Глава 6. Побег

      В этот ранний час улица была совершенно пустая, и это играло Гермионе на руку — ей не были нужны свидетели. Она нащупала мягкую преграду и, направив палочку на нее, произнесла:       — Бомбарда.       Ничего не произошло, но она и не возлагала больших надежд на это довольно простое заклятие.       — Бомбарда максима!       Здесь уже по невидимой стене пошла небольшая рябь, искривляя дома на противоположной стороне улицы, но защита устояла.       — Депримо! Редукто! Магикус экстримус бамбарда максима! — безуспешно перебирала заклинания Гермиона.       Что ж, нужно переходить к темной магии, поняла она. Насколько все было бы проще, если бы на Рона можно было наложить Империус и просто заставить вывести ее отсюда!       Хорошо, что Гарри ее предупредил, что он теперь невосприимчив к этим заклинаниям! Но у нее был еще один козырь в рукаве. Эта мысль витала в ее мозгу еще с первого дня заточения. Адский огонь — древнее заклинание, темное и почти запрещенное.       После событий в Выручай-комнате, произошедших в разгар битвы за Хогвартс, Гермиона не могла выбросить из головы то самое заклятие. Она много читала о нем — о его природе, последствиях и ужасной силе. Это было поистине кошмарное заклинание, способное в неумелых руках стереть с лица земли все живое вокруг. И все же именно оно стало причиной гибели одного из крестражей.       Когда война только закончилась Гермиона подумала, что было бы неплохо научиться владеть им. Не для разрушения или мести, а ради понимания, как контролировать то, что может уничтожить мир одним словом.       В свой последний учебный год в школе она нашла все доступные книги, в которых хоть вскользь упоминалось это заклинание. Оно оказалось удивительно простым в исполнении — всего лишь точное движение палочкой и четкое произнесение имени древнего пламени. Но в этой простоте скрывалась сокрушительная и беспощадная сила.       Гермиона тренировалась в Выручай-комнате, которая, вопреки опасениям, впустила ее и даже создала безопасное пространство для тренировки такой рискованной магии. Пол превратился в огромное озеро с маленьким клочком суши посередине, а над ним нависло дождевое облако, готовое пролиться в любой момент на пламя. Гермиона потратила немало часов на тренировку и добилась, чтобы огонь из палочки выходил тоненькой горящей лентой. В таком виде ничего не стоило его погасить, но при этом он не терял своих разрушительных свойств.       Гермиона сейчас опасалась лишь, что чужая палочка может помешать ей выполнить это заклинание правильно, и тогда это может обернуться гибелью не только для нее и Рона, но и всей улицы.       Постояв несколько минут в раздумьях, она все же приняла решение рискнуть. Гермиона осторожно произнесла несколько сложных заклинаний, чтобы убедиться, что палочка действительно слушается ее. И когда она поняла, что это не просто послушание, а почти магическая гармония, ее уверенность окрепла.       Она глубоко вздохнула, сосредоточилась и, направив палочку на невидимую преграду, прошептала древнее заклинание. То самое, которое хранила в памяти с тех пор, как впервые прочитала о нем в потайных книгах Хогвартской библиотеки.       Тонкая струя огня медленно поползла к защитному куполу и, наткнувшись на прозрачное препятствие, сначала расползлась огненным пятном по невидимой стене, но затем стало въедаться в нее, ломаясь и изгибаясь, словно ища выход из лабиринта. А потом раздался оглушительный хлопок, будто лопнул огромный резиновый шар, и поток огня устремился вперед, уже ничем не сдерживаемый. Гермиона быстро произнесла контрзаклятие, и огненная струя втянулась обратно в палочку. Она тут же бросилась подальше от дома, защиту которого только что разрушила, и трансгрессировала под громкий вой сигнализаций, сработавших на припаркованных автомобилях.       Сначала она переместилась к своему старому дому, где жили ее родители до переезда, но, быстро осознав, что здесь ей делать точно нечего, вновь трансгрессировала уже на площадь Гриммо.       Холодный воздух Лондона ударил в лицо, будто напоминая, что она свободна. Но почему же свобода казалась такой пустой? Но ей некогда было копаться в чувствах. Сейчас нужны были только действия.       Гермиона понимала, что время для визитов слишком раннее, но больше ей негде было получить помощь. Она быстро пересекла улицу, мысленно произнося адрес дома Гарри, и, оказавшись на пороге, решительно постучала в дверь.       Защелкали сотни замков, и в приоткрывшейся двери показалось сонное лицо Кикимера.       — Чем можем помочь? — ворчливо спросил он.       — Кикимер, Гарри дома? — взволнованно произнесла Гермиона.       — Кто его спрашивает? — грубо вопросил эльф.       — Гермиона Грейнджер, ты же меня знаешь! — уже не менее раздраженно ответила она.       — Мисс Грейнджер, а известно ли вам, что приходить в столь ранний час не принято в приличном обществе?       — Кикимер, позови своего хозяина! — рявкнула она. Нотации по правилам приличия от домового эльфа были сейчас последним, что она хотела бы слышать.       — Гермиона, что ты здесь делаешь? — показалось заспанное лицо Гарри в проеме, и Кикимер попятился, пропуская его к выходу.       — Гарри, слава Мерлину, ты дома! — облегченно выдохнула Гермиона и бросилась к нему на шею. Гарри поспешно обнял ее в ответ.       — Гермиона, что-то случилось? Когда ты прилетела?       — Я никуда не улетала, Гарри. Рон держал меня у себя в квартире все это время. А в Австралию тогда улетел кто-то в моем обличье под оборотным зельем.       — Подожди, что?! — Гарри отстранил от себя Гермиону, внимательно всматриваясь потрясенным взглядом в ее лицо.       — Да, но мне удалось сбежать. Я выкрала его палочку. Гарри, нам, наверно, нужно куда-то переместиться. Не хочу подвергать опасности Джинни и вашего ребенка.       — Прости, проходи в дом, — Гарри отступил, пропуская вперед Гермиону. — Не волнуйся, Джинни и Джеймс у миссис Уизли… ночуют сегодня. Я дома один.       И в тот момент, когда они практически уже зашли в дом и Гарри собрался захлопнуть дверь, над порогом особняка показалась крупная сова, которая сбросила небольшую коробку, перевязанную веревкой крест-накрест.       Поттер быстро нагнулся, чтобы поднять почту.       — Гарри Поттеру от Рундила Уозлика, — прочитал вслух он, а затем перевел совершенно растерянный взгляд на Гермиону. — Это же от Рона…       Он захлопнул дверь и быстрым шагом прошел в гостиную, взмахом руки зовя Гермиону с собой.       — Гарри, а вдруг это какая-то ловушка, — испуганно прошептала она, следуя за ним.       — Думаешь, он будет мне как-то вредить? Он и с тобой что-то… сделал? — встревоженно спросил Гарри.       — Нет, ничего… такого, — ответила Гермиона, отводя взгляд, и едва не добавив «чего бы я сама не хотела».       — А как тогда он объяснил твое похищение? — допытывался хозяин особняка.       — Хотел меня спрятать от кого-то. Видимо, от своих «собратьев».       — Я же говорил! — воскликнул Гарри и начал торопливо открывать посылку.       Гермиона с тревогой следила за его действиями и пыталась осознать происходящее.       — Подожди, но как он мог тебе что-то послать, если я его оставила парализованным Тоталусом? — произнесла она, нахмурив брови.       Но Гарри не остановили эти слова. Он содрал коричневую бумагу, под которой оказалась маленькая коробочка. Гарри потянул за крышку, но та не поддалась, а на ее поверхности проступили слова:       «О ком мы искали информацию половину первого курса?»       — Николас Фламель, — хором ответили Гарри с Гермионой, и крышка сама слетела с коробки.       Внутри оказался свернутый листок бумаги и несколько колб, наполненных клубящимися завитками, похожими на светящийся плотный туман.       Гарри отложил коробку с колбами на стол и быстро развернул небольшой листок, исписанный кривоватым почерком Рона.       Быстро пробежав глазами послание, Гарри поднял на Гермиону потерянный взгляд.       — Я не понимаю… — потерянно пробормотал он.       — Что там? — потянулась к письму она.       Гарри немного замялся перед ее протянутой рукой.       — Это письмо адресовано только мне, — глухо произнес он.       — Что там, Гарри? — уже требовательно спросила Гермиона.       — Возможно, тебе он отправил другое письмо, — немного сконфуженно пробормотал Поттер, но по его глазам Гермиона видела, что он и сам не верит в это.       — Что там написано? — в третий раз спросила она, уже потеряв надежду получить ответ.       — Так, где он тебя держал? — вопросом на вопрос ответил Гарри.       — В той же квартире, где он жил раньше, — обреченно ответила Гермиона. — Она была скрыта и защищена какими-то чарами. Я их разрушила адским пламенем.       Гарри ошарашенно посмотрел на подругу:       — Ты рискнула применить адское пламя?!       — Гарри, выбора не было, — обреченно произнесла Гермиона.       Гарри потребовалось не меньше минуты, чтобы переварить услышанное. Затем, справившись с шоком, он быстро заговорил:       — Я отправлюсь туда, возможно, Тоталус позволит мне приблизиться к нему.       Он схватил мантию-невидимку, лежащую на подлокотнике кресла, а затем, немного поколебавшись, все же протянул Гермионе письмо.       — Жди меня здесь, Гермиона, — с этими словами он выскочил за дверь своего особняка.       Гермиона в смятении проводила его взглядом и лишь спустя пару минут после его ухода наконец начала читать:

