Глава 6. "Особый подарок."

по приезду обратно в общежитие, от наркотиков не осталось ни следа. она не собиралась возвращаться в комнату, а уж тем более идти к эбби, так что взяв все необходимое пошла на уже привычную крышу. но там она оказалась не одна. на краю уже расположился эндрю. аяме подошла и села в полуметре от него, а далее сняла кофту. она прилипла к коже из-за застывшей крови, так что она это делала со стиснутыми зубами. царапины были глубокими. аяме уже взяла ватку и перекись, чтобы обработать, но эндрю протянул к ней руку, прося без слов. немного подумав, девушка все же дала все принадлежности эндрю и он стал обрабатывать ее плечи, весьма деликатно между прочем. – можешь так не утруждаться. я не привыкла к нежностям. – какая прелесть. я и не нежусь с тобой. немного помолчав эндрю задал вопрос. – так значит ты была в воронах? она невольно поморщилась. совсем немного, но эндрю заметил. она хотела, чтобы это осталось в тайне. в тайне ото всех. но кевин уже в курсе, хуже того, он все видел лично. так почему бы не ответить эндрю? эндрю,который понимал ее без слов, не задавал лишних вопросов, мог успокоить и поддержать. с ним девушка и правда чувствовала себя защищенно. он никогда не заставлял чувствовать себя некомфортно, он... просто идеален. мечта, которой не сужденно сбыться. — да. — сколько? — с семи до шестнадцати. — и почему же ушла? — угадай с трех раз. потому же, почему и кевин. миньярд практически закончил обрабатывать плечи, а аяме задала свой встречный вопрос. — что у вас за сделка с кевином? что он тебе должен за защиту? — он обещал мне дать смысл жизни. — и ты ему поверил? — усмехнулась девушка, — я бы поспорила, кто еще из нас глупый. — почему же? — в его мире смысл жить: экси. он просто день за днем будет тебе втирать эту любовь к данному виду спорта, вот и все. эндрю ничего не ответил. – почему отказалась от помощи эбби? – она не должна видеть надписи на моей спине. – а я могу? – нет. девушку удивило, что тот и правда больше не настаивал. в ее окружении всем было плевать на слово "нет". аяме вертела свой телефон и размышляла. эндрю не требовал полного рассказа и правды. они просто сидели рядом в комфортной им тишине и каждый думал о своем. девушка думала о том, кто больше приносит боли: ичиро или рико. и она не могла найти ответа. хорошо. допустим одинакого. следующий критерий: знакомый с которым она нашла общий язык. она не могла называть это "другом". просто не могла. в воронах это жан. а вот у ичиро никто. балл достается рико. следующее – экси. опять же балл достается воронам. значит, ответ очевиден. она вступит обратно в вороны. ... нет. она же тупо сломается до конца. пять лет в таком аде она не выживет. что же делать? выбор без выбора. оба варианта обречены на провал. девушка закурила сигарету. выхода нет. у нее нет ни каких-либо знакомых влиятельных кланов, никого кто мог бы помочь. у нее есть только отец и его поданные. не более. *** – я хочу чтобы ты уехал отсюда. у тебя есть шанс, так почему ты отказываешься?! – аяме. я не хочу жить в бегах. – хочешь сказать, вся эта хуйня лучше чем бега? да это даже бегами назвать сложно! – уходи. – я тебя не понимаю. вообще не понимаю! – я и не просил меня понимать. – а я не просила зашивать мне раны и помогать, но ты же отчего то это делал! и не надо мне сейчас говорить про парную систему! и она ушла. ушла, лишь позже поняв, что стало причиной отказа жана идти с ней. если бы они сбежали вдвоем, то рико бы не осталось никого, на ком можно отыгрываться и вымещать злость. и тогда бы мориямы вложили все силы на их поиски. жан буквально "пожертвовал собой", ради аяме. ради того, чтобы она смогла сбежать. как же это глупо. глупо. глупо... *** в первый раз аяме проснулась не с криком, а со слезой. ей было некомфортно в этой комнате, в этой кровати... в этом теле. ничего не взяв с собой, да даже не соображая, девушка выскочила из общежития и побежала. и через время ноги привели ее к... корту. яркий оранжевый цвет был до сих пор непривычен. зайдя внутрь она взглянула на часы. время было 4:02. до общей тренировки оставалось два часа, а здесь все будут уже через полтора. отлично, вот она и позанимается одна. аяме хочет насладиться игрой в экси, пока не вступит обратно в вороны. потому что там экси больше похоже на насилие, чем игру. находясь в той команде, девушка разлюбила этот вид спорта, который любила всей душой, и смогла