Часть 9

Утро казалось обычным, почти скучным. Обычным настолько, насколько может быть утро, когда ты проснулась с ощущением, будто внутри тебя кто-то выломал все полки и раскидал по углам твоего сознания всё, что на них стояло. Айри смотрела в потолок, пока остальные девушки из её спальни ещё спали, и старалась дышать ровно. День только начинался, а ей уже хотелось выключить голову и свернуться обратно под одеяло. Сон не принес облегчения. Только странное, неприятное ощущение чего-то незавершённого, будто ей что-то забыли сказать. Она не вспоминала снов, но чувствовала, как в груди разливается лёгкий, липкий осадок — напоминание о вчерашнем. Воспоминание, которое не отпускало. День рождения прошёл. Сюрпризы тоже. В том числе и те, к которым она не была готова. Драко. Кулон. Поцелуй. И — финальное, как выстрел — “Я не готова”. И — его взгляд. Айри зажмурилась. Сейчас всё выглядело глупо. Неизбежно. Необратимо. Слишком честно и слишком резко. Но в тот момент… она и правда думала, что поступает правильно. Говорила, как чувствовала. И это пугало её больше всего. Потому что чувства были — и они шли вразрез с тем, во что она верила. Сквозь закрытые глаза она услышала, как в комнате кто-то зашуршал. Вероятно, Джемма. Всегда встаёт рано. Айри не шелохнулась. Хотелось оттянуть момент возвращения в реальность. “Тебе нужно встать, — мысленно сказала себе. — Нельзя всё утро проваляться. Ты не больна. Ты просто… пустая.” Она резко села, как будто движение поможет ей собрать себя обратно. Кровать пружинно отреагировала, простыня сбилась в ком. Холодно. Даже слишком. — Утро, — раздался тихий голос Джеммы. — Ты окей? Айри кивнула. Не глядя. Слишком много эмоций для одного короткого вопроса. Спустя десять минут она уже стояла перед зеркалом, натягивая школьную мантию. Тёмно-синий ворот, прямые плечи. Всё как всегда. Всё, как надо. Но отражение смотрело на неё иначе. Как будто спрашивало: “Это точно ты?” “Что ты вообще чувствуешь, Айри?” — спросила она себя. Но ответа не было. Она спустилась вниз, в Большой зал, вяло ступая по лестницам. Рядом прошли первокурсники — возбуждённые, шепчущиеся, смеющиеся. Айри поймала себя на том, что им немного завидует. Им всё ещё можно не думать о чужих чувствах. Им не нужно держать маску. Им можно верить, что любовь — это что-то простое, как в сказках. Двери Большого зала открылись, и её ударило волной ароматов: тосты, тыквенный сок, жареный бекон… Привычное, родное утро в Хогвартсе. Она прошла мимо пуффендуйцев, кивнула одной из девочек со старшего курса и села за стол Рейвенкло ближе к краю. — Доброе утро, — голос профессора Флитвика с другого конца стола был бодрым, как всегда. — Надеюсь, вы хорошо провели вчерашний день, мисс Вэллан. Айри натянуто улыбнулась. Лучше было бы не проводить его вовсе. Дамблдор поднялся за учительским столом, разливая в пространство свою обычную мягкость: — Друзья, приятного аппетита! Не забывайте, что утро — важнейшая часть дня. На этот раз его слова показались ей странно уместными. Важнейшая часть дня. Да. Потому что именно утром ты ещё можешь переиграть всё, что сделала ночью. Или хотя бы попытаться. Она поковыряла вилкой овсянку, не особенно голодная. По залу прошёл Драко, не глядя в её сторону. Его осанка была выпрямлена сильнее обычного. Уголки губ — напряжены. Он словно излучал холод. И это была его броня. Айри опустила взгляд. Внутри будто что-то осело. “Ты сама это выбрала. Помнишь?” Но внутри всё-таки щемило. Особенно потому, что она так и не смогла найти слов, чтобы объяснить. Ему. Себе. Он дал ей кулон. Он был тем самым, кто всё это время делал шаги — пусть неловкие, пусть в тени, пусть… в змеиной манере. Но делал. А она — она только отступала. Пряталась за “я не готова”. За “я не верю в любовь”. Да, она боялась. Не только чувств. Боялась сломать себя окончательно. Поверить, а потом снова остаться. Как тогда, в шесть лет. Когда мама пообещала вернуться к ужину — и не пришла. Айри вдруг захотелось закричать. Но она лишь сильнее сжала ложку в пальцах и заставила себя есть. Впереди был день. Потом ещё один. Потом неделя. Жизнь продолжалась — как бы банально это ни звучало. Она всё ещё здесь. В Хогвартсе. Со своими книгами, задачами, заданиями, голосами преподавателей. Со своими мыслями, которые с каждым днём становятся всё тяжелее. И с пустотой на груди — на месте кулона. Урок по ЗОТИ был предсказуемо тяжёлым: профессор Снейп замещал Люпина, и, как обычно, срывался на всех подряд, особенно на гриффиндорцев. Айри сидела за предпоследней партой, рядом с девочкой по имени Мара, с которой обычно не общалась. Настроение было слишком подавленным, чтобы даже мысленно комментировать несправедливость происходящего. Снейп прошёлся мимо них, задержал взгляд, но ничего не сказал. Айри опустила голову, уставившись в