Глава вторая. Лишь тенью

      Даже самые темные и опасные ночи имеют свойство заканчиваться. Именно поэтому их нужно просто пережить и забыть, как всё, что могло произойти в этой тьме. Он и хотел было просто пережить и продолжить свой путь, но его будто преследовали. До скрипа зубов и вздувшихся вен на руках.       Первое, что он мог вспомнить: исчезновение любых более или менее ценных вещей из заброшенных квартир. Сначала это даже и не замечалось. Многие квартиры давно заброшены, а люди, особенно молодые парни и девушки, часто проникали в пустые квартиры, чтобы пощекотать нервы и что-то доказать. Первая квартира — пустота, вторая, третья. Только фактический мусор, как перья или же тряпки, да свежие следы тридцать седьмого размера на пыльном полу и оставленный бардак, будто дом перевернули вверх дном.       Потом до него наконец дошло, что это прямая закономерность. Что действия в каждой квартире идентичны, что один почерк. Видимо, в Вилледоре появился какой-то смельчак, зачищающий квартиры. Уже и не надеясь наткнуться на ещё не пустую квартиру, парень аккуратно спрыгнул на полуразрушенный балкончик. Белые, каменные перила накренились, едва устояв на месте от лёгкого нажима. Все стекла разбиты, так что найти вход в дом не составило проблем. Аккуратно пройдя в когда-то спальную комнату, он старался вслушаться в звуки дома и аккуратно достать с петли топорик. В соседней комнате странное шуршание — зараженный?       Собственное предположение было поставлено под сомнение. Заражённые днём не настолько активны, даже если как-то услышали то, что он запрыгнул на балкончик. Этого недостаточно, чтобы заставить виралов очнуться и так активничать.       Настороженно прокравшись в сторону гостиной, мелко шагая, переступая с пятки на носок, но все, что парень успел увидеть из дверного проема — рыжую копну кудрявых волос и размытый силуэт, метнувшийся в сторону окна.       Это была та незваная гостья, посетившая его на привале пару ночей назад. Все те же рыжие волосы и полная сумка, которую приходится придерживать рукой. Она снова оставила после себя беспорядок, но забрать успела не все, видимо, услышала то самое приземление на балконе.       Он и не заметил, как тихо усмехнулся.       Так вот эта вот девчушка, у которой сумка весит больше ее самой, и есть тот самый смельчак? В голове сама всплыла эта сюрреалистическая картинка: она тащит эту сумку через весь Вилледор, пытаясь перепрыгивать крыши и пугаясь каждой кусаки, трясясь от страха. Улыбка непроизвольно расплылась на его лице, разбавляя хмурую щетину и мелкие шрамы.       Шуршавшие помехи рации прервали бесцельное сверление взглядом оконного проема.       — Малыш, ты там как? — послышалось с той стороны. Это Хакон вышел на волну, — Эйден, я уже жду тебя на базаре. Ты где?       — Только не надейся, что я буду слушать твои слезливые рассказы, — с усмешкой в голосе отозвался на призыв парень, сняв с пояса рацию.       — За что ты так со мной, парень, — изображая глубокую грусть едва ли не прошептал друг, после чего перешел на серьёзный, но все еще дружелюбный манер, — ладно. У меня есть пиво и новости. Буду ждать на втором этаже.       Прощальное шипение и Хакон пропал, оставив Эйдена опять в одиночестве.       Ничего не оставалось, кроме как вновь вернуться с пустыми руками и отправиться навстречу другу. За высокими, деревянными дверьми церкви Святой Троицы вечно стоял гул голосов, медленных шагов и приглушенных разговоров выживших. По сравнению с пустынными улицами, где почти невозможно услышать людей, кроме как на редких крышах, это пространство звучало жизнью. Базар встречал гостей звуком настоящей надежды.       Пробираясь между людьми, окидывающими его недоверчивым взглядом, Эйден, будто даже не касаясь ступеней, взлетел наверх и быстро оглянулся по сторонам.       — Хакон! — радостно крикнул Эйден другу, стоящему в стороне. Тот стоял к нему спиной, облокотившись о перила в дальнем углу этажа. Хакон повернулся в сторону пришедшего и мягко улыбнулся, — Ну, что за новости?       — У меня дела хорошо, спасибо, что поинтересовались, джентльмен, — с дружеской издевкой протараторил мужчина, протягивая бутылку пива в руки Эйдену. Парень сделал недовольное лицо, ожидая серьёзного ответа от чуть более игривого, чем обычно Хакона, но бутылку принял. Дружеская улыбка медленно сползла с загорелого лица, — Жопа нам дружочек. Миротворцы оцепили выход, что хрен мы там проберёмся даже ночью. Так что — поздравляю!       