Глава 3. Синтез

— Прости меня за то что пришлось настоять на синтезе. Я думал что 6 ты просто нерешительна, а оно вот как оказалось… — М? Мы разве что-то синтезировали вместе? В просторной зале сидели двое: мужчина и женщина. Женщина же нам известная — лысенькая, но уже с нарастающими волосиками психичка Арк, а вот мужчина доколе только упоминался. Крепкий муж, сразу видно, что хлопочущий по хозяйству. Волосы его, как и у большинства веществ белые, а глаза были серые, и все в них какая-то тоска мерещилась. Собирал свои длинные волосы мужчина в самый обычный хвост, открывая свой мощный и большой лоб. Наверняка он чёлкой не мается потому, что её постоянно надо ровнять, да и в работе она мешается. Когда ты весь день в огороде-то зачем тебе мучать себя волосами, лезящими в глаза? Над широкой правой бровью у него, словно отмерянные по линейке, с равными расстояниями крупными точками кожа была попорчена шрамами. Четыре шрамика были единственными, что портило это мужественное лицо. Если не считать печали, окутавшую сейчас мужчину. Быть может чай согреет его, али девушка пред ним? Увы, но ее ответы только больше досадовали. — Память уже подводит, да? Впрочем, может для тебя это не так уж и плохо — пожав плечами, мужчина взял маленькую чашечку чая за основание, ибо его крупные пальцы, да ещё и в перчатках, просто не могли влезть в окошко ручки посуды. — Эй, я не старая! — надула губы Антарктицит. — Хех, да мы с тобой оба уже старички, не переживай. — отпив едва ли не по каплям чай, мужчина осторожно положил чашку обратно. — И вообще… — Арк поморщила губы, а после махнула рукой. — Не, забудь. Наверняка она про другую свою обиду говорит. Это чувствуется, и было понятно, о чем она. Но ведь уже ничего не сделаешь? — Как скажешь. Как поживает Флюорит? — мужчина решил перевести разговор, дабы не смущать и не досадовать Антарктицит. — А что тут говорить? Из-за меня приходится ему сюда мотаться. И в психушку ко мне мотался, молодец конечно… Даже домру починил. А представь, он её починил только чтобы мне снега передать, хах. Вот такой вот у меня заботливый братишка. — гордо помотав головой, Арк, не стесняясь, пила чай с пряниками. — Вот как. Ты же с Опиумом и так… не разлей вода, так зачем тебе снег? — Ты не понимаешь… Я же гипотоник, воли к жизни и так мало, а тут ещё и поспать предлагают. Так у меня сердце совсем разленится. А вот с кошки прямо-таки силы появляются, и так хорошо… — Судя по по тому, сколько ты успеваешь сделать в свободное от ареста времени, мне кажется сил у тебя вполне достаточно. — Ой, тебе кажется! И вообще, мог бы рассказать, как там Полигалит, например! — А чего мне за ней следить? Ей уже 75 стукнуло, она уже не маленькая… Скоро ей придётся тоже ребёнка себе брать. — Какое у тебя большое «скоро» — 25 лет. — Время летит очень незаметно. Например, мне до сих пор кажется, что только вчера я все ещё спал с тобой в одной кровати. — Хлористая замерла. Медленно переведя взгляд на лицо мужчины, ей отчего то захотелось вылить чай ему на лицо. Хотя он говорит искренне, не издевался ни грамма. Может это и бесило? — А так Поля тоже собирается продолжить мое дело. Ей нравится в земле копаться. — Хорошо, когда ребёнок продолжает твоё дело… — словно задумавшись, сказала Арк. — Тебе ли это говорить?.. Хотя, если я правильно помню, это Жемчуг тебя в кабаре привела? — Да… Она все еще хотела меня контролировать даже когда появился Флюорит. А на виду мы были на её работе… Мужчина молчал и лишь оценивал состояние Хлористой. Он внимательно смотрел на её лицо и грудь, дабы не упустить ничего подозрительного. — Знаешь, Арк, ты что то покраснела. Давай прогуляемся? — Сейчас, доем… Лишь после того как Антарктицит впихнула в себя остатки пряника, пара вышла на улицу. По законам приличия мужчина должен подать руку — и он это делает. О чем думала Арк было неясно, ведь она всем говорила, как плох и противен сей мужчина, а сейчас гуляет с ним за руку и распивает вместе с ним чаи. — Арк… — тихо сказала Хлористая, наклонив голову на плечо мужчины. — Почему ты все ещё появляешься в моей жизни?.. Неужели ты хочешь меня мучать?.. — Дорогая, я вовсе не люблю никого мучать. А сейчас я, как и ты, по работе переехал в столицу. — Бросил ты свою деточку Полю, бро-о-сил. Она ведь маленькая ещё… — мужчине пришлось взять Антарктицит за руку крепче, чтобы та не сползла на пол. Пришлось ускорить шаг. — Она уже не маленькая. У людей это вообще был престарелый возраст. — Ну-у, не беги, жеребец… М-м, Арк! — прикрикнув, Хлористая вырвалась из захвата и положила руки на щеки ведущего. — Арканит, а я все ещё люблю тебя… Знаешь, моё сердце все ещё томно тлеет от тебя, хи-хи. Ну же, поцелуй меня… Словно забыв, что они на улице, Антарктицит приподнимается на носочках и прижимается своими пухлыми сухими губами к губам Арканита. Тот не был удивлён, да и не особо сопротивлялся. Подвинув Хлористую к себе поближе, Калиевый