Глава тринадцатая.

В тот день в Стохесе погибло около сотни гражданских, про ущерб, нанесенный самому городу и говорить было нечего. В центре и у внешних ворот некогда прекрасные фасады зданий были разрушены до основания, а пожары по всему городу тушили не один час. Вечером того же дня командора Эрвина вызвали в мэрию, чтобы, как выразился Ален, содрать с него три шкуры за бойню в городе. Но не прошло и часа, как посыльный из Троста доложил до военной верхушки, что стену Роза проломили. Когда эта весть дошла до простых солдат, Эмма была готова расплакаться, но получился лишь нервный смешок. Стохес в руинах, Энни в кристалле и никто понятия не имел, как ее оттуда достать, от стены откололся кусок и из нее выглядывал пятидесяти метровый титан, а теперь, оказывается, что еще днем проломили стену, но до них новость дошла только вечером. От Троста на юге Розы до Стохеса на востоке Сины было приличное расстояние и своевременная передача сообщений была невозможна. Эвакуация граждан из районов Розы в районы Сины уже началась, Эмма старалась даже не думать о том, какой ужас их ждет в недалеком будущем, когда начнется голод и беспорядки. Внутренняя стена была просто крошечной и никак не могла бы вместить в себя все население стен, хоть оно и снизилось за последние пять лет. Но главной проблемой было то, что на территории Сины не было полей и пастбищ от слова совсем. Разведкорпус отправлялся из Стохеса в Гермину — район Сины на Юге. Стену, предположительно, проломили не в районе ворот, как было первые два раза, а на западе, между Хлорбой и Тростом. — Эмма, ты будешь смеяться, — Ален подошел к сестре, пока та стояла, оперевшись на стену, во внутреннем дворе штаб-квартиры разведчиков в Стохесе. — Удиви меня, — выдохнула девушка. — Остальные новобранцы с утра были отправлены в замок недалеко от места, где титаны проломили стену. — Скажи, что ты шутишь, — Эмма закрыла лицо руками. — Они же поехали в гражданском, без УПМ и формы… — Да, — подтвердил Ален, — но Моблит сказал, что с ними офицеры и Майк Захариус. — Это еще кто? — Эмма не поняла, о чем ей должно было сказать это имя. — Сильнейший воин после нашего капитана. — Что ж, я хочу верить, что Майк чертов гений и ребята в порядке, — на самом деле, Эмма уже ни во что не верила и не понимала, почему все это навалилось в один день, почему это все вообще происходит. В голове не укладывалось, за какие такие грехи люди в стенах могли заслужить эти страдания. — Кстати, — вспомнил Ален и подошел ближе к сестре, — я тут подумал, почему капитан пытается вытянуть из нас что-то о культе. — Ну, они же копают под культ, — Эмма не очень поняла брата, причина была очевидна. — Он услышал, что кто-то из наших друзей вхож в церковь, а один из пасторов буквально нас узнал. — Хорошо, что капитана отвлекли и мы не успели ничего ответить. Ну, как не успели, я и не знаю, что им рассказать, — Ален немного ушел от своей первоначальной мысли и опомнился: — И я не совсем об этом. У него не простой интерес. Такое чувство, будто он в чем-то нас подозревает. Но тот факт, что наша мама аристократка не делает нас хранителями тайны о стенах. Тогда в чем причина? — Ну, может, он просто думает, что мы сами прихожане церкви культа стен, — Эмма пожала плечами. — И тогда у стены, когда нас узнал Ник, как раз хотел об этом спросить. — Но в карете он так на меня уставился, будто они уже наводили справки о нас и точно знали, что мы связаны с культом, и… — Ребята, — их позвал Армин, прервав Алена, они с Микасой уже сидели в какой-то импровизированной повозке. — Садитесь быстрее, мы скоро отбываем. Повозка представляла собой довольно большой и простой деревянный прямоугольный кузов с невысокими бортиками. Вдоль боковых стен тянулись две узкие скамейки для пассажиров, между ними стоял такой же деревянный столик. — Проклятье! Да что же такое творится? — сокрушался Эрен, тяжело опускаясь на скамейку рядом с Микасой. — Но могут ли титаны разрушить стену с титанами в ней? — тихо сказал Армин, целиком погрузившись в свои мысли. — Могут, — ответил Эрен. — Они же уже разбили их в Шиганшине. — Но это были ворота, — парировал Армин. — Знаете, у стен нет ни швов между