Часть 1

В клубе было шумно, многолюдно... и ярко. С тех пор, как открылся «Неправильные решения» — самый популярный ночной клуб — волшебное сообщество было очаровано тем, как в нём сочетаются волшебная и маггловская культура. Одинокие ведьмы и волшебники в традиционных мантиях или в ярких блёстках, символизирующих жизнь маггловских ночных клубов, смешивались друг с другом. Музыка, которая звучала слишком громко, представляла собой эклектичную смесь классических маггловских песен, переделанных группой начинающих инди-волшебников-рокеров. В меню было много маггловских блюд на любой вкус — от самого простого до изысканного. Над всем этим, слегка витая в воздухе, витала причина, заставляющая людей принимать те самые «неправильные» решения: слабый запах алкоголя. Это была не совсем привычная для Гермионы обстановка. Обычно она предпочла бы сидеть дома с книгой и чашкой чая, а не красоваться в своих самых обтягивающих джинсах, пытаясь перекричать музыку, чтобы её услышали подруги. - Что? - громко повторила она в десятый раз. — Я сказала, что это так весело! — крикнула ей в ответ Джинни. Гермиона просто улыбнулась и в ответ приподняла свой фруктовый коктейль голубого цвета. Несмотря на то, что все вокруг было непривычно для нее, ей на самом деле было весело. Половина веселья заключалась в том, что она наблюдала, как Джинни танцует с каждым парнем, который её приглашает, но в ритме музыки было что-то такое, что, казалось, снимало напряжение, которое постоянно читалось в её глазах. Прошло какое-то время с тех пор, как Джинни и Гермиона стали одинокими. После того, как жизнь развела их, они были слишком заняты каждая собой: Джинни носилась по стране, играя за «Гарпий», а Гермиона носилась по стране, занимаясь исследованиями и заданиями для Министерства. Джинни наконец-то надоело работать и не развлекаться, она решила выйти в свет, повеселиться, познакомиться с парнями и потанцевать. И это именно то, что она делала сейчас. Гермиона была довольна тем, что потягивала свой напиток и вставала только тогда, когда Джинни вытаскивала её на очередные пляски. Луна была совсем другой. Она в основном просто сидела и бормотала что-то себе под нос, надев огромные очки с очень необычными линзами. Очки были слишком велики для её лица и украшены множеством драгоценных камней. На них были маленькие кошачьи ушки, а линзы были окрашены в нежно-розовый цвет. На ком-то другом они выглядели бы глупо, но на Луне они казались почти естественными. Когда музыка немного стихла, Гермиона наклонилась к ней и спросила: - Так что же привело тебя сюда сегодня, Луна? У вас с Невиллом всё по-прежнему? Всё хорошо? Луна и Невилл встречались со времён Хогвартса и были самой близкой к созданию семьи парой в их компании. Когда Луна повернулась к ней, очки увеличили её голубые глаза, и Гермиона почувствовала, что Луна смотрит прямо ей в душу. - О да, Невилл просто прелесть. Он сказал, что проведёт вечер, ухаживая за рассадой арники, если я пойду гулять с девочками. Гермиона, не понимая, зачем Луне понадобилось приходить в бар для одиночек, открыла рот, чтобы спросить, но Луна опередила её: — Джинни сказала, что очень хочет с кем-нибудь познакомиться сегодня вечером, и я решила помочь. — О, — сказала Гермиона, не зная, что ещё сказать, учитывая, что блондинка всё это время сидела за столом и хихикала про себя. — Это было очень… мило с твоей стороны. Джинни вернулась за их столик, обмахиваясь веером и тяжело дыша. Она помахала светловолосому парню, с которым танцевала, и он подмигнул ей, но с танцпола не ушёл. Повернувшись к девочкам, она сказала: - Должна сказать, он очень… энергичный танцор. Выражение её лица ясно говорило о том, что она рассматривает его для других активных занятий. — О нет, Джинни, — возразила Луна так тихо, насколько позволяла музыка. — Не ходи с ним, он обманщик. Застигнутая врасплох, Гермиона спросила: - Откуда ты знаешь? — Это написано у него на лбу, — ответила она так, словно это было проще