Глава 7.

Воскресенье выдалось тяжелым. И дело было не в том, что Драко вернулся домой поздно ночью. А в том, что до утра, он так и не смог уснуть. Все его мысли занимала девушка… С тёмными кудрями, веснушками на щеках, и глазами цвета крепкого коньяка, которые пьянили сильнее любого алкоголя. Он прокручивал в голове прошедший вечер. Их танец. Её плавные, изящные движения. То, как ощущалась её кожа под его пальцами. Как она дрожала, но продолжала открываться навстречу его прикосновениям. Её запах. Этот её, сводящий с ума аромат. Сочная груша – живая, дразнящая… и карамель – тёплая, тягучая, опасно притягательная. Драко не помнил, чтобы чей-то запах когда-либо врезался ему в память так сильно. Её глаза. Они гипнотизировали – затягивали, манили, словно призывали сгореть в том огне, с которым она смотрела на него. Закрывая глаза, лежа в постели, он снова видел её улыбающееся лицо. «Блять, Грейнджер… что же ты со мной делаешь? Почему я не могу перестать думать о тебе?» К утру Драко пришёл к неожиданному но неоспоримому выводу: он хотел её. Хотел Гермиону Грейнджер – и мысль легла слишком легко. И это было не про желание обладать её телом. Хотя он бы соврал, если бы сказал, что она не возбуждала его физически. Когда она на танцполе тёрлась бёдрами о его пах… его член недвусмысленно давал понять, чего он хотел. Но он хотел всю её… её улыбку, её реакции, её внимание… ему хотелось всего. Она цепляла что-то внутри слизеринца, что не позволяло ему отпустить эти мысли. Драко выругался под нос, откидывая подушку, и резким движением сел в кровати. Он спрятал лицо в ладонях, слегка потирая его. У него оставались сутки, чтобы найти всю необходимую информацию по тёмным проклятиям, а он не мог уснуть из-за мыслей о… Грейнджер. Чёрт возьми. Солнце уже взошло, и Драко решил, что нет смысла тянуть. После душа он выпил кофе, поблагодарив Нарциссу за завтрак и отправился к стопкам документов, ожидающих его в кабинете.

***

В понедельник утром блондин чувствовал себя чуть лучше. Хоть он и засиделся до поздней ночи за изучением фолиантов, они подействовали на него лучше снотворного. Так что, когда его голова всё же коснулась подушки, он мгновенно уснул. Когда он собрался выходить, то на минуту задержался у зеркала, будто выискивая в своём безупречном виде несуществующие недостатки. Поправив идеально уложенные волосы, он всё же вышел из комнаты. Идя по коридору Малфой-Мэнора, он обдумывал предстоящую встречу с Гермионой. «Как она будет вести себя сегодня? Не пожалела ли за эти дни о том, что произошло в клубе?» Его остановил твёрдый, властный голос. — Драко. Он обернулся. У окна стоял Люциус, будто намерено ожидая его появления. — Отец, — кивнул Драко, замедляя шаг. — Куда-то спешишь? — ровно и спокойно спросил старший Малфой. — Да, есть дела в Министерстве, — таким же спокойным голосом ответил он. — Министерство… — Люциус будто пробовал слово на вкус. — Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Уделишь мне немного времени? — Если только ненадолго, — ответил Драко и направился за отцом в его кабинет поблизости. Присаживаясь в кресло около стола он уже догадывался, о чем пойдёт речь. — Значит, то, что я узнал, – правда, — начал Люциус, усаживаясь за свой стол. — Ты теперь работаешь на Министерство? Конечно же, Люциус Малфой не мог не узнать о его связи с Министерством магии. Его осведомитель всегда был где-то в тени, но обязательно узнавал всё, что происходит в жизни Драко. — Просто помогаю с конкретным делом, — парень уверенно смотрел в глаза отца. — Специалиста такого уровня они не найдут. Да и у меня есть свой интерес: уж больно необычный случай, хочу разобраться, — буднично заключил он. Люциус чуть склонил голову, внимательно наблюдая за сыном, будто пытаясь понять, насколько он осознаёт, во что ввязывается. — Интерес, говоришь… — тихо