ЧГлава 8. Когда плачут даже звёзды

Сразу после дуэли Наташа и Армандо были счастливы. Они держались за руки и шли по коридору школы, а все вокруг хлопали и поздравляли. Даже солнце светило как-то особенно ярко, а сакура цвела ещё сильнее. Всё было хорошо. Но потом Наташа вдруг покачнулась. Армандо подхватил её и спросил что случилось, но она не ответила. Её лицо стало бледным как рисовая бумага, а очки запотели изнутри. Она схватилась за грудь, потом за голову, потом за живот — как будто боль была сразу везде. — Наташа! — закричал Армандо и его голос сорвался. — Что с тобой?! Она попыталась улыбнутся но не смогла. И потеряла сознание у него на руках. Дальше всё было как в тумане. Приехала школьная скорая помощь (да, прямо во двор заехала, с мигалками в форме лепестков сакуры). Наташу увезли в больницу. Армандо сидел в коридоре и ждал. Ждал час, два, три. Он не ел и не пил и ни с кем не разговаривал. Юто Беккер прибегал и что-то говорил, но Армандо его не слышал. Мими Сакура-Росси принесла цветы и рыдала где-то в углу. Даже Грета-Розалинда пришла, постояла молча и ушла — кажется, даже ей стало не по себе. Наконец вышел врач. Это был личный доктор семьи фон Штайн, профессор Акира Менгеле-Ямамото, старик с седыми усами и печальными глазами. — У меня плохие новости, — сказал он и снял очки. — У вашей подруги рак. Рак всего. — Что значит — всего? — спросил Армандо и его голос звучал глухо. — Буквально всего. Лёгких, печени, почек, селезёнки, костного мозга, волосяных луковиц и даже левого мизинца. Мы никогда такого не видели. Ей осталось не больше трёх дней. Армандо упал на колени прямо в коридоре. Он не заплакал, но его глаза стали цвета мёртвого льда. Он просто стоял на коленях и смотрел в одну точку. Когда ему разрешили войти в палату, он увидел Наташу. Она лежала на кровати, подключённая к куче приборов, и была очень бледная. Её очки сняли и положили на тумбочку, и без них она выглядела совсем беззащитной. Волосы разметались по подушке как шёлковое цунами. — Привет, — сказала она слабым голосом и попыталась улыбнутся. — Говорила же что я невезучая. — Не говори так, — Армандо подошёл и сел на стул рядом с кроватью. — Ты выживешь. Я найму лучших врачей. Мы полетим в Швейцарию, в Германию, куда угодно. — Не надо, — она покачала головой. — Я уже знаю. У меня рак всего. Это не лечится. — Но... — Послушай меня, — она взяла его за руку и её пальцы были холодными. — Я хочу чтобы ты знал. Я не жалею ни о чём. Даже о том что врезалась в тебя в первый день. Даже о том что мы ругались. Даже о дурацком обмене телами. Всё это было... самым лучшим в моей жизни. Армандо сжал её руку и почувствовал как внутри всё разрывается. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я идиот что не говорил этого раньше. — И я тебя люблю, — ответила она и по её щеке покатилась слеза. — Только от этого ещё больнее. Они замолчали. Приборы пикали. За окном заходило солнце и красило небо в розовый. *** Ночью того же дня Армандо не спал. Он сидел в особняке и смотрел на фамильный кулон который лежал перед ним на столе. Тот самый сапфир который он отдал Наташе а она вернула ему перед дуэлью. Теперь он сверкал в лунном свете как живой. И вдруг Армандо понял что делать. Он схватил кулон, надел его и побежал в больницу. Бежал по ночным улицам, задыхаясь, а за ним летели лепестки сакуры. Ворвался в палату, упал на одно колено прямо у кровати Наташи и сказал: — Выходи за меня. Наташа проснулась и уставилась на него: — Что?! — Выходи за меня, Наталья Петрова. Сейчас. Прямо здесь. Я знаю что нам осталось мало времени. Но даже три дня с тобой стоят вечности без тебя. Она смотрела на него и не верила. Он стоял на колене, в мятой водолазке, с безумными глазами, и протягивал ей фамильный кулон как кольцо. — Ты сумашедший, — прошептала она. — Да, — согласился он. — Сумашедший от любви к тебе. И она сказала да. Конечно сказала да. Потому что это был финал и все клише должны были сработать. *** Тайм-скип. Один год спустя. Был солнечный день. В школьном храме шла свадьба. Наташа стояла в белом кимоно с вышитыми оленями и улыбалась. Она была жива и здорова и прекрасна. Армандо стоял рядом в смокинге и водолазке и тоже улыбался. Вокруг были все: Юто и Мими (они теперь встречались и ждали ребёнка), Лили, директор с посохом, бабушка из Нары, даже Грета-Розалинда которая стала монахиней и принесла в подарок рисовые лепёшки. Франческа прислала открытку из Милана. Дракон из подвала бассейна летал в небе и пускал фейерверки. Священник который вёл церемонию был древним демоном-хранителем рода Петровых. Он поднял руку и все затихли. — Я должен рассказать тайну, — сказал он. — Наталья Петрова не просто человек. Она на половину ангел и на половину демон. Её прадедушка был падшим ангелом, а прабабушка принцессой ада. Поэтому рак всего ей был не страшен. Это как насморк для обычных людей. Истинная любовь активировала её гены и она выздоровела. Все ахнули. Наташа тоже ахнула хотя она уже знала. Армандо взял её за руку и сказал: — Мне всё равно ангел ты или демон. Ты моя. Навсегда. И они поцеловались. И все хлопали. И играл j-rock. И фейерверки взлетали в небо. И директор стукнул посохом и случайно запустил ещё больше фейерверков. И всё было очень красиво. А потом они улетели в свадебное путешествие на драконе. И жили долго и счастливо. И рак всего больше никогда не возвращался. Потому что любовь побеждает всё. Даже рак всего. Даже если ты на половину ангел и на половину демон. КОНЕЦ.