Глава 3. Дождь, цветы и музыка.

День начался отвратительно. Сначала — срочный вызов на другой конец города: какой‑то псих с причудой иллюзий запугал целый торговый центр. Потом — три опоздавших клиента, недовольных задержкой. В довершение всего мой ноутбук решил, что ему пора умереть прямо посреди составления отчёта. Я с грохотом захлопнул крышку и выругался. — Опять капризничает? — раздался спокойный голос. Идзуми стояла в дверях, держа в руках две чашки кофе. Одну она поставила передо мной. — Я не просил… — начал я, но она перебила: — Знаю. Просто подумала, что вам сейчас не помешает. И — да, я видела, как вы стучали по клавиатуре. Похоже, проблема не в ваших пальцах. Она подошла ближе, поставила вторую чашку на стол и осторожно взяла ноутбук. — Можно? Я махнул рукой: — Валяй. Всё равно он уже труп. Идзуми открыла крышку, нажала пару клавиш, потом перевернула устройство и ловко открутила заднюю панель. — Тв что, умеешь чинить технику? — недоверчиво спросил я. — Немного, — она пожала плечами. — Когда я отказалась от мечты быть героем. То подумала, что хотелось бы на курс поддержки. Начала готовиться, так и научилась. Потом мне стало интересно, почему она тогда работает секретарём? Но быстро отпросил мысли. Следующие десять минут она что‑то там ковыряла, бормоча себе под нос технические термины. Я молча наблюдал, попивая кофе. Впервые за долгое время кто‑то просто… помог. Без вопросов, без ожиданий благодарности. Наконец она закрыла панель, включила ноутбук. Экран загорелся. — Работает, — пробормотал я, всё ещё не веря. — Пока да, — Идзуми улыбнулась. — Но ему нужна нормальная диагностика. Я могу, но я ничего с собой не взяла. Я откинулся на спинку кресла. — Почему ты это делаешь? — спросил прямо. — Ты зачем-то полезла во внутренности этой железки, испачкала руки… Она посмотрела на свои пальцы — на них и правда остались следы пыли и смазки. Потом подняла глаза на меня. — Потому что это правильно, — просто сказала она. — Мне это нравится. Вам же нравится быть героем? я кивнул, потом фыркнул, но на этот раз без злости. — Ладно, — буркнул я. — Допустим. Она вытерла руки салфеткой и уже направилась к двери, как вдруг замерла, уставившись на угол моего стола. Там, наполовину скрытый папками и бумагами, стоял букет — пышные белые лилии с нежными голубыми акцентами. — О… — тихо произнесла Идзуми, удивлённо округлив глаза. — Это вам? Я бросил взгляд на цветы и поморщился: — Ага. Фанатки подкараулили после утреннего вызова. Набросились толпой, сунули это в руки и защебетали что‑то про «самого крутого героя». — Я махнул рукой. — Как можно не понять, что мне этот букет ни к чему. Всё равно я собираюсь выкинуть. Идзуми понимающе кивнула, но продолжала сверлить букет взглядом — так, будто он мог исчезнуть в любой момент. Что‑то в её взгляде зацепило меня. — Если. если он тебе понравился, — неожиданно для самого себя сказал я, — забирай. Всё равно на выброс. Она на мгновение замерла, потом осторожно подошла ближе, будто боялась спугнуть удачу. — Правда? Вы точно не против? — Да ради бога, — я сделал вид, что это не имеет значения. — Лишь бы не валялся тут. Идзуми аккуратно взяла букет, прижала к груди и едва заметно улыбнулась. В этот момент цветы будто засияли по‑новому — как будто именно здесь, в её руках, им и было самое место. Её глаза прекрасно подходили к оформлению. — Что, настолько было жаль букет? — попытался я скрыть внезапную мысль за привычной насмешкой. Идзуми слегка покраснела, но ответила честно: — Знаете, мне никто никогда не дарил цветы. Да и сама я себе не покупала… Но мне всегда они нравились. Вот и стало жалко — такие красивые, а их в мусор. Её искренность застала меня врасплох. Я вдруг осознал, что за всё время работы она ни разу не просила ничего для себя — только делала своё дело, да ещё и помогала, когда не обязана была. — Ну и зря, — вырвалось у меня. — Почему не покупала? — Жаль тратить на себя деньги, — она пожала плечами, но без обиды. — Да и как‑то… не до того было. А тут — вот, держите, — она протянула мне одну лилию из букета. — Спасибо, что поделились. Я неловко взял цветок. — Да не за что… — пробормотал я. Идзуми улыбнулась — на этот раз широко и открыто. — Эм, если такое повторится, не выкидывайте их. Прошу. — Угу, — я отвернулся к ноутбуку, стараясь скрыть, что её улыбка почему‑то заставила чему‑то внутри потеплеть. — Только не мешай работать. Она рассмеялась, тихо, но искренне, а потом вышла, прижимая букет к себе. Оставшись один, я посмотрел на лилию в своей руке. белый лепесток чуть подрагивал, будто живой. Я осторожно положил его на край стола, рядом с клавиатурой. Странная она. А потом, сам не понимая зачем, я отодвинул папку с документами так, чтобы цветок был на виду.