полюбить обратно только через год. аяме отрабатывала удары на воротах под разными углами, на разных позициях и в разных ситуациях. время и правда пролетело незаметно, когда она почувствовав чей-то взгляд сзади обернулась. это были эндрю, кевин, аарон и ники. – доброе утро, аяме! – ты как всегда веселее всех, – аяме улыбнулась – доброе. кевин спросил у нее на французком. – со скольки ты здесь? – какая разница? французуий понимал не только кевин, но и ники, а кто кто, но он язык держать за зубами не умеет. – большая разница. сколько ты спала? – беспокоишься? – аяме усмехнулась. – беспокоюсь за команду и игру. – я тебя хоть раз подводила, когда дело шло про экси? кевин не нашел что ответить. – вот и всë. а мои проблемы тебя не касаются. аяме направилась в общую комнату, чтобы передохнуть перед продолжением тренировки. хотелось спать, но не хотелось просыпаться с криком, так что девушка просто лежала с прикрыиыми глазами. через время туда пришëл и кевин. – аяме, давай поговорим, прошу тебя. аяме открыла глаза и подняла взгляд на кевина. – о чем нам говорить? – я хочу наладить наши взаимоотношения. – о чем ты? – я хочу общаться с тобой нормально, без всего этого напряга. – о, между нами напряг? — усмехнулась она. кевин нахмурился. – аяме. – поздно уже что-то менять. – нам в одной команде еще играть. все наладилось, аяме, теперь все в порядке. девушка хмыкнула. а потом усмехнулась. а потом просто засмеялась. она была на грани истерики. – да ничего не в порядке, кевин, ничего! меньше чем через неделю я вернусь в вороны, ведь из тюрьмы выходит мой отец! нихуя не хорошо, слышишь? надо было просто оставаться в бегах. слишком дорогое удовольствие вышло, это ваше "счастье". и она вышла из комнаты. аяме завидовала кевину. тот сбежал из кошмара, из которого аяме не сможет сбежать никогда. . . . на тренировке кевин был непродуктивен. то и дело пропускал мячи и даже пасы. – кевин, ворон не считай. аяме усмехнулась от своей же шутки. как иронично. вороны. и после этого забила в очередной раз в ворота. она знала причину такого состояния кевина, а вот дэн обрушилась на него с ругательствами. – какого черта происходит, кевин? – извини. – возьми себя в руки. в чем дело? а кевин просто развернулся и ушел. просто напросто развернулся и ушел, а все уставились на него разинувшие рты. такое поведение кевина дэя не видел никто, а эндрю незаметно приблизился к аяме, провел пальцами по ее спину и прошептал. – за мной. через несколько минут они находились в отдалении от остальных. – ну и что с ним? – ха, а ты так уверен, что дело во мне? – уверен. радостная маска благополучно сошла с лица. – я ему рассказала, что через неделю меня здесь не будет. – ты что-то не договариваешь. я это чувствую. что-то важное. она лишь неопределенно пожала плечами. конечно не договаривает. не договаривает, что ее отец крупный мафиози, работающий с мориямами, не договаривает что он выйдет меньше чем через неделю, не договаривает, что она вступит в вороны. но кевин об этом знает. не потому что, аяме как-то доверяет ему или потому что они близки. нет. просто продолжительное время в ее жизни он был рядом и знал о многом. слишком о многом. – ну и как тебе? – что? – реакция людей на то, что ты уходишь. реакция на твое несчастье. привязанность к тебе лисов. нет. девушка не хотела это признавать и лицо ее нахмурилось. – лисы не привязались ко мне. – уверенна? да ты буквально соединяющий шланг между нами и старшекурсниками. все беспокоются о тебе, переживают, и им будет не хватать тебя. не хватать твоего сарказма, не хватать немой заботы и комфорта. нет, дорогая аяме, уже поздно. к тебе привязались все. в какой-то степени и я. у аяме скрутило живот от горечи и безысходности. *** – ну же, ешь, чего ты. это был ее пятнадцатый день рождения. аяме никогда его не праздновала, но сейчас рико принес ей небольшое пирожное со свечкой, а девушка просто сидела и тупо смотрела на него. она не верила, что рико просто решил подарить ей это. за все года их знакомства он не сделал ничего хорошего для нее. здесь был какой-то подвох. тем более эта его ухмылочка. нет, здесь что-то точно не так.. рико подошел и потянул ее за волосы назад, чтобы голова опрокинулась, а после сказал ледяным тоном. – я приказал есть. какого черта ты меня не слушаешь? или мне стоит тебя наказать, чтобы уяснила наконец? после этого он затушил свечку об ее плечо и протянул ей кекс. угроза сработала