блоками, ни повреждений, поэтому не понятно, как они были построены, может, их создали с помощью титанского отвердевания, — Энни Леонхарт, чтобы никто не мог добраться к ее затылку, «замораживала» эту область и кожа затвердевала. Эмма вспомнила, что кристалл, в который она себе замуровала, был из похожего материала. — Мда, — сказал Ален, пока остальные сидели с открытыми ртами. — Ну, иного объяснения для выглядывающей из стены бошки титана у нас нет. Армин, ты просто гений. Как тебе это вообще в голову пришло? Может, отряд Ханджи потом сравнит материал из которого сделаны стены и отвердевшую кожу Энни. Наверняка где-то в городе должны были остаться осколки, если они не испаряются. Во дворе было темно и тишину нарушали только тяжелые шаги солдат, фырканье лошадей, которое успокаивающе действовало на Эмму, и тихий звон металлического снаряжения. Разведчики один за другим выводили лошадей к воротам. Почти все были верхом, длинная колонна всадников постепенно выстраивалась в темноте, и только одна повозка, в которой сидели новобранцы, стояла в стороне и казалась немного неуклюжей. В руках у солдат горели факелы — специальная разработка разведки, даже когда факел падал на землю или ночной воздух проносился резкими порывами, огонь только дергался и трещал, осыпая искрами землю, но не гаснул. — Мы кого-то еще ждем? — спросила Эмма. — Ну, само собой, не для наших же скромных персон эта… — Ален неудобно поерзал на деревянной скамейке. — Повозка. — А вот и мы! — майор Ханджи весело помахала, приближаясь к ребятам в компании пастора Ника и капитана Леви. — Мы чуток замешкались с подготовкой. Капитан оптимизма сослуживицы не разделял и с крайне недовольным и уставшим видом сел рядом с Эммой. — Почему с нами проповедник из культа стен? — скромно поинтересовался Армин. — Ну, мы с Ником друзья, да-а? — Ханджи похлопала по плечу мужчины, сидевшего с каменным лицом. — Все равно у нас тут непонятная компания собралась, — им действительно только проповедника не хватало. — Да, Леви? — Нет, не непонятная, — не согласился капитан. — Эрвин специально взял новобранцев с собой утром и берет сейчас. Утром Микасу и Армина взяли на операцию, так как они могли лучше других справиться с Эреном, Эмму и Алена, предположительно, взяли из-за того, что они были членами отряда Леви. Хотя куда логичнее было бы отправить их в замок с остальными новобранцами. Но зачем было брать их еще и за стены, когда они оба были «ранены» и без УПМ — Эмма не понимала. Может, Ален был прав и капитан еще с утра намекнул им на настоящую причину их нахождения в Стохесе. — От 104-го выпуска только и ожидать одних проблем. С вами, надеюсь, сюрпризов не будет? — У нас давно есть в планах опросить кого-то из культа стен. И, раз уже мы в Стохесе, Ханджи собирается заняться этим после операции, — Эмма хорошо помнила, что после этих слов капитан выжидающе уставился на Алена. Словно ждал какой-то реакции или признания. У него не было иной причины выдавать им планы майора. Вот только одно было не понятно: что такого они узнали об Алене и Эмме, что так ждут, когда они расколятся. Любые знания о культе действительно было тяжело добыть людям, не вхожим в него, но Эмма и Ален были обычными прихожанами, которых во внутреннем округе было довольно много. В итоге, Эмма решила не думать об этом и сосредоточиться на дороге до Гермины. — Обстановка на территории стены Роза неизвестна, безопасные земли только до Гермины. Вперед! После команды Эрвина ворота начали медленно открываться, тяжелый скрип разнесся по двору так громко, что внутри всё неприятно сжалось. — Поехали, — приказал Леви солдату, сидевшему за конской упряжью. Только сейчас Эмма поймала себя на мысли, что ей нравится голос капитана. Спокойный, в какой-то степени равнодушный и отрешенный, но в то же время такой властный, что в каждом слове чувствовалась многолетняя привычка командовать. Она не могла вспомнить ни одного случая, когда Леви повышал голос, однако его распоряжения всегда выполнялись беспрекословно. Разве что Эрен иногда пытался спорить, но даже он, несомненно, признавал в капитане человека, который всегда знает, что делает, причем не только в вопросах службы.

