Глава 22 — Кампо ночью

Ночью Piazza del Campo кажется ещё больше. Как будто стены отступают, а небо опускается ниже. Пустота здесь не спокойная. Она ждёт. София приходит первой. Всегда. Не потому что хочет. Потому что не может иначе. Она спускается по камню. Медленно. Смотрит на место, где через несколько часов будет песок. Где будут крики. Где будет решаться то, что уже не остановить. Письма у неё с собой. Она не может их оставить. Шаги. Она не оборачивается сразу. Знает. — Ты пришёл. Леоне спускается. Останавливается на расстоянии. — Да. Они не подходят ближе. Как будто между ними теперь что-то большее, чем просто площадь. — Он не верит. — А ты? Он смотрит на камень. — Я не знаю, во что верить. София делает шаг вперёд. — Тогда верь тому, что ты видел. — Я ничего не видел. — Ты видел его. Он поднимает взгляд. — Кого? — Своего отца. — Я видел, как он живёт с этим. — Именно. — Ты хочешь так же? Он не отвечает. София подходит ближе. Теперь между ними всего несколько шагов. — Мы можем уехать. Стать никем. — Ты не боишься? — Боюсь… Но не этого. — Тогда чего? Она отвечает не сразу. — Того, что ты останешься. Слова остаются между ними. Леоне закрывает глаза. Барабаны не звучат. Ветер проходит по площади. Лёгкий. София достаёт из рюкзака лист. Протягивает ему. Он берёт. Смотрит. Это они. С персиками. Свободные. Если они не уедут, их не будет. — Я не хочу, чтобы нас не было. Слова выходят тихо. Но впервые — без защиты. София делает шаг. Теперь между ними нет расстояния. Он кладёт рисунок между ними. На камень. Как знак. И обнимает её. Не резко. Не отчаянно. Просто. Как будто это единственное, что сейчас имеет смысл. Она прижимается к нему. Тишина. Долгая. И в этой тишине впервые нет города. Но где-то далеко уже начинают звучать барабаны. Очень тихо. Как напоминание: время заканчивается.