Глава 13. Маленький удар и большая семья

— Я уже похожа на сову, которую перекормили в три раза, — с усталостью сказала Гермиона, глядя на своё отражение в зеркале. — Посмотри на это! У меня нет талии. У меня нет костей. Я — волшебный шар. —Очень милый шар — усмехнулся Драко, подходя сзади и обнимая её. — И самая умная из всех, кого я знаю. — Ты просто боишься, что я превращу тебя в жабу. — Ну, и это тоже.. Он поцеловал её в плечо, нежно положив руки на её округлившийся живот. Он стал по-настоящему заметным. Внутри — уже почти семь месяцев. И с каждым днём страх рос Вместе с любов’ю. Гермиона уставала быстрее. Спала неспокойно, ела выборочно и иногда плакала просто так — особенно когда в шкафу заканчивались шоколадные жабы. Драко научился моментально аппарировать за сладким, варить бульйон, накладывать заклинания на подушки, чтобы те дышали ромашкой, и даже не бесился, когда она в третий раз за день просила переставить кресло на другое место. Сегодня в их доме было особенно шумно — в гости собирались друзья. Все. Впервые вместе. Гермиона переживала, потому что Рон и Блейз в одной комнате звучали как начало магической драки, а Джинни всё ещё косо поглядывала на Драко, даже если делала это с бокалом вина в руке. Драко натянул рубашку. — Если Панси снова заявит, что "это было неизбежно", я лопну. — Если Рон шепнёт хоть одно "а я говорил", я кину в него подушкой, — отозвалась Гермиона. — Мы идеальная пара. — По уровню сарказма — бесспорно. Вечер начался громко, со смеха, пощипывания носов (спасибо Джинни и заклинанию Proboscis Maximus, которым она случайно задела Блейза) и запаха тёплого пирога, который принесла миссис Уизли. Панси немедленно влезла на кухню, чтобы «спасти вкус излишне провинциального блюда», а Гарри уселся рядом с Драко, нервно покашливая, как будто хотел что-то сказать, но не решался. — Она правда выглядит… по-настоящему счастливой, — сказал он тихо. — Потому что она есть, — ответил Драко, не отрывая взгляда от Гермионы. — Ты меняешься. — Мы оба. Это нормально. Рон, удивительно, держался спокойно. Он даже помог Гермионе сесть, подложив ей подушки, и накрыл ноги пледом. А потом, когда Гермиона засмеялась, вспоминая старый случай в Хогвартсе, где Драко упал в котёл с зельем (по вине Невилла), все начали смеяться. — Я был блистателен! — возмущался Малфой. — Просто слизь была не того цвета. — Ты был схож на проклятую каракатицу, — захохотала Панси. Потом, когда вечер немного поутих, Гермиона откинулась назад, положив руку на живот. Драко сидел рядом, его пальцы невольно нашли её ладонь. Внезапно — резкое движение. Толчок. Явный. Сильный. — Ты это почувствовал? — выдохнула Гермиона. Он побледнел, потом замер, снова приложив руку. — Он… он пнул меня Гермиона....это он? Она улыбнулась сквозь слёзы. — Это он. Первый раз — так чётко. — Это… Это чудо. Гарри, стоявший рядом, замер. Рон широко раскрыл глаза. Джинни вздохнула, Панси не стала комментировать. Все вдруг поняли, насколько это по-настоящему. Гермиона прижалась к нему. — Он тебя уже знает. Он чувствует тебя, когда ты рядом. Драко ничего не ответил. Только обнял её крепко, прижавшись лбом к её виску. — Я уже не боюсь. — И я, — прошептала она. — У нас с тобой есть всё, что нужно. И… они тоже здесь. Он посмотрел на друзей, которые не разошлись, не отдалились, а стали ближе, стали… своими. Семьёй. В ту ночь Драко долго не спал. Он гладил живот, шептал что-то тихо, по-своєму — по-мальфойськи. Гермиона улыбалась сквозь полусон. А малыш в ответ снова слегка толкнул изнутри. Вот оно счастье!