Арка «Сближение с Беатриче» #2: снять маску.

Разумеется. Ямамото периодически возвращался к мыслям о том вечере, да и целом дне. Он из раза в раз прокручивал свои слова и действия, думая, что можно было сделать иначе. Если бы он имел такую возможность, то не ответил бы этим дурацким словом "разумеется". Или вообще, не стал бы целовать её в ответ, ведь на самом деле, Такеши и тогда понимал, что для неё это обычная забава. Хотя, кого он обманывает. Разумеется, Ямамото поцеловал бы её в ответ, даже если бы был шанс провести тот вечер по-другому. Прошло достаточно времени, календарь показывал двадцатое октября, а это значит, что семья Десятого Вонголы за это время успела отпраздновать целых четыре дня рождения. Хранителям Солнца и Урагана исполнилось по двадцать лет, молодому Джудайме девятнадцать, а сколько было Реборну никто даже не догадывался. За эти месяцы от самой Беатриче не было вестей, лишь от Скуало Такеши знал, что девушка выслеживает вражескую семью, которая готовилась к нападению на штаб Вонголы в Намимори. Причиной всего служило то, что оружейные мастера Вонголы во главе с Джанини подходили к финальной стадии по разработке оружейных коробочек. И это не могло укрыться от врагов. — Вария передала информацию об атаке три дня назад. CEDEF подтвердила. А это означает только одно, — Савада нервно сглотнул. Казалось бы, через сколько бы сражений он не пройдёт, Тсуна ни за что к ним не привыкнет. — Атаковать будут сегодня, — закончил его мысль Хаято, выдыхая в потолок дым почти докуренной сигареты. — Я экстремально готов! — Ха-ха, Рёхей, не так быстро. Тсунаёши оглядел переговорную: за длинным столом сидели трое его Хранителей и Реборн. Десятилетние И-Пин и Ламбо были вынуждены находиться в подземной базе Вонголы из двух соображений: их безопасность и, всё-таки, Ламбо был Хранителем Грозы. Конечно, в бой детей никто не собирался отправлять, они просто были здесь в компании Фууты под присмотром Бьянки. — Старший брат, будем действовать согласно плану, — Савада за эти три дня множество раз прокручивал варианты развития действий, и все они заканчивались в пользу Вонголы. Планирование обороны и, в случае чего, командование атакой взял на себя никто иной как Скуало, ведь в этом ему не было равных. Если не брать в расчёт Бельфегора с его гениальным мастерством анализировать ситуацию, но разумеется, просто так свой истинный потенциал в полной мере принц не будет использовать. — По прибытии офицеры Варии получат рации у Дино-сана и займут свои позиции. Согласно плану, Фран, как обладатель пламени Тумана должен был занять оборонную позицию у северного входа, так как он располагался наиболее близко к жилым кварталам Намимори. И в случае чего, Фран укроет от посторонних глаз поле боя. Бельфегору, как бойцу на длинной дистанции, достался восточный вход, который находился на какой-то лужайке перед началом леса. Беатриче в этом плане была на посту у западного входа; а сам Скуало на пару с Дино взяли на себя главный, южный вход. — Вроооой! Ужасно громкий крик раздался в ушах у каждого обладателя наушников. Вария на месте. — Ши-ши-ши, ребятишки, снова вас надо спасать. — Семпаай, мы здесь ради защиты коробочек Вонголы и Варии. И ваш Минк в их числе. Десятый Вонгола и его Хранители могли не только слышать, но и видеть их через видео-камеры: вся прибывшая четвёрка была в привычной военной форме Варии. Иллюзионист застегнул свой длинный плащ на все пуговицы; Бельфегор, напротив, не удосужился застегнуть ни одной, чтобы все видели его полосатую чёрно-фиолетовую кофту. Скуало и Беатриче предпочли поверх своих кителей надеть широкие тёмные пояса. Как бы того не хотел Хаято, он машинально следил за камерой западного входа: верхняя часть плаща итальянки была открыта, и