Мужчина грузно вздохнул, взболтал жидкость в бутылке и выпил остатки залпом. Рука его аккуратно легла на плечо друга, мягко похлопывая. Теперь они оба понимали, что до момента, пока эта ситуация не разрешится им придётся тут задержаться. Само перекрытие прохода не так сильно расстраивало мужчин, как отсутствие даже малейшего представления когда же ситуация устаканится. Ждать придётся пару дней, месяцев или ещё больше?       — И что теперь? Будем тупо ждать? — после осушения половины своей бутылки и вдумчивого молчания наконец заговорил парень.       — Я попробую что-нибудь узнать, Эйден, — Хакон потрепал Эйдена по его коротким, русым волосам словно собственного сына, пытаясь успокоить своим голосом, — поэтому всегда будь на связи. Погасающее настроение считывалось моментально. Эйден ссутулился, голова его наклонилась чуть вперед, а взгляд стал задумчивым и отстранённым. Планы всегда рушились и можно было уже привыкнуть, но ни в те моменты, когда цель так близко. Хакон проанализировал ситуацию быстро и попытался разбавить эту горечь юмором.       Не то, чтобы пилигриму очень нравились рассказы о молодых похождениях Хакона, но они всегда поднимали настроение. Разговор стал непринуждённым и отвлечённым. Эйден наконец улыбнулся, отстранившись от проблем. Он рассматривал людей, копошащихся внизу словно тараканы, слушая рассказы друга, который, как ему кажется, на любую ситуацию найдет пример из личной жизни. Он был очень рад, что в тот день, когда он сюда попал, повстречал Хакона. Но в середине разговора парень изменился в лице, выпрямил спину, чуть наклоняясь вперед, что-то разглядывая внизу.       — Прости Хакон, — не посмотрев на друга, бросил парень, перескочив через невысокое ограждение и приземлившись вниз на один из пустых деревянных ящиков. После чего уже крикнул будучи снизу, — я ещё вернусь!       Когда он стоял наверху и наблюдал за незнакомцами, он заметил знакомый рыжий хвост. Девушка маневрировала между выжившими и направлялась в сторону оружейника. Сначала он просто наблюдал за тем, как девушка пробирается между людьми, ставшими густой преградой на пути к прилавку. Мысль о том, что можно спуститься и поговорить пришла с запозданием, поэтому теперь он торопился, чтобы не упустить её. Спрыгнуть было легко и быстро, но теперь он банально даже и не знал, что ей сказать. В голове мысли путались, а вплывающие отрывки фраз будто замедляли его ходьбу.       Задумавшись, парень споткнулся о чью то сумку и чуть не влетел в прилавок с овощами. Он машинально извинился, пытаясь снова глазами найти девушку в толпе людей.       — Девушка, постойте! — довольно громко, но стараясь не переходить на крик, окликнул он незнакомку, едва видя ее силуэт поверх толпы.       Стараясь никого не задеть случайно плечом, он будто вприпрыжку обходил женщин и мужчин, тихо извиняясь за возможные неудобства принесенные им. Но он торопился, поэтому продолжал. Казалось, что подходя к оружейнику толпа сгущалась. Девушка пропадала из поля зрения, прегражденная телами прохожих, от чего глаза нервно бегали по силуэтам, пытаясь найти её.       Казалось, что девушка его не услышала и уже отходила от прилавка, направляясь к выходу. Парень начал догадываться, что девушек на базаре необъятное множество, особенно в такое вечернее время столпотворения, поэтому незнакомка могла не принять его крик на свой счёт.       — Девушка с рыжими волосами, остановитесь пожалуйста! Постойте! — чуть громче и строже, чем хотелось крикнул Эйден.       Девушка оглянулась, заметила парня и на секунду замерла, крепко прижимая только что купленный маленький ножик к груди обеими руками. Она будто напугалась парня, стремительно сокращающего дистанцию. Её реакцией стал побег: в мгновение ока, бестактно сбив пару людей с пути, она выскочила из собора.       Очень странно было с его стороны ожидать какую-то другую реакцию. Он здесь новичок, так ещё и пилигрим — большая часть базара да и миротворцев косятся на него с опаской.       — Ну, видимо не судьба, — с ноткой грусти произнес Эйден, глядя на выход из церкви, остановившись прямо посреди толпы людей. Они проходили мимо, задевая его плечами и сумками, толкали и материли его вслух.