внезапно хватает её на руки. Девушка радостно пищит, слегка мотает ногами, пока её держат как принцессу. — Обожаю сильных мужчин… Я прямо таю… — прикусив пальчик, Антарктицит с покрасневшими щеками словно смотрела Арканиту в душу. Дело было даже не во взгляде, а как сжались её зрачки от наркотического чая. — Сейчас, дорогая, я найду место, где мы сможем уединиться. — выдыхая пар, поспешно сказал Сульфат Калия. Антарктицит радостно захихикала, обнимая своего бывшего любимого за шею. Казалось, Арканит куда-то спешил. Да и на самом деле: он как будто бы бежал с Хлористой на руках. Вот — зашли за угол переулка, и пришлось опустить Антарктицит на землю, чтобы открыть тугую деревянную дверь. Кажется, это чёрный ход. Заведя девушку внутрь, пришлось пройти по узкому и тёмному ходу. Хлористая же воспринимала это как небольшое приключение, и все хихикала. — Все подготовлено к синтезу? — услышала шёпот Арканита Кальциевая. — Естественно-с, все для вас. — произнёс мужчина в белом сюртуке и поспешно удалился. — Эй, Арканит, ты привёл меня делать детей? Но я не умею рожать, мм, ты обижен? — Хлористая подергала мужчину за рукав. — Нет, Арк, я не обижен. Прост здесь ближайшее место, где я могу вкусить тебя. — Ох! Непристойник… Хочешь со мной по грязному, да?.. И я хочу… — Хлористая, смотря словно в тумане, расстегивала свое пальто. Арканит любезно помог ей справиться с одеждой, и нежно, но требовательно схватил её за кисть. Подведя женщину к диванчику, чьё сидение было гораздо шире и глубже, чем у обычных, Арканит едва ли не завалил её на мебель. Дело не в том, что он был груб, а в том, что Антарктицит едва держалась на ногах. Смотря на беззащитную даму перед собой, Арканит все что-то сдерживал внутри себя. Что-то мерзкое, что-то страшное, что-то ложное, что-то абсолютно чуждое ему. Опиум выставил цену за синтез, да ещё и какую цену! Арканит бы точно мог жить лет сто, ничего не продавая и не работая. Однако это «что-то» все шептало, что делать этого не надо. Калиевый слышал, как гудела неподалёку машина для синтеза душ. Ему просто надо прореагировать с Арк, как они раньше часто и делали. И его потом дс это ждет награда. Никто же не в минусе от этого, правда? Антарктицит, видимо, настолько травмировал её первый синтез, что она предпочла его забыть вовсе, почему это она будет ругаться на такой же синтез сейчас? Она вед и раньше его прощала, они снова были вместе, правда вот судьба душегубная распорядилась разлучить их опять. От их синтеза родился психически больной химовек, и в основном вина была на Арканите, мол, он минеральный, а все минеральные делают все не как люди! Даже ребёнка синтезировать не могут! Проведя ладонью по щеке Хлористой, Арканит вспомнил, как нежно она точно так же гладила его по щеке и говорила, что будет любить даже минерального, такого вот, какой он есть. И что теперь? Ему стоило проявить больше доверия Антарктицит, и тогда бы её не посадили в тюрьму, ей стоило помочь, а не пугаться самому. И вот, когда она снова вся в руках Арканита, он снова насильно синтезирует с ней ребёнка, так ещё в этот раз и таким нечестным способом — приворожив наркотиками? Он ведь должен исправить свою ошибку — взамен больного Алебастра синтезировать здорового! Но если Арк так близка с Опиумом, почему он её первым не попросил об этом? Нет, наверняка первое предложение было ей. Но, видимо она отказала, раз пришлось Маковому аж дать инструкцию, как соблазнить Антарктицит на синтез. Где то здесь обман, это все неправильно! — Остановите синтез, я не готов! — выпрямился минеральный, прокричав в открытую дверь. После этого послышался затихающий гул, и только после него Арканит подхватил непонимающую женщину на руки, прижимая ее к себе крепче чем до этого. — Все хорошо, Арк, сейчас я все исправлю, дорогая. — шептал Арканит, выходя из помещения в узкие коридоры, в которых собрались непонимание химики. — Дорогу мне, глупцы! — У вас что-то болит? Какие то проблемы? — Почему остановили синтез? — В шлак всех! — громко выругался Арканит и вышел в фойе, в котором находились и обычные жители, интересующиеся вопросом размножения веществ. Не стесняясь никого, Арканит плюхнулся на диван, держа в охапке свою драгоценную укуренную ношу. Она была усажена на его колени, и от резкости посадки Антарктицит ненарочно прошлась сапогом по брюкам рядом сидящего господина. — Что вы себе позволяете?! — недовольно выругался господин, но Арканиту было плевать. — Я такой трус, милая… Впервые меня это спасло — шепотом произнёс Калиевый и, не дав Антарктицит ответить, накрыл её губы своими. Просунув руку между стиснутых ног Хлористой, тот оставил там свою перчатку. Окружающие охнули от непотребности и дикости действий Сульфата Калия, но мысли об окружающих его он беспокоили. Когда он осталая свободен от ткани, крепкая мозолистая рука нежно обхватила ручку Хлористой, а после медленно сцепилась с ней в замок. И пошла реакция.