      Гарри,

      Здесь мои воспоминания. Все, что смог добыть об этих ублюдках. Все дерьмо, в котором я участвовал. Когда ты это получишь, меня уже не будет. Сюда не лезь. Здесь полный ад и пиздец.       Мое полноценное вступление в братство назначено на 1 октября. Говорят, после него узнаешь все. Но я лучше сдохну, чем стану одним из них. Их не победить. Так что забей на это братство и никого больше в это не втягивай.       P.S. Гермионе ни слова. Она не должна знать ни про это письмо, ни про то, что со мной. Оставь ее в покое.       И иди ты к черту, Поттер.

      Рон.

      Гермиона подняла ошеломленный взгляд от письма.       — Что значит «меня уже не будет»? — испуганно произнесла она в пустоту, забыв на мгновение, что осталась одна.       Затем она вновь судорожно перечитала письмо, но никаких новых смыслов обнаружить так и не смогла. Она даже рванула к выходу, тоже намереваясь вернуться в квартиру Рона, но остановила себя на полпути, напомнив, что не для того оттуда сбегала. Гермиона опять вернулась в гостиную и, присев на краешек дивана, в третий раз перечитала письмо.       «Гермионе ни слова» — эта строчка ранила ее не меньше, чем та, что Рона больше нет. Но в первое высказывание она совершенно не верила. Как может не быть человека, чьи поцелуи все еще горели на ее коже?!       Скорее всего, это письмо было заготовлено заранее, а снятие защиты с его квартиры запустило отправку письма. Так пыталась себя успокоить Гермиона.       Горло сжалось в сухом спазме, и Гермиона прошла в столовую в надежде найти что-нибудь попить. Войдя в комнату, первым, что бросилось в глаза, была полупустая бутылка огневиски на столе и одинокий стакан.       И этот туда же! — с тоской подумала она.       — Не желаете ли чего-нибудь выпить? — будто прочитав ее мысли, возник в столовой Кикимер.       — Да, пожалуйста, воды, — устало попросила Гермиона, тяжело опускаясь на стул.       Через мгновение стакан с водой завис перед ее лицом, и когда она взяла его в руки, то поняла, как они у нее сейчас дрожат. Стекло стучало по зубам, когда она пила, отдаваясь жалобным звяканьем в тишине особняка.       Гарри появился через пару минут. Он быстро прошел в столовую, стягивая мантию на ходу.       — Его там нет, — взволнованно проговорил он, подходя к Гермионе.       — Как нет? — испуганно спросила она.       — Дом был открыт. Я беспрепятственно попал внутрь. Но там никого. Только в его комнате все перевернуто.       — Это я искала палочку, — тихо призналась Гермиона.       — А где Рон был, когда ты ушла?       — На постели в моей комнате… То есть, в гостевой комнате, — быстро поправилась она.       — Там тоже никого. Я все проверил, — встревоженно проговорил Гарри.       — Но куда он мог деться? Не мог же он исчезнуть от уничтожения защиты? — почти прокричала Гермиона.       — Вряд ли, — медленно сказал Поттер, о чем-то размышляя.       — Нужно его найти! — Гермиона вскочила со своего места. Страх в ее душе заставлял ее действовать, хоть она еще и не знала, что можно предпринять.       — Так. У нас его воспоминания. Пойдем в Министерство, там мы сможем их просмотреть, — решительно произнес Гарри. — Ты пойдешь под мантией.       Они поспешно вышли из дома и тут же трансгрессировали ко входу в Министерство.