повторил он. — Часто именно интерес приводит к самым неприятным последствиям. Он откинулся в кресле, переплетая пальцы. После войны Люциуса Малфоя оправдали практически по всем пунктам, приговорив лишь к пяти годам условно с выплатой репараций. Он признал вину и активно сотрудничал со следствием, что сыграло в его пользу. За ним пристально наблюдали, в связи с этим старший Малфой, решил держаться подальше от политики и публичной деятельности. — Министерство, — продолжил Люциус ровным тоном, — место, где ценят лояльность больше, чем талант. И не всегда те, кто рядом, будут искренни. Драко слегка напрягся, но оставался спокойным. — Думаешь, я не справлюсь? — сухо спросил он. — Я думаю, — ответил Люциус без паузы, — что тебе стоит понимать, с кем ты имеешь дело. И что далеко не все, кто улыбается, действуют во благо. В кабинете повисла короткая тишина. — Ты всё ещё отмечаешься. А это значит, что тебе не так уж доверяют, как кажется. И не забывай про предрассудки. — Я понимаю, — он смотрел на отца прямо, давая понять серьезность слов. — Я не строю иллюзий. Люциус медленно поднял глаза. — Просто будь осторожен, Драко. Следи за тем, кому открываешься. И не позволяй себе доверять слишком быстро. Драко кивнул. — Я понял, — ответил он, чувствуя, что отец говорит не о конкретной угрозе, а о том, что всегда что-то может пойти не так. — Хорошо, — кивнул Люциус. — Я не могу предсказать, что будет дальше. Но Министерство – не то место, где стоит проявлять инициативу. Особенно сейчас. Он сделал маленькую пауза, убеждаясь, что сын понимает каждое сказанное слово. — Ты имеешь дело не с расследованием, а с людьми. А люди… куда опаснее. Он откинулся в кресле и снова стал собранным, спокойным, словно разговор с сыном был чем то повседневным, а не тревожным. Драко кивнул, понимая, что на этом они закончили, и, попрощавшись покинул кабинет.

***

Гермиона постучала в кабинет Гарри. Анабель передала, что он просил её заглянуть как можно скорее, и девушка не стала медлить. — Войдите. — Гарри, ты хотел… — начала она, быстро открывая дверь, но запнулась. Её взгляд сразу же упал на мужчину, стоявшего боком к ней возле стола Поттера. На нём была белая рубашка, пиджак покоился на спинке стула для посетителей. Руки, с закатанными рукавами, скрещены на груди. На кисти – часы, на пальце – перстень. Он тут же обернулся на её голос, и светлые пряди слегка упали на лоб. «Драко…» Она посмотрела ему в глаза, и, кажется, на её щеках тут же вспыхнули красные пятна. — Грейнджер, — произнёс мягкий голос блондина, и он слегка кивнул. На его лице появилась игривая улыбка. — Проходи, Гермиона, мы ждали тебя, — тут же сказал Поттер. — Малфой… привет, — немного замялась Гермиона, бросив взгляд на друга, затем на слизеринца. На самом деле она не знала, как вести себя с ним после всего, что произошло. Они сблизились в ту ночь. Физически. И не только. Она решила наплевать на всё и позволить себе утонуть в его объятиях. И позволить ему касаться себя, обнимать. Ей были приятны его прикосновения – будто он касался её так уже не впервые. А его дыхание на её шее… она не понимала, что с ней происходит. Можно было скинуть всё на алкоголь, но она и раньше замечала такую реакцию на близость слизеринца. Например, в их встречу в лифте. Ей нравилась их игра. Нотки флирта в разговоре. А ещё – его поцелуй. Она всё воскресенье проходила с мыслями об этом невинном, но таком интимном жесте, улыбаясь каждый раз, когда снова прокручивала это в голове. Джинни пришла к ней после обеда. Она всё ещё была немного сонной, но, как только посмотрела на улыбающуюся подругу, тут же взбодрилась. — Гермиона, расскажи мне всё! — заявила ведьма, усаживаясь бабочкой на кровати. — О чём вы говорили? Уф, вы так сладко смотрелись вместе, я еле успела перехватить того придурка с коктейлями, который уже