***

Звездное небо за городами было куда ярче и красивее, чем в городах, и даже сквозь редкие облака, звезды светили так ярко, будто висели прямо над землей. За стенами стояла блаженная тишина, нарушаемая лишь тихим скрипом колес и редкими фразами разведчиков друг другу. Титаны в темноте были неактивны, и все же Эмма никак не могла избавиться от неприятного чувства под ребрами. Ведь если стена действительно была прорвана, они точно наткнутся на спящих чудовищ или на аномальных титанов, которые были активны даже ночью. Мало того, на Эмме не было привода. С самого отбытия из Стохеса, она кляла себя за такую беззаботность. Но ее успокаивал тот факт, что капитан Леви, сидящий слева от нее, тоже был без УПМ и переоделся обратно в костюм, и это очень радовало глаз девушки, когда она украдкой поглядывала на него. Тем не менее, Эмме было не очень уютно сидеть с краю повозки с капитаном. Ей все время хотелось неосознанно прижаться к нему, к тому же температура воздуха значительно понизилась с наступлением ночи. Но приходилось только сильнее сжимать пальцами край деревянной скамьи и делать вид, что ее совсем не пугает эта бесконечная тьма вокруг. — Значит, он и культ стен все это время были в курсе, что внутри стен титаны? — спросил ошарашенный Эрен, после заявления Ханджи о том, что культисты знают о стенах «все». — Да, — ответила ученая. — Но до сих пор он об этом молчал. — До сих пор? — уточнила Эмма. Разведчики точно собрались пытать Ника, не осознавая, что это абсолютно бесполезная затея. — Сейчас он едет с нами посмотреть на реальный мир, — пояснила Ханджи. — Сможет ли он придерживаться своих принципов и хранить молчание, увидев ужасы эвакуации своими глазами? — Эмма была уверена, что сможет. Культисты были совершенно оторваны от реальности и по-собачьи преданы королю. — Неужели, не расколется даже тогда, когда люди будут на грани вымирания? Капитан Леви странно глянул на Эмму, но девушка не стала отвечать на этот взгляд. Пусть смотрит, если ему так хочется, она ведь сама не раз ловила себя на там, что подолгу разглядывает его. — Нет-нет-нет! — Эрен вскочил со скамьи, сбрасывая плащ, которым его заботливо накрыла Микаса. — Если вы что-то знаете, то должны рассказать нам! — Эрен, успокойся, — парень пошатнулся и Микаса притянула его обратно, заставив сесть. — Ты еще не оправился. — Есть много способов задавать вопросы, — Эмма услышала, как со стороны капитана что-то щелкнуло, — может, я ранен и от меня никакого толку, — в этом она глубоко сомневалась, — но уж за ним присмотреть смогу, — девушка поддалась вперед и увидела, что мужчина спрятал за пиджаком револьвер и наставил его в плечо проповедника. — Мне бы не хотелось, чтобы в ком-то появились лишние отверстия, тебе ведь тоже? — манера, с которой говорил капитан, была действительно устрашающей, на месте пастора, она бы дрожала от страха, хотя, он вроде тоже дрожал. — Угрозы не подействуют, Леви, — Эмма только обрадовалась, что среди них есть хоть один мыслящий человек, как Ханджи добавила: — Проверяла уже. Ален тоже выглядел очень скептично настроенным к попытке получить информацию от Ника и решил высказаться: — Майор, мне кажется, что проповедник вполне в своем уме, может, у его молчания есть более веская причина, чем риск уничтожения человечества. — Я тоже так думаю, Ален, — согласилась Ханджи. — Но я верю, что он в итоге согласится на сотрудничество. Капитан закинул ногу на ногу и как бы случайно пододвинулся ближе к Эмме. Девушка