***

Голова слегка побаливала — не остро, а так, приглушённо, будто эхо вчерашнего напряжения. Я сидела у окна, подперев подбородок кулаком, и бездумно смотрела на улицу. Машины проносились мимо, люди спешили по своим делам, а я всё перебирала в голове детали сегодняшнего дня: отчёты, которые сдала Бакуго, план публикаций в соцсетях на следующую неделю, разговор с Нилом о какой‑то мелочи… Мысли крутились, цеплялись друг за друга, и я даже не сразу заметила, что телефон вибрирует уже третий раз. Экран светился именем Мины. Я моргнула, словно выныривая из тумана, не успев ответить звонок закончился. Разблокировав экран я нажала на чат с Миной. [Идзуми?] [Ты там жива вообще?] Я слегка улыбнулась. [Извини, задумалась.] [Всё в порядке.] [О, позвони мне] Я напряглась. Хотела бы я с ней поболтать, но я знала, что это невозможно, поэтому ответила: [Я сейчас занята, не могу болтать.] [Да ты всегда говоришь!] [За все разы когда я тебе звонила, ты постоянно так говорила. Придумай другую отмазку] Я неловко засмеялась. Думаю она была права, я ведь всегда отвечаю так. Но не подумайте, всегда была причина этому! [Прости;)] [Ну уж нет] [Мы сегодня с ребятами хотели пойти потусить: >] [Ты с нами! У тебя всё равно завтра выходной] Я вздохнула, глядя на экран. Мина не отступит — это я знала наверняка. [Ладно. Где встречаемся?] Ответ пришёл мгновенно: [У кафе на углу Района Тюо. Через час. И без отговорок!] Я закрыла чат и провела рукой по волосам. В глубине души мне хотелось пойти — отвлечься, посмеяться с ребятами, почувствовать себя… обычной. Но в то же время внутри всё сжималось от мысли, что придётся снова притворяться. Снова следить за словами, угадывать интонации по мимике, делать вид, что слышу шутки, которые пролетают мимо меня, как ветер. Я быстро собрала вещи, бросила взгляд на букет лилий, который стоял на столе у окна. Почему-то вспомнился. Бакуго? Его резкий тон, но при этом… странное тепло в том, как он отдал мне эти цветы. Не глупи, Моро. Он просто избавился от ненужного. И ты это знаешь. Кафе уже было полно знакомых лиц. Мина, Киришима, Каминари, Урарака и… Бакуго? Он сидел чуть в стороне, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто его сюда притащили силой. — Идзуми! — Мина помахала мне рукой. — Наконец-то! Мы уже думали, ты опять найдёшь какую-нибудь работу, чтобы сбежать. Я улыбнулась и села рядом с ней, стараясь не смотреть в сторону Бакуго. Но взгляд всё равно невольно скользил к нему — к его нахмуренным бровям, к тому, как он раздражённо отмахнулся от шутки Каминари. — О чём задумалась? — Урарака наклонилась ко мне, и я вздрогнула, поймав себя на том, что слишком долго смотрела в одну точку. — Да так, — я пожала плечами. — Просто день был длинный. Да и не думала, что Бакуго тоже тут. Мина что-то сказала, но я не уловила движения её губ — отвлеклась на Бакуго. Он как раз повернулся к Киришиме, и на мгновение его лицо стало… другим. Не таким жёстким. Почти человеческим. Каминари что-то громко рассказывал, все смеялись. Я тоже улыбнулась, запоздало подхватив общий настрой. Бакуго бросил на меня короткий взгляд — и тут же отвернулся, будто ничего не было. Но я успела заметить. Что-то в его глазах. Не раздражение. Что-то другое. — Идзуми, а ты что думаешь? — вдруг обратился ко мне киришима. Я замерла. Пропустила вопрос. Быстро взглянула на его губы, пытаясь понять, о чём речь, но