Часть 5

Прошел еще месяц. Отношения между Гермионой и Северусом медленно, но верно заживали. Он вернулся в дом в Спиннерс-Энд. Северус стал чаще улыбаться — пусть и едва заметно, уголком губ. Он начал снова называть её «моя» и иногда позволял себе нежность, которую раньше тщательно прятал. Гермиона ходила по дому, словно по тонкому льду, но с каждой неделей чувствовала, что лёд становится прочнее. Всё было почти хорошо. Но в один холодный ноябрьский вечер раздался стук в дверь. Гермиона открыла и замерла. На пороге стоял Люциус Малфой — в тёмном плаще, с безупречной причёской и привычной надменной полуулыбкой. — Гермиона, — мягко произнёс он. — Нам нужно поговорить. Я не могу просто так оставить всё, как есть. — Люциус, уходи, — устало сказала она. — Пожалуйста. У нас всё налаживается. Не надо. Но он не ушёл. Вместо этого шагнул внутрь, закрыв за собой дверь. — Я просто хочу понять. Ты действительно думаешь, что он сможет тебя простить до конца? Что вы сможете жить так, словно ничего не было? Я знаю Северуса лучше, чем ты. Он никогда не забывает предательства. Сможешь ли ты с ним жить, после всего того, что между нами было... Они стояли в гостиной. Люциус говорил спокойно, убедительно, как всегда. Гермиона уже собиралась снова выставить его за дверь, когда входная дверь резко распахнулась. На пороге стоял Северус. Его взгляд упал на Люциуса, стоявшего слишком близко к его жене. Лицо Снейпа превратилось в камень. — Северус… — прошептала Гермиона, делая шаг вперёд. — Это не то, что ты думаешь. Он просто пришёл… Северус посмотрел на неё. В его глазах не было ярости. Только бесконечная, холодная усталость и разочарование. — Я так и знал, — тихо сказал он. — Стоило только поверить… Он развернулся и вышел из дома, не хлопнув дверью. Просто ушёл. — Северус! — закричала Гермиона и бросилась за ним. — Северус, подожди! Пожалуйста! Это ничего не значит! Он сам пришёл, я не звала его! Она догнала его уже на улице. Схватила за рукав мантии. — Послушай меня! Всё было хорошо! Ты простил меня, мы начали всё заново… Северус остановился, но не повернулся к ней. Его голос был мёртвым: — Я пытался, Гермиона. По-настоящему пытался. Но каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу вас двоих. А теперь я вижу это наяву. Хватит. Люциус вышел следом и попытался схватить Гермиону за руку: — Гермиона, не надо. Он всё равно не послушает. Останься. — Не трогай меня! — яростно выкрикнула она, вырывая руку. — Это ты! Ты опять всё разрушил! Именно тогда, когда у нас начало получаться! Когда он наконец начал мне доверять! Зачем ты пришёл?! — Я хотел… — Убирайся из моей жизни! — закричала она ему в лицо. — Ты всё уничтожил! Дважды! Северус уже уходил по заснеженной улице. Его чёрная фигура быстро растворялась в темноте. Гермиона побежала за ним, но он аппарировал, не сказав больше ни слова. Он ушёл навсегда. На следующий день, рано утром, на кухонный стол прилетела официальная сова из Министерства. Гермиона дрожащими руками развернула пергамент.

Уведомление о расторжении брака.

Северус Тобиас Снейп и Гермиона Джин Грейнджер-Снейп. Брак расторгнут по инициативе Северуса Снейпа.

Дата. Подпись: С. Снейп.

Никаких объяснений. Только холодная, официальная печать. Гермиона опустилась на стул и впервые за всё это время заплакала по-настоящему — горько, безнадёжно, понимая, что на этот раз она потеряла его окончательно. Люциус Малфой получил то, чего хотел. А она потеряла всё.