Глава 5. Театр теней

Лондонский театр «Палас» сиял в вечерних сумерках, словно огромный кит, выброшенный на берег Кембридж-серкус. Огни рампы отражались в лужах недавнего дождя, афиши кричали о «Призраке Оперы», и толпа зрителей, предвкушающих вечернее представление, стекалась к парадному входу, даже не подозревая, что сегодня они могут стать свидетелями совсем иного спектакля. Шерлок стоял в тени арки напротив театра, засунув руки глубоко в карманы пальто. Его глаза сканировали толпу с методичностью, выработанной годами практики. Женщина в красном пальто — пришла одна, нервничает, проверяет телефон каждые тридцать секунд. Ждёт спутника, который, судя по её напряжённой улыбке, не придёт. Мужчина с тростью — хромает на левую ногу, но трость держит в правой руке. Притворство. Либо карманник, либо следит за кем-то. Старуха с биноклем — слишком дорогой бинокль для её поношенного пальто. И слишком внимательно она смотрит не на афишу, а на вход. Шерлок задержал взгляд на старухе. Та медленно повернула голову и посмотрела прямо на него — через дорогу, сквозь поток машин и вечерний туман. Улыбнулась. И исчезла. — Так и знал, — прошептал он. Он пересёк улицу быстрым шагом, расталкивая магглов, даже не извиняясь. То место, где только что стояла старуха, было пустым, но на асфальте лежал маленький предмет. Театральный бинокль. Старинный, с гравировкой на латунном боку. Он поднял его и поднёс к глазам. Мир в бинокле был другим. Не театральным залом, а длинным тёмным коридором, уходящим куда-то вглубь здания. Стены коридора были исписаны теми же буквами, что и на месте преступления. Р. А. Х. А. Т. И в конце коридора кто-то стоял. Шерлок опустил бинокль. Магическая вещь, пропитанная заклинанием наведения. Она не просто показывала путь — она устанавливала связь между ним и Морганой. — Играешь со мной, — он усмехнулся. — Что ж, принимаю правила. --- Служебный вход в театр нашёлся быстро. Замок поддался простенькому Алохомора — Шерлок не стал усложнять. Он оказался в узком коридоре, пропахшем пылью и старыми декорациями. Где-то наверху оркестр уже настраивал инструменты, и первые аккорды увертюры просачивались сквозь толщу стен. Он двинулся по коридору, сверяясь с картой магического Лондона, которую держал в уме. Бинокль показывал путь — каждый поворот, каждую лестницу. Моргана вела его к себе, но зачем? Чтобы убить? Чтобы поговорить? Чтобы продемонстрировать своё превосходство? — Все великие злодеи страдают одним недостатком, — бормотал он, поднимаясь по винтовой лестнице. — Театральщина. Им обязательно нужен зритель. Лестница привела его к тяжёлой дубовой двери. За ней слышался шум — но не аплодисменты и не музыка. Это был шёпот. Множество голосов, сливающихся в единый, неразборчивый гул. Шерлок толкнул дверь и вошёл. Он оказался в огромном круглом зале, который никак не мог находиться внутри театра «Палас». Потолок терялся во тьме, стены были увешаны зеркалами — сотни, тысячи зеркал, от пола до бесконечности. И в каждом зеркале отражался не он сам, а разные люди. Мужчины, женщины, дети, старики. Все они шептали, и шёпот их сливался в слово: — Рахат… Рахат… Рахат… — Впечатляющая иллюзия, — громко произнёс Шерлок. — Но я здесь не ради спецэффектов. Выходи, Моргана. Или ты предпочитаешь, чтобы я звал тебя Призраком? Шёпот стих. В одном из зеркал, прямо напротив него, появилось лицо. Оно было прекрасным и ужасным одновременно — черты менялись каждую секунду, перетекая из одного облика в другой. Женщина, старуха, ребёнок, снова женщина. — Шерлок Холмс, — произнесло лицо, и голос его был похож на звон хрусталя. — Мальчик, который выжил после «Рахата». Мальчик, который понял, что смерть — это не конец, а переход. — Пафос, — отмахнулся Шерлок. — Оставь его для некрологов. Лучше расскажи, зачем ты убила четырёх человек. Хотя постой, дай угадаю: ритуал требовал жертв, чьи имена складывались в слово «РАХАТ». Каждая смерть была не просто убийством, а подношением. И пятая жертва, чьё имя начинается на «Т», должна