Часть 8

— Что нового? — Алик встретил Борю у входа в квартиру. Тот выглядел уставшим, но довольным собой. Хороший знак. — Да в принципе, есть что рассказать, — Боря бросил куртку на спинку кресла и с облегчением рухнул на диван. — Наконец-то можно делать следующий шаг. — Это какой такой? — Я неделю наблюдал за Дашей. Работа, дом, магазин, спортзал. Всё скучно до зубной боли. С Эльзой она не встречалась, никому не звонила при мне, ничего подозрительного не делала. Но сегодня я услышал её разговор с подругой в парке, которая звала её к себе на вечеринку, у меня созрел план. Алик сразу подался вперёд. — Какой? — Я пойду на эту вечеринку и познакомлюсь с Дашей. — Каким образом? — Старым проверенным способом. Представлюсь кем-нибудь другим, разговорюсь, вотрусь в доверие. Задушевные разговоры на вечеринках на пьяную голову, рассказать как это бывает? — Можно мне тоже пойти? — Конечно нет, она подруга Эльзы, наверняка же знает тебя в лицо а даже если нет, нельзя так рисковать. — Боря растолковывал ему это как маленькому ребенку. — Маловероятно, что она меня знает. — Достаточно вероятно, чтобы всё испортить. Алик недовольно откинулся на спинку кресла. — Не люблю сидеть сложа руки. Как ты собираешься попасть туда? — На таких чисто американских вечеринках постоянно много народу, которого никто не знает. — И ты рассчитываешь просто войти? — Именно. — И это работает? — Ты удивишься, сколько дверей открываются, если вести себя так, будто имеешь полное право там находиться. Музыка буквально била по ушам. Борис медленно двигался через заполненную людьми квартиру, стараясь выглядеть расслабленным. На деле же взгляд его непрерывно работал. Входная дверь. Кухня. Балкон. Запасной выход через пожарную лестницу. Около сорока человек. Половина уже пьяна. Даши нет. Он сделал глоток виски из стаканчика и продолжил наблюдать. Спустя несколько минут она наконец появилась. Борис заметил её сразу. Высокая, светловолосая, в красном платье. Она улыбалась знакомым, обнимала кого-то, смеялась над шутками, но что-то в этой улыбке было неправильным. За последнюю неделю он видел её достаточно часто, чтобы заметить закономерность. Даша почти всегда выглядела грустной. Одинокой. Даже в компании. Словно всё время играла роль человека, которому весело. Несколько часов Борис держался неподалёку, не привлекая внимания. К полуночи Даша заметно расслабилась. Или, точнее, выпила достаточно, чтобы перестать контролировать каждое своё движение. Она поднялась с дивана и направилась куда-то через толпу. На третьем шаге каблук зацепился за ковёр. Даша пошатнулась. Борис среагировал мгновенно. — Осторожнее. — Одной рукой подхватил её за локоть. Она моргнула и удивлённо посмотрела на него. — Спасибо. — Несколько секунд разглядывала его лицо. — Мы знакомы? — Боюсь, что нет. — У тебя акцент, — Даша усмехнулась и поправила волосы. — Правда? И какой же? — Наш. — Она прищурилась. — Ты говоришь по-русски? — Говорю. Я из Краснодара, — перешел он со своего ломаного английского на русский. — Вы знаете Мишель? — Не совсем. Я знаю брата её друга. — Обожаю американские вечеринки. Здесь половина людей знакома через кого-то, кого никто никогда не видел, — улыбнулась Даша. — В этом есть своё очарование. — Или опасность, — она снова чуть качнулась. — Кстати, куда ты так спешила? — спросил Борис. — Я? Понятия не имею. — Она посмотрела по сторонам. — Извиняюсь, я пьяна. О, вспомнила. Курить хотела. — Тогда тебе нужен сопровождающий. — Это предложение или предлог? — Зависит от того, какой ответ мне выгоднее. Даша зассмеялась. Они вышли на