Гокудера мог увидеть привычный чёрный короткий топ и нетипичные бинты, которыми был перемотан живот. — Ваша глупая женщина ранена, — пепельноволосый бесился, не понимая себя. Какое ему дело до этой брюнетки? Он заботится лишь о Джудайме, и о семье. Ответ на вопрос в голове он придумал моментально: Беатриче не в состоянии драться, а значит, облажается и поставит под угрозу всех. — Врооой! Сопливые щенки, если вы не умеете сражаться в любом состоянии, вам не место в мафиозном мире. — Ши-ши-ши. Атмосфера становилась напряжённее с каждой минутой, ожидание утомляло, как вдруг картинка на камерах сменилась. — Наступают. — Одновременно! Тсуна резко вскочил со стула, ставя руки на стол; Гокудера нервно закурил очередную сигарету; Ямамото подошёл ближе к молодому Вонголе и успокаивающе положил руку тому на плечо; а Рёхей непривычно затих. Все взгляды устремились на экраны. — Врооой! Ребятишки, просто сидите и наблюдайте, как нужно сражаться. Как и предполагал длинноволосый мечник, врагов было в разы больше, чем их, даже если считать тех, кто находился на базе. Но у них было главное преимущество — они Вария, ну и Дробящий Мустанг Дино в придачу. Им не нужно было знать, с чем каждому придётся столкнуться в этом сражении, потому что выполнить миссию было делом чести. На Гокудеру нахлынули воспоминания о бое с Бельфегором во времена Конфликта Колец, эти знакомые до боли атаки. Хаято мог лишь перекреститься и сказать спасибо, что он не на месте этих безумцев, которые посмели напасть на базу Вонголы. Излюбленные метательные стилеты, с прикреплённой к ним леской, заблестели на экране, полетев в разные стороны. По подсчётам подрывника на восточный вход наступали восемь вражеских мафиози. Бельфегору хватило десять минут, чтобы провернуть свой усовершенствованный вальс режущий стилетов, ведь теперь по леске он пускал не только бесчисленное количество ножей, но и разрушающее Пламя Урагана. — Ши-ши-ши, я думал, будет интереснее. — Оставайся на позиции. — Бел-семпаай, мне попались настолько глупые людишки, что даже ничего не пришлось делать самому. Фран любил скромничать и преуменьшать свои способности. Ведь будучи учеником Мукуро, он являлся очень сильным и одарённым иллюзионистом, даже в свои неполные восемнадцать лет. И если Фран из будущего в лёгкую сумел обмануть Погребальных Венков и Вендикарцев, то для него в настоящем не составило труда разобраться с шестью, видимо, не очень опытными мафиози. Да и как заметил обладатель кольца 666, среди них не было ни одного, хотя бы начинающего познавать иллюзии, обладателя Пламени Тумана. — Ч-что она делает? — Тсуна, конечно, старался наблюдать за всеми, но особенно он переживал за перебинтованную Беатриче. — Её оружие множится, ведь пламя Беатриче Облако. Судя по тому, что мы видим: она увеличивает количество своих бумерангов и... — Реборн замялся, не зная как описать то, что он видел, потому что раньше не наблюдал за итальянкой в бою. — Врооой! — на заднем фоне были слышны крики пострадавших от меча Скуало. — Атака Беатриче, Tomba delle nuvole. Бел, объясни, я тут занят уборкой мусора. — Ши-ши-ши, если вы видите бледные фиолетовые купола, в которые закованы эти бедолаги, то Беатриче не захотела даже руки пачкать. Она направляет бумеранг со своим пламенем к врагу: он вонзается либо в землю, либо в человека, — Бельфегор не упустил возможность замолчать, чтобы создать интригу. — Обычно Беа выбирает второй вариант, ши-ши-ши. А затем пламя из бумеранга рассредоточивается вокруг цели, образуя непробиваемый купол, который поглощает вражеское пламя. — Ей даже делать ничего не надо! — радостно воскликнул Тсунаёши, намеренно пропуская замечание блондина про попадание в человека, а не в землю, хотя эффект был бы один и тот же. Савада ведь