на отлично, и аяме укусила изделие. в ту же секунду она почувствовала вкус железа. вкус ее собственной крови. то пирожное было со стеклом. – не смей открывать рот. – медленно проговорил рико – жуй. и она начала жевать. на щеке появилась слеза из-за ужасной боли. – жуй. из уголков рта сочилась ее собственная кровь. – жуй. после этого случая она не могла говорить три месяца, а рико пытался ее разговорить, тем самым причиняя еще большую боль. *** очередное утро началось с очередного крика. дэн и элисон приобрели себе беруши, зато рене всегда слышала ее крики и приходила, чтобы помочь. у нее это получалось так же как и у эндрю. – ты в пальметто, в общежитие, рядом со мной. здесь ты в безопасности. и рене заключила ее в свои объятия. аяме начала достаточно часто с ней обниматься, и это ей не приносило отрицательные чувства. на удивление, аяме хорошо сблизилась с ней. рене чем-то напоминала эндрю. только ее почему-то все считали святошей, а эндрю монстром. этого она не понимала. не бывает идеально хороших и идеально плохих людей. эндрю – последний, кого бы аяме назвала монстром, а рене далеко не божий ангел. рене никогда не задавала неуместных вопросов, она вообще редко их задавала. она просто принимала аяме такой, какая она есть. она понимала ее. и аяме даже открыла несколько тайн ей, ведь рене тоже рассказала про свои скелеты в шкафу. аяме рассказала, что у нее был опыт в убийствах. рассказала, что ее жизнь не принадлежит ей и что она всячески подвергалась насилию. нет, просто так бы она ни за что это не высказала. но после рассказа рене, о тех восьми мужчинах, она захотела тоже поделиться. хотела, чтобы рене чувствовала, что она не одна и что ее понимают. да и, наверное, это был один из видов провления ее любви. доверие. – что ты сейчас хочешь? – на улицу. и они и правда вышли на улицу в раннее утро. аяме казалось это просто сладким и хорошим сном, хоть таковые ей никогда не снились. кто для нее будет жертвовать собственным сном и идти на холодную улицу? и зачем? – зачем ты со мной вышла? – тебе не комфортно? я могу уйти. – нет! – ответила она слишком быстро и резко. – просто... я не понимаю. зачем ты пожертвовала своим сном и пошла на холодную улицу со мной? – продолжила аяме уже тише. рене на это мягко улыбнулась. – потому что с тобой. – я очень не хочу, чтобы ты ко мне привязывалась, потому что я здесь не навсегда. конечно, только из-за этого. не потому что последний, кто к ней привязался умер от рук ее отца. не потому что она после этого боится привязанностей. нет. конечно нет... – а на сколько ты? казалось, молчание аяме длилось вечность. – через неделю меня здесь не будет. она не думала, что будет так тяжело сообщать об этом. как бы не хотелось признавать, но аяме привязалась к лисам, а особенно к этим двум. рене остановилась. – скажи, что ты просто сбежишь. просто продолжишь свои бега. у аяме застрял ком в горле, а взгляд был направлен на пол. она отрицательно покачала головой. – аяме, но зачем?.. – у меня нет выбора, рене. прости, если дала ложные надежды. я вовсе не такая сильная, как прикидываюсь. я обычная слабачка. обычный служащий. – заткнись. не говори ни слова. ты - самый сильный человек, которого я встречала. никто бы не вынес все то, что пережила ты. тем более учитывая то, что ты мне рассказала далеко не все. – но... – и никаких "но". аяме, пойми, ты не одна. тебе не нужно разгребать все дерьмо лишь одной. – там все намного сложнее, рене, намного сложнее. я не собираюсь тянуть вас на дно, – она покачала головой – нет. – можно тебя обнять? немного подумав она раставила руки и ответила. – да. девушки обнимались довольно продолжительное время, и в этих объятиях аяме не было некомфортно. напротив, ей было уютно. . . . сегодня был ее день рождения. ей исполняется 18 лет - совершенолетие. поэтому ей и приснилось именно это воспоминание конечно, она не будет это никак праздновать. но дата все равно так и крутится в голове. доехали до корта они на машине элисон, где аяме не учавствовала в разговорах. у нее было очень плохое предчувствие. хоть она и смахивала это лишь на воспоминание о ее пятнадцатилетии. все лисы собрались около входа в их комнату для отдыха и вместе зашли. открыла саму дверь и первой зашла именно аяме. но она предпочла бы никогда не заходить сюда. по стенам были приклеены фотки. ее фотки. на большинствах она просто лежала на полу вся избитая в собственной луже