Часть 14

Минул ещё месяц, сошел и снег, значит пора в путь. Любование сакурой уже начиналось. Под длинным и неудобным кимоно была спрятана катана, которую ей наконец-то отдали. Спину было не согнуть из-за меча, который был спрятан под тканью. Сукуна помог ей взобраться на лошадь. Мэй пока не понимала, как они собираются пробраться во дворец Фудзивара. — Ты доверяешь мне? — внезапно спросил Сукуна, седлая коня. — Да. Что за вопрос? — Мэй прищурилась, расправила плечи, привыкая к мечу. — Хорошо. Свистнул поводья и они помчались в Наро. Улицы города были заполнены людьми. Праздник был не только у знати, но и у обычных жителей. Дома украшали фанатиками, где-то звучала музыка. Лепесток сакуры упал на ладонь Мэй, она аккуратно взяла его тонкими пальцами, рассмотрела жилки на нем. Подул ветер, растрепал ее волосы и утянул из рук лепесток. Тот подлетел, закружился с остальными в розовой пучине, коснулся плеча Сукуны и осел на нем. Мэй улыбнулась. Лошади медленно шагали друг за другом, приближая их ко входу во внешний двор. Мэй оглядела дворец и представила, как тот горит, как от него тянется столб из дыма и пепла. Она снова улыбнулась, сердце стукнуло сильнее, содрагая ее грудь. Мэй порывисто втянула носом теплый воздух, ощущая скорый конец всего. Всего, что так долго тянуло ее ко дну. Всего, что она так хотела уничтожить. И сегодня она расстанется с миром, который вцепился когтями в ее душу. Они подошли к резным воротам. Сукуна спешился, подошёл к стражникам, Мэй напрягла слух. — Я к госпоже Фудзивара Ёродзу. Со мной мои кохай*. — Вы есть в списке? Сукуна скрестил руки на груди. — Вы станете перечить госпоже? — Но... Господин... — Она узнает об этом. И будет не в восторге. Вы хотите видеть гнев госпожи? — Нет, господин. Да... Проходите. Госпожа Фудзивара уже здесь. — Благодарю. Он вернулся, оседлал коня. Они вошли во внешний двор, спешились, привязали коней у поилок, под широким навесом. Мэй подошла к нему. — Кто такая Ёродзу? — Ты мне доверяешь. — только и сказал он. Мэй фыркнула, уже пожалев о своем ответе. Они вышли на дорожку, направляясь на противоположную сторону двора, обогнули стену внутреннего двора. Территория, на которую они вышли, была сплошь зелена. Среди всего пространства виляли десятки дорожек, вымощенных белым гравием. Шумели сакуры, покрывая землю своими цветами. Под деревьями стояли лавочки, тут и там расположились столики с изысканными закусками. Знатные господа гуляли, общались, рисовали и сочиняли стихи, посвященные символу весны. Играла музыка, куда благороднее и изящней, нежели в городе. Ураумэ нагнал ее, взял под руку. Мэй поддалась, аккуратно кладя свою ладонь ему на предплечье. Она обернулась к нему, тот кивнул и увел ее в сторону, разлучая их с Сукуной. Они сели дальше ото всех, под тень дерева. Мэй поёрзала, поправляя за спиной катану. — Господин Рёмен! — раздался женский голос. Мэй обернулась на него. На Сукуне повисла какая-то девушка. Мэй скривилась от столь вызывающего поведения благородной госпожи. Тут же спрятала лицо за рукавом, скрывая эмоции. — Ты и впрямь благородных кровей — сказал ей Ураумэ. — У меня есть понятия приличия. — Ах, ты об этом... Это Фудзивара Ёродзу. Она без ума от господина и он этим откровенно воспользовался. — Ураумэ вздохнул. Казалось, ему самому было некомфортно. Девушка взяла Сукуну под руку, прижимаясь всем телом к нему. Мэй схватила Ураумэ за руку, сильно сжала. — Мэй... Мэй, пожалуйста... — зашептал Ураумэ. — Что? — она все ещё стискивал его пальцы в своих. — Ты безумно сильна для юной госпожи. — Ох! — она отдернула руку — прости. — Все нормально. — он смущённо улыбнулся — Тренировки не прошли даром. Мэй вздохнула, опустила плечи. И тут же выпрямилась, почувствовав, как ткань кимоно натянулась. — Проклятье. Невозможно сидеть с ним. Жара меня выматывает. Ещё и кимоно чёрное. Почему именно