не был бы собой, если бы не переживал за членов его семьи, коим Беатриче тоже являлась. Обессиленные тела один за одним падали на землю, а итальянка стояла на своём изначальном месте, крутя на указательном пальце бумеранг. — Три из четырёх отбились, Джудайме! Когда Скуало принял решение подстраховать себя, поставив прикрывать свою спину Дино, он не ошибся. Враги не прекращали своё наступление на центральный вход, и будь бы он один, то было бы чуть сложнее. Краем глаза мечник видел, как Каваллоне ловко расправлялся с противниками своим хлыстом. Сам же Супербиа без особых усилий и изысканных техник избавлялся от мафиози. — Вроой! Твою мать, невозможно. Отвлёкшись от боя, Скуало заметил человека и посмотрел на него так, словно тот восстал из мёртвых. Высокий и неестественно худой юноша находился в двадцати метрах от него, облокотившись на дерево. Левая рука его была в кармане тёмно-коричневой куртки, а правой он поправлял съехавшие очки. Ярко красные короткие волосы были уложены в этакий "ёжик". Расстёгнутая куртка открывала вид на свитер с длинным воротником, который закрывал шею и подбородок. Мечник не обращал внимание, что застыл по середине боя как вкопанный, потому что был уверен в том, что Дино его прикроет. Скуало понял сразу несколько вещей: совпадением это быть не может, а значит, целью их врагов являлась не только разработка коробочек Вонголы, но и личная месть; идиотский конь в бою с этим парнем будет лишь путаться под ногами; и финальная мысль, которую он осознал. Его идеальный план обороны сейчас полетит ко всем чертям. Нужно срочно всё продумать. — Дино, что у вас происходит? — Гокудера готов был поклясться, что Рёхей, видя промедление мечника Варии, был на низком старте, чтобы рвануть в бой. — Могу предположить, что здесь объявился их главный. И, видимо, они знакомы со Скуало. Он не сводит с него глаз. Сердце Беатриче начало бешено стучаться, словно желая вырваться из груди. Она подумала о том же, о чём и мечник, пытаясь предугадать итог сражения, если сейчас они не поменяются местами с Дино. — Каваллоне, рокировка! — итальянка старалась держать себя в руках и никак не выдавать своё волнение, но её голос, сорвавшийся на крик, решил иначе. — Мусор, не смей сюда заявиться, — Скуало очнулся от своих размышлений. Правда была в том, что при таком раскладе, присутствие Беатриче стало необходимым, но Супербиа в своей голове это старательно отрицал. — Каваллоне, либо ты начинаешь двигаться в эту сторону, я дожидаюсь тебя здесь и направляюсь на твоё место; либо я просто выдвигаюсь к вам. И, поверь, мне будет наплевать, что вход останется не прикрытым. Дино тяжело вздохнул, посмотрел на своего бывшего одноклассника, который с особой жестокостью расправлялся с врагами и побежал к западному входу. Он уловил волнение в её голосе и понял, что спорить с девушкой бесполезно. Пусть Дино и редко видел их вместе, но что-то внутри ему подсказывало, что здесь не всё так просто, как может показаться. Каваллоне управился с расстоянием за пятнадцать минут, и как только он был замечен итальянкой, та рванула к центральному входу на базу. — Хаято, опиши ситуацию. Скуало не выходил на связь по рации, в лучшем случае ‒ он просто отключился, чтобы ничего его не отвлекало. В экстремальных ситуациях Беатриче принимала быстрые и верные решения: Савада не свяжет и двух слов, чтобы описать положение на поле; Такеши, возможно, будет переживать за товарища; Рёхей и Реборн даже не пришли ей на ум. А вот подрывник способен трезво оценивать ситуацию, это итальянка отметила для себя ещё во время Конфликта Кольца. Он не станет приукрашать ситуацию, а всё разложит по полкам. — Ши-ши-ши, у Скуало проблемы? — Бел-семпааай. — Заткнулись оба. Хаято, я слушаю. Гокудера встряхнул