бежал вернутся к тебе. — Чёрт, я за него совсем забыла, — смущённо ответила Грейнджер, закрывая лицо руками. — Да уж мы заметили! И не грех было забыть… в объятиях такого-то мужчины, — Джинни заиграла бровями. — Джинни! — Что? Я правду говорю, — отмахнулись девушка. — Я же говорила – он запал на тебя. А ты не хотела слушать. — Ну, возможно, я и правда заинтересовала его, — всё так же неуверенно и краснея ответила она. — Возможно?! — воскликнула Уизли. — Да межу вами такие искры летели, что даже слепой бы узрел! Гермиона, сидевшая рядом, слегка заскулила и, заваливаясь набок, уткнулась лицом в подушку. — Ну что не так? — Не знаю, Джин, как то всё это очень… странно, — начала размышлять Грейнджер. — Я и Малфой… не знаю. — И что? Ты вообще видела, как вы смотритесь вместе? Гермиона посмотрела не неё своими большими глазами. — Ты светишься рядом с ним. Тебе же хорошо в его обществе. Я права? — Права, — тихо пробормотала Гермиона, отводя взгляд в сторону. — Ну вот! Какие ещё могут быть сомнения? Вы идеально подходите друг другу! — Это у меня всё вот так, Джинни. Но мы ведь не знаем, что у него в голове. Гермиона села в изголовье кровати с подушкой в руках, рассматривая свои пальцы, будто что-то очень интересное. — Может, я привлекаю его внешне. Только физически. Всё-таки он взрослый мужчина, вернулся домой… и я не первый раз встречаю его в подобном заведении. «— Я мужчина, Грейнджер. Я мог прийти сюда выпить… и возможно познакомиться с какой нибудь милой ведьмочкой.» Гермиона нахмурилась своим воспоминаниям. — Может я для него – разовое развлечение, и только. — Если ты – разовое развлечение, то почему он всё ещё не затащил тебя в постель? Гермиона не знала, что на это ответить. Ведь, если бы это действительно было его целью, то он мог воспользоваться случаем ещё в клубе. Она была уверена, что в тот момент не отказала бы ему. Но он был слишком осторожен. Он не давил, не наседал. Он давал ей время принять решение: оттолкнуть или подпустить. Каждое его движение казалось выверенным, будто он заранее представлял, как она отреагирует, и знал, где нужно остановиться, чтобы не испортить момент. В его глазах, в тот момент, когда она повернулась к нему лицом во время танца, читалась… сосредоточенность. Это и правда не вязалось с её версией. — Не знаю… может, всё и не так. — Просто дай ему время, — уже спокойнее сказала Уизли. — Вы ведь будете встречаться по работе – вот и посмотришь, как он будет себя вести. Станет понятно, что у него на уме. — Ты права, — невинно улыбнулась Гермиона. — Так и поступлю. Гриффиндорка вернулась к реальности от лёгкого прикосновения к предплечью. Она моргнула. Возле неё стоял Малфой со слегка озадаченным выражением лица. — Эй, ты в порядке? — Да… да, простите, я немного задумалась. — Я тоже терпеть не могу понедельник, — пробормотал Гарри. Гермиона перевела на него взгляд и выдохнула. — Да, тяжелый день. — Думаю, вы можете присесть, и мы обсудим все подробности дела, которые нам принёс Малфой, — предложил Гарри, указывая на длинный рабочий стол. Драко и Гермиона одновременно двинулись к стульям. Малфой галантно отодвинул для неё один из них – тот, на котором висел его пиджак. Сам устроился на соседнем. — Итак, Малфой, что ты нашёл? — начал Поттер. Лицо Драко тут же стало серьёзным. Он открыл папку и разложил бумаги перед гриффиндорцами, но прежде чем начать, на секунду задержал взгляд на Гермионе. Слишком долго, чтобы это осталось незамеченным. — Во-первых, Грейнджер была права, — произнёс он, не отводя от неё глаз, — Это действительно тёмная магия. Гермиона чуть выпрямилась в кресле. — Но, — продолжил он, перелистывая один из листов, — Ты бы нашла нужную информацию, если бы искала артефакт, которым это было изначально. — Изначально? — нахмурилась Грейнджер. Драко кивнул и подвинул один из документов ближе