Часть 14

Драко мерил комнату шагами. Время подходило к одиннадцати, и все было готово: учебник для первокурсников, волшебная палочка, еще пара мелочей, которые могли понадобиться. Малфой еще раз проверил защитные и маскирующие чары. Да, все в порядке. Он надеялся, что возросшая магическая активность еще не привлекла к нему внимание Министерства. Ровно в одиннадцать в дверь постучали. Вот это пунктуальность. Он открыл дверь, ожидая, что снова увидит Альму, вчера снова ставшую страшно подозрительной и холодной. Но Гермиона стояла за дверью одна. — Я сказала Альме, что как-нибудь справлюсь с подъемом по лестнице самостоятельно, — весело проговорила она в ответ на его недоуменный взгляд, — Пойдем скорее, я не уверена, сколько времени у нас есть. Думаю, что не больше двух-трех часов.

***

Сегодня дело шло легче. На восьмой попытке перо сдвинулось. Не взлетело по мановению палочки, но все же очевидно сдвинулось. Гермиона, однако, все равно была недовольна. — Ты слишком строга к себе, — заметил Малфой, — Напоминаю, что ты не практиковалась почти двадцать лет. — Это неважно. Я умела это, и, значит, мне должно быть легче, чем учиться с нуля, — Грейнджер была непреклонна. Еще через три попытки перо наконец-то взмыло в воздух вслед за движением палочки. Гермиона чуть слышно ахнула и посмотрела на Драко. — Отличный результат! — похвалил тот. — Продолжай. Кажется, ты поняла принцип, дальше должно быть легче. Спустя еще с десяток успешных попыток они перешли к следующему заклинанию — Алохомора. Оно действительно далось чуть проще, и уже через несколько минут замок на ящике стола был отперт. И снова, едва заметив результат, Гермиона почти сразу переводила на Драко сияющие восторгом глаза. Ожидая похвалы? Убеждаясь, что он заметил? — Нужно отдохнуть, — спустя час тренировок сообщил Малфой, — Переутомление тебе ни к чему. — Я не устала, — возразила Гермиона, — Давай продолжим. Только-только начало что-то получаться. А вдруг после перерыва я опять разучусь? — Ты хочешь, чтобы Альма запретила визиты? Она и так за что-то на меня рассержена, — заметил Драко, — Так что не стоит испытывать ее терпение. Десять минут, потом мы продолжим. Грейнджер явно была не согласна, но подчинилась. На этот раз на кухне Драко приготовил чай с помощью волшебной палочки сам. Гермиона с восхищением смотрела, как предметы летают по комнате, чайник сам разливает кипяток по чашкам, а коробочки, толкаясь, прячутся в шкафчик. — Я тоже смогу так, — твердо сказала она, — Но мне нужно больше практики. Теперь, когда моя магия работает как надо, у меня же наверняка не будет тех приступов, так? — Вероятно, — рассеянно пробормотал Малфой, отпивая из чашки, — Но тебе нужно научиться еще очень многому. Даже если сосредоточиться только на заклинаниях. — Мне нужны книги в пансион, — Гермиона прямо посмотрела на него, — Учебники, справочники, возможно, что-то по истории. Драко покачал головой. — Заколдуй их, — упрямо сказала девушка, — Сделай так, чтобы прочитать их могла только я. — Твоя волшебная палочка все равно хранится здесь, ты не сможешь практиковаться, — парировал Малфой, — Если кто-то в пансионе заметит, что ты колдуешь — тебе несдобровать. Ты плохо знаешь маггловскую историю? Ты не помнишь, что делали с ведьмами в Средние века? — Я отлично знаю маггловскую историю! Но это было давно, — Грейнджер вдруг осеклась, — Откуда я знаю слово «маггл»? Оно мне знакомо. Так волшебники называют обычных людей… Но я не помню, откуда его знаю… я что, начинаю что-то вспоминать? — она с надеждой посмотрела на него. — Видимо, то, что ты делаешь то, о чем забыла, то есть практикуешь магию, стимулирует твою память. Магия ведь наверняка была огромной частью твоей жизни, пока ты не потеряла память, — осторожно сказал Драко, — Я не специалист в этом, просто гипотеза. Уголки ее губ приподнялись. — Спасибо, что возишься со мной, — еле слышно сказала она, — Я правда очень это ценю. Помогать совершенно незнакомому человеку… это… это очень благородный поступок. Малфой не ответил. Когда она все вспомнит, наверняка возьмет свои слова обратно. — У тебя нечасто бывают гости, ведь так? — Гермиона прервала молчание, прежде чем оно стало неловким. — С чего ты так