головой, решив чуть позже задуматься о причинах, почему она обратилась к нему, да ещё и по имени. Он пристально уткнулся в экран, наблюдая за единственным сражением. — У этого очкарика несколько преимуществ: Скуало немного вымотан и лишь обороняется. У парня пламя Грозы, он словно одним взглядом пускает разряды молнии в Скуало, пока что всё мимо. — Скоро буду на месте. Беатриче чувствовала своё учащенное сердцебиение и накрывающее её с головой волнение. Она думала лишь о том, чтобы успеть. Итальянка понимала, кому сейчас противостоит Скуало и на что он способен. Она знала, что это её бой. Беатриче добежала до места с небольшим опозданием. Внутри базы все с напряжением устремили взгляды на экран, Тсуна был готов сорваться в любой момент и появиться на поле боя, Гокудера сбился со счёта скуренных сигарет, но тем не менее, взял очередную. — Сукин сын, Алонзо. — А ты быстро бегаешь, Беа-чан. Красноволосый кинул взгляд на лежащего Скуало, защищённого куполом из пламени облака. Беатриче в последний момент успела отправить бумеранг в землю рядом с мечником, чтобы оградить того от мощного грозового удара. Облако имеет свойство не только поглощать вражеское пламя, но и отдавать, что сейчас и делала Беатриче: девушка передавала Скуало ранее отобранное у врагов пламя Дождя. — Любыми способами заберите Скуало с поля, состояние критическое. Как бы быстро не среагировала Беатриче на угрозу, весь удар, направленный на Скуало, она не смогла предотвратить. — Тебе не идёт этот цвет волос, дорогая. Девушка стиснула зубы, сжимая в руке бумеранг и обдумывая свои дальнейшие действия. Она знала, каким опасным в бою может быть Алонзо, ведь они уже сталкивались ни один раз. Был только один выигрышный вариант, потому что ничего другого не оставалось. — Фран, снимаю. Итальянку окутал туман, не давая никому разглядеть, что там происходит. Алонзо по-детски захлопал в ладоши, провожая взглядом чёрный плащ офицера Варии, который девушка сняла с себя, чтобы тот не сковывал её движения в предстоящей схватке. Наконец-то туман начал рассеиваться. Гокудера широко распахнул глаза, не веря им. На экране он отчётливо видел двоих мечников Варии, хоть и понимал, что это нереально. Один бездвижно лежал на земле, всё так же под защитой купола пламени облака; а второй стоял к ним спиной. — Это иллюзия? — запинаясь обратился ко всем Тсунаёши, ища объяснения происходящего. — О-ёё, будет интересно. Бел-семпаай, а мы пропустим такое. — Ши-ши-ши, вонгольские детишки, знакомьтесь. Вторая акула Варии, Беатриче Супербиа. Итальянка обернулась и посмотрела в камеру. Тот же хищный взгляд и дерзкая ухмылка; длинные серебристые волосы, которые девушка поспешила завязать в низкий хвост; самоуверенная стойка один в один как у мечника. Сомнений быть не может. Младшая сестра. — Поиграем, Алонзо? Беатриче с большим трудом прогнала мысли о лежащем без сознания Скуало и начала разрабатывать план атаки. Алонзо был у них как заноза в заднице, вот уже три года. Что она о нём знала? Он был массовиком, как называла таких Беатриче. Был таким же, как Бельфегор, Гокудера, да и сама девушка. Вот только его оружие было очень неприятное и болезненное, если попадёт в цель. Сенбоны в большом количестве. Такие тонкие и незаметные иглы, которые он направлял в противника вместе со своим пламенем. Получалось, что цель могла получить дикую боль от самой иглы, обычно попадавшей в весьма неприятные места, а затем и удар молнии, благодаря наличию пламени в сенбонах. Алонзо обладал необходимыми медицинскими знаниями, что давало ему возможность максимально эффективно использовать своё оружие. Хоть сенбоны и не имели убийственной силы, но если они будут брошены с предельной точностью в жизненно важные органы ‒ появлялся огромный шанс на