V. Мы действуем во тьме...

Драко мутило. Внутренности скручивало узлом, будто бы печень рвалась поменяться местами с желудком, а легкие — с кишечником. Путешествия по памяти предков не проходили для него бесследно: таким истощённым он не чувствовал себя никогда в жизни… Но и не мог вспомнить, когда последний раз был настолько счастлив. Пожалуй, никогда. Пожалуй, сейчас он смог бы с лёгкостью вызвать телесного патронуса, едва вспомнив мягкость её губ и теплоту рук, сжимающих его предплечья. Он не высыпался, но находил в себе силы на задание. Его руки были усыпаны фиолетовыми бутонами синяков от катетера, но Драко делал вид, что это его не заботит, так сильно он боялся показаться ей слабым, потому не допускал даже мысли о перерыве в исследованиях, через силу ел и пил, делая вид, что с ним всё в порядке. Ни черта с ним не было в порядке. Прекративший посещать их Темный Лорд пугал своим отсутствием, а ещё Малфою безумно хотелось поскорее покончить со всем этим. Ранним утром первого июля он проснулся от сковавшего внутренности спазма. Осторожно выбрался из постели, стараясь не разбудить Гермиону, и бросился в ванную, чтобы очистить желудок. Желчь шла напополам с кровью: его организм рассыпался, но Частица все ещё не была найдена, и он просто не мог сдаться. Не посмел бы бросить её одну. Не теперь, едва обретя что-то похожее на смысл жизни. Если верить всей известной ему информации о Частице Эдема, она способна исцелять недуги. Может, артефакт соберёт его по кусочкам? И вернёт Гермионе способность иметь детей? Драко залпом выпил флакон укрепляющего зелья и зажмурился: светящиеся символы, покрывавшие большую часть стен ванной комнаты, раздражали глаза. Он вошёл в душевую кабинку, жмурясь, и включил воду. В голове царил настоящий хаос: столько информации об ассасинах и их истории невозможно было вычитать ни в одной книге. Оказалось, что Частица Эдема не единственный в своем роде артефакт, и теперь Малфоя волновало, не поручил ли аналогичное задание Тёмный Лорд более преданным своим слугам? Пока что всё указывало на его родной дом, как на место, где хранится одна из Частиц. Наскоро обмывшись, Драко вышел из душевой кабинки. В нос ударил тонкий аромат панкейков, но вместо ощущения голода вновь подкатила тошнота. Малфой быстро умылся холодной водой и промокнул лицо бумажным полотенцем, прежде чем выйти из ванной. Гермиона колдовала над завтраком, задумчиво переворачивая панкейки лопаточкой, и он позволил себе полюбоваться ею несколько секунд. Представить, что это их жизнь, а не вынужденное соседство из-за задания. — Доброе утро, — поприветствовал её Драко. Подойдя к девушке со спины, он аккуратно убрал её волнистые локоны на одно плечо, мягко коснулся губами её шеи, обвивая руками талию. За последние три недели такое приветствие стало словно само собой разумеющееся. — Ты голоден? — Гермиона посмотрела на него с лёгким беспокойством. — Угу, — он закивал, надеясь, что укрепляющее подействует быстро. Только с ним он мог почти нормально есть. — Тогда завтрак готов, — она ловко перевернула последний панкейк, — как ты себя чувствуешь? Может, сделаем перерыв сегодня? Даже если он явится, нам есть, что рассказать. — Нужно быстрее заканчивать с этим. Так что продолжим. У меня есть одна догадка, её нужно проверить. — Так надоело моё общество? — она присела за стол, подмяв под себя правую ногу, и окунула панкейк в мёд. Несколько золотистых капель упало на столешницу, и Гермиона поспешила стереть их салфеткой. — Глупости не говори. Ты прекрасно знаешь, что именно мне надоело. — Кстати, Драко… частица… она похожа на то, какой её изображают? Золотой шар? Малфой, медленно жуя панкейк, кивнул. Это было бы вкусно, если бы не проклятая тошнота… — Тайник в подземельях Мэнора… ты там когда-нибудь был? — Я там живу почти тридцать лет, Грейнджер, ну вот как ты думаешь? — Не психуй. Кем был тот предок, в чьих воспоминаниях ты нашёл тайник? Чем он занимался? — Квиддич… он был довольно известным ловцом. — Драко, — Гермиона, перегнувшись через стол, заглянула в его глаза, — мне кажется, или Частица Эдема очень сильно похожа на снитч?.. Малфой замер, ошарашенно глядя на Гермиону. — Нам нужно попасть в поместье. Сегодня же. Я знаю, где его искать, Грейнджер! — Драко вскочил, но тут же пошатнулся и едва устоял на ногах. — Великий Годрик, что с