простого. Джинни переглянулась с Гермионой, а затем слегка пожала плечами: - Обычно она права в таких вещах. В любом случае, было приятно с ним потанцевать. Она плюхнулась в кресло и оглядела зал. При слабом освещении и мелькающих телах было трудно кого-то разглядеть. Но, в конце концов, она заметила другого парня — высокого и худощавого, с тёмными волосами, собранными в высокий хвост. Он выглядел так, будто мог бы играть в квиддич, и Гермиона совсем не удивилась, что он привлёк внимание Джинни. — Давай подождём, пока он повернется, — сказала Луна, поправляя очки на лице. Пока играла песня, волшебник повернулся к ним лицом, и Луна резко рассмеялась. — О боже, только не он. Он живёт со своей матерью. Джинни, казалось, не верила или раздумывала, важно это или нет. — Поверь мне, — серьёзно сказала Луна, — ты не захочешь иметь дело с этими сложностями. - Откуда ты знаешь всё это? - Спросила Джинни. — Я же тебе говорила. Это написано у них на лбу. — Она сняла большие очки и протянула их Джинни. — Вот, посмотри сама. Та послала Гермионе легкую насмешку, взяла очки и надела их. — Ну и что я должна… ой, - она быстро сняла очки и посмотрела на толпу, прежде чем снова их надеть. Она начала смеяться. - Гермиона, у него на лбу написано «Маменькин сынок»! — Что? — с любопытством спросила Гермиона, потянувшись за очками. — Дай посмотреть. Когда Джинни передала их Гермионе, та на мгновение засомневалась, стоит ли надевать что-то, что создала Луна Лавгуд. Она была гениальной ведьмой, хоть и немного эксцентричной, но никогда не знаешь, столкнёшься ли с гениальностью или эксцентричностью. Глубоко вздохнув, Гермиона надела очки и поняла, что это и то, и другое. Всё в шумном клубе немного померкло — свет, звуки, запахи, — но взамен она увидела серебристое сияние над головами всех мужчин. Когда они повернулись, она смогла разглядеть слова, напечатанные у них на лбах. Некоторые слова были короткими и написаны большими буквами, как у парня, с которым танцевала Джинни, у которого слово «ИЗМЕННИК» было написано заглавными буквами. У парня с хвостом было написано «Маменькин сынок», а под ним — несколько предложений, которые, казалось, указывали на то, что он живёт дома и всё ещё сидит на коленях у своей мамы. — Это всё предупреждения? — спросила Гермиона, снимая очки и возвращая их Джинни, которая тянула к ним руки. — Нет-нет, — Луна покачала головой. — Они рассказывают важные вещи о людях как о потенциальных партнёрах. Подумав обо всём, что только что увидела, Гермиона сказала: - Это деморализует… — Что ж, — глубокомысленно сказала Луна, — найти хорошего мужчину очень трудно. Гермиона улыбнулась ей: - Невилл, возможно, был последним, и ты сразу же его схватила. Луна просто склонила голову набок, словно глубоко задумавшись. - Я бы поделилась, - заявила она, и, прежде чем Гермиона успела ответить на это шокирующее заявление, она добавила, - если бы это было необходимо, - она выжидающе посмотрела на Гермиону. — Ах, спасибо, - Гермиона не знала, что ещё сказать, но подумала, что Невилл, вероятно, не в восторге от того, что с ним обращаются как с товаром, которым можно торговать. — Я уверена, что в этом нет необходимости. Джинни, оглядываясь по сторонам в очках, вдруг воскликнула: - Луна, они просто потрясающие! - она опустила очки и заговорщически посмотрела на девочек. - Как думаешь, они могли бы найти мне парня, который был бы одновременно смелым и чутким? Я думаю, мне нужен парень с добрым сердцем, но при этом желающий пробовать что-то новое, выходить в свет и видеть мир. Гермиона чуть не ляпнула, что именно это было у Джинни с Гарри, но героически удержалась от этого. Она не была до конца уверена во всех деталях их расставания, но если оно было похоже на их с Роном разрыв, то, вероятно, было много факторов, повлиявших на это. — Возможно, если бы ты сосредоточилась на этих чертах, — сказала Луна, очень серьёзно рассматривая просьбу, — очки могли бы показать их. — Окей! — Джинни вернулась