Глава 7. Аварийный протокол

Кабинет Драко находился по соседству с его спальней в левом крыле Цитадели, где за столом он разбирал дневники Малфоев. Текст, написанный блеклыми фиолетовыми чернилами, двоился. Сон в Мэноре не помог: голова гудела, а вернувшаяся магия боярышника колола пальцы, требуя постоянного контроля. Записи велись на искаженном старофранцузском языке с семейными шифрами, поэтому для Гермионы эти страницы были закрыты, ведь она увидела бы лишь бессмысленные знаки. Дверь скрипнула, и в кабинет вошел Теодор. В руках он нес чернильницу и чистый пергамент для прикрытия на случай, если кто-то проверит, почему архивариус ушел с места. — Ты реально это делаешь? — шепотом спросил Тео. — Собираешься выдавать ей формулы и подпитывать то, во что она превращается? — Я собираюсь переводить, — не поднимая глаз, ответил Драко. — Это разные вещи. Если я не дам ей ничего, ядро схлопнется в скором времени. Нотт сел на край стола. — Блейз напуган. Он ведет учет конфиската и узнал, что Грейнджер хочет стянуть сюда все изъятые темные артефакты. Все, что Министерство собрало из наших домов. Там же тонны проклятого оружия, чаши, накопители, и я понять не могу, зачем ей дополнительные источники магии, если она обладает огромной силой? — Страховка, — Драко отложил перо. — Я полагаю, Венец начал снова просыпаться внутри нее. Он — мыслящий паразит. А так как ядро Грейнджер горит от перегрузки, Венец понимает, что носитель может скоро отказать. — И зачем тогда артефакты? — Если ядро выгорит, Венец перейдет в «аварийный» режим. Он заместит ее магию своей и превратит тело в подобие куклы. А для этого нужна энергия, поэтому он сделает мощную батарейку из артефактов, чтобы подпитывать ее оболочку. Если это случится, мы получим бессмертный автомат с лицом Грейнджер. Но ему выгодно, чтобы носитель был жив и обладал собственной магией, а значит Венец зависит от меня, ведь смерть Гермионы уменьшит его силу даже при поддержке артефактов. Тео медленно выдохнул и прикрыл глаза. — На кону наши жизни, Драко. Если ты.. Шаги в коридоре раздались внезапно — тяжелые и с абсолютно симметричным ритмом. За неделю в Цитадели Драко выучил этот звук наизусть. Каждое утро ровно в 09:00 она лично приходила проверять отчеты. Тео мгновенно соскользнул со стола, перехватив чернильницу, и принял вид безразличного клерка. Грейнджер вошла в кабинет. Ее взгляд отсканировал Теодора, вердикт прозвучал ровным голосом: — Теодор, твое нахождение в секторе перевода допустимо только в нерабочее время. Нарушение распорядка. — Передавал Малфою расходные материалы, — спокойно ответил Тео и сделал размеренный поклон. — Реестры заполняются по графику. — Информация принята, возвращайся на рабочее место. Теодор кивнул и вышел. Гермиона подошла к столу Драко. — Покажи мне шифр. Нужно внести его в отчет, — произнесла Гермиона. Драко развернул свиток перед ней, старательно отводя взгляд от ее рук. За эту неделю под ее ногтями появилась еле заметная синева, а кожа на запястьях истончилась и казалась прозрачной. — Мой ответ не изменился, — спокойно ответил Драко. — Это семейный шифр. В дневниках писалось одно слово, а подразумевалось совсем другое. Даже ты со своим умом не сможешь угадать эти ключи с ходу и текст просто уведет тебя в сторону. Мне нужно еще четыре дня, чтобы во всем разобраться и понять, как помочь твоему ядру. — Это слишком долго. Восстановление нужно начинать сейчас. — Ошибусь хоть в одном слове и твоя магия взорвется внутри тебя, — жестко перебил ее Драко. — Подумай головой. Ты же не хочешь умереть просто из-за того, что мы поспешили? Гермиона замерла, обдумывая его слова и взвешивая риски. — Хорошо. Четыре дня — это максимум, который я могу тебе дать. Если не успеешь, я решу, что ты тянешь время намеренно. Принеси мне то, что успеешь перевести сегодня вечером.

***

Ближе к полудню Драко спустился в центральный зал. Атмосфера в поместье с каждым днем становилась все более душной. За длинными столами работали десятки магов, сидевшие в таком напряжении, что казалось, будто все эти люди боятся сделать лишнее движение. Блейз Забини стоял у стола, перебирая стопки пергаментов. Как только Драко подошел, Блейз бросил на него быстрый, скрытный взгляд и едва заметно кивнул в сторону дальней комнаты. — Посмотри на это, — еле слышно сказал Забини. — Я перехватил черновики ее личных приказов, которые она готовит для нового Департамента обеспечения порядка. Она собирается обокрасть Министерство. Драко развернул пергаменты. Строчки были выведены безупречным почерком Гермионы. — Полная зачистка невыразимцев в Отделе Тайн… — вполголоса зачитал Драко, быстро пробегая глазами по тексту. — Изъятие всех накопителей темного спектра из закрытых спецхранилищ ТЛ-4 и ТЛ-7. — Она подготовила фальшивые ордера на «экстренную утилизацию опасных объектов». Сама подписала, сама поставила печати министра. В следующий вечер пятницы они войдут в Отдел Тайн и вынесут подчистую все защитные контейнеры. Сюда, в Цитадель. Официально эти артефакты будут считаться уничтоженными. Драко аккуратно свернул пергаменты и вернул их Забини. — Делай вид, что ничего не видел, — тихо, но жестко сказал Малфой. — А дальше что? — Дальше я должен закончить параграф о структуре ядра. И молиться, чтобы ее тело продержалось до этого момента. Работаем дальше, Блейз.