решила? — поинтересовался Драко. Она обвела глазами комнату. — Ничего не меняется. Одна и та же одинокая чашка у мойки — а остальные в шкафчике. Когда я прихожу, почти все вещи лежат ровно там же, где лежали, когда я уходила. В сахарнице вместо сахара уже просто сахарная глыба — ты точно ей не пользуешься, хотя у тебя есть несколько видов чая, — тень улыбки пробежала по ее лицу, — Мне продолжать? — Не стоит, — сдержанно ответил Малфой. Ему вдруг показалось, что в его квартире стало слишком мало воздуха, — Давай лучше вернемся к занятиям. Она просияла. К моменту, когда за ней вернулась Альма, Гермиона успела попробовать еще несколько базовых заклинаний, и некоторые из них удались ей удивительно быстро. После вчерашнего фиаско сегодня она была страшно довольна собой и все-таки настояла на том, чтобы взять с собой учебник по заклинаниям. Драко сдался, заколдовав книгу так, чтобы для посторонних она выглядела как скучнейший трактат о древних языках. С памятью или без — с Грейнджер невозможно спорить. Наконец ровно в два раздался легкий стук в дверь. Гермиона отправилась открывать. Драко стоял на пороге гостиной. — Джин, как ты себя чувствуешь? Все в порядке? Ты… — голос Альмы звучал обеспокоенно. — Я чувствую себя отлично, — радостно перебила сиделку Грейнджер, — У Драко столько интересных книг, и жизни не хватит, чтобы все прочитать! — Замечательно, дорогая. Надеюсь, ты не слишком устала. — Нет-нет, я отдыхала. Все в порядке. Все правда хорошо, — настойчиво повторила Гермиона. Альма не выглядела убежденной. — Дорогая, ты не могла бы пока подождать в гостиной? Я бы хотела обсудить кое-что с мистером Малфоем, — сказала она. Гермиона серьезно кивнула и бросила на Драко взгляд, пройдя в гостиную мимо него. Тот едва заметно пожал плечами. Альма же подала ему знак, предложив пройти на кухню. И когда все вокруг стали отдавать ему указания в его собственном доме? Убедившись, что ее подопечная действительно в гостиной, Альма плотно притворила дверь на кухню. Вся доброжелательность и забота, которыми она лучилась, разговаривая с Гермионой, сейчас куда-то испарилась. — Мистер Малфой… — начала она, — Меня беспокоит то, что сейчас происходит. — Что вы имеете в виду? — отозвался Драко. — Джин… Она просится к вам под какими-то явно надуманными предлогами. Просит оставлять ее у вас на более продолжительное время. Но при этом я не понимаю, что происходит. Мы с вами обсуждали, что вы будете постепенно рассказывать ей о том, кто она такая, если вы уверены в том, что она действительно та, за кого вы ее приняли. Но вы сказали ей, что ошиблись, — взгляд Альмы был жестким, — В таком случае я не понимаю, что вам нужно от бедной девушки, которая не помнит, кто она такая. — Я… — начал Малфой. — Вы должны понимать, что она очень уязвима. Вы должны понимать, что любой человек не из пансиона неизбежно будет вызывать у нее интерес. Но неужели вы не видите, как она привязывается к вам? Вы не видите, что книги — это просто предлог? — Я не думаю, что это так, — попытался возразить Драко, — Джин… — Очевидно, что это так! — глаза Альмы сверкнули, — Я бы запретила эти визиты, но я вижу, как ей нравится приезжать. Я вижу, как она ожила. Она постоянно говорит о вас. Не о книгах, о вас. Но если вы ее обидите… — сиделка покачала головой, — Вы не можете ее обидеть. Если вы помогаете ей как специалист — держите профессиональную дистанцию. Если же нет… это низко с вашей стороны, мистер Малфой. — Альма, — Драко попытался сохранить свой тон нейтральным, хотя в голове сейчас царил полный беспорядок, — Я ценю ваше беспокойство. Но вы не можете принимать решения за взрослую женщину, даже если она не знает, кто она такая. Я не делаю ничего, чтобы способствовать интересу с ее стороны, о котором вы говорите. Я всего лишь позволил изучить свою библиотеку. — Вы слышали меня, мистер Малфой, — твердо сказала сиделка, — Я не позволю обидеть Джин. Драко уже открыл рот, чтобы возразить, но не нашел ни одного слова, которое не прозвучало бы ложью. За закрытой дверью гостиной ждала Грейнджер — довольная, ожившая, с его заколдованным учебником в руках, — а он по-прежнему не сказал ей почти ничего правдивого. Возможно, Альма ошибалась не во всем.