она уже повернулась к Мине, и мне оставалось только сделать вид, что я задумалась. — Думаю, это отличная идея, — наугад сказала я. Все закивали. Видимо, угадала. Бакуго хмыкнул. Я поймала его взгляд — он смотрел на меня с каким-то странным выражением. Не насмешкой. Скорее… ? Прекрати, почему я об этом думаю? — Так что, — Киришима хлопнул в ладоши, привлекая внимание, — может, выпьем? Раз уж все тут собрались? — О, отличная идея! — Мина тут же подхватила. — Давно не сидели вот так, по‑простому. — Я за, — Каминари поднял руку. — Только не в этом кафе. Тут кофе так себе. — Есть одно место недалеко отсюда, — Урарака улыбнулась. — Там и атмосфера подходящая, и коктейли неплохие. — Ну, если коктейли, — Киришима подмигнул, — тогда я точно в деле. Все начали переговариваться, обсуждать, куда пойти. Я молча наблюдала за ними, чувствуя, как внутри нарастает странное напряжение. С одной стороны, хотелось остаться, почувствовать себя частью этой компании, забыть хоть на пару часов о своей тайне. С другой, каждый раз, когда кто‑то начинал говорить, мне приходилось смотреть. Это выматывало. — Идзуми? — Мина ткнула меня в бок. — Ты с нами? Я вздрогнула, оторвавшись от созерцания улицы. — Да, конечно, — я улыбнулась, стараясь, чтобы это выглядело естественно. — Почему бы и нет. — Отлично! — Киришима встал из‑за стола. — Тогда выдвигаемся. Мы вышли на улицу. Вечерний воздух был свежим и чуть влажным — похоже, недавно прошёл короткий дождь. Асфальт блестел, отражая огни вывесок и фонарей. Мина тут же ухватила меня под руку, увлекая вперёд, а остальные пошли следом. — Бакуго, ты идёшь? — обернулся к нему Киришима. Тот стоял чуть поодаль, засунув руки в карманы. Он посмотрел на нас, потом на тёмную улицу, потом снова на нас. — Угу, — наконец буркнул он. — Но если это будет какая‑то девчачья тусовка с коктейлями в бокалах с зонтиками, я ухожу. — Не волнуйся, — Каминари хлопнул его по плечу. — Никаких зонтиков. Только крепкие напитки и мужская компания. — Ага, мужская, — фыркнула Мина. — Идзуми, ты нас простишь за такую компанию? — Ничего страшного, — я рассмеялась. — Я привыкла. Мы двинулись по улице, оживлённо переговариваясь. Мина что‑то рассказывала, размахивая руками, Каминари вставлял свои комментарии, Киришима хохотал над каждой шуткой. Урарака шла рядом со мной, время от времени уточняя, всё ли в порядке. Бакуго шёл чуть позади, почти не участвуя в разговоре. Но я то и дело ловила на себе его взгляд — короткий, быстрый, будто он сам не хотел, чтобы его заметили. Бар оказался небольшим, но уютным. Тёплый свет ламп, приглушённая музыка, запах кофе и чего‑то сладкого. Мы расположились за большим столом у окна. Официант быстро принял заказы: Киришима и Каминари выбрали крепкие коктейли, Бакуго — виски со льдом, Мина — мохито, Урарака — какой‑то фруктовый микс с зонтиком. — Идзуми? — Мина вопросительно подняла бровь. — Что будешь? Я на мгновение замялась. — А можно просто лимонад? Со льдом и мятой? — Лимонад? — Каминари удивлённо поднял брови. — Серьёзно? Мы же в баре! — Да пусть будет лимонад, — вступилась Урарака. — Может, она не хочет пить. — Всё в порядке, — я улыбнулась. — Просто сегодня не хочется. Мина скептически покачала головой, но настаивать не стала. Разговор оживился: Киришима рассказывал какую‑то забавную историю из академии, Каминари вставлял свои комментарии, Мина хохотала так громко, что