к разглядыванию парней через очки. Гермиона нашла её действия очень забавными: — Джинни, что ты собираешься делать, если найдёшь его? - Конечно, угощу выпивкой. Может, приглашу потанцевать? Может, заберу его домой и трахну? Усмешка на лице Джинни заставила их всех троих рассмеяться. — Но подожди, — встрепенулась Джинни. — А ты? Какого мужчину ты ищешь, Гермиона? Подняв руки, Гермиона отмахнулась от неё. - О, не беспокойся обо мне, я никого не ищу. И я точно не увидела ничего особенного, когда смотрела через очки. — Ой, да ладно тебе, Гермиона! Будет неинтересно, если ты не присмотришься. Что ты ищешь? Когда Гермиона просто покачала головой, Джинни рассмеялась и ущипнула её за руку. - Всего одно условие. Это необязательно должна быть вечная связь. Как насчёт того, чего тебе не хватало в твоих прошлых отношениях? Что сделает сегодняшний вечер прекрасным? Ей пришла в голову одна мысль, и она с сожалением рассмеялась над собой: - Что ж, было бы неплохо хоть раз найти того, кто хорошо целуется. Обе женщины рассмеялись. Джинни скривилась, ей было неприятно думать о поцелуях брата. — Я видела, как он ест, — Луна, казалось, задумчиво обрабатывала информацию в своей голове. — Неудивительно, что его техника может быть немного несовершенной. — Ладно, — перебила Джинни, прежде чем Луна успела рассказать что-то ещё о том, как Рон целуется. — Значит, мне нужен смелый партнёр, а Гермионе — хороший поцелуй. Вот что мы ищем, очки! — она сосредоточенно наморщила лоб. — Поработайте-ка своей магией! Широко раскрытые глаза Джинни снова устремились на танцпол. Луна повернулась к Гермионе, её голубые глаза всё ещё были большими даже без очков. — А что ты будешь делать, Гермиона, если найдёшь хорошего любовника? Ты тоже пригласишь его домой и трахнешь? Поражённая Гермиона покачала головой, хотя Джинни с энтузиазмом кивнула. — Я, наверное, просто куплю ему выпить, я думаю. — И попроси его поцеловать тебя, — услужливо добавила Джинни, не отрывая взгляда от зала. — Джин, нельзя просто ходить и просить людей поцеловать тебя. - от одной этой мысли Гермиона смутилась. — Это клуб для одиноких, конечно, можно, — усмехнулась она. — И если вся суть в том, чтобы найти парня, который умеет целоваться, то весь опыт будет напрасным, если он не сможет подарить тебе один хороший поцелуй. Гермиона закатила глаза. Но то ли из-за алкоголя, то ли из-за атмосферы она была в удивительно хорошем настроении. Кроме того, она сомневалась, что очки могли бы уловить именно эту особенность. — Ладно, выпьем. Один-единственный раз. — Гермиона отсалютовала бокалом. — И всё. Джинни сделала вид, что обиделась, но они с Луной знали, что это, вероятно, лучшая уступка, которую они могут получить от Гермионы на эту ночь. Когда их бокалы опустели, настала очередь Гермионы пойти заказать ещё, и она направилась к бару. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы протиснуться мимо посетителей, окруживших бармена со своими заказами, но, в конце концов, она добралась до него и обнаружила, что стоит рядом с кем-то знакомым. Сначала она почувствовала лёгкий запах его одеколона. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, откуда он, но когда она осознала, что узнала его по еженедельным собраниям в Министерстве, то резко повернула голову в сторону. — Малфой? — спросила она, удивлённо увидев его, хотя это был самый популярный ночной клуб в городе. — Что ты здесь делаешь? — Грейнджер, — поприветствовал он её, приподняв бровь в удивлении от её резкого, вопросительного тона. — Полагаю, то же, что и все остальные. Пью, танцую, общаюсь. Быстрый взгляд, который он бросил на её наряд, заставил её съёжиться под его пристальным взглядом. Она твёрдо решила надеть свои любимые джинсы, но с удивлением обнаружила, что за последние несколько лет её бёдра округлились. Поскольку она отказывалась использовать магию, чтобы изменить их, ей удалось втиснуться в них, и они сели на ней лучше, чем обычно. Ярко-красный топ, перевязанный