Часть 1

Гермиона Грейнджер-Снейп стояла посреди гостиной их дома в Спиннерс-Энд, сжимая в руках письмо, которое уже превратилось в мокрый комок пергамента. Слезы текли по щекам, но она больше не всхлипывала — просто стояла и смотрела на пустой камин, где ещё недавно горел огонь, зажжённый рукой мужа. Северус ушёл три недели назад. Не хлопнул дверью, не кричал. Просто собрал вещи, посмотрел на неё долгим, ледяным взглядом и сказал тихо: — Я знал, что ты способна на глупости. Но не на предательство. С того дня он не отвечал на совы, не открывал каминную сеть и не появлялся ни в Хогвартсе, ни в своём кабинете. Гермиона пробовала всё: письма с извинениями, воспоминания об их свадьбе, даже зелья, которые должны были вызвать у него желание поговорить. Ничего не работало. Северус Снейп умел исчезать по-настоящему. А сегодня к ней пришёл он. Люциус Малфой стоял у двери, красивый, как всегда — серебристые волосы, безупречный тёмный костюм, трость с серебряным набалдашником. Он смотрел на неё с лёгкой снисходительной улыбкой, которую она когда-то находила привлекательной. — Гермиона, ты выглядишь ужасно, — произнёс он бархатным голосом. — Тебе нужно отдохнуть. Я могу помочь... — Ты сейчас серьёзно? — голос Гермионы сорвался. — Это всё из-за тебя! Уходи! Люциус приподнял бровь, явно не ожидая такой реакции. — Просто поговори с ним, — сказал он мягко, делая шаг ближе. — Он нас простит. Северус горд, но не глуп. Мы можем всё уладить. Втроём, если потребуется. Гермиона почувствовала, как внутри всё закипает. Воспоминания о тех тайных встречах, о шелковых простынях в Малфой-Мэнор, о запретном удовольствии — всё это теперь вызывало только отвращение к самой себе. — Убирайся к чёрту! — закричала она, хватая первую попавшуюся вазу и швыряя её в его сторону. Ваза разбилась о стену, не долетев. — Видеть тебя не хочу! Люциус замер. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на удивление, почти боль. Потом маска вернулась. — Хорошо, — ответил он холодно, разворачиваясь к двери. — Как скажешь. Он ушёл, тихо закрыв за собой дверь. Ни хлопка, ни проклятий. Просто ушёл, как всегда умел — красиво и без лишнего шума. Гермиона опустилась на колени прямо на ковёр. Руки дрожали. Она знала, что Люциус не виноват один. Это она позволила себе слабость. Это она предала человека, который когда-то рисковал всем ради неё. Но Северус не хотел прощать. Она писала ему снова и снова. Отправляла воспоминания в омут памяти. Просила Гарри и Рона поговорить с ним. Даже искала встречи через Минерву. Всё было бесполезно. Северус Снейп ушёл по-настоящему. А Гермиона осталась одна в доме, полном теней и воспоминаний, где каждый уголок теперь шептал: «Ты сама всё разрушила».