Часть 7

Где-то через час. Дом номер четыре на Тисовой улице. Вернон стоял в прихожей, держа на руках сонного Дадли, и уже в третий раз поглядывал на часы. — Петти, милая, мы так опоздаем к зеленокожим, — проворчал он, стараясь говорить тише, чтобы не разбудить детей. — Ты же знаешь, как они относятся к времени. От пунктуальности напрямую зависит их настроение, а от настроения — наши дела. Петунья лишь вздохнула. Она в очередной раз пыталась привести себя в порядок после утренних слез. Получалось плохо. Глаза припухли, щеки покраснели, а в голове царил настоящий хаос. Мальчик, найденный утром на пороге, после пробуждения наотрез отказался отпускать её шею. Нет, он не плакал и не устраивал истерик, если его пытались отцепить. Но маленькие пальчики с такой силой цеплялись за одежду, словно ребенок боялся, что его снова оставят одного. Поэтому Петунья просто закрепила малыша в слинге и оставила при себе. Так было спокойнее и ему, и ей. Подойдя к зеркалу, женщина поправила волосы и машинально пригладила растрепанную черную макушку мальчика. Безрезультатно. Волосы упрямо торчали во все стороны. Зато сам ребенок широко улыбнулся и довольно зажмурился. «Похоже, его часто так гладили», — с неожиданной грустью подумала Петунья. — Всё, дорогой, я готова. Вернон облегченно выдохнул. Спустя несколько минут семья уже ехала по направлению к Лондону. Ни он, ни Петунья так и не вспомнили про письмо, оставленное на кухонной полке.

***

Тем временем другое письмо уже нашло своего адресата. Дом, к окну которого подлетела необычная птица, выглядел заброшенным. Покосившаяся ограда, заросший двор и облупившаяся краска создавали впечатление, что здесь давно никто не живет. На самом деле это было лишь прикрытие. Хозяин дома предпочитал, чтобы окружающие считали его нелюдимым стариком. — Драккл тебя побери! — выругался мужчина, резко просыпаясь. Он вскочил со стула и тут же ударился коленом о край стола. Судя по боли — весьма успешно. — Замечательное начало дня… Потирая ушибленную ногу, он оглядел комнату и посмотрел на часы. Девять утра. Не так уж плохо. Значит, он ещё не пропустил обед у старого друга. Стук повторился. Подойдя к окну, мужчина обнаружил небольшую птицу с письмом на лапке. — Интересно… Палочка мелькнула в воздухе. Письмо мягко опустилось на стол. Еще один взмах — и рядом появилась серебряная монета за доставку. Птица даже не посмотрела на неё. Только склонила голову набок. — Ага. Не курьер. Личная почта. Мужчина усмехнулся. — Поппи! — Да, мастер! — раздался хлопок аппарации. — Накорми гостя. Домовиха поклонилась и тут же исчезла. Через мгновение возле птицы уже стояли миски с водой и печеньем. Сова довольно ухнула. — Значит, ждешь ответа, — пробормотал зельевар. Любопытство окончательно проснулось. Проверив письмо на проклятия и вредоносные чары, мужчина вскрыл конверт. По мере чтения его брови поднимались всё выше. — Голубое свечение? — задумчиво протянул он. — Интересно… Он откинулся на спинку стула. Такого результата его диагностическое зелье действительно не предусматривало. Либо ведьма ошиблась при приготовлении. Либо столкнулась с чем-то совершенно необычным. Второй вариант нравился ему значительно больше. Поэтому через несколько минут ответ уже был написан. Мастер Принц вежливо просил показать письмо и остатки использованного зелья для более тщательной проверки. Отправив птицу обратно, он направился собираться. Любопытство оказалось сильнее желания провести день спокойно.

***

Ровно в назначенное время семья Дурслей переступила порог кабинета Гарнафа гоблина что вел бизнес с Верноном. Гоблин уже ожидал их. — Пусть золото в твоих руках множится, а враги бесследно исчезают, — поприветствовал его Вернон. — Пусть твое золото растет в наших хранилищах, а семья не знает бед, — ответил Гарнаф. Он отложил документы и внимательно посмотрел на гостей. — Ну, Вернон. Судя по тому, что ты пришел с семьей, разговор будет не о работе. — Именно так. И мужчина начал рассказывать. О ребенке на крыльце. О странном письме. О чувстве неправильности. О магическом всплеске. С каждым словом лицо гоблина становилось всё мрачнее. Наконец он тяжело вздохнул. — Интересно… Его длинные пальцы забарабанили по столу. — Очень интересно. Гарнаф поднялся. — Пожалуй, этим делом займутся специалисты. Вопрос куда серьезнее, чем кажется. И спустя два часа обследований, проверок и ритуалов семья Дурслей оказалась перед дверью кабинета с табличкой: «Поверенный рода Поттер. Гнарлак». Только сейчас Петунья наконец увидела очевидное. Черные волосы. Форма лица. Зеленые глаза. Поттер. Лили Поттер. Её сестра. Женщина крепче прижала ребенка к себе. Лишь бы ты была жива, Лили… Но сердце уже знало правду. И от этого становилось только больнее.