растерянно моргнула, пытаясь никак не реагировать, но понимала, что, скорее всего, на ее лице большими буквами было написано непонимание. Спустя некоторое время, которое они провели в тишине и без любого рода происшествий, колонна разведчиков въехала в хвойный лес. — Ханджи, — капитан позвал майора, но та, как очарованная, рассматривала какой то осколок, текстурой похожий на кристальный сосуд Энни. — Эй, чучело в очках, у тебя настолько мрачные интересы, что ты уже с камнями играешь? — Да, точно, — Ханджи сильнее сжала кристалл. — Но это не простой камень — это осколок отвердевшей кожи женской особи. — Он не исчез? — изумился Армин. — Да! — Ханджи словно только и ждала этого вопроса. — Когда Энни вышла из тела титана, он остался таким же. Осколок не испаряется. И, когда я сравнила его с обломком стены, выяснилось, что их текстура и структура оказались очень похожи. Иначе говоря, в основе стены в Стохесе стоят огромные титаны и сама стена образована из их отвердевшей кожи. — В точности, как говорил Армин, — прошептала Микаса. — Дай договорить, Армин! — Ханджи закрыла рот парня рукой, когда тот хотел что-то сказать. Леви глянул на женщину, как на пациента психиатрической лечебницы. — Сейчас будет сложно найти подходящий валун, чтобы заделать Розу, как тогда в Тросте, но если Эрен превратится в титана и заделает дыру при помощи способности титана отвердевать… — Заделать дыру мной? — переспросил Эрен с таким видом, будто его собирались навечно приставить к этой дыре в форме титана. — Если после твоего превращения обратно в человека окаменевшая статуя не испарится, это возможно. — Но тогда мы и дыру в Шиганшине сможем заделать, — дошло до Эммы. — Я думаю, есть смысл рискнуть, — сказал Армин, когда Ханджи наконец отняла свою руку от его рта. — До Шиганшины из Троста можно добраться очень быстро, если мы будем налегке и с малым количеством повозок. А что, если проделать путь ночью? — Армин действительно был гением и Эмма считала, что человечеству крупно повезло, что он был в разведке. — Когда титаны не активны. — Так, — задумалась Ханджи. — Небольшой отряд сможет добраться до Шиганшины за один бросок. Сейчас положение у нас совершенно отчаянное, — Эмма отдала должное майору за сдержанность. «Отчаянное положение» — это еще мягко сказано. Они были в полной заднице. — Но у нас все равно есть надежда. — Да, только все зависит от того, сможет ли Эрен заделать дыру, — вернул их в реальность Ален. — Эрен, вопрос тяжелый, но скажи, ты сможешь? — все сидящие в повозке, даже проповедник, с замиранием ждали ответа. — Что значит, может ли он? — процедил капитан и обратился к Эрену: — Ты должен. Другого выбора у тебя нет. Мы будем стоять насмерть, а ты должен постараться и сделать свою работу. — Да! Я обязательно закрою дыру! — воскликнул Эрен. Хоть в кадетке они и смеялись над его пламенными речами, Эмме нравилось видеть огонь, который вспыхивал в нем в такие моменты. Он был таким искренним и действительно верил во всю нелепицу, которую говорил. Верил в то, что истребит всех титанов, отомстит за мать, вернет стену Мария, а сейчас Эрен точно также был уверен в том, что закроет дыру в стене. И Эмма тоже в это верила, ведь, по большому счету, другого варианта, кроме как верить в Эрена, у них не было. — Подвал моего дома, — парень достал из-под кофты подвешенный на веревке ключ, который носил на шее не снимая вот уже пять лет. — Если отец сказал правду, в нем должны быть ответы на все вопросы человечества.