тобой? — Гермиона подскочила к нему, обхватила его лицо руками, — Драко, милый, пойдём, тебе нужно прилечь… — Я должен быть при смерти, чтобы услышать от тебя такие нежности? Что же, я не против, — он позволил ей отвести себя к кровати и уложить его. Тело почти не слушалось… Гермиона взмахнула палочкой, сканируя его простейшим диагностическим заклинанием, и зажала рот рукой. — Драко, ты… ты умираешь, — её затрясло, словно в лихорадке. Волшебная палочка выпала из ослабевших пальцев, — твоя волшебная сущность… она истощена, Малфой! — девушка рухнула на колени у постели, — Это я виновата… я… я убила тебя… Как я могла не замечать… Драко… — она прислонилась лбом к его руке, ощущая, как по щекам скользят горячие слёзы. — Успокойся, — прошептал Малфой, с трудом дыша, — Слушай внимательно, — он говорил сквозь стиснутые зубы, — если наша догадка верна, Частица действительно находится в подземельях моего дома. Там есть… Есть комната. Чем-то похожа на зал наград, я любил играть там в детстве… Я призову эльфа. Он перенесёт тебя в ту комнату. Обыщи её, принеси сюда всё, что напомнит тебе Частицу. Я её узнаю. Она будет светиться. — Драко… — Пожалуйста, сделай так, как я прошу… любимая, — их взгляды встретились. Её — полные слёз глаза, его — полные решимости. — Обещаю, я дождусь твоего возвращения. Тинки! С лёгким хлопком в кабинете очутился старый домовой эльф. — Хозяин Драко, — проскрипел он, склонившись в почтенном поклоне. — Перенеси мисс Грейнджер точно в комнату, где хранятся вещи Лорда Септимуса Малфоя. Позаботься, чтобы никто не помешал ей и не узнал о её присутствии в поместье. Мисс Грейнджер кое-что заберёт из этой комнаты… ты не должен отходить от неё ни на шаг, Тинки. Если с ней что-то случиться… — он закашлялся, и Гермиона почти беззвучно заплакала, — ответишь головой. Она содрогалась в рыданиях, когда тонкая ручка домового эльфа сомкнулась вокруг её запястья, и их закружил водоворот трансгрессии. ***** — Мисс не должна плакать, мисс должна искать! Гермиона попыталась успокоиться, глубоко вдохнув затхлый воздух подземелья. Было темно. Она потянулась было за палочкой, чтобы зажечь люмос, но с ужасом осознала, что забыла её в Абстерго. — Тинки… мне нужна свеча, — прошептала Гермиона, с трудом различая очертания предметов в кромешной тьме. Эльф щелкнул пальцами, и в дальнем углу комнаты вспыхнул крошечный фитиль. Света от него было мало, но лучше, чем ничего. — Ты можешь сказать, кто сейчас есть в поместье, Тинки? — Хозяйка Астория и леди Беллатриса отправились в Гринготтс около десяти минут назад. Тинки узнает, когда они вернутся, и сразу же перенесёт молодую мисс обратно к хозяину Драко. — Ты очень умный эльф, Тинки. — Я личный эльф хозяина Драко. Слёзы вновь заволокли её глаза. Гермиона судорожно задышала, пытаясь успокоиться. — Что ищет мисс? Тинки может помочь. — Всё, что похоже на золотой снитч. Такой мячик… для квиддича… — Тинки знает, мисс. Такой был здесь. Хозяйка Астория хотела забрать мячик, но Тинки перепрятал его. — Перепрятал? Зачем? — Тинки был личным эльфом хозяина Септимуса. Хозяин Септимус приказал Тинки оберегать мячик ото всех, кто не принадлежит его роду. — И где же этот мячик, Тинки? — разочарованно протянула Гермиона, ощущая, как глубоко внутри нарастает волна паники. Эльф щелкнул пальцами и исчез. Гермиона не успела сделать и пары вздохов, когда с громким хлопком он вновь возник перед ней, протягивая золотой шарик, немногим крупнее снитча. Она протянула руку к нему, но вдруг кое-что поняла. — Погоди, Тинки. Ты сказал, что Септимус приказал оберегать мячик от всех, кто не принадлежит роду Малфоев. Я не могу его взять. Я не Малфой. — Как это, мисс? Вы ведь носите наследника хозяина Драко. Девушка инстинктивно прижала руку к своему животу. — Этого не может быть, — пробормотала она, ощущая, как подгибаются колени. Гермиона привалилась спиной к холодной каменной кладке стены, опасаясь падения. — Я не могу иметь детей, Тинки. — Домовые эльфы связаны с родом волшебника, мисс. Молодая мисс ждёт ребёнка. Тинки служит семье Малфоев уже две сотни лет, Тинки никогда не ошибался! Тинки безошибочно назвал леди Нарциссе день, когда хозяин Драко появился на свет. Тинки… — Перенеси меня к нему, — прошептала Гермиона, забирая из узловатых пальцев эльфа золотой шарик. Тинки вновь обхватил её запястье, и девушка зажмурилась.