тонкими шнурками через плечо, был позаимствован у Джинни, которая, взглянув на скромную белую блузку Гермионы, сразу же настояла на том, чтобы заменить её на что-то более сексуальное. Высокие чёрные сапоги дополняли ансамбль, и Гермиона впервые согласилась не завязывать свои непослушные каштановые кудри, позволив им мягко обрамлять её лицо. Она никогда не появлялась перед Малфоем в таком неформальном виде. Он, в свою очередь, был одет в сшитую на заказ парадную мантию из высококачественных тканей, которая облегала его худощавое тело. Его ботинки, вероятно, стоили больше, чем её годовой заработок. Единственное отличие между ночным клубом и Министерством заключалось в том, что его светлые волосы, обычно идеально уложенные, были взъерошены, как будто он — или кто-то другой — провёл по ним рукой. Его взгляд задержался на ней, и она вздёрнула подбородок в ожидании грубого комментария. Вместо этого он сказал: - Я очень удивлён, что вижу тебя здесь. Я не знал, что Гермиона Грейнджер занимается чем-то из этого: пьёт, танцует и особенно общается. Она прищурилась, хотя и знала, что он шутит. Это был просто их способ общения. После войны горькие, злые оскорбления их юности сменились лёгкими подшучиваниями и насмешками. Постоянное общение из-за их работы сняло большую часть их враждебности. На самом деле, они часто оказывались по одну сторону баррикад в самых важных вопросах, и Гермиона с удивлением обнаружила, что ей нравятся словесные пикировки с ним. На самом деле, это было странно волнующе. Но делать это вне работы было не так приятно. — Что ж, — это всё, что она смогла придумать, — я, конечно, имею право на жизнь вне работы. Хотя, если бы я знала, что ты тоже будешь здесь, я бы, наверное, осталась дома. Его губы дрогнули в ухмылке, без сомнения, он смеялся над ней, потому что знал, что она не сможет придумать ничего более язвительного. Бармен принёс ей три высоких стакана с очень длинными соломинками, и Гермиона понесла их обратно за столик, не оглядываясь на парня, который, как она знала, всё ещё наблюдал за ней. Поставив их на только что вымытую поверхность, она вдруг заметила, что Джинни смотрит на неё широко раскрытыми глазами, отчаянно хватаясь за руку Луны. Из-за увеличения, которое давали очки, глаза Джинни казались ещё более испуганными. - Что? - Спросила Гермиона. - Что случилось? Что не так? Интуиция зазвенела в её голове тревожным колокольчиком, и внезапный прилив адреналина заставил её потянуться за волшебной палочкой. Она остановилась в шаге от того, чтобы схватить ее, и напомнила себе, что чрезмерная драматичность Джинни обычно была явным признаком того, что никто не был в опасности. Если бы это была настоящая угроза, Джинни бы действовала, а не издавала забавные булькающие звуки. - Джинни… - предупредила Гермиона. Осторожно взглянув на Луну, Джинни медленно выпрямилась и отпустила её руку. — Э-э, Гермиона, — сказала она, беспокойно постукивая пальцами по столу и глядя на нее. — Кажется, возникла, э-э, ситуация… — К очкам обратились с верой, — внезапно нараспев произнесла Луна. — И очки ответили. — Что на этот раз? — раздражённо спросила Гермиона, снова усаживаясь на своё место. — Ты увидела что-то по-настоящему ужасное на лбу какого-то бедняги? — Ну, — сказала Джинни с кривой ухмылкой, — это действительно зависит от интерпретации. — Мы нашли твоего парня, — сказала Луна, переходя сразу к делу. - О, хорошо! - почувствовав облегчение от того, что это было все, даже если это означало, что ей придется пойти купить какому-то парню символическую выпивку, Гермиона демонстративно огляделась по сторонам. - И? Тогда где же он? Джинни очень осторожно указала пальцем прямо на взъерошенного платинового блондина, который только что вышел из толпы у бара. У Гермионы отвисла челюсть. Увидев, что все трое смотрят на него, он поднял свой бокал, коротко приветствуя трёх девушек, и продолжил идти, снова растворившись в толпе. - Черт, - это было все, что смогла сказать Гермиона.