***

Гермина. В Гермину прибывали беженцы из Троста и из рядом находящихся деревень. Казалось, что поток людей был бесконечным. — Эй, двигайте давайте, — Леви грубо потянул Эмму за плечо. — А то еще потеряетесь, — ей уже не верилось в то, что она когда-то назвала капитана добрым. Может, ей это приснилось. Капитан Леви привел Алена, Эмму и пастора Ника практически вплотную к внешним воротам Гермины. — Они… — промолвил проповедник, увидев толпы беженцев. — Ну, а чего ты еще ждал? — Леви опустил плечо Эммы и подошел ближе к мужчине. — Посмотри как следует на людей, которые потеряли свои дома. Лица тех, кому уже нечего терять. Эмма тоже разглядывала этих несчастных. Мужчины, женщины, дети, старики, их лица были искажены глубокой печалью от осознания того, какие чудовищные времена их всех ждут. — Если ваше желание сбудется, и титаны хлынут через стены, жизнь всех людей оборвется в вонючих ртах титанов, в самых страшных за их жизнь муках, — капитан описывал перспективы человечества так красочно, что проповедник едва мог дышать. — И так будет со всеми.

***

— Моблит, погоди минутку, — Ханджи отвлеклась от парня и двинулась в сторону близнецов и капитана, когда они с проповедником добрались через толпы до штаба разведки в Гермине. — Эмма, Ален, Леви сказал, что вы можете что-то знать о культе. — Наша семья тоже прихожане культа, — признался Ален, однако офицеры ничуть не удивились. — Но нам всего лишь известно немного больше, чем обычным людям: стены воздвиг сто лет назад король Карл с помощью «божественной силы». Я думаю, что ваша теория, Ханджи, верна, и пастор действительно знает главный «секрет стен», — Эмма немного удивилась тому, как разговорился Ален. Он мог бы ограничиться лишь тем, что они были прихожанами культа, но ничего «такого» не знали. — Но Ник или любой другой культист вам его никогда не расскажет. На службах не говорят ничего конкретного, но мы знаем, что культ стен несет волю короля Карла и его тайны защищаются правительством. Мы не знаем, как много они знают, но они точно не заинтересованы в том, чтобы простые люди докопались до правды. Капитан Леви, удовлетворившись словами Алена, оперся на стену. Ханджи не была удивлена, но немного ушла в себя и спустя минуту молчания обратилась к пастору: — Еще не передумали? — мужчина, кажется, действительно задумался на мгновение, но лишь на мгновение, а затем твердо сжал челюсти. — У нас нет времени! Вы ведь понимаете? — Ханджи как с цепи сорвалась и начала тормошить проповедника, но он отвел взгляд в пол. — Решайте, будете вы говорить или нет? — Господин Рейсс прав, я не могу сказать, как и другие верующие, — выдавил Ник. — И никто из нас не передумает. — Вот уж спасибо! Вы так помогли нам своим признанием! — Ханджи резко отстранилась от мужчины и собиралась уйти, когда Ник продолжил: — Это слишком важное решение, чтобы его мог принять кто-то один. Культ стен всего лишь служит куда более великой воле. — Да? И чьей же? Бога какого-то? — Ханджи даже не попыталась скрыть скепсиса в голосе. — Мы не можем сказать, но я могу назвать имя человека, за которым, нам этой волей было приказано следить. — Следить? — Этот человек в этом году вступил в разведкорпус, — Ник выдержал небольшую паузу и сказал: — Её имя — Криста Ленц. — Прошу прощения! — в штаб влетела какая-то разведчица, но