чёрное? Мы же на празднике весны. — Чтобы твой меч не просвечивал. — Ураумэ, давай возьмём что-нибудь выпить. — проигнорировала она его ответ — Невозможно жарко — она подула на горячие ладони. Ураумэ поднялся, подал ей руку, Мэй приняла ее. Они следовали к столикам с напитками. Мэй нашла глазами Сукуну, тот проводил ее взглядом. Девушка отвернулась, заметив, как Ёрудзу пристально следила за мужчиной. На столиках был лишь алкоголь. Мэй вздохнула. — Я поищу что-то другое. Подожди меня здесь. — он ускользнул из ее рук. У дальнего столика стояли двое мужчин и перешептывались, думая, что их никто не слышит. Но Мэй слышала все. — Свадьба госпожи отменилась и она уже с каким-то незнакомым мужчиной. Мэй осторожно взяла бокал, покрутил а в руках, поставила на место. — Это точно. Кто же знал, что развяжется война. Столько времени женщин Фудзивара отдавали им. — Минамото что-то подтолкнуло на этот шаг. — он заговорил тише — До сих пор не говорят, что именно. — Или женщин им было мало. — мужчина громко хохотнул. Они отошли от столика и девушка перестала слышать их разговоры. Мэй обернулась, ища глазами Ураумэ, но заметила, что Сукуна разговаривает с каким-то мужчиной. Ёродзу рядом не было. Она повернулась обратно и увидела ее перед собой. Тут же прикрыла рукавами рот, аккуратно поклонилась, чтобы не было видно меча. — Кто ты такая? — спросила Ёродзу. — Мэй, госпожа. — почтительно ответила она. — Я не хочу знать твоего имени. Почему ты трешься с Ураумэ и господином Рёменом? Ты шлюха? — Нет, госпожа — Мэй скрипнула зубами, вышла из поклона, все так же прикрывая рот рукавами. — Точно, ты не шлюха — она схватила ее за руку, выкрутила ее, осмотрела ладонь. — Твои руки как у крестьянки. Грубые, в мозолях. Почему ты до сих пор не на поле? Кажется, пора сажать рис и пшеницу. — она отпустила ее. Мэй перестала прятать лицо, но продолжила скрывать свои истинные эмоции за маской холодного дружелюбия. — Так, кто ты? — Ёродзу взяла два бокала, один подала Мэй. — Я кохай, госпожа — Мэй приняла напиток. — Кохай? — девушка приблизилась к ней вплотную — Не ври мне. В тебе нет ни моммэ* проклятой энергии. — она отпила из бокала. — Я все же склоняюсь к тому, что ты шлюха... Может, твои мозоли от того, что стёрла их о члены? Маска Мэй треснула. — Завидуешь? — процедила она сквозь зубы. — Что ты сказала? — прошипела Ёродзу, тут же сокращая между ними дистанцию. — Ты вроде не глухая. Есть сомнения — спроси господина Рёмена. Бокал Ёродзу дрогнул, выливая остатки содержимого на кимоно Мэй. — Ты вообще понимаешь, с кем говоришь, шлюха? — Благородная госпожа выучила ругательство, пока подслушивала у покоев родителей и теперь не может остановиться? — Мэй оскалилась. — Слушай сюда, девка — ее красивое лицо перекосилось от гнева — ты можешь нарядить на себя дорогущее кимоно, обваляться в косметике и благовониях, но от тебя все равно будет вонять. — она посмотрела на бокал в руках Мэй и тот начал искривляться — Твои волосы пропахли костром и потом. Ты пахнешь... — она отпрянул в от нее, словно обожглась — ты пахнешь им. Мэй опустила подбородок, всматриваясь в ее лицо изподлобья. — Как ты смеешь..? — взгляд Мэй оскорбил ее. — Господа Фудзивара — девушки обернулись на голос — прошу, не смущайте мою спутницу — Ураумэ держал в руках бокалы. — Конечно. — она поставила пустой бокал на стол и быстро ретировалась на поиски Сукуны. — Что ты устроила? — прошипел Ураумэ, когда она скрылась. Мэй забрала у него из рук бокал, согнутый оставила на столике. Ее била мелкая дрожь. — Ничего серьезного. Разговор по душам с сестрой. — она нервно хихикнула. Ураумэ взял ее под руку, увел в тень деревьев. Кажется, никто не обратил внимание на их перебранку с Ёродзу. Мэй отпила из бокала. — Ураумэ, ответь мне... — она смотрела на сакуру — Как я могу убить мага? — Ты хочешь убить ее из ревности? — Нет. Потому