балкон. Здесь тоже было людно, но в дальнем углу нашлось два свободных кресла. Даша закурила и с удовольствием выпустила дым в ночное небо. — Очень приятно встретить своих. Да еще и таких галантных. — Стараюсь поддерживать вымирающий вид. — Пока получается. Она внимательно посмотрела на него. — Давно в Чикаго? — Недавно. Работа в продажах. — Ой как интересно, я тоже. — Что серьезно? — уже улыбнулся Борис. — Прекрасно, значит у нас много общего. Даша отпила из красного пластикового стаканчика. Она откинулась в кресле и некоторое время молча смотрела на него. Слишком внимательно. Борису это не понравилось. Люди обычно не смотрят так на незнакомцев. — Ты весь вечер за мной наблюдал, да? — он едва не подавился виски. — Что? — Ничего. Помогаю тебе флиртовать со мной, — Даша улыбнулась уголком губ. — Да я вовсе не… — Брось. — Она лениво махнула рукой. — Я не вчера родилась. Так все и начинается. Ты скажешь, что заметил мои грустные глаза. — Но глаза у тебя действительно были грустные. — Борис посмотрел прямо на неё. На этот раз Даша не выдержала взгляда и отвернулась к ночному городу. — А потом ты попытаешься затащить меня в постель. — Не планировал. — То есть я недостаточно хороша для тебя? Борис тяжело вздохнул. — Я этого не говорил, — он несколько секунд смотрел на неё, словно пытаясь подобрать слова. — Почему женщины всегда всё усложняют? Даша рассмеялась. — Потому что у вас всё слишком просто. — Потому что иногда всё действительно просто. — Например? — она вопросительно подняла бровь. — Например, я просто хотел с тобой пообщатся. — И что же тебя так заинтересовало? — Сначала я заподозрил, что ты не американка. — Почему? — Славянская внешность. — Это ещё какая? — Такая, которую невозможно спутать. — Очень содержательно. — Другого объяснения нет, — он сделал глоток со стаканчика. — А еще у американцев таких красивых девушек не бывает. — Это уже лесть, — Даша закатила глаза. — Причём совершенно неприкрытая. — Хоть честно. Они одновременно рассмеялись. Впервые за весь вечер улыбка Даши выглядела искренней. Не натянутой. Не вежливой. Настоящей. Она покрутила в руках стакан. — Извини. Просто я слишком часто обжигалась, — улыбка исчезла так же быстро, как появилась. — И теперь если вижу еще раз такую вероятность, то пресекаю все на корню. Борис кивнул. — Понимаю, — хотя на самом деле понимал гораздо больше, чем она могла представить. Он открыл бутылку виски, которую прихватил на кухне, и плеснул немного себе. Потом вопросительно посмотрел на неё. — Будешь? — Почему нет. Он наполнил её стакан. Несколько секунд они молчали. Музыка гремела где-то за дверью балкона, люди смеялись, кто-то спорил, кто-то уже танцевал на столе. А здесь, в углу балкона, словно образовался отдельный мир. — Что такого случилось позволь спросить? — Верила людям. — Опасная привычка. — Очень. А ты? — Что я? — Ты веришь людям? Борис посмотрел на неё поверх стакана. — По профессии мне за это не платят. — И кем же ты работаешь? А точно продажи. — А что? — Просто ты выглядишь как шпион. Борис лукаво улыбнулся. — Если бы я был шпионом, я бы точно не признался. — Логично, — Даша пожала плечами. — Да и ничего особенного со мной не происходило. Если честно, все эти отношения просто не стоили потраченных нервов. — В каком смысле? — В прямом. Иногда смотришь назад и понимаешь, что переживала из-за вещей, которые того не заслуживали. Мне вообще кажется, что никакой настоящей любви в моей жизни не было. — Почему? — Потому что мы не в кино, — Даша усмехнулась. — Такие истории случаются редко. В основном люди просто сходятся, расходятся, терпят