Глава 16. Наряд вне очереди

Проблемы нашли их быстрее, чем кто-либо ожидал. --- — Воронцова?! Голос Василюка разнёсся по коридору так, что вздрогнули даже кадеты в соседнем классе. Алина замерла у окна. Макаров сразу напрягся. — Что случилось? — шепнул Трофимов. — Сейчас узнаем… В руках у Василюка была пачка каких-то документов. И выражение лица — очень плохое. — Ко мне в кабинет. Быстро. --- — Это ваше? На стол легла распечатка. Алина побледнела мгновенно. Максим успел заметить только знакомую фамилию в заголовке. Медицинские данные. Её отца. — Я спросил: это ваше? Алина молчала. Пальцы дрожали. И Макаров вдруг всё понял. Она брала документы из кабинета врачей. Для отца. Чтобы узнать результаты. Господи. — Товарищ майор… — Макаров, молчать. Но он уже видел состояние Алины. Она сейчас просто развалится. — Это я взял, — резко сказал он. Тишина. Алина подняла голову так быстро, будто не поверила. Василюк медленно прищурился: — Что? — Я взял бумаги. — Зачем? Макаров лихорадочно пытался придумать хоть что-то. — Ну… из интереса. Даже звучало тупо. Но отступать было поздно. Василюк несколько секунд смотрел на него. Потом устало выдохнул: — Макаров… ты вообще нормальный человек? — Не всегда. — Это я уже понял. Тишина. Алина смотрела на него огромными глазами. Испуганными. Почти больными. И от этого Максиму стало одновременно легче и тяжелее. Потому что теперь попадёт только ему. --- — Три наряда вне очереди. — Так точно. — И ещё месяц без увольнений. Трофимов бы умер на месте. Но Макарову было плевать. Потому что Алина сейчас стояла рядом — и наказание уже не имело значения. Когда они вышли из кабинета, она резко остановила его за рукав. — Зачем ты это сделал? — Потому что тебе и так тяжело. — Макс… — Всё нормально. Она вдруг шагнула ближе. И очень тихо сказала: — Ты иногда слишком хороший для человека, который делает вид, что ему всё равно. У него внутри всё перевернулось. Макаров усмехнулся, скрывая это: — Никому не рассказывай. Репутацию испортишь. Алина неожиданно улыбнулась сквозь слёзы. А потом вдруг обняла его. Сама. Крепко. И Максим впервые понял: ради этого он действительно готов на всё.