Часть 21

Вечер на Тисовой улице выдался на удивление шумным. Петунья уже давно махнула рукой на попытки поддерживать образ обычной семьи перед соседями. Поэтому сегодня на заднем дворе стояли столы. Вернон жарил мясо. Петунья командовала процессом. Куки носилась между кухней и садом. Люциус сидел в кресле с видом аристократа, которого насильно вытащили на пикник, а рядом сидела Нарцисса. Северус изображал мученика. А трое мальчишек носились по участку с такой скоростью, словно их только что выпустили из Азкабана. — Не бегайте возле гриля! — крикнула Петунья. — Мы не бегаем! — донеслось сразу с трёх сторон. — Тогда почему я вас не вижу?! Ответом стал дружный смех.

***

Именно в этот момент над улицей раздался знакомый рокот. Северус мгновенно поднял голову. Люциус поморщился. Вернон обречённо пробормотал: — Только не это… Небо вспыхнуло. Из облаков начал снижаться огромный летающий мотоцикл. — Это ещё кто? — заинтересовался Дадли. — О! — оживился Гарри. Он прекрасно помнил этот транспорт. Через несколько секунд мотоцикл приземлился прямо возле дома. Из седла выбрался гигант. Растрёпанный. Бородатый. Улыбающийся во весь рот. — Гарри! — Здравствуйте, сэр! — Ну что ты, Гарри, какой я тебе сэр? Я Рубеус Хагрид, хранитель ключей и лесничий Хогвартса. Мальчик тут же подошёл поближе. Полувеликан подхватил его на руки. — С днём рождения тебя! — Спасибо! Только сейчас Хагрид заметил остальных гостей. И замер. — Э-э-э… Его взгляд остановился на Люциусе. Потом на Северусе. Потом снова на Люциусе. — А вы чего тут делаете? — Отдыхаю, — невозмутимо ответил Малфой. — В доме маглов? — Сквибов, Хагрид. — Всё равно странно. Северус закатил глаза. — Продолжай удивляться. У тебя хорошо получается. Хагрид подозрительно прищурился. Но потом посмотрел на Гарри. На улыбающегося Дадли. На довольного Драко. На Петунью. На Вернона. И неожиданно расслабился. Что бы он ни ожидал увидеть, явно не это. Не счастливую семью. Не трёх друзей, которые уже спорили о чём-то возле торта. И точно не Малфоя с Северусом, спокойно сидящих за одним столом. — Ну… — пробормотал он. — Ладно тогда.

***

Подарок он вручил уже за столом. Старый кожаный альбом. Гарри осторожно открыл первую страницу. И замер. Лили. Молодая. Смеющаяся. Рядом Джеймс. За ними Сириус. Ремус. Питер. Фотографии двигались. Улыбались. Махали руками. На одной из них Джеймс кружил Лили на руках. На другой вся компания сидела у Чёрного озера. На третьей Сириус что-то показывал маленькому Гарри-младенцу. У Гарри неожиданно защемило сердце. Сейчас воспоминания прошлой жизни уже не давили на него. Но фотографии всё равно цепляли. Особенно одна. На ней Сириус смеялся так искренне и счастливо, что никак не вязался с образом узника Азкабана. — Красивый альбом, — тихо сказала Петунья. — Я собирал фотографии где только мог, — смущённо признался Хагрид. — Думал, мальчику пригодится память о родителях. — Спасибо. Гарри поднял взгляд. И совершенно искренне улыбнулся. — Правда спасибо. Хагрид аж покраснел под своей бородой.

***

А затем начался кошмар. Для Хагрида. Потому что троица маленьких заговорщиков решила, что великан выглядит слишком серьёзным. — У меня есть идея, — шепнул Драко. — Какая? — тут же заинтересовался Дадли. — Розыгрыш. Гарри расплылся в улыбке. — Я за.

***

Через десять минут Хагрид обнаружил, что его кружка сама поёт гимн Хогвартса. Через пятнадцать — его ботинки начали отплясывать джигу. Через двадцать — борода внезапно стала ярко-синей. — Что за?.. За столом уже никто не мог нормально говорить. Петунья согнулась от смеха. Вернон стучал кулаком по столу. Даже Люциус отвернулся, чтобы скрыть улыбку. А Северус просто уткнулся лицом в ладонь. — Драко. — Да, крёстный? — Я знаю, что это ты. — Ничего не доказано. В этот момент борода Хагрида стала радужной. Северус закрыл глаза. — Никогда не думал, что скажу это… — Что? — Верните синюю версию.

***

К концу вечера Хагрид смеялся вместе со всеми. Несмотря на розыгрыши. Несмотря на радужную бороду. Несмотря на то, что его стул один раз попытался сбежать. Он смотрел на счастливого Гарри. На его семью. На друзей. И понимал, что мальчик вырос совсем не таким, как ожидал Дамблдор. Но почему-то это казалось правильным. Тем временем сам Гарри сидел с альбомом на коленях. Разглядывал фотографии. И всё чаще задерживал взгляд на одном человеке. На Сириусе. В прошлой жизни он слишком долго ждал встречи с крёстным. Слишком многое пошло не так. Теперь же у него был шанс всё исправить. Он закрыл альбом. Улыбнулся. И мысленно поставил новую цель. Помимо истории с письмом Дадли. Помимо Дамблдора. Надо взяться срочно и за Азкабана. Потому что один Блэк слишком долго сидел в тюрьме за преступление, которого не совершал.