Находка в оранжевых тонах

Джон Дейви Харрис телепортировался в Сонное измерение с твердым намерением в очередной раз поиздеваться над своей «наивной синей копией» или, как минимум, обсудить пару безумных научных теорий. Вокруг, как обычно, царила тишина парящих островов, но Джона сразу встретило странное, липкое чувство тревоги. Обычно Лололошка крутился где-то неподалеку от спавна — строил, копал или носился с поручениями своих «драгоценных союзников». Но сейчас его нигде не было видно. Дейв лениво поправил свой халат и побрел вдоль тропинки, ведущей к краю измерения. Из-за холма показался рюкзак, из которого сиротливо вывалилась необработанная руда. А прямо рядом с ним… — Ло? — Джон на секунду замер. Привычная наглая ухмылка мгновенно сползла с его лица. На самом краю обрыва, свернувшись калачиком, неподвижно лежало тело мироходца. Синий шарф казался грязным, лицо — бледным, как у покойника, а под глазами залегли глубокие, пугающе черные тени. Он не шевелился. Джон в два счета преодолел разделявшее их расстояние и упал на колени рядом с Ло, бесцеремонно хватая его за плечо. — Эй, копия! Хватит шутить, это не смешно. Вставай! Ответа не последовало. Лололошка был полностью в отключке. Дейв сорвал с рук перчатки и прижал пальцы к шее двойника. Пульс был. Но он был настолько слабым, редким и нитевидным, что внутри у Джона на секунду всё похолодело. Он приложил ухо к груди Ло — дыхание было поверхностным, прерывистым, с хрипом. Взгляд ученого упал на руки Ло: кожа на костяшках пальцев полопалась от мороза и тяжелой работы, ногти были сорваны. Губы потрескались от жестокого обезвоживания. — Идиоты… Какие же они клинические кретины! — процедил Джон сквозь зубы. В его голосе зазвенела настоящая, ледяная ярость. Ему не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понять: Лололошку просто загнали как рабочую скотину. И он, со своим идиотским синдромом спасателя, безропотно подчинился, пока организм просто не отключил питание, чтобы не умереть. Не теряя ни секунды, Джон аккуратно просунул руки под спину и колени Ло, приподнимая его. Синий мироходец оказался пугающе, неестественно легким — он исхудал до предела. Ло даже не вздрогнул от перемещения, его голова просто безжизненно упала на плечо Джона. — Держись, Лошка, — тихо, совсем без привычного пафоса прошептал Дейв. — Сейчас я тобой займусь. А с этими тварями в перьях и мантиях я разберусь позже. Оранжевая вспышка телепортации озарила край острова, унося обоих мироходцев прочь с холодной земли прямо в дом Лололошки. Джон действовал быстро и четко, как первоклассный хирург. Он уложил Ло на кровать, аккуратно снял с него тяжелые сапоги, пояс с мечами и заляпанный грязью синий шарф. Каждое прикосновение открывало новые подробности: Ло был истощен до такой степени, что сквозь ткань футболки отчетливо проступали ребра. Джон достал из своих запасов несколько восстанавливающих эликсиров. Пить самостоятельно Ло не мог, поэтому Дейву пришлось аккуратно приподнимать его голову и буквально по каплям вливать лекарство ему в рот, следя, чтобы тот не задохнулся. Кулон на шее Ло (если он уже был) или просто искра мироходца едва заметно пульсировали, пытаясь переработать магию. Затем Джон смочил чистую ткань прохладной водой и начал осторожно обтирать горящий от подступающей лихорадки лоб Лололошки. Шаг за шагом он обрабатывал антисептиком сорванные пальцы, бинтовал раны и менял компрессы. Джон не отходил от постели ни на шаг. Он сидел в кресле рядом, скрестив руки на груди, напряженно вслушиваясь в каждый тяжелый вздох своей копии. Прошел день. Затем второй. Ло не приходил в себя. Его организм ушел в глубокую защитную кому, по крупицам восстанавливая разрушенные ресурсы. И все эти три дня Джон был рядом, бдительно охраняя его покой и мрачно размышляя о том, как сильно Ло себя ненавидел, раз позволил довести себя до такого состояния.