крови. на других в ее рту был половой орган. в следующих лицо все в слезах, но с улыбкой. она помнит каждый момент. помнит, как рико заставлял ее улыбаться. на стене, находящейся напротив лисов видна кровавая надпись "Happy 18th birthday, 恥" иероглиф в переводе с японского значит "позор". так называемый привет от отца. ее семья была японского происхождения. и стол по середине комнаты, на котором был кекс со свечкой. то самое пирожное, только число на свечках было уже "18" а не "15". и тут откуда не возьмись включилась аудиозапись. "–ну же, ешь, чего ты. ... –я приказал есть, какого черта ты меня не слушаешь? или мне стоит тебя наказать, чтобы уяснила наконец? далее тихий и приглущенный вздох боли. ... –не смей открывать рот. жуй. звуки разбитого стекла. –жуй. всхлип от слез. –жуй. ... –замечательно, можешь остановиться. ну-ну, тебе помочь обработать твой ротик? ночь обещает быть интересной. –сама справлюсь. –с днем рождения, игрушка" слов от ее голоса практически не разобрать. аяме забыла как дышать. она просто застыла и смотрела на это всë. из этого состояния ее вывела чья-то рука , прикоснувшаяся к ее плечу. она резко отпрянула от нее и упала на пол. мозг вспомнил и подумал, что это пальцы рико. вдохнуть все еще не получалось, а руки ужасно дрожали, как и все тело. – дыши. ты в пальметто. среди лисов. ты в безопасности сейчас. вдох-выдох. вытряси все воспоминания нахуй из своей головы. аяме перевела взгляд на эти глаза. глаза эндрю. янтарно-карие глаза, от которых так и отдавало безопасностью и защитой. и сделала неглубокий вдох. только спустя пару минут она заметила, что в комнате нет никого кроме них. ни-ко-го. – не уходи. не уходи. пожалуйста, не уходи.. – голос был еле слышимым, а на глазах появились слезы. аяме прижала колени к себе и опустила лицо туда. она не должна показывать слабость. она должна быть сильной. должна быть сильной. должна быть... эндрю взял ее лицо в свои руки и поднял голову. – вдох-выдох. дыши глубже. я не уйду. . . . для успокоения ей понадобилось около 40 минут. но аяме не сочла это как повод пропускать тренировку, поэтому решила переодеться и тоже присоединиться. вот только как только она открыла свой шкафчик, то раздался оглушительный шум, похожий на взрыв, а она вся оказалась в крови. нет, это была не ее кровь. аяме ощутила как к ее ногам упало что-то тыжелое из этого шкафчика. посмотрев, она увидела человеческую голову. а когда кровь слезла с нее, то узнала в этой голове себя. нет, конечно это была не ее голова. отец подобрал в точности похожую голову. аяме пошатнулась назад так резко, что упала. и теперь она заметила цветок ириса, прикрепленный к внутренней части дверцы шкафчика, который теперь был полностью в крови. на шум опять таки сбежалась вся команда, в том числе и ваймак с эбби. – что здесь... и все они застыли как вкопанные. а аяме все не могла отвести глаз от головы, так похожей на ее собственную. обзор на нее заслонила рене. – аяме. но девушка на нее даже не смотрела. она будто смотрела сквозь подруги, и уже представляла, что будет делать с ней отец, раз дает такие знаки. – аяме. посмотри на меня, – произнесла рене громче. она резко вдохнула и перевела круглые от шока и страха глаза. – убери. убери это. рене, убери эту чертову голову! – она была на грани истерики и проговаривала слова быстро и громко, почти невнятно. . . . следующие события этого дня аяме помнила не четко, рассудок был слишком затуманен. вот она обнимается с рене, вот сет, элисон и аарон обвиняют ее в чем-то, вот эндрю угрожает им ножом... и в итоге она сидит с ним на крыше. истерика и нервы пропали, оставив место лишь пустоте. – кевин после той аудиозаписи был на взводе и в игре был никакущий. чей был голос? – рико. чей же еще. – а что происходило в той аудиозаписи? даже кевин, как я понял, об этом не в курсе. аяме немного помолчала размышляя, а после ответила. – мое пятнадцатилетие. я тогда была в воронах, и рико принес пирожное со свечкой числом 15. это был первый подарок за всю мою жизнь, да и единственный. это мне казалось странным, ему же не понравилось мое беспокойство, и он уже более грубым способом заставил меня откусить. она чуть помолчала и продолжала. – в нем было стекло. я его жевала, потому что он мне так сказал. после этого у меня были проблемы с произношением слов еще три месяца. она слишком устала от этой истории. за этот день она вспоминала ее слишком много раз.