Хорон

2018 год Я в последний раз одернула жилетку и вышла из комнаты. Когда спустилась вниз, брат возился с манжетами рубашки. Увидев меня, сразу поманил пальцем. — Ой, старик, опять не справился? В посёлке Ямач должны были играть свадьбу Халиля Ибрагима и Зейнеп. От клана Кочари мы тоже обязаны были быть. Дом гудел предсвадебной суетой. — Не ворчи, иди сюда, застегни эти чёртовы запонки, — буркнул он. Я улыбнулась, подошла и расправила криво загнутые манжеты. — Кстати, пистолет я тебе отдам. Но уговор не забывай. Наконец-то запрет сняли — я обрадовалась, но ненадолго. — Не радуйся раньше времени. Только на сегодня. Потом снова под запретом. Радость испарилась в один миг. — Но, брат… Он не дал мне договорить. — Сегодня там будут и Фуртуна. Я даю тебе пистолет. Не испытывай судьбу, таттара. От его слов меня перекосило. Манжеты наконец приняли приличный вид. Он кивнул на мои распущенные волосы. — Распустила — не ожидал, — многозначительно заметил он. Я показала на косу с бусинами, заплетённую сзади. Я их не распускала. На его лице появилась горькая улыбка. Он осторожно погладил меня по голове. Мои вьющиеся волосы были распущены, а сзади заплетены в косу. Обычно я их собирала, поэтому он и удивился. — Без меня не пропадайте, — сказал брат Гезеп, выходя из комнаты в свитере с горлом и пиджаке поверх. Он скользнул по мне взглядом. — Это ещё что, волосы распустила? Я закатила глаза. Неужели так сильно бросается в глаза? Раз оба брата заметили — значит, и все остальные тоже. Я решила снова их собрать. — Сейчас уберу. Я уже развернулась к лестнице, но брат схватил меня за руку. — Не надо, и так красиво. Адиль притянул меня к себе и поцеловал в макушку. — Я же не сказал, что некрасиво, — добавил он. Брат Гезеп тут же встрял: — Сразу заревновал. И я перекочевала из рук одного брата в руки другого. Не прошло и двух секунд, как он взял меня за плечи и отстранил от объятий. Увидев мой пистолет с резными узорами на рукояти, который он достал из-за пояса, я радостно оскалилась. — Ой, как же я скучала по Зилли, — Я тут же потянулась к нему, но брат Гезеп отдёрнул руку и убрал его подальше, подняв указательный палец. — Не начинай пальбу где ни попадя. Я быстро закивала. — И не стреляй по окнам и дверям кого-нибудь только потому, что он тебя разозлил. Это заставило меня задуматься, но я всё равно кивнула. — И ещё: не выноси мне мозг с самого утра. Я уставилась на него. — Это ещё что за претензия? — Вот чёрт, не сработало, — пробормотал он. Я закатила глаза. — Могу я наконец взять свой пистолет? Брат Гезеп вынул магазин, проверил, полный ли он, и, прежде чем отдать, поставил на предохранитель. Я взяла своё оружие с тоской в глазах. Погладила гравировку, ещё раз проверила предохранитель и тут же засунула за пояс — пока они не передумали. — После свадьбы я заберу его, не забывай, — снова напомнил брат. Моё настроение рухнуло. Брат Гезеп наклонился к моему уху: — Если будешь хорошо себя вести — я, может, и забуду, что он у тебя. Я с надеждой кивнула. Он, конечно, не сможет мне отказать. — Ну, если все готовы — захватим Амирума и Эюпхана и поедем, — сказал брат, и мы вышли следом. Посёлок Ямач был тихой деревушкой между землями Фуртуна и Кочари. Они никогда не лезли в нашу вражду. Поскольку и те и другие были у них в почёте, мы ходили и на их свадьбы, и на похороны. Когда мы приехали, народ уже собирался. Фуртуна ещё не пришли. Может, вообще не придут. Не прошло и десяти минут, как мы сели за наш стол, как одна за другой начали подъезжать машины. Из первой вышли Оруч Фуртуна, его вечно озабоченная мать Зарифе, Эсме и Ширин. Следом подкатила вторая — с несколькими парнями из Фуртуна, а вместе с ними и сам Фуртунчик собственной персоной, со всей своей невыносимостью. Команда была в сборе. Мой брат, сидевший рядом, напрягся. Он впервые за долгое время видел Эсме. Я положила руку ему на локоть — попыталась поддержать. — Хочешь, пристрелю парочку Фуртуна, чтобы ты порадовался? Он повернулся ко мне. Улыбнулся, ценя поддержку, но снова предупредил: — Этот пистолет не выйдет из-за пояса, Фадиме. Он снова уставился вперёд. — И вообще, у меня и так хорошее настроение. Когда глава деревни подошёл к нашему столу и начал что-то говорить брату о земле, я перестала слушать и перевела взгляд на стол Фуртуна. Меня бесил Исо Фуртуна больше всех. Мало того что мы учились в одной школе — так ещё и в одном классе. Я проводила большую часть времени, изливая на него всю свою ненависть. Бесило, что я постоянно натыкаюсь на него везде. Хотя, с другой