друг друга, а потом разводятся. — Неужели среди твоих знакомых нет ни одной истории, которую можно было бы экранизировать? Борис говорил небрежно, словно спорил ради спора. Хотя внутри уже осторожно нащупывал нужную тему. Даша задумалась. — Наверное... есть. Но это скорее исключение. — Мой брат потерял свою возлюбленною, они попали в аварию на мотоцикле пять лет назад. И что ты думаешь? Он все еще не может забыть её. Даша помрачнела. — Это уже ненормально. — Вот так сразу диагноз? — Пусть идёт к психологу. — Не будь такой циничной. — А я не циничная, — она поставила стакан на стол. — Он выбирает страдать ему или нет. — Мне кажется, далеко не всё мы контролируем. — Контролируем. — Даже любовь? — Особенно любовь. Борис покачал головой. — В этом вопросе уже у тебя всё как-то слишком просто. А знаешь, почему ты так говоришь? — Ну давай, удиви меня. — Даша улыбнулась. — Потому что только мужчины любят по-настоящему. Любовь мужчины к женщине бескорыстна. Даша расхохоталась так громко, что на них обернулись люди с другого конца балкона. — Ты серьезно сейчас? То есть те самые мужчины, которые бьют своих жен, изменяют им в больших количествах чем женщины? — Я не верю в статистику. — Верь в здравый смысл. Борис сделал вид, что сдаётся. — Раз уж мой пример тебя не убедил... — он повернулся к ней. — У тебя ведь тоже есть такая история, правда? — Есть, — сказала Даша. Борис замер. Не внешне. Только внутри. Он сделал небольшой глоток виски, чтобы занять руки. — И что за история? Даша задумчиво смотрела на огни ночного Чикаго. — Моя подруга... — Она ненадолго замолчала. У Бориса внутри всё сжалось. — Они с её парнем очень любили друг друга. Это было давно. Он был связан с криминалом, и в какой-то момент всё закончилось тем, что их обоих чуть не убили. — Борис почувствовал, как сердце ударило чуть сильнее. — Подруга очень испугалась и сбежала из России, инсценировав собственную смерть. Более того, это было одним из условий человека, который собирался их убить. Борис медленно моргнул. Он нашёл правду. Ту самую правду, за которой они прилетели через океан. При всей буре внутри, он лишь слегка качнул стакан в руке. — Серьёзная история, — удивился Борис. — Ещё какая. — Даша усмехнулась. — Да-да, не смотри так, я не вру. И такое в жизни бывает. Я помогала ей как могла. Мы тогда очень сблизились. Она была беременна, у неё чуть не случился выкидыш, малышка родилась на седьмом месяце и всегда была очень слабенькой но все обошлось. Я крестная её прекрасной девочки. На секунду Борис перестал слышать музыку. Беременна. Он смотрел на Дашу, стараясь сохранить обычное выражение лица. Он беззвучно выдохнул. Нельзя спешить. Нельзя выдать себя. Нельзя испортить всё сейчас. — Наверное, ей было тяжело, — произнёс он максимально спокойно. — Не то слово. — Даша смотрела куда-то вдаль. — Она тогда была просто тенью человека. Я еле её растормошила. Хорошо хоть работу сразу нашла, она её спасла. Борис кивнул. На самом деле он едва слушал. Где-то внутри уже появлялось знакомое чувство. Облегчение за выполнение задание. Именно сейчас Борис чувствовал себя охотником, который несколько недель шёл по следу через лес, а потом вдруг увидел добычу в нескольких шагах от себя. Главное — не спугнуть. — Парень этот вроде так и не оправился, после того как узнал, что она якобы умерла. И она сама то. Что сказать. За пять лет так и не подпустила никого к себе. Борис ничего не понимал, Эльза же замужем, как это никого к себе не подпустила? Вот это было уже что-то новое. Очень важное новое. И сейчас ему нужно было быть особенно