летальный исход для врага. Благодаря иллюзии Франа, Беатриче научилась за эти года разумно пользоваться своим пламенем и накапливать его. И именно поэтому, сейчас вокруг девушки образовалась броня светло-фиолетового цвета: переполнявшее пламя защищало девушку. Однако, специально подставляться под удары и проверять свой щит на прочность Беатриче не планировала. — Беа-чан, ты какая-то молчаливая. Беатриче подпрыгнула в воздух, перелетая через большой булыжник, даже не касаясь его подошвой своих сапог. Краем глаза она заметила блеск металла и, обернувшись, кинула своё оружие, чтобы отбить очередную атаку Алонзо. Итальянка всё ещё не могла раскусить его до конца, и поэтому, её план не был безупречным. Всё будет зависеть от ходов Алонзо в этой игре. — Не думай ты о Скуало, у него уже нет шансов. Девушка кинула в сторону красноволосого злобный взгляд, но спокойствие не потеряла: Алонзо был на крючке. Он не заметил, как несколько минут назад Фран искусно применил иллюзию, благодаря которой настоящего Скуало уже осматривал штатный врач Вонголы. — Сукин ты сын, у тебя ничего не выйдет. А за Скуало ответишь. Хранители Вонголы, как и сам Десятый, не отрываясь следили за происходящим. Никто из них до сих пор не мог понять, насколько серьёзные ранения прячутся под бинтами на животе и руках. И могут ли они как-то повлиять на это сражение. Они синхронно широко распахнули глаза, когда сенбоны Алонзо достигли своей цели. Юноши с точностью не могли увидеть в каком количестве металлические иглы вонзились в кожу девушке, но как она пошатнулась от полученных разрядом молнии заставило их начать переживать. Тсунаёши внезапно ахнул, сощурив глаза. — Вам не кажутся знакомыми эти движения? Ни один бумеранг не долетает до того парня, будто намеренно. — Ши-ши-ши, она действительно взяла мою технику за основу. Filo di Nuvola. Требуется много пламени Тумана, чтобы поддерживать иллюзию с изменённой внешностью другого человека. А сейчас она просто поглотила его и использует в своих целях. — В своих целях? — уточняюще переспросил Савада. — Никто не замечает нитей из пламени Тумана, потому что благодаря иллюзиям они невидимы. Беатриче ещё в начале своего сражения отключила наушники, зная, что все эти возгласы и разговоры будут и смогут её отвлечь. Она слишком поздно предположила, что Алонзо мог перестраховаться и нанести, предположим, яд на сенбоны. Тем более, сражался он в перчатках; возможно, чтобы случайно не пораниться самому отравленным оружием? Если это действительно так, то, учитывая, сколько этих чёртовых металлических игл в неё попало времени у неё было ограничено. — Беатриче, дорогая, беспокойство о Скуало мешает тебе. Ни одного прямого попадания в меня, — на лице Алонзо расплылась самодовольная улыбка. Возможно, будь он не так беспечен, то смог бы заметить подвох, как в своё время Гокудера заметил обездвиживающие лески и с лёгкостью устранил это. Итальянка пристально смотрела в его сторону. Ему оставалось сделать всего один шаг, чтобы понять, что он в западне её туманных нитей, которые сразу начнут действовать. И Алонзо не подвёл её, ведь он был настолько уверен в своей победе, что даже не утруждался обдумывать ходы. Красноволосый широко распахнул глаза, почувствовав, как из него вытягивают пламя. Перед ним наконец-то открылась вся картина происходящего: летавшие ранее бумеранги, которые не наносили ему никакого урона, а создавали вокруг него паутину нитей, которые были скрыты от его взгляда. Бежать было некуда. — Красиво сыграно, Беа-чан. Медленными шагами она приближалась к нему, имея лишь одну цель: без какого-либо оружия и пламени просто набить ему морду. Беа чувствовала, что её глаза закрываются, а тело не хочет слушаться, но продолжала идти. Она думала о том, что как только