стороны, приятно было вымещать на нём злобу ко всей его семье. Должно быть, он заметил мой ненавидящий взгляд — потому что уставился на меня в ответ с насмешкой. Я уже собралась снова сверлить его глазами, но Эюпхан наклонился к моему уху и отвлёк: — Когда устроим разборки — до хорона или после? Я только что получила пистолет и не хотела из-за этого Фуртунчика его лишиться. — Никаких разборок сегодня. Я отвела взгляд от его насмешливых, презрительных глаз. Я хотела спокойного дня. В школе я ещё найду, к чему придраться. Я смотрела и аплодировала парням, отплясывающим колбасты. Брат всё ещё разговаривал с главой. Видимо, словами дело не решалось — потому что брат поднялся и, взглянув на нас с Эюпханом, сказал: — У меня одно небольшое дело. Сидите смирно. Я послушно кивнула. Гезеп пошёл за братом, и над нами остался только дядя Амирум. Зазвучала кеманча — началось настоящее веселье. Все быстро встали в хорон. Я с интересом наблюдала, как вдруг откуда ни возьмись появилась Асена, схватила меня за руку и подняла с места. Я не особо сопротивлялась — пошла за ней в хорон. — Ты что, была здесь? — крикнула я ей на ухо. — Только что приехала, Фади, — ответила она. Она сразу влилась в танец, утянув меня за собой. Я улыбнулась. Асена была моей самой близкой подругой. Хотя она и жила в этой деревне, большую часть времени проводила со своим женатым братом в городе. Справа от меня танцевала Асена, слева — какая-то деревенская девушка, с которой я не была знакома. Компания подобралась заводная — мне было очень весело. Когда по правую руку Асены встал Эрен, она взволнованно посмотрела на меня. Я пожала плечами. То, что он из Фуртуна, для Асены ничего не меняло — в конце концов, враждовали мы с ними, а не она. Хотя я с ним была не очень знакома, я знала его в лицо — он учился в нашем классе. Увидев, что по другую руку от него стоит Исо Фуртуна, я не подала виду — между нами было достаточно народу. Двигаясь влево, я могла не видеть его противную физиономию. К тому же у нас был отличный ритм, и я не хотела портить себе настроение. Асена одновременно и танцевала хорон, и говорила с Эреном. Я была сосредоточена на танце и не слышала, о чём они говорили, но, судя по всему, они начали пререкаться. Асена разозлилась, повернулась ко мне и шепнула: «Береги место», — после чего вышла из хорона, передав руку Эрена мне. Эрен с непонятной для меня обидой, растерянно и зло смотрел ей вслед. Не прошло и двух секунд, как я вышла из хорона следом за ним — и мою повисшую в воздухе руку крепко сжала горячая и костлявая рука. Я повернула голову направо и увидела самого Исо Фуртуна. Я уже собралась возразить, как он кивнул и сказал: — Не прерывай хорон, дочь Кочари. И продолжил ускоряющийся танец. Мои брови нахмурились, но я не хотела, чтобы меня считали зачинщицей ссоры — поэтому я промолчала и продолжила танцевать. Я не смотрела на него. Я старалась думать, что рука, сжимающая мою, принадлежит кому-то другому. Словно желая напомнить о себе, он наклонился к моему уху и насмешливо проговорил: — Я рядом с тобой, но не пойми неправильно, дочь врага. Это по долгу службы — чтобы не прерывать хорон. Я уставилась на него своим презрительным взглядом. — Эй, что мне понимать-то, Фуртунчик? Крик «хилихууууу!» лидера хорона заставил танец ускориться. Чтобы удержать равновесие, я ухватилась за его руку. — Если ты будешь так крепко держать меня за руку, я могу неправильно понять, Фадиме Кочари. Я закатила глаза. — У тебя явно не все дома, Фуртунчик. — Да, я понял, — ответил он. — И что же ты понял? — насмешливо спросила я. Он указал на мои развевающиеся во время движений вьющиеся волосы. — По тому, что ты распустила волосы, дочь Кочари. Меня отвлёк выстрел в воздух. Хорон внезапно остановился. Увидев, что Чакыр направил пистолет на Фуртуна, я хотела приказать ему опустить оружие — но заметила, что мой брат, неизвестно когда вернувшийся, стоит прямо напротив нас и направляет пистолет на Гёкхана. Исо потянулся рукой к поясу. Я поняла, что он целится в брата — и опередила его, выхватив свой пистолет и направив ему в грудь, встав между ними. Брат остался за моей спиной. Исо слегка наклонил голову, на его лице появилась опасная улыбка. Его рука всё ещё лежала на поясе, но пистолет он не достал. — Уйди с дороги, четверть мафии. Я сняла пистолет с предохранителя. — Что, кишка тонка при мне в него стрелять? Или боишься? Он поджал губы, сдерживая улыбку. — Очень боюсь. Аж трясусь. Я ненавидела, когда он надо мной насмехался. Ветром мне в лицо бросило пряди