Часть 14

Через неделю письмо для Дадли так и не пришло. Зато письма для Гарри продолжали прибывать с пугающим упорством. Они появлялись в почтовом ящике. Под дверью. Из камина. Однажды утром Куки обнаружила три конверта в холодильнике между молоком и маслом. После этого Петунья запретила домовушке удивляться чему-либо до конца лета.

***

Дадли держался молодцом. По крайней мере старался. Он улыбался. Играл с друзьями. Помогал Гарри сортировать бесконечные письма по стопкам. Но взрослые замечали, как иногда мальчик замирал возле окна или подолгу смотрел на очередной конверт с гербом Хогвартса. В такие моменты Гарри становился непривычно тихим. А Драко начинал злиться. Очень сильно злиться. Именно поэтому однажды утром он решительно заявил: — Всё. Хватит. — Чего хватит? — спросил Гарри, не отрываясь от комикса. — Терпеть этот произвол. — Какой произвол? — Министерский. Дадли поднял голову. — Опять? — Опять. Драко вскочил с дивана. — Нас игнорируют. — Кого нас? — Нас всех! Гарри задумался. — Вообще-то письмо не пришло только Дадли. — Именно! — Не понял. — Если сегодня не пришло письмо Дадли, завтра могут забыть и про тебя! — Но мне пришло триста семьдесят четыре письма. — Не важно. — Логично, — неожиданно согласился Дадли.

***

Спустя час троица уже сидела за большим столом на кухне. Перед ними лежали листы ватмана, краски, фломастеры и несколько книг о правах волшебников, которые предусмотрительно принес Драко. — Настоящий протест должен быть организованным, — важно заявил он. — А мы умеем организованно? — спросил Гарри. — Сейчас научимся. — Тогда я за. Первым плакат закончил Дадли. На огромном листе красовалась надпись: «ДАЙТЕ МНЕ МОЁ ПИСЬМО!» — Кратко и понятно, — одобрил Гарри. Сам он нарисовал: «СПРАВЕДЛИВОСТЬ ДЛЯ ДАДЛИ!» А рядом почему-то добавил гиппогрифа. — Почему гиппогриф? — Не знаю. Красиво получилось. Драко же подошёл к делу серьёзно. Его плакат выглядел почти официальным. «ТРЕБУЕМ ПРОВЕРКИ ПРИЁМНОЙ КОМИССИИ ХОГВАРТСА» — Очень по-взрослому, — признал Гарри. — Спасибо. — Никто не поймёт. — Это уже не моя проблема.

***

К обеду вся кухня была завалена плакатами. Куки тихо плакала в углу. Не от горя. От смеха. Потому что последний плакат Дадли гласил: «МИНИСТЕРСТВО, ВЕРНИ МОЮ ШКОЛУ!» — Это не совсем так работает, малыш Даддерс, — пыталась объяснить Петунья. — Зато звучит грозно. — Это правда.

***

Вечером взрослые собрались в гостиной. Северус только что вернулся из Хогвартса и выглядел так, словно хотел кого-нибудь отравить. Люциус читал документы. Всё было относительно спокойно. До тех пор, пока в комнату не вошли дети. С плакатами. Со всеми плакатами. Сразу. Наступила тишина. — Что это? — осторожно спросил Вернон. — Народное движение, — гордо ответил Драко. — Что? — За права магических детей. Северус медленно закрыл глаза. Люциус спрятал улыбку за бокалом. — Мы решили идти в Министерство, — сообщил Гарри. — Куда? — В Министерство. — Зачем? — Требовать справедливости. — Для кого? — Для Дадли. Дадли поднял свой плакат. — Да. Петунья уткнулась лицом в ладони. Вернон тяжело вздохнул. Северус очень внимательно посмотрел в потолок, словно просил высшие силы дать ему терпения. А Люциус неожиданно рассмеялся. Громко. От души. — Простите, — произнёс он, вытирая выступившие слёзы. — Но это лучшая идея, которую я слышал за последние месяцы. — Папа! — Нет, серьёзно. Представьте лица чиновников, если к ним придут трое детей с плакатами. Гарри и Дадли переглянулись. — Значит можно? — Нет! — одновременно рявкнули все взрослые. Мальчишки синхронно вздохнули. Но когда взрослые вновь вернулись к обсуждению документов, троица незаметно переглянулась. Драко хитро улыбнулся. Гарри ответил такой же улыбкой. Дадли кивнул. Потому что официальный митинг им запретили. А вот про совершенно случайную прогулку возле Министерства магии никто ничего не говорил.

***

Следующие два дня взрослые были уверены, что победили. Мальчики вели себя подозрительно спокойно. Слишком спокойно. Они не спорили. Не поднимали тему писем. Не вспоминали Министерство. Даже плакаты куда-то исчезли. Именно это и должно было насторожить взрослых. Но у Петуньи были домашние дела, у Вернона работа, Люциус занимался перепиской с Министерством, а Северус почти поселился между Хогвартсом и Гринготтсом. Поэтому момент был упущен.

