Часть 22

После того как Северус объяснил лесничему, что Гарри не нуждается в сопровождении для знакомства с магическим миром, Хагрид отправился обратно в Хогвартс ждать дальнейших указаний директора. Вот только директор был слишком занят собственными проблемами, чтобы вспомнить об этой миссии. Остальные гости — чета Малфоев — тоже вскоре разъехались по домам. Северус уже собирался уходить, когда его остановил Гарри. Мальчик посмотрел на него своими поразительно зелёными глазами, так похожими на глаза Лили, и протянул подаренный Хагридом альбом. — Дядя Северус, а расскажите мне про них? У Поттера был план. И к этому плану взрослые не смогли бы придраться. О том, что Сириус Блэк невиновен, никто не знал. О том, что сам Гарри приходится ему крестником, он тоже знать не должен. Зато все знали другое: Северус учился вместе с его родителями. Поэтому именно он идеально подходил для выполнения очень важной миссии по спасению одного несправедливо осуждённого волшебника. Гарри устроился на диване слева от зельевара. Справа тут же уселся Дадли. Сам альбом лежал на коленях Северуса. — А это кто? — спросил Гарри, ткнув пальцем в одну из фотографий. На снимке четверо подростков весело махали руками. Северус поморщился. — Это так называемые Мародёры. В их компанию входил твой отец. Длинноволосый — Сириус Блэк. Худощавый — Римус Люпин. Полный — Питер Петтигрю. — Они тоже… ну… того? — осторожно спросил Дадли. — Как дядя Джеймс и тётя Лили? — Нет. Ну, почти. Северус задумался. — Где сейчас Люпин, я не знаю. После войны он мне нигде не попадался. Блэк сидит в Азкабане. А Петтигрю мёртв. — А за что Блэк в тюрьме? — тут же спросил Гарри. Северус тяжело вздохнул. — Он был хранителем тайны вашего дома. Считается, что именно он привёл туда Тёмного Лорда. После нападения Петтигрю обнаружил тела твоих родителей и попытался увести Блэка подальше от тебя . Блэк погнался за ним. На улице произошёл взрыв, в результате которого погибли двенадцать маглов и сам Петтигрю. Гарри нахмурился. Слишком уж складно всё звучало. — Ты чего? — удивился Дадли. — Дядя Северус, а вы там были? — Был. Но позже. Зельевар откинулся на спинку дивана. — Когда я добрался до дома, там был только ты. Практически сразу после меня появился Хагрид. — Тогда откуда вы знаете, что это сделал Сириус? — Так говорил Дамблдор на собраниях Ордена Феникса. Гарри вопросительно поднял бровь. — То есть правильно ли я понял? Блэка посадили за пособничество Тёмному Лорду и убийство двенадцати маглов и одного волшебника? — Именно так. — А кто был свидетелем? Северус нахмурился. — В каком смысле? — Ну, в нашем доме был только я, а я ничего не помню. А в случае со взрывом кто видел, что это сделал именно Блэк? И откуда Дамблдор знает подробности? Северус задумался. — Существует легилименция — магия чтения мыслей и воспоминаний. Возможно, Дамблдор просматривал память Блэка. Это ответ на первый вопрос. А второй… когда прибыли авроры, из живых там оставался только Сириус. Гарри снова нахмурился. Логики в этой истории всё ещё не хватало. Но тут неожиданно вмешался Дадли. — Это тот самый Дамблдор, который мне письмо не присылает? Северус скривился. — Тот самый. Дадли надулся ещё сильнее. А Северус задумался уже всерьёз. Почему все так безоговорочно верят словам директора и даже он ? Особенно после того, что выяснилось о письмах, обливейтах и попытке вычеркнуть Дадли из списка учеников. Даже Люциус Малфой жаловался, что в министерских архивах почти нет информации по делу Блэка. Странно. Очень странно. К счастью для зельевара, дальнейшие вопросы пришлось отложить. — Так, ребятки, пора спать, — вмешалась Петунья. Оба мальчика дружно застонали. — Ну ма-а-ам… — Никаких «ма». Уже поздно. Потом она посмотрела на альбом. — Гарри, можно мне тоже его посмотреть? — Конечно. Мальчик с готовностью передал подарок тёте. После чего вместе с Дадли отправился наверх. Петунья устроилась в кресле напротив Северуса. Она дождалась, пока шаги детей затихнут на втором этаже, и только потом заговорила. — Северус, скажи… если я действительно являюсь магической крёстной Гарри и случайно причиню ему вред, что тогда будет? Зельевар удивлённо посмотрел на неё. — С чего такой вопрос? Женщина вздохнула. — Мы с Лили переписывались примерно раз в полгода. Делились новостями, жаловались на материнство, вспоминали родителей. И однажды она написала, что крёстного для Гарри Джеймс выбрал из числа своих лучших друзей. Блэка. Северус мгновенно насторожился. — Продолжай. — Если он действительно был крёстным, мог ли он предать их? И если мог… хотелось бы заранее понять, насколько он опасен для Гарри. Некоторое время Северус молчал. Затем резко выпрямился. — Подожди. — Что? — Если Сириус проходил магический обряд крещения и принял обязанности крёстного, то за осознанное предательство семьи его убило бы откатом. Петунья моргнула. — То есть? — То есть если он действительно был магическим крёстным и сознательно выдал Поттеров Тёмному Лорду — он должен был погибнуть ещё тогда. В комнате повисла тишина. — Но он жив, — медленно произнесла женщина. — Именно. Петунья задумчиво посмотрела на фотографию в альбоме. — А если он никого не предавал? Северус недовольно поджал губы. — Дамблдор утверждает обратное. — Но он уже ошибался. На этот аргумент зельевар ответа не нашёл. — Возможно, ты права. Он задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла. — Когда будем в Гринготтсе, проведём проверку родственных и магических связей Гарри. Если Блэк действительно является его крёстным, гоблины это покажут. Петунья кивнула. — Тогда так и поступим. Наверху, сидя на полу возле лестницы и внимательно подслушивая весь разговор, Гарри довольно улыбнулся. Ему даже не пришлось ничего делать. Благодаря своей семье Северус сам решил начать копаться в прошлом Сириуса Блэка. А значит, первый шаг к его освобождению уже был сделан. Убедившись, что взрослые больше не собираются обсуждать ничего интересного, мальчик поднялся на ноги и тихонько отправился в свою комнату.

***

Северус Принц возвращался домой в крайне задумчивом состоянии. Что само по себе уже было тревожным признаком. Обычно после посещения дома Дурслей он возвращался либо с головной болью от троицы неугомонных мальчишек, либо с желанием сварить что-нибудь особенно ядовитое для некоторых бородатых директоров. Сегодня же его не отпускала одна единственная мысль. Слова Петуньи. “Если Блэк был крёстным Гарри, почему его не убило откатом?” В своё время он даже не задумывался над этим. Как и большинство магов Британии. Сириус Блэк предал Поттеров. Сириус Блэк выдал их местонахождение. Сириус Блэк убил Петтигрю. Сириус Блэк уничтожил двенадцать маглов. Все знали это. Все повторяли это. Все верили. Но если отбросить привычные убеждения… Откуда вообще взялась эта информация? Северус нахмурился. В дом Поттеров он прибыл одним из первых. Там был мёртвый Джеймс. Мёртвая Лили. Живой Гарри. Разрушенный дом. И больше ничего. Никакого Сириуса. Никакого Петтигрю. Никаких свидетелей. Потом появился Хагрид. Потом Дамблдор. А затем уже вся остальная магическая Британия внезапно узнала, что виноват Блэк. Почему? Потому что так сказал Дамблдор. Зельевар резко остановился посреди гостиной. — Драккл… Чем больше он думал, тем меньше ему это нравилось. Слишком многое строилось исключительно на словах одного человека. А ведь за последние годы доверие к этому человеку сильно пошатнулось. Особенно после истории с Дурслями. Особенно после обнаруженных закладок. Особенно после письма Гарри. Особенно после истории с Дадли. — Нет… Северус опустился в кресло. — Нет, этого не может быть… Но мысль уже пустила корни. А если может? Если Сириуса действительно никто не допрашивал? Если суда не было? Если воспоминания не проверялись? Если всё обвинение строилось лишь на косвенных уликах? Он резко поднялся. Подошёл к книжному шкафу. Вытащил старую папку с газетными вырезками времён войны. Начал листать. Статья. Ещё статья. Ещё одна. И снова. И снова. Везде одно и то же. «Предатель Сириус Блэк». «Правая рука Тёмного Лорда». «Убийца тринадцати человек». Но нигде не было упоминания суда. Нигде. Северус медленно сел обратно. — Быть не может… Через несколько минут в камине вспыхнуло зелёное пламя. — Люциус! Голова Малфоя появилась практически мгновенно. — Северус? — У меня вопрос. — Судя по твоему лицу — плохой. — Очень. — Говори. — Ты когда-нибудь видел протокол суда над Сириусом Блэком? Люциус замер. Потом нахмурился. — Нет. — И я нет. — Хм. — Более того, я сейчас пересмотрел старые газеты. — И? — Там тоже нет упоминания суда. Люциус выпрямился. Теперь он выглядел уже не удивлённым. А опасным. — Ты уверен? — Абсолютно. — Интересно… Малфой постучал пальцами по каминной решётке. — Очень интересно. — Думаешь о том же, о чём и я? — Что если герой войны сидит в Азкабане без суда уже десять лет? Повисла тишина. — Да. — Тогда это крупнейший скандал Министерства за последние десятилетия. — Именно. — И если в этом замешан Дамблдор… Северус мрачно усмехнулся. — То старик ещё долго будет вспоминать эту историю. Люциус неожиданно улыбнулся. Очень нехорошей улыбкой. — Знаешь, друг мой… — Что? — Мне начинает нравиться семейство Дурслей. — Почему? — С момента появления Поттера рядом с ними жизнь стала значительно веселее. Северус тяжело вздохнул. Потому что спорить было бесполезно. Особенно учитывая тот факт, что инициатором всей этой истории неожиданно оказался один любопытный мальчишка с глазами Лили. Который всего лишь попросил показать фотографии родителей. И случайно заставил двух взрослых магов усомниться в одном из самых известных приговоров магической Британии. А где-то в это самое время на Тисовой улице Гарри Поттер-Блэк счастливо спал. Даже не подозревая, что первый камешек уже покатился с горы. И очень скоро эта маленькая лавина докатится до самого Азкабана