солдаты были с головой погружены в слова проповедника: Криста знает секрет стен и культу стен было приказано следить за ее жизнью — все это больше походило на не смешную первоапрельскую шутку. — Саша Браус — кадет 104-го корпуса. Эмма обернулась на голос вошедшей разведчицы и едва не подпрыгнула от счастья — это была Саша. И на первый взгляд она была в полном порядке. — Кто такая Криста? — спросила Ханджи и через плечо взглянула на новобранцев. — Э-э, это вам, командир отряда, — Саша неловко подошла ближе. Заметив подругу, Ален подмигнул ей и жестом показал, что придется подождать. — Вам нужно найти ее, — Ник впервые с тех пор, как они встретились у стены в Стохесе, взглянул на Делонов. Эмма не поняла, что означал его взгляд. Казалось, что, говоря о Кристе, он испытывал что-то вроде вины перед близнецами, но объективных причин для этого девушка не знала. — Только она может знать неведомую нам истину. Это все, что я могу вам уступить, остальное я вверяю вам. На секунду показалось, что проповедник вот-вот начнет замаливать свой грех. — Если она из 104-го, она сейчас на передовой, — тихо сказала Ханджи. — Надо поторопиться! — Эрен уже подергивался от возбуждения, ему явно не терпелось прийти на помощь ребятам, и Эмма его желание полностью разделяла. — Да, и, эм, майор Ханджи, к вам с депешей, — Ален взглядом указал на Сашу, которая уже не знала, куда себя деть. — Я только что доложила о положении командованию! — как только Ханджи обратила внимание на девушку, та выпрямилась и начала тараторить с депешей в руках. — Командующий доверил мне доставить командиру отряда депешу! — Что? Депеша? — не поняла Ханджи, но взяла свиток и вложила в руки Саши ее любимую вареную картошку. — Хорошо, спасибо. Когда Микаса, Армин и Эрен засобирались и начали надевать УПМ, Ален и Эмма пытались взглядом спросить у Леви, что насчет них, но он не реагировал. — Так, кто она такая? — снова спросила Ханджи. — Говорите все, что знаете. — Она самая младшая из нас, — начал Эрен. — У нее длинные золотистые волосы и она… — начал Армин. — Красавица, — Ален вскинул брови. — И она очень добрая. Во время тренировок зимой в горах, она тащила нашего сокурсника через лес, когда ему стало плохо. — Ну и дурочка, — пробубнел Ален, но поняв, что его все прекрасно услышали, поспешил оправдаться: — В смысле, она чуть не поме... Умерла там, пытаясь помочь. Мне лично казалось, что у нее какой-то пунктик на том, чтобы быть хорошей и доброй, — Эмма никогда не обращала особого внимания на Кристу, но, в целом, была согласна со словами брата. Она тоже не понимала, к чему был ее героизм тогда в горах. У Эрена было что-то похожее, но все его порывы помочь другим объяснялись его импульсивным и упертым характером, а от Кристы за километр несло притворством и, возможно, лицемерием, но для чего это все было ей нужно, Эмма так и не поняла. — И она все время вместе с Имир, — добавила Микаса. — Ясно, — сказала Ханджи и задумалась, видимо, во всей этой бессмыслице, которую новобранцы знали о Кристе, она нашла за что зацепиться. — Если мы разобрались с тем, кто такая Криста, у меня вопрос: мы же можем участвовать в операции? — Ален выжидающе уставился на офицеров. — Где взять УПМ? — Охлади пыл, Делон, — сухо осадил Леви. — Вспомни, что я сказал вам в Стохесе. — Хорошо-хорошо, я просто спросил.