***

В субботу утром троица собралась в комнате Гарри. Драко разложил на кровати лист пергамента. — Итак, операция начинается. — У нас есть операция? — заинтересовался Гарри. — Конечно. — А название? — Есть. — Какое? Драко важно прокашлялся. — «Верните Дадли образование». Гарри одобрительно закивал. Дадли тоже. — Хорошее название. — Я знаю. — А план? Тут Драко слегка замялся. — Ну… — Ты не придумал план? — Придумал. — Тогда говори. — Мы попросим Куки перенести нас к Министерству. Наступила тишина. — И всё? — уточнил Гарри. — А что ещё нужно? — Не знаю. — Вот и я не знаю. — Тогда нормальный план.

***

Куки обнаружили на кухне. Домовушка занималась приготовлением обеда. — Госпожа Куки! Эльфийка обернулась. И дивилась подобному обращению. — Молодые хозяева что-то желают? — Очень важное дело. Куки насторожилась. Последний раз с этих слов началась история с приручением соседского гуся. — Какое именно дело? — Нам нужно в Министерство. Домовушка застыла. — Простите? — В Министерство магии. — Зачем? — Митинговать. Куки медленно опустилась на стул. — Молодые хозяева хотят… что? — Бороться за права Дадли. — Угу. — Потому что ему не пришло письмо. — Угу. — И это несправедливо. Куки закрыла лицо ладонями.

***

Через полчаса о разговоре знали все взрослые. Потому что домовушка первым делом побежала к Петунье. А Петунья — к Вернону. Вернон позвонил Северусу. Северусу написал Люциус. В итоге спустя час вся компания собралась в гостиной. Напротив них сидели трое заговорщиков. — Значит так, — начал Вернон. — Мы ничего плохого не сделали, — сразу заявил Гарри. — Пока нет. — Но собирались только хорошее. — Гарри… — Что? — Дай договорить. Мальчик виновато замолчал. — Во-первых, никто не запрещает Дадли учиться магии. — Но письмо не пришло! — Именно это мы и выясняем. — Медленно выясняете. Люциус кашлянул, скрывая смешок. Петунья бросила на него взгляд. Лорд Малфой тут же сделал серьёзное лицо. — Во-вторых, — продолжил Вернон, — самостоятельно идти в Министерство запрещается. — Даже если очень надо? — Даже если очень надо. — Жаль. Неожиданно заговорил Северус. До этого он молча наблюдал за происходящим. — Вообще-то… Все посмотрели на него. — У меня есть новости. Дадли тут же выпрямился. — Хорошие? — Пока не знаю. — Это лучше чем плохие. — Согласен. Снейп достал из кармана несколько пергаментов. — Я поднял архивы поступающих за последние двадцать лет. — И? — И впервые вижу подобную ситуацию. — То есть? — Дадли есть в списках магически одарённых детей. Гарри вскочил с дивана. — Есть! — Есть. — Тогда где письмо? — Вот это самое интересное. Зельевар положил на стол очередной лист. — Его имя есть в реестре Министерства. Есть в школьном списке. Есть в магическом учёте. Но отсутствует в списке автоматической рассылки писем. В комнате повисла тишина. — Это вообще возможно? — спросил Вернон. — Нет. — Но произошло. — Именно. Люциус задумчиво постучал пальцами по подлокотнику. — Значит кто-то удалил его вручную. — И сделал это уже после регистрации ребёнка. — И кто имеет доступ? Северус криво усмехнулся. — Очень ограниченное количество людей. Все переглянулись. Имя виновника никто вслух не произнёс. Но подумали об одном и том же человеке. Дадли сидел молча. Гарри первым заметил, что кузен снова погрустнел. — Эй. — Что? — Зато теперь точно известно, что ты маг. — Наверное. — Не наверное, а точно. — Всё равно неприятно. Гарри задумался. Потом внезапно вскочил. — Тогда мы будем учиться вместе. — Как? — Очень просто. — Гарри… — Если тебя не примут в Хогвартс, я тоже туда не поеду. Наступила абсолютная тишина. Петунья уронила чашку. Вернон подавился воздухом. Люциус медленно прикрыл глаза. А Северус очень захотел выпить. Много. Очень много. — Нет, — твёрдо сказал он. — Почему? — Потому что это худшая идея из всех, которые я слышал. — Но… — Нет. — Но Дадли мой брат. — Я знаю. — И я не оставлю его одного. Дадли удивлённо посмотрел на кузена. Драко хмыкнул. — Тогда и я не поеду. — Драко! — Что? — Ты тоже? — Конечно. — Почему? — Потому что это уже вопрос принципа. Люциус тихо застонал. — Мерлин, дай мне сил… Петунья неожиданно улыбнулась. Глядя на троих мальчиков, сидящих плечом к плечу. Таких разных. И при этом готовых стоять друг за друга до конца. Какими бы неприятностями это ни грозило всем окружающим. — Знаете, — тихо сказала она. — Что? — Кажется, ваш митинг становится всё более реальным. И по выражениям лиц детей взрослые сразу поняли одну очень опасную вещь. Мальчики восприняли это не как шутку.