завершить начатое. Верно? Лицо в зеркале улыбнулось. — Ты всегда был умён, Шерлок. Даже в школе. Помнишь, как ты пытался воспроизвести «Рахат» на пятом курсе? Как ты почти умер? Я наблюдала за тобой тогда. Ты был так близок к истине, но тебе не хватило решимости довести дело до конца. — Ты была в Хогвартсе? — Шерлок нахмурился. Этого он не помнил. — Я была везде, — Моргана рассмеялась, и смех её эхом разнёсся по залу. — Я была тенью, скользящей по коридорам. Я была ветром, шепчущим в библиотеке. Я была той книгой, которую ты нашёл в Запретной секции. Думаешь, она случайно попалась тебе на глаза? Шерлок застыл. Книга. Та самая, в которой описывалось заклинание. Он всегда считал, что нашёл её благодаря собственной любознательности. Но что, если её подбросили? — Ты использовала меня, — сказал он медленно. — Ты хотела, чтобы я попытался. — И ты попытался. И почти преуспел. Твоя попытка дала мне ценнейшие данные, — Моргана приблизилась к поверхности зеркала, её лицо теперь было почти человеческим. Почти. — Но ты испугался. Ты отступил. А я — нет. Я продолжила исследования. И теперь, пятнадцать лет спустя, «Рахат» почти готов. Осталась последняя жертва. — Кто она? — Шерлок сжал палочку в кармане. — Ты знаешь её, — улыбка Морганы стала шире. — Имя начинается на «Т». Она работает в морге больницы Святого Варфоломея. Она помогает тебе. И она… — Молли, — выдохнул Шерлок. Зеркальный зал взорвался хохотом. Шерлок, не теряя ни секунды, выхватил палочку и запустил в зеркало мощный Редукто. Стекло разлетелось тысячью осколков, но за ним было лишь следующее зеркало. И следующее. И следующее. — Ты опоздал, Шерлок! — голос Морганы звучал теперь отовсюду. — Пока ты здесь, моя помощница уже в Бартсе. Через час взойдёт луна, и ритуал завершится. Шерлок рванулся к выходу, но дверь исчезла. Стены сомкнулись, зеркала начали вращаться, создавая головокружительный лабиринт. — Финита Инкантатем! — выкрикнул он, и часть зеркал потускнела, но лабиринт остался. Тогда он закрыл глаза и вспомнил уроки Макгонагалл. Иллюзия держится на вере. Если ты веришь в неё, она реальна. Если нет — она ничто. Собери волю, гриффиндорец. Он открыл глаза и пошёл прямо на зеркало перед собой. Не остановился, не зажмурился. Стекло встретило его холодом, а затем — пустотой. Он прошёл сквозь него, как сквозь воду. И оказался на крыше театра. Холодный ветер ударил в лицо. Лондон лежал перед ним, расчерченный огнями. Внизу, на улице, толпа всё ещё входила в театр, не подозревая о драме, разыгрывающейся наверху. Моргана стояла у самого края. Теперь у неё было конкретное лицо — молодой женщины с тёмными волосами и горящими алым глазами. В руке она держала не палочку, а нечто иное — тонкий кинжал с рукоятью из кости. — Красиво, правда? — спросила она, не оборачиваясь. — Город, полный жизни. Полный смертей. Каждая смерть — это энергия, Шерлок. Энергия, которую можно использовать. — Отпусти Молли, — сказал Шерлок, приближаясь. — Она ничего тебе не сделала. — Никто из них ничего мне не сделал. Дело не в них. Дело во мне. В моём бессмертии. «Рахат» — это не просто заклинание смерти, Шерлок. Это заклинание перехода. Я умру сегодня, чтобы возродиться завтра. Вечно. — Ты сумасшедшая. — Возможно, — Моргана наконец обернулась. — Но через час ты сам в этом убедишься. А пока — прощай. Увидимся на премьере. Она подняла кинжал и полоснула им воздух. Пространство разорвалось, открывая чёрный провал, в который она шагнула и исчезла. Шерлок бросился к краю крыши, но было поздно. Провал закрылся. На том месте, где только что стояла Моргана, осталась лишь маленькая карточка. Визитка. С адресом больницы Святого Варфоломея и надписью: «Ложа для почётного гостя. Начало через час». — Молли… — прошептал Шерлок и, не раздумывая, спрыгнул с крыши, трансгрессируя в воздухе за секунду до того, как гравитация сделала бы своё дело. С хлопком, похожим на выстрел, он исчез, оставив позади пустую крышу, сияющий огнями Лондон и эхо безумного смеха, уносимое ветром. Продолжение следует...