осторожным. — Что с ней сейчас? — Да знаешь, все прекрасно. — Впервые за весь разговор Даша улыбнулась по-настоящему. — В чем-то ей все-таки повезло. На работе она подружилась с сыном босса и оказалось, что этот сын гей. Его отец очень консервативный, он буквально заставлял сына держать лицо на публике а то он лишит его наследства. В итоге он предложил подруге сделку. Фиктивный брак. Ей нужны были стабильность и безопасность. Ему — прикрытие. Сейчас она живёт в шикарном доме. У дочери есть официальный отец. Любимая работа. Денег хватает. Так что считай почти хеппиэнд. Даша продолжала рассказывать все в больших деталях но они уже были не важны, хоть он их тоже запоминал. Внутри Бориса в этот момент происходило что-то совершенно противоположное его спокойному виду. Он ликовал. Фиктивный муж, дочь, побег. Пять лет одиночества. В голове детектива детали начали складываться одна за другой с пугающей скоростью. Как будто кто-то наконец включил свет в комнате, где раньше были только тени. Все догадки Алика. Все безумные предположения. Всё оказалось правдой. Ему захотелось немедленно вскочить с кресла, выбежать с балкона и позвонить клиенту. Сказать: „Ты был прав, чёртов ты псих. Прав во всём“. — Ну и история. — Борис покачал головой. — Надо срочно продать её Голливуду. — Я, между прочим, предлагала. — Они рассмеялись. — Только, пожалуйста, никому. Он продолжал сидеть спокойно, словно слушал обычную историю о старой знакомой. Дело было практически закончено. — Ах вот ты где! Я тебя обыскалась. — Женский голос раздался совсем рядом. Борис машинально поднял голову. И замер. К ним подошла девушка с русыми волнистыми волосами. Невысокая, стройная, с мягкими чертами лица и карими глазами. Красивая. Он видел её фотографию. Много раз. Фотографию из личного дела. Фотографию, которую Алик носил в бумажнике. Не может быть. Так не бывает. — Прости, Эльза. Бывает. Та самая женщина. Хорошо все таки, что Алика он оставил дома. — Что это за красавчик? — подмигнула она Даше. Думая, наверное, что он американец. — Заткнись, он же тебя понимает, — Даша закатила глаза. — Черт, вы разговариваете на русском? Извиняюсь. — Эльза прикрыла рот ладонью и рассмеялась. — Какой ужас. Она смеялась легко. Звонко. — Эльза, подруга Даши. — Она протянула руку. — Если обидите её, будете иметь дело со мной. — Вообще-то мы ещё даже не познакомились, — заметила Даша. — Серьезно? — Эльза посмотрела сначала на неё, потом на Бориса. — Сидите тут уже полвечера. Она снова повернулась к нему. — Как вас зовут, молодой человек? Борис встал. Пожал её руку. — Борис. — Он впервые за весь вечер захотел рискнул и поиграть ради своего удовольствия. — Волков. На долю секунды всё изменилось. Совсем чуть-чуть. Большинство людей ничего бы не заметили. Но Борис замечал такие вещи профессионально. Улыбка дрогнула, взгляд замер. Ровно на мгновение. А потом всё исчезло. — Приятно познакомиться, Борис Волков. Ладно, не буду вам мешать. Эльза махнула рукой и так же легко исчезла в толпе, как появилась. Борис проводил её взглядом. Теперь он стал понимать Алика. У этой женщины была какая-то странная энергия. Некоторые женщины красивы. Некоторые умны. Некоторые умеют нравиться людям. Эльза каким-то образом объединяла всё это сразу, но дело было даже не в этом. Она будто заполняла собой пространство вокруг. Люди невольно начинали смотреть именно на неё. Именно таких людей не забывают. Теперь он думал уже не о расследовании. А о том, как бы поскорее выбраться отсюда и рассказать всё Алику. Завтра жизнь сразу нескольких человек могла измениться навсегда.