волос. — Сдохнешь от своей же наглости, — процедила я сквозь зубы, убирая их с лица. — Очень прошу, умоляю, нажми на курок, Фадиме Кочари, — продолжал он издеваться. Я в ярости приставила пистолет к его груди. Я не видела, что творилось у меня за спиной. Но шум драки усиливался. Я понятия не имела, как началась драка, но мне и не нужен был повод, чтобы выстрелить в Фуртуна. Он отвёл глаза за моё плечо. Хотя мне было любопытно, я не обернулась — но шум становился всё громче. Я пыталась понять, что происходит у меня за спиной, глядя на его лицо. Его брови удивлённо взлетели вверх. Когда я на секунду отвела взгляд, чтобы увидеть, что случилось, он выхватил мой пистолет, прижатый к его груди, и, схватив меня за руку, задвинул себе за спину. Когда изменился угол обзора, я увидела, что свадебная площадь превратилась в поле боя. Фуртуна, должно быть, приехали с большим количеством — и наших изрядно потрепали. Я хотела вмешаться и помочь. Только я собралась выйти у него из-за спины, как Исо направил мой же пистолет на приближающегося Эюпхана. В его руках пистолет, созданный для меня, выглядел совсем крошечным. Не отрывая взгляда от Эюпхана, он повернул голову ко мне. — Эй, он хоть стреляет? — поинтересовался он, насмехаясь над моим пистолетом. Я раздражённо вздохнула и огляделась. Я искала способ вернуть преимущество, но все, кого я знала, были в драке. Я даже наблюдала, как Асена пытается прокусить голову какому-то парню. Я не могла стоять здесь сложа руки. В последней надежде я перевела взгляд на стоящего передо мной столба — и мой взгляд упал на пистолет у него на поясе. На моём лице появилась коварная улыбка. Никогда не стоит поворачиваться спиной к врагу. Я медленно потянулась и быстро вытащила его пистолет. Он рефлекторно потянулся рукой к поясу, но было поздно. Я направила дуло ему в спину и слегка подтолкнула. — Отдай мой пистолет. Не отрывая взгляда от Эюпхана, он снова наклонил голову в мою сторону. — Выстрелить в спину — это в твоём духе, дочь врага. — Уж кому бы говорить, сын Фуртуна, — процедила я сквозь зубы. Я снова ткнула его дулом в спину. — Отдай мой пистолет. Вокруг царил полный хаос. Оружие было обнажено, но по-прежнему преобладала кулачная драка. Он опустил мой пистолет, который был направлен на Эюпхана. Игнорируя направленное ему в спину дуло, он повернулся ко мне. Пистолет в моей руке упирался ему в грудь. Когда Гезеп, сражавшийся с тремя парнями одновременно, прокатился мимо нас, Эюпхан в панике бросился к нему на помощь. Исо, стоя прямо передо мной, смотрел на меня с психопатическим выражением лица. Мне стало на мгновение не по себе, но я не подала виду. — Ты что, хочешь направить мой же пистолет на меня? Я слегка наклонила голову — и ветер снова бросил мне в лицо пряди волос. — Я не большой поклонник твоего пистолета, — скривилась я. — Но в крайнем случае сойдёт. Он перевёл взгляд на мои волосы, разметавшиеся по лицу. — Эй, ты просто пленница моего пистолета, патлатая. Всё зависело от того, чья пуля полетит первой. Я ждала только знака. Если они выстрелят в нас — я без колебаний выстрелю в этого Фуртуна, который был у меня под рукой. Исо тоже это понимал, но почему-то совсем не выглядел напряжённым. Раздался выстрел. Чтобы узнать, кто сделал первый шаг, который должен был решить нашу судьбу, мы оба повернулись на звук. Эсме выстрелила из ружья в воздух и привлекла к себе внимание — драка замерла. Она быстрым шагом направилась к брату. — Кочари, собери своих — и покончим с этим безумием, пока никто не пострадал. Мой брат, у которого под мышкой был зажат Гёкхан, с ненавистью повернулся к ней. — Как же хорошо ты защищаешь свою семью, невестка Фуртуна. В глазах Эсме промелькнуло непонятное выражение, но исчезло так же быстро, как появилось. — Хватит болтать, расходитесь, я сказала. — А если не разойдёмся, что ты сделаешь, Эсме Фуртуна? — спросил брат, бесстрашно приближаясь к ней. Когда он встал прямо перед ней, Эсме направила на него ружьё. Я в панике хотела шагнуть им навстречу, беспокоясь за брата. За переживаниями я опустила пистолет, прижатый к его груди. Исо, заметив, что я направилась к ним, схватил меня за руку, не давая двинуться с места. Я не могла пошевелиться. Словно была его пленницей, а не он моим. Я смотрела на брата, не в силах скрыть страх. Рука, вцепившаяся в мою, не давала мне пошевелиться. Я снова возненавидела его. Брат, будто и не стоял на линии огня, с лёгкостью сделал ещё шаг к Эсме. — Эсме, не бушуй. Эсме сделала последний шаг и приставила ружьё к его груди. — Сдохни, Кочари.