Новый день приносит новые секреты

 Паника отступала медленно.  Элиот всё ещё тяжело дышал, вцепившись в бортики ванны, но сердце уже не пыталось вырваться из груди. Вода покачивалась вокруг хвоста мягкими кругами, а тёмный плавник лениво двигался вслед за течением. Никто не ломился в дверь, никто ничего не услышал, и постепенно становилось ясно, что катастрофы хотя бы в ближайшие минуты не случится.  Элиот осторожно выдохнул и сполз чуть ниже в воду. Напряжение понемногу уходило вместе с остатками страха. Он провёл рукой по чешуе и невольно вздрогнул. Ощущения оказались совсем другими. Намного ярче, чем в ногах. Казалось, вода касается каждой чешуйки по отдельности.  — Это… странно…  Хвост плавно качнулся в ответ на движение тела. Уже не так беспорядочно, как ночью на Мако. Элиот неожиданно заметил, что начинает понимать его всё лучше. Некоторые движения получались почти сами собой, будто тело уже знало то, чему разум ещё только учился.  Именно тогда в голову пришла мысль, от которой он даже моргнул.  С хвостом принимать ванну оказалось удобнее.  Элиот посмотрел вниз и невольно хмыкнул. Колени больше не упирались в бортики, не нужно было искать положение для ног или пытаться устроиться поудобнее. Хвост спокойно лежал в воде, двигаясь вместе с ней. И, что особенно важно, здесь невозможно было поскользнуться.  От этой мысли он фыркнул уже вслух. За последние годы он столько раз едва не растягивался на мокром полу ванной, что давно перестал считать. Один раз даже врезался локтем в стиральную машинку и потом почти неделю ходил с синяком.  Сейчас всё ощущалось иначе. Тело казалось устойчивым и удивительно естественным. Даже вода больше не воспринималась как угроза. Элиот осторожно провёл хвостом по дну ванны. Плавник легко упёрся в бортик и мягко подтолкнул его назад.  — Ого…  На лице сама собой появилась улыбка.  Правда, продержалась она недолго.  Элиот посмотрел на воду, потом на бортик ванны и наконец на собственный хвост.  Теперь нужно было как-то выбраться наружу.  Элиот перевёл взгляд на полотенце, потом на пол и снова на хвост. Тот лениво качнулся в воде с видом существа, которое совершенно не собиралось участвовать в решении человеческих проблем.  — Ну замечательно…  Он осторожно попытался приподняться на руках. Хвост тяжело скользнул по мокрой поверхности ванны и с громким шлепком ударил по воде. Элиот мгновенно застыл и прислушался.  В доме по-прежнему было тихо.  — Тише ты…  Хвост качнулся снова, подняв небольшую волну у бортика. Элиот посмотрел на него с подозрением и только через несколько секунд осознал, что всерьёз разговаривает со своим собственным хвостом.  Эта мысль сама по себе была достаточно странной.  Он всё ещё смотрел на хвост с лёгким раздражением, когда в коридоре послышались шаги. Элиот замер. Шаги приблизились, остановились возле двери ванной, а затем раздался лёгкий стук.  — Элиот? У тебя всё нормально?  Эмма.  У Элиота внутри всё мгновенно перевернулось. Он резко выпрямился в ванной, подняв волну воды.  — Да! То есть… почти!  За дверью повисла короткая пауза.  — Ты разговаривал сам с собой, — осторожно заметила Эмма.  Элиот закрыл глаза.  Отлично.  Просто великолепно.  Он посмотрел на хвост, потом на дверь. Несколько секунд в голове шла настоящая война. Можно было соврать. Можно было сказать, что всё нормально. Можно было подождать, пока хвост исчезнет сам.  Если исчезнет.  Элиот медленно выдохнул.  — Помнишь, я говорил, что у братьев и сестёр не должно быть секретов?  За дверью стало тихо.  — Ну… да?  — Я готов поделиться своим.  Пауза стала заметно тяжелее.  — Эм… что?  Элиот нервно провёл рукой по мокрым волосам.  — Можешь открыть дверь снаружи?  — Ты же закрылся на защёлку.  — Я знаю.  — Тогда как…  — Просто попробуй.  За дверью послышалось движение. Элиот напряжённо уставился на ручку. Через секунду раздался тихий щелчок, и дверь медленно открылась.  Эмма стояла на пороге скорее озадаченная, чем встревоженная. Но стоило её взгляду опуститься вниз, как выражение лица изменилось. Она заметно побледнела, хотя почти сразу взяла себя в руки. Только глаза выдавали, насколько сильно увиденное выбило её из равновесия.  Элиот поспешно поднял руки.  — Не паникуй.  Эмма молчала.  — Эмма, пожалуйста, только не кричи.  Она продолжала смотреть на хвост так внимательно, что Элиоту стало не по себе.  — Для начала… можешь помочь мне выбраться?  Эмма медленно моргнула.  — Ты серьёзно?..  — Ну да. — Элиот ткнул пальцем вниз. — Он вообще никак мне не помогает.  Хвост лениво качнулся в воде.  — И возьми перчатки. Не будем увеличивать количество русалок на комнату.  На секунду в глазах Эммы мелькнуло что-то сложное. Удивление, понимание и целая россыпь вопросов, которые явно придётся задавать позже.  — Элиот…  — Я всё объясню, честно, — быстро перебил он. — Только давай сначала решим вот эту проблему, пока родители не проснулись.  Эмма ещё мгновение смотрела на него, потом наконец вышла из оцепенения, зашла внутрь ванной, закрыла дверь и повернула защёлку уже с этой стороны.  После этого она молча открыла шкафчик под раковиной и достала резиновые перчатки.  Эмма натянула перчатки и осторожно подошла ближе к ванной. Двигалась она очень внимательно, стараясь держаться подальше от воды. Элиот заметил это, но спрашивать сейчас было явно не время.  — Ладно… — тихо сказала Эмма, оценивая ситуацию. — Просто не дёргайся резко.  — Я и сам не хочу дёргаться резко.  Хвост медленно качнулся в воде, полностью разрушая убедительность этих слов.  Эмма вздохнула и закатала рукава повыше.  — Давай руки.  Элиот осторожно протянул их через край ванны. Эмма крепко ухватилась за него и начала тянуть. Сначала ничего не происходило, но потом тело медленно поползло вверх по скользкому дну.  — Ой-ой-ой… — зашипел Элиот, цепляясь локтями за бортики.  — Не отпускай!  — Я и не собирался!  Плечи наконец перевалились через край ванны, и он почти наполовину выскользнул наружу. Вода громко плеснула вниз, заставив Эмму отшатнуться от брызг.  — Осторожнее!  — Я буквально рыба сейчас. Я не умею быть осторожнее!  Эмма посмотрела на него с выражением лица, в котором смешалось слишком много эмоций сразу, но ничего не сказала.  Элиот тем временем нащупал руками коврик на полу и вцепился в него.  — Так… сейчас…  Он подтянулся вперёд. Хвост тяжело заскользил по мокрой поверхности ванны. Эмма перехватила его ближе к основанию плавника и удивлённо выдохнула:  — Почему он такой тяжёлый?!  — Откуда я знаю?!  Вместе они дёрнули ещё раз, и самая тяжёлая часть хвоста наконец перевалилась через край ванны и с глухим шлепком рухнула на коврик.  — Получилось… — выдохнул Элиот.  Именно в этот момент плавник соскользнул вниз и ударил по полу. Несколько капель воды брызнули в сторону Эммы. Полотенце оказалось у неё в руках раньше, чем Элиот успел что-либо сказать. Одним движением она вытерла щёку и руку, после чего они оба замерли. Эмма всё ещё держала полотенце. Элиот лежал на коврике с хвостом, занявшим почти весь проход, а плавник лениво дёрнулся ещё раз.  Потом Элиот осторожно поднял руку.  — Эм…  — Что?  Он неловко кивнул на полотенце.  — А мне теперь тоже можно вытереться?  Эмма выдохнула через нос, почти сдерживая смешок, и наконец протянула ему полотенце.  Напряжение в ванной стало немного меньше.