свои записи. Кулон. Он был у неё в день рождения. Она точно помнила, как сжимала его в кулаке перед тем, как подняться в спальню. А утром — его не стало. “Возможно, я просто потеряла его”, — снова напомнила себе. Но это не отменяло ощущения. Словно что-то исчезло — не просто вещь. Намёк. Тень чего-то, что было важнее, чем она хотела признать. — Мисс Вэллан, — окликнул Снейп. — Расскажите нам, пожалуйста, каковы основные принципы защиты от инферналов. Она едва не вздрогнула. Ответила, собравшись: уверенно, чётко. Он кивнул, не добавив ни слова. Но Айри чувствовала, как по ней прошёл ледяной взгляд. “Ты можешь всё скрыть, кроме себя”, — будто бы говорил он. После урока она медленно вышла в коридор и остановилась у окна. Сквозь стекло виднелся внутренний двор, где двое слизеринцев что-то обсуждали, лениво перебрасывая пергаменты. Именно туда, на лестничную площадку, минутой позже поднялся Драко. Они столкнулись взглядом. Молча. Он замер, как будто не ожидал её увидеть. Взгляд острый, но в нём пряталась усталость. Айри чуть склонила голову, будто приветствуя, и собралась пройти мимо. — Не передумала? — вдруг спросил он. Голос без эмоций. Почти пустой. Почти чужой. Она остановилась. Обернулась. Медленно выдохнула. — Нет. Он хмыкнул. Не саркастично, не зло. Просто короткий звук, в котором читалось: “ожидал”. — Я думала... — начала она, но он поднял брови, словно заранее устал от слов. — Не думай, Айри. Просто живи, как хочешь. И всё. Он прошёл мимо, запахнув мантию на ветру. Айри почувствовала, как внутри что-то оборвалось окончательно. Он не злился. Не обижался. Он просто закрылся. Она стояла так, пока его шаги не растворились за поворотом. А потом просто опустилась на ступеньку у стены. Прислонилась затылком к камню и прикрыла глаза. Всё. Конец. Больше не будет этих странных, жарких взглядов, случайных прикосновений, полунамёков. Только пустота. Вечер был тихим. Библиотека — пустынной. Айри сидела у дальнего окна и делала вид, что перечитывает “Продвинутую защиту: Чары-отражатели”. На самом деле, в голове вертелось только одно: правильно ли она поступила? Внезапно перед ней на стол упал лист пергамента. Ровный, свёрнутый вдвое. Без подписи. Айри замерла. Рядом никого. Она подняла лист, развернула. Всего три слова: “Ты всё равно моя.” Почерк — тот самый, чёткий, с выверенным нажимом, немного резкий. Она знала этот почерк. Как и тот холодок, пробежавший по позвоночнику. Рядом никого. В зале — только библиотекарша мадам Пинс у входа. Айри встала. Осмотрелась. Ощущение, что за ней следят, было почти физическим. Она спрятала записку между страниц книги и поспешно вышла из библиотеки. В голове всё шумело. Она спустилась в спальню, закрылась за тяжёлой дверью и достала кулон. Да. Он вернулся. Кто-то положил его в её сумку. Вчера его не было. Утром — тоже. Но теперь он снова здесь. Холодный, тяжёлый, как проклятие. Айри медленно открыла створки. Внутри — всё та же фраза: “ты будешь моей?” И сегодня, спустя сутки, она прочитала её совсем по-другому. Не как признание. Не как вопрос. А как заявление. Айри выдохнула и снова закрыла кулон. На этот раз — крепко. Записку с пергамента она спрятала в старый дневник под кроватью. А потом легла и уставилась в потолок. Такого окончания она не ждала. Она думала, всё уже пройдено. Решено. Но с Драко ничего не бывает окончательным. Он умел появляться и исчезать, как тень. Её не трясло. Не было страха. Было… что-то странное. Как будто весь фантом недосказанности снова обернулся вокруг неё. Утро следующего дня выдалось туманным. Над озером стелился белый дым. Айри стояла у окна, укутавшись в шарф, и смотрела, как первые ученики выходят во двор. За ней раздался тихий голос Джеммы: — Ты сегодня какая-то... — Что? — не оборачиваясь. — Не знаю. Странная. Как будто ты… исчезаешь. Айри чуть усмехнулась. Точно. — Всё нормально, — соврала она. Но с каждым часом ей казалось, что границы между ней и внешним миром действительно размываются. Она ела — автоматически. Отвечала — по инерции. Смеялась, когда нужно, и молчала, когда чувствовала, что кто-то смотрит слишком внимательно. Словно её роль уже сыграна. И дальше — только занавес. После занятий она пошла к озеру. Там, на холодном камне у воды, она впервые за долгое время почувствовала, как внутри неё что-то оттаивает. Она достала кулон. Повертела в пальцах. Потом разжала руку и медленно, неторопливо бросила его в воду. Он ушёл ко дну без звука. Как и всё, что было между ними. “Пусть там и останется”, — подумала Айри. Вечером в спальне она открыла дневник. Чистый лист. Новый. Без страха. Она взяла перо и впервые написала не мысли о других, а о себе: Я не знаю, что будет дальше. Я не уверена, что любовь существует. Но теперь я знаю, что умею чувствовать. И мне этого достаточно. Всё остальное — потом...