Часть 2

Прошло ещё две недели. Гермиона уже почти потеряла надежду, когда получила короткую сову. Всего одна строчка, написанная знакомым резким почерком: «Завтра в 20:00. Кабинет зельеварения. Только ты.» Сердце едва не вырвалось из груди. Она пришла за час. Стояла у дверей кабинета, нервно теребя мантию, пока часы не пробили восемь. Дверь открылась сама. Северус стоял у стола, спиной к ней. Чёрные одежды, как всегда безупречные, но плечи были напряжены. В кабинете пахло знакомыми запахами — кипящими зельями, старыми книгами и едва уловимой горечью. — Северус… — прошептала она, закрывая за собой дверь. Он медленно повернулся. Его лицо было каменным, но глаза… В них была такая боль, что у Гермионы перехватило дыхание. — Ты пришла, — холодно констатировал он. — Я думал, у тебя хватит ума не появляться. Гермиона сделала шаг вперёд, но остановилась, увидев, как он слегка напрягся. — Я люблю тебя, — сказала она дрожащим голосом. — Я совершила чудовищную ошибку. Я не знаю, как это объяснить… это было глупо, низко и недостойно. Но я люблю тебя. Я не могу без тебя. Прости меня пожалуйста... Северус усмехнулся — горько, без малейшего намёка на веселье. — Ты не можешь без меня? — повторил он. — А когда лежала в постели с Люциусом Малфоем, ты могла? Когда позволяла ему прикасаться к себе, ты думала обо мне? Гермиона всхлипнула. — Я ненавижу себя за это. Каждый день. Я готова сделать всё, чтобы ты простил меня. Всё, Северус. Он сделал шаг ближе. Его чёрные глаза горели. — Ты думаешь, я не знаю, каково это — быть преданным? — голос его был тихим, но каждое слово резало как нож. — Я всю жизнь жил с предательством. Но от тебя… от тебя я этого не ждал. Гермиона не выдержала. Она подошла вплотную и, несмотря на его напряжённую позу, обхватила руками его талию, уткнувшись лицом ему в грудь. — Прости меня… пожалуйста… — шептала она сквозь слёзы. — Я знаю, что недостойна. Но я твоя. Только твоя. Я никогда больше не посмотрю ни на кого другого. Только не уходи. Не оставляй меня. Северус долго стоял неподвижно. Его руки висели вдоль тела. Потом, очень медленно, одна ладонь легла ей на спину. Не обняла — просто легла. — Я уже ушёл. Как ты этого не заметила? Ты разбила мне сердце, Гермиона, — тихо сказал он над её головой. — И я до сих пор не знаю, смогу ли его собрать заново. Она подняла мокрое от слёз лицо и посмотрела ему в глаза. — Тогда позволь мне помочь тебе его собрать. Я проведу всю жизнь, пытаясь заслужить твоё доверие обратно. Только дай мне шанс… Северус закрыл глаза. На его лице отразилась мучительная внутренняя борьба. — Один шанс, — наконец произнёс он едва слышно. — Только один. Если ты снова предашь меня, я уйду навсегда. И на этот раз ты меня не найдёшь. Гермиона кивнула, сжимая его мантию в кулаках. — Я не предам. Никогда. Он не поцеловал её. Пока не целовал. Просто прижал к себе сильнее, уткнувшись лицом в её волосы, и долго стоял так, вдыхая знакомый запах. В кабинете зельеварения, где когда-то всё начиналось, теперь решалась их дальнейшая судьба.