к ней. Его пальцы на мгновение коснулись её руки – едва заметно, почти случайно. Но этого оказалось достаточно. Гермиона резко перевела взгляд на бумагу. — И вот тут выплывает наше, во-вторых, — спокойно продолжил он, будто ничего не произошло. — Это переделанный артефакт, кто-то очень… талантливо поработал над ним. — Насколько «талантливо»? — спросил Гарри, наклоняясь вперёд. — Настолько, что нарушил его первоначальную природу, — ответил Драко. — И превратил в нечто куда более опасное. Он вытащил ещё один лист и развернул его к ним. — «Голодная Реликвия». Повисла короткая пауза. На лице Гермионы проскочило понимание, она сосредоточилась и на лбу появились легкие морщинки. — Я встречала упоминание о ней в архивах, — тихо сказала она, пробегая глазами текст. — Но я не придала ему значения, потому что… — Он не соответствовал масштабу урона, который оставил после себя артефакт из ограбления, — закончил за неё Драко. Их взгляды снова встретились. На этот раз – дольше. — Да, — выдохнула она, будто чуть тише, чем собиралась. Гарри перевёл взгляд с одного на другого и кашлянул. — Может, продолжим? Драко едва заметно усмехнулся и откинулся на спинку стула. — Изначально, артефакт предназначался для поглощения магии. Его использовали для нейтрализации проклятий и разрушения магических барьеров, — он внимательно наблюдал за реакцией собеседников. — Отсюда и название «Голодная», он поглощал всё начисто. — Это объясняет, почему не осталось магического фона, артефакт высосал всё подчистую, — заговорил задумчиво Поттер. — А магический след… — размышляла Гермиона. — Он остался на месте преступления, но был какой-то обрывочный… Она посмотрела поочередно на парней, останавливая взгляд на Малфое и заключила: — Потому что, если его переделали, то это нарушило его целостность, а новые свойства артефакта перебивают те крохи его активных частиц еще больше. — Десять очков Гриффиндору, — тихо произнёс он, и в его голосе мелькнула тёплая насмешка, едва заметная, словно он скучал по этому. Гермиона чуть прищурилась, но уголки её губ дрогнули. — И судя из того, что я вычитал в ваших отчетах, теперь «Реликвия», не только поглощает магию, но и накапливает, а после – перенаправляет её, делая сам артефакт и волшебника, который её использует ещё сильнее. — По-этому, в момент взлома произошел такой всплеск энергии? Драко кивнул. — Это очень мощная вещица. Она была такой и раньше, но после модернизации, она стала нестабильна. Неизвестно что ещё она могла натворить, — лицо слизеринца стало серьезным. — В таком, новом виде, артефакт легко мог высосать магическую энергию из человека. — Чёрт, — Гарри, зарылся руками в волосы и откинулся на спинку своего кресла. — Это всё усложняет. — Не сомневаюсь, — поддержал Драко. — Вопрос в том, где ваш подозреваемый его взял. Её так просто не купишь в Лютном… да и на Чёрном рынке он вряд ли его нашёл бы. Слизеринец подумал еще секунду и добавил: — А даже если бы и нашёл, то сомневаюсь, что ему хватило бы денег купить его. — И ума, чтобы переделать, — нервно усмехнулся Поттер. В комнате повисла тишина. — И есть ещё кое-что. Гарри сразу поднял голову. — Что именно? Драко на мгновение замолчал, будто решая, стоит ли говорить. Затем его взгляд снова скользнул к Гермионе. — Я уже видел упоминание об этой «Реликвии», — пауза. — И того, кто проявлял к ней интерес. — Где? — резко спросил Поттер. — Около года назад. Во Франции. На закрытом аукционе. — Ты знаешь, кто ей интересовался? Драко медленно выдохнул. — К сожалению, да. — И кто это? Короткая пауза. — Эдгар Фростейн. — Фростейн?.. — Гарри нахмурился. — Он же… — Да, — тихо подтвердил Драко. Гермиона перевела взгляд с одного на другого. — Может, вы всё-таки объясните? Кто он? Драко посмотрел прямо на неё. И на этот раз в его взгляде не было ни насмешки, ни игры. — Отчим Забини.