на нас оборачивались. Я слушала, кивала, иногда улыбалась — старалась выглядеть расслабленной. Через какое‑то время Мина подлила мне в лимонад немного рома — незаметно, с заговорщицким подмигиванием. Я поймала её взгляд и слегка покачала головой. Она вздохнула, но больше не пыталась. Время шло. Ребята расслабились, голоса стали громче, шутки — смелее. Я допила лимонад и заказала ещё один. — Может все-таки выпьешь? — Каминари слегка наклонился ко мне. — Ты же даже не притронулась к алкоголю. Все посмотрели на меня. Я почувствовала, как слегка краснею. — Я… — я запнулась, подбирая слова. — Ты так хочешь меня напоить? Я улыбнулась, стараясь, чтобы это не выглядело слишком натянуто. — Ну ладно, — Мина положила руку мне на плечо. — Не хочешь — не надо. Главное, что ты с нами. В этот момент я заметила движение сбоку. Бакуго, который до этого молча сидел чуть в стороне — ближе к окну, чем к нашему шумному кругу, — слегка повернул голову в нашу сторону. Его взгляд на мгновение задержался на мне, потом скользнул к стакану с лимонадом в моих руках. Он ничего не сказал, но я почему‑то почувствовала, что он… понял. Не до конца, может быть, но уловил суть. За окном уже совсем стемнело. Уличные фонари отбрасывали длинные полосы света на мокрый асфальт — похоже, пока мы сидели, прошёл короткий дождь. Машины проносились мимо, оставляя за собой брызги. Город жил своей вечерней жизнью, а мы здесь, в тёплом свете бара, были как будто в отдельном маленьком мире. — Кстати, Идзуми, — Урарака повернулась ко мне, — как продвигается работа с соцсетями? Бакуго хоть не слишком зверствовал? — Всё нормально, — я пожала плечами. — Он… не так плох, как кажется. Просто требует чёткости и порядка. — О, это точно про Бакуго, — усмехнулся Каминари. — Порядок, дисциплина, прям взрывчатка. Все рассмеялись. Бакуго фыркнул, но в этот раз без злости — скорее, с лёгкой иронией. — Порядок — это хорошо, — он наконец заговорил, и его голос прозвучал неожиданно ровно. — Без него хаос. А хаос — это слабость. — Да ладно тебе, Бакубро, — Мина подмигнула ему. — Иногда можно и расслабиться. Смотри, как мы тут веселимся! — Веселитесь — на удивление спокойно сказал он. — Я же не запрещаю. На мгновение меня поразило неожиданная смена характера. Раньше когда я зависала с Ашидо, то с нами никогда не было Бакуго. Теперь мне стало интересно, что на него повлияло. — Эй, ты опять где‑то далеко, — Мина щёлкнула пальцами перед моим лицом. — Вернись к нам! — Простите, задумалась, — я тряхнула головой. — Просто… любуюсь вечером. Смотрите, как красиво. Все повернулись к окну. Дождь закончился, и в небе, над огнями города, проглядывали первые звёзды. — Да, красиво, — тихо сказала Урарака. — Значит, предлагаю ещё по одному! — Киришима поднял бокал. — За вечер, за друзей и за то, что мы вместе! Все снова чокнулись. Я подняла свой стакан с лимонадом, и Мина, подмигнув, чокнулась со мной своей мохито. Бакуго тоже слегка приподнял свой стакан — негромко, без пафоса, но так, будто действительно был с нами в этот момент. В этот миг я почувствовала себя… почти нормальной. Как будто я действительно просто девушка с друзьями в баре. Может. может, всё не так уж и плохо? Но тут телефон завибрировал в кармане. Уведомление от неизвестного номера: [Ты где?] Я вздохнула, уловила кто это и быстро напечатала ответ: [Буду через пол часа.] — Ребята, — я встала, — мне