***

Разведчики собирались во внутреннем дворе штаба и были готовы вот-вот отправиться за стену. Эмма и Ален слонялись без дела, когда девушка заметила, что Ханджи чересчур сосредоточенно читает депешу, которую доставила Саша. — Что такое, Ханджи? — Мне наконец-то доставили результаты расследования насчет Энни Леонхард. По моему давнему запросу, — женщина задумчиво поправила очки. — Энни? — переспросил Эрен и все разведчики, находящиеся во дворе, прислушались. — Там у них в канцелярии такой бардак, что они их только сейчас нашли, — пожаловалась Ханджи. — Тут написано, что в вашем корпусе было еще двое, что были родом из той же местности, что и Энни. Райнер Браун и Бертольд Гувер, — Эмма пока не очень понимала, в чем была проблема. — Из-за неразберихи во время разлома Марии, все книги по семейной записи велись наспех и кое-как, — Ханджи небрежно перебирала листы. — Только вот, во время 57-ой экспедиции им была дана ложная информация. Райнер и Бертольд были в отряде, которым сказали, что Эрен в правом крыле. — Женская особь тогда появилась как раз с правого, — быстро пояснил Армин. — А? — не поняла Саша. — И что это значит? — Возможно, это они передали Энни информацию об истинном нахождении Эрена, — спокойно предположил блондин. — Постой, Армин? Ты вообще о чем? — Эрен дернул друга за плечо. — Погоди, — Ален оттащил Эрена в сторону и обратился к Армину: — Откуда у Райнера и Бертольда могла быть информация о настоящем местонахождении Эрена? — Я все понимаю, — начала Ханджи, не давая Арлерту ответить Алену. — Сам по себе этот отчет ничего не доказывает. Но на всякий случай, я хочу знать об их отношениях в кадетском корпусе. — Мы знали, что Райнер и Бертольд земляки, но с Энни они даже и не разговаривали особо. Я бы никогда не подумала, что они были из одной деревни, — ответила Эмма. — Ну, Энни вообще ни с кем не общалась, — Ален пожал плечами. — Во время еды она всегда сидела в углу и жевала одна, — вспомнила Саша в подтверждение слов Алена. — Ах, да, еще ходили слухи, что она любила сладости, хоть по ней так и не скажешь. — Как их товарищ, я думаю, что эти подозрения слабо обоснованы, — Эрен настаивал на презумпции невиновности. Эмме тоже не нравилось в чем-то подозревать людей, с которыми она бок о бок проучилась три года в кадетском корпусе, но она была слишком вымотана, чтобы выступать в их защиту. — Они всегда вели себя естественно и не давали поводов для подозрений. — Ну, не скажи, у Бертольда видок всегда был какой-то потерянный, — не согласился Ален. — Но Райнер нам как брат! — горячо возразил Эрен. — Он не такой коварный и умный, чтобы годами обманывать всех. — Я согласен. Райнер вместе со мной и Жаном сражался с женской особью, она почти раздавила Райнера в руке, когда… — Армин замешкался и Эмма заметила искру внезапно снизошедшего озарения в его глазах: — Райнер вырвался. А Энни внезапно изменила направление в сторону Эрена. Я высказал предположение, что элитный отряд был в центре задних рядов, но Энни была далеко и не могла слышать. — Райнер делал какие-то попытки узнать местонахождение Эрена? — спросила Ханджи. — Я заговорил о том, где Эрен, потому что Райнер спросил об этом, — честно ответил Армин. — К тому же, тогда женская особь внимательно смотрела на свою ладонь. Может, он смог вырезать своими клинками сообщение… Райнер бы смог. — Что же это получается… Почему ты вообще заговорил о таком, Армин? — спросил Эрен, искренне не веря в то, что они обсуждают возможность предательства Райнера и Бертольда. — Эрен! — крикнула Ханджи и Эрен стыдливо отвел глаза. — Слушайте все, если мы найдем Райнера с Бертольдом, ведите себя так, чтобы не выдать наших подозрений. И, разумеется, ни одним словом не упоминайте Энни Леонхард, независимо от того, сообщники они Энни или нет, нужно аккуратно заманить их в подземелье и арестовать. Ну как, всем ясно? Конец тринадцатой главы.