Алонзо рухнет на землю, то его подчинённые уже не будут выполнять приказ "стоять на месте" и вступят в бой. Десятое поколение Вонголы находились словно на ножах. Они видели, как Беатриче дошла до ослабленного Алонзо, повалила его на землю, нависла над ним и с особой жестокостью наносила удары по лицу. Гокудера напрягся, внезапно решив, что пора вмешаться. Он всё проанализировал: Скуало не мог так просто свалиться с ног, а движения Беатриче замедлялись. — Бейсбольный придурок, за мной. Сенбоны отравлены. Она не отобьётся от оставшихся, — юноши резко сорвались с места, не дожидаясь ответа Савады. Беатриче краем глаза заметила, как оставшиеся подчиненные оживились и готовились к нападению. В этот момент она не знала, что к ней уже спешат на помощь, и рассчитывала только на себя. С затуманенным разумом она кинула свой бумеранг, который начал множиться в полёте. Каждый достиг своей цели, заковывая врагов куполом. Она выиграла ещё немного времени, пока девушка будет в сознании, купол будет высасывать у них пламя. Сильный сильнее один. Так учил её Скуало. — Беатриче, я всего лишь пешка в этой игре. После меня придут другие. Вонгола падёт. Алонзо закрыл глаза, изо рта его текла кровь. Девушка не знала, то ли он уже умирает, то ли просто отключился. Сейчас было важнее: как прикончить оставшихся. Пошатываясь, Беатриче поднялась с земли, готовясь завершить бой. Как и полагалось офицеру Варии, итальянка была достаточно сильной и безбашенной, чтобы в критической ситуации продолжить сражаться на пределе сил и превозмогая боль. Она не могла никого подвести. Беатриче встряхнула головой, отгоняя желание упасть, и рванула вперёд. Противников осталось всего пятеро, и с каждой минутой они слабели, так как теряли своё пламя. Без проблем зайдя в купол к первому, девушка повела руку в корпус вражеского мафиози, но это был не удар, а лишь отвлекающий манёвр. Резко отдёрнув руку назад, итальянка ударила ею в голову, а левой рукой отвесила мощный удар в подбородок. — Четыре. Второй решил атаковать первым, как только девушка приблизилась к нему. Он решил бить прямо в голову своей дальней, левой рукой. Беатриче вовремя среагировала, поставила блок, чем сбила удар, а далее пошла в контратаку: захват за шею, удар коленом в корпус, несколько ударов в челюсть. — Три. Двигаться становилось сложнее, глаза закрывались. Нужно было ускоряться. Беатриче делала так в редких случаях, но по своим подсчётам в голове, другого выбора не было: точным движением руки она попала по двум из трёх оставшихся противников. — Tomba delle nuvole: morte. У неё не было времени разглядывать, как свалились на землю двое парней. Последние пять минут их пламя вытягивал лишь один купол, который исходил из бумеранга, воткнутого в землю. Теперь процесс ускорился, ведь по второму бумерангу каждый из них получил уже в грудную клетку. Оставался последний. Проклиная всё и всех, Беатриче сделала резкое движение корпусом, чем спровоцировала рану на животе разойтись: боль — отличный способ не провалиться в сон, куда её так клонило. Нужно лишь не совершить ошибки и не попасть под удар. Быстро и точно: удар с боку ногой в колено, этой же ногой в живот. Противник сгибается пополам, не ожидав боковых ударов. Беатриче довольно ухмыляется, даже не пришлось задирать высоко ногу для завершающего удара. Она хватает его за плечи и вкладывая последние силы наносит удар коленом по лицу. — Слабаки. Итальянка прикрыла глаза и спокойно выдохнула: получилось. Если бы она была внимательнее и расчётливее, то не допустила бы ранений сенбонами от Алонзо. И как следствие, не падала бы сейчас с ног, теряя сознание. Она чувствовала, как упала не на холодную землю, а в чьи-то сильные мужские руки. Сил и желания открыть глаза не было. — Ты в безопасности, — она поверила этому смутно знакомому голосу и перестала сопротивляться подступающему сну.