что она сука. Ну, и она Фудзивара — Мэй пожала плечами. — Могу предположить, что убить нужно неожиданно. А ещё можно вымотать ее, заставив истощить проклятую энергию. Мэй облизнула губы, пробуя его мысли на вкус. Слаще для нее была идея о внезапном убийстве. — Но тогда эта мразь не будет страдать. — внезапно возмутилась она. — Что? Мэй, прошу, следи за словами. — он скрестил руки на груди. — Прости, Ураумэ. Скажи вот что: какая у нее магия? — Созидание предметов. — Ничего интересного — хмыкнула Мэй. — Не недооценивай своего врага только потому, что он противен тебе. — Я думала, женщин-магов не бывает. — Бывают. И достаточно сильные. Но раньше считалось, что способности не передаются от женщин. В Минамото родился маг от женщины Фудзивара, вот и развязалась война. — Что ты только что сказал? — Мэй обернулась к нему. — Что... Я сказал? Она положила ему руку на плечо, легонько встряхнула. Ураумэ, сам того не осознавая, открыл ответ сразу на несколько вопросов. — Я внезапно кое-что поняла — она прикусила ноготок мизинца, глаза забегали. — Не понимаю. — Сначала война, потом издают приказ об устранении мелких веток Фудзивара. Меня пощадил лучник на горе Татэяма. Ураумэ, ты хочешь сказать, что я... — Нет, Мэй, ты — не маг. — Я не об этом! — она перешла на шопот, всплеснула руками перед его лицом — Я могу дать потомство в виде магов — Мэй взяла его за плечи — Вот почему Сукуна так часто акцентировал внимание на моем решении не становиться матерью. Он все время намекал, а я не понимала. Ураумэ взял ее за руки, опустил их. Мэй взглянула на него вопросительно. — Ты все ещё можешь передумать. — Не могу. С этим есть... Проблемы. Я больше не в лунном цикле. — В чем? — Ураумэ вздернул бровь. — Ураумэ... — она разочарованно покачала головой — уж не думала, что тебе нужно объяснять такие вещи. Ураумэ молчал. Мэй видела, как он усиленно думает, пытаясь разгадать значение ее слов. Девушка тихо засмеялась. — Ладно, перестань. Я не могу иметь детей. По крайней мере, пока. Ураумэ все ещё не мог ее до конца понять, но кивнул. Мэй расслабилась, выскользнула из его рук. — И все же, что за лунный цикл? — Проклятье, Ураумэ — она потерла лоб — менструация. Тебе что-то говорит это слово? Ураумэ покраснел. — Прости — он поклонился ей — прости, пожалуйста. — Перестань, все нормально. Перестань кланяться, сейчас же! Ты привлекаешь внимание! Ураумэ приложил ладони к пылающим щекам. Мэй не знала, смеяться ей или плакать от этого абсурда. — А если... А как... Восстановить этот лунный цикл? — еле выговаривала он слова. — А какая разница? — Ты правда не собираешься иметь детей? В тебе же течет кровь Фудзивара. Это сильные маги. Не родить будет... Расточительством. — Давай закроем эту тему. Ураумэ кивнул, все ещё немного красный. — Лучше вернёмся к тому, как я могу ее убить. Ты поможешь мне? — она серьезно посмотрела на него. Ураумэ задумался, затем покачал головой. — Она достаточно сильна. Я не уверен, что справлюсь. Тем более, ты ни разу не сражалась с магами. — Пора начать. Мэй вновь положила руку ему на плечо. Ураумэ опустил руки, в его глазах мелькнула грусть. — Прошу тебя. — прошептала она, шагнула ближе. Ураумэ молчал. Ветер качнул ветви сакуры, осыпая лепестками плечи и волосы юноши. — Если буду рядом, то помогу. — наконец сказал он. Мэй убрала руку, улыбнулась ему. — Иногда мне кажется, что наши души резонируют — признался Ураумэ. — Если наши души резонируют, значит в прошлой жизни мы могли быть братом и сестрой. Ты мой духовный брат, Ураумэ. Юноша улыбнулся, склонил голову, роняя с нее лепестки сакуры. — Да. — он поднял голову — Будь моей сестрой и в этой жизни, Мэй. Девушка засмеялась, прикрыв рот рукавом. Может, она и не чувствовала этого резонанса, но одно она ощущала явно: рядом с Ураумэ она могла быть честной и открытой. Кохай — ученик. Моммэ — единица измерения массы.