нужно идти. — Уже? — расстроилась Мина. — Мы же только начали веселиться! — Да, но… — я замялась, подбирая слова, — Меня ждут дома. — Ой, ну тогда, конечно, — Урарака тут же стала собираться. — Давай я с тобой! Виесте пройдёмся. — Нет‑нет, — я поспешно остановила её. — Не нужно, правда. Далеко идти. Я сама справлюсь. Вы оставайтесь, веселитесь. Бакуго вдруг поднялся следом: — Я тебя подвезу. Всё равно тут слишком шумно. Все удивлённо посмотрели на него. — Что? — он нахмурился. — Что вы на меня так уставились? У меня машина рядом припаркована. Чего ей простаивать? — О, Бакубро, ты просто хочешь сбежать от нас, — Мина хитро прищурилась. — А если и так? — он скрестил руки на груди. — Это что, преступление? — Ну и ладно, — Каминари махнул рукой. — Езжайте. Но в следующий раз останешься с нами до конца, Бакуго! — Посмотрим, — буркнул он. Я стояла, слегка опешив от неожиданного предложения. — Если вам не сложно… — осторожно сказала я. — Сложно будет, если ты будешь стоять тут и мяться, — он направился к выходу. — Пошли. — Спасибо, — я улыбнулась ребятам. — До связи! — Пока, Идзуми! — хором попрощались они. Мы с Бакуго вышли на улицу. Вечерний воздух был свежим и чуть влажным после дождя. Фонари отбрасывали длинные тени на тротуар, а в небе, над огнями города, проглядывали первые звёзды. — Извини, что так вышло, — сказала я, пока мы шли к машине. — Да без проблем, — Бакуго пожал плечами. — Я и сам хотел свалить оттуда. Слишком много шума и алкоголя для одного вечера. Он открыл передо мной дверь своей машины — я даже слегка удивилась такому жесту. — Спасибо, — снова сказала я, усаживаясь на пассажирское сиденье. — Ага, — он сел за руль, завёл двигатель. — Куда едем? — Третий район, улица Сакураги. Бакуго кивнул и вырулил. Мы ехали молча несколько минут. Я смотрела в окно на мелькающие огни города, чувствуя странное спокойствие. Рядом с ним, в этой машине, было неожиданно комфортно. Бакуго вдруг слегка повернул регулятор громкости — и салон наполнился вибрацией басов. Я невольно положила ладонь на панель: через неё отчётливо передавался ритм, пульсирующий в такт музыке. Знакомое ощущение — так я «слушала» музыку и раньше: не ушами, а всем телом, улавливая колебания воздуха и дрожание поверхностей. — Нравится? — бросил Бакуго, бросив на меня короткий взгляд. Я улыбнулась и кивнула, продолжая ощущать пульсацию мелодии через пальцы. — Да, — сказала я очень тихо, хотя знала, что он не услышит моего голоса за музыкой. Вместо этого я просто постучала пальцами по панели в том же ритме — так, чтобы он заметил. Бакуго усмехнулся, увидев это, и слегка кивнул в такт. Его плечи чуть расслабились, а обычно напряжённая линия челюсти стала мягче. — Ты не обязана была оправдываться перед ними, — вдруг сказал Бакуго, не отрывая взгляда от дороги. — Могла просто сказать, что хочешь уйти. Я слегка вздрогнула: — Наверное… Но мне не хотелось никого обижать. Они так старались, чтобы я расслабилась, почувствовала себя частью компании… Бакуго хмыкнул: — Они и правда неплохие. Но иногда чересчур… энергичные. — Зато с ними не соскучишься, — улыбнулась я. — Угу, — на мгновение он слегка улыбнулся в ответ, бросив на меня короткий взгляд. — Но иногда нужно и передохнуть. Я кивнула, снова переводя взгляд на улицу. Машины проносились мимо, витрины магазинов сверкали неоновыми огнями, а город продолжал жить своей ночной жизнью