━━━━━━✧⊕✧━━━━━━

— Врооой! Где эта глупая девка? — С-скуало, — молодой Вонгола подскочил с дивана, который стоял в одной из двух сейчас используемых больничных палатах. — С ней всё будет хорошо. — Мусор, ты меня не услышал? Я спросил где она, а не как она. У длинноволосого мечника Варии сдавали нервы: его отделали, как щенка подзаборного какими-то отравленными иголочками; вытащили с поля, а там оставили одну девчонку. По результатам всех этих действий она не приходит в себя уже пятый час, как ему передали. Хотя сам Скуало очнулся час назад и всё это время был вынужден слушать краткий (нет) отчёт о том, что происходило на поле. — П-палата напротив, — кажется, Савада никогда не привыкнет к той мысли, что Вария работает на семью Вонголы, а значит, подчиняется ему. Однако, юноша не решался об этом с кем-то разговаривать, его вполне устаивали их отношения: он, как и раньше, опасался их; а они, когда требовалось, приходили на помощь. — Тсуна, оставь нас, пожалуйста. Такеши знал как никто другой, что скрывается за этими криками и злостью. Он частично понимал, как нужно общаться со Скуало в таком состоянии. Почему частично? Потому что конкретно в таком состоянии Ямамото видел его впервые. Пусть длинноволосый тщательно скрывал своё переживание за громкими недовольствами, но в его глазах брюнет чётко видел боль и волнение. Они зашли внутрь помещения, о котором сказал Савада. Беатриче с закрытыми глазами лежала на спине и размеренно дышала ‒ что уже радовало Скуало: дышала. Её длинные серебристые волосы разметались по подушке, руки как-то безжизненно лежали вдоль тела. — Врачи сняли старые бинты. Рану, которая раскрылась на животе, обработали и зашили. Бинты на руках тоже сняли, чтобы проверить в каком состоянии предплечья. Скуало посмотрел на сестру, чья бледная кожа без привычного румянца сейчас его настораживала. Для него это был вопрос времени, когда она очнётся; ведь он знал, что это не только последствие боя с Алонзо, но и накопленная усталость и недосыпы после работы в режиме нон-стоп. В такие моменты, когда Беатриче даже не знала, что он на неё смотрит, Скуало часто думал о важности людей, окружавших его. Занзас - его чокнутый босс, за которым он и в огонь, и в воду. Ямамото, без сомнения, талантливый "ученик", достойный соперник и хороший собеседник (но такого Скуало, разумеется, никогда ему не скажет). Даже без раздражающего Дино акуле Варии было бы скучно. Но, конечно, на первом месте для него была она, глупая младшая сестра. Когда он сбежал из дома, чтобы стать непобедимым мечником, ей было всего четыре года, ему двенадцать. Скуало души не чаял в своей маленькой Беатриче и при малейшей угрозе был готов свернуть не только горы, но и шею её обидчику. Но у мафиози не должно быть слабых мест и скрипя зубами он отправился в своё кругосветное путешествие, а через два года стал Вторым Императором Мечей и занял пост правой руки Занзаса. И когда на восьмом году его правления Варией на пороге их Штаба появилась четырнадцатилетняя девчонка, о чём ему передали подчинённые, он рассмеялся. Она хотела вступить в их ряды. Скуало из любопытства разрешил ей пройти в кабинет, чтобы выяснить, чья семья решила таким тупым способом проникнуть в Варию. В тот день ей стоило лишь зайти и поднять свои глаза на него. Он не обращал внимания на нелепый парик и плевать ему было, что никто кроме него не замечает подвоха. Он не разглядывал её с ног до головы, чтобы оценить, как она выросла. Ему хватило лишь глаз, ведь Скуало узнал в этом сумасшедшем взгляде себя. И сразу всё понял. — Скуало, я могу спросить? Мечник молча кивнул, показывая рукой на стоящий в палате бежевый диван. — Кто-то знал? Конечно, Супербиа предполагал, что когда-нибудь правда всплывёт, и всем будет безумно любопытно всё вынюхать. Также он знал, что Ямамото не будет об этом болтать на каждом углу, Скуало доверял ему. — Все офицеры Варии. И даже они узнали об этом не сразу. Беатриче, как и все новобранцы, проходила жесточайший отбор; в буквальном смысле кровью и потом выгрызая себе место в элитном отряде. Она без устали тренировалась днём и ночью, Беатриче не хотела слухов вроде «Девка попала в Варию, потому что её брат Скуало». Они совместно приняли это решение, скрывать своё родство. Год Супербиа младшая доказывала делом, что достойна своего места в отряде под руководством Скуало. В свою очередь, тот не делал ей никаких поблажек, обращался как со всеми, и лишь один на один был мягок и заботлив. Когда пришло время, Супербиа рассказал обо всём Занзасу, которому как всегда не было дела: миссии выполняются, промахов нет - и его не волнует, кто кому тётя. Затем узнали и остальные. — Думаю, Дино тоже догадывался. Как-то в школьные времена я взболтнул ему про младшую сестру. В мой день рождения в этом году, он видел нас вдвоём. И, понимаешь, вёл я себя не как её бывший командир. Такеши понимающе кивнул головой, переводя взгляд на лежащую девушку. — Ты был старшим братом. — Она росла без меня, но повторила мою жизнь, придя в четырнадцать лет в Варию. Одна половина меня не принимала мысль того, что место Беатриче рядом со мной, под моей опекой; но другая часть меня верила в неё, и я надеялся, что она надерёт всем задницу. — Так и вышло. — Знаешь, я горжусь ею. Она смогла сориентироваться в этой грёбанной ситуации, и хоть один из нас не опозорил нашу фамилию. — Она даже не предположила, что ей придут на помощь. — Запомни, Ямамото, сильный сильнее один. Полагайся только на себя. Такеши сразу же отрицательно замотал головой, готовясь прочитать ему лекцию о том, как важная командная работа и всё такое, в стиле Савады, но был прерван. — Скуало? — тихий голос окликнул его собеседника, привлекая внимание обоих мечников. — Я здесь. Ямамото решил, что как-нибудь потом поспорит со Скуало, если не забудет об этом. Сейчас он понимал, что этих двоих надо оставить наедине. Незаметно для них Такеши покинул палату. — Глупая младшая сестра. — Беру пример с лучших, — Беатриче осторожно приняла сидячее положение на кровати. — Что с Алонзо и его людьми? — CEDEF взяли их на себя. — Бельфегор и Фран? — Отправил их с отчётом в Штаб. Повисла немая тишина. Скуало не знал, как сказать то, что он должен был, а Беатриче молча наблюдала за ним, давая собраться с мыслями. — На несколько недель ты остаёшься здесь. Считай это продолжением миссии. — Скажи мне правду, я ведь знаю, когда ты меня обманываешь. — Тебе нужен отдых, Беатриче. Девушка тяжело вздохнула, спорить с ним было бесполезно. Это явно был не совет, а приказ. Она закатила глаза и обняла спину Скуало, который сидел на краю кровати. Он был для неё всем: семья, командир, учитель, лучший друг. — Ты молодец, Беа. Скуало являлся единственным человеком, кто ей был действительно важен. Она с трепетом хранила в своей голове те немногие моменты из их детства, пока он не сбежал из дома; потом другие годы Беатриче шла по его стопам, и вот уже пять лет они не расставались, всегда зная местонахождение друг друга. Именно поэтому, его слово — закон, он знал, как будет лучше: и это бесило девушку. — Катись к чёрту со своей заботой, старший брат. Они оба знали, что Беатриче нужна передышка. Даже самые опытные и сильные бойцы могут оплошать, если всегда будут думать лишь о работе. И как печально бы не было, Скуало принимал тот факт, что в Намимори в окружении Десятого Вонголы и его хранителей Беатриче посмотрит на мир совершенно под другим углом.