он что-то шептал картине в прихожей, как проверял карман своего пиджака, как разговаривал с Блейзом очень секретно через камин. — Драко? — Да? — Ты нервничаешь. — Нет, просто переживаю — Это и есть синонимы. Он усмехнулся, обнял её и поцеловал в висок. — Одень что-нибудь красивое. Для себя. И для меня. — Мы идём на ужин? — Не совсем Когда она вышла из спальни в длинном мягком платье цвета айвори, волосы — распущены, губы — в оттенке розового чая, Драко стоял в гостиной и смотрел на неё так, будто забыл, как дышать. — Ты… боже, я не могу даже… — он поднёс её руку к губам. — Ты всё-таки что-то задумал, Малфой. — И тепер не отступлю Он повёл её в сад. Там, среди нежно подсвеченных деревьев, стоял маленький столик с двумя креслами, пледом и свечами, которые не гасли даже под лёгким ветром. На фоне играл граммофон. Очень тихо. Очень по-старому. — Это твое место. И мое. И наше. Он посадил её, налил ей яблочный чай, сам почти не пил. Всё время — смотрел. Потом… опустился на одно колено. Гермиона затаила дыхание. — Гермиона Грейнджер, — начал он, не отводя взгляда. — Ты умнейшая из всех, кого я встречал. Самая смелая за любого грифиндорца. Красивее, чем любая волшебница из нашего мира. И самая добра. Он вытащил маленькую коробочку. Открыл. Внутри — кольцо. Элегантное. С тонким плетением в форме древних рун и маленьким бриллиантом, который вспыхивал, когда на него падал свет. — Я не прошу забыть, кем мы были. Но я прошу быть со мной — в том , кем мы стали. Ты — моя история. Моё сегодня. Моё завтра. — Драко… — её глаза блестели. Голос задрожал. — Ты… — Выйдешь за меня? Он поднял кольцо. Смотрел с надеждой. С немного беззащитным выражением, которого Гермиона никогда прежде у него не видела. — Да, — выдохнула она. — Да. Даже если ты каждое утро будешь устраивать чайный спектакль. Даже если ты будешь продолжать раскидывать свои вещи. Он надел кольцо. Встал. Обнял её, прижал к себе так крепко, как только осмеливался, не забывая о животе. А потом — поцеловал. Не спеша. Уверенно. И нежно. — Я тебя люблю, Гермиона. — А я тебя. Больше, чем думала. Они вернулись в дом уже поздно. Она сидела у камина, крутя кольцо на пальце, и не переставала улыбаться. Он сидел рядом, не отпуская её ладонь. — Знаешь… — сказал он, — я боюсь. Но в тоже время я спокоен. — Потому что мы вместе? — Потому что я знаю, что ты скажешь «да» еще тысячу раз. Она положила голову ему на плечо. — А завтра? — Завтра… пойдем покупать детскую коляску. И сообщим всем. Он поцеловал её в макушку. — Сем'я. Это слово больше не пугает — Оно звучит правильно. И в доме снова стало тихо, тепло.