Часть 5

Тишина в квартире Карпова была густой и тяжёлой. Она пахла озоном после грозы и чем-то ещё — горьковатым, личным. Ира Зимина сидела на краю дивана, уже полностью одетая, и методично застёгивала пуговицы на блузке, избегая смотреть на Стаса. Он стоял у окна, спиной к ней, и курил, выпуская дым в приоткрытую форточку. Напряжение между ними было почти осязаемым. — Значит, говоришь, Сокольники? — его голос был ровным, лишённым эмоций. Голос не бывшего начальника убойного отдела, а просто человека, собирающего факты. — Да. Девушка, двадцать два года. Студентка, — так же сухо ответила Ира. Она поправила кобуру под пиджаком. — Но дело не в ней. Стас... способ убийства. Это он. Стас медленно затушил сигарету о пепельницу. Его плечи напряглись. — Псковский потрошитель. — Он самый. Семь лет тишины, и вот опять. Те же символы на теле, та же... избирательность. Ира наконец встала и подошла к нему, остановившись в паре шагов. Она была его начальницей, главой всего отдела «Пятницкий». А он — её подчинённым. Бывшая звезда сыска, отправленный под трибунал и вышвырнутый со службы, которого она по какой-то своей прихоти вытащила из небытия и пристроила к делу. Сейчас эта иерархия давила на них обоих. — Ты уверена? — он повернулся к ней. В его взгляде не было ни тени той страсти, что сжигала их полчаса назад. Только холодный, аналитический интерес профессионала. — На девяносто девять процентов. Я уже отправила фото эксперту-криминалисту. Жду подтверждения. Но я чувствую это. Это он. Стас кивнул. Он понимал. Это было то самое чувство, когда смотришь на картину и понимаешь — это рука того же мастера. — Что говорит твоё начальство? — спросил он. — Что я должна взять это дело под личный контроль. И что мне нужен надёжный человек в группе. Кто-то... нестандартно мыслящий. Кто-то, кто не побоится залезть в самую грязь и посмотреть на вещи под другим углом. Она сделала паузу, глядя ему прямо в глаза. — Я хочу этого дела, Стас. И я хочу, чтобы его вёл ты. Не как мой подчинённый. Как... напарник. Как раньше. Предложение было опасным. Если всплывёт, что она поручила вести ключевое расследование по делу о серийном убийце опальному оперу без звания, её собственная карьера полетит в тартарары вслед за его. Но она знала его лучше всех. Знала, на что он способен. Стас усмехнулся. Это была та самая кривая ухмылка, которую она помнила по старым временам. — Ты играешь с огнём, Ира. Если мы облажаемся... — Мы не облажаемся, — отрезала она, перебивая. — Потому что мы — это мы. И потому что этот ублюдок должен ответить за всё. И за прошлое, и за настоящее. Он несколько секунд молча смотрел на неё, взвешивая риски. А потом в его глазах мелькнула искра — тот самый хищный огонёк охотника, который она так давно не видела. — Хорошо, — наконец сказал он, надевая куртку. — Давай посмотрим на его новую работу. Покажем этому психу, что старые псы ещё не сдохли и у них всё ещё острые зубы. Ира кивнула и направилась к двери. У порога она на секунду остановилась и обернулась. — Карпов... спасибо. Он лишь молча кивнул в ответ. Игра началась. И ставки в ней были как никогда высоки. Они вышли из квартиры в промозглую московскую ночь, оставив за спиной смятые простыни и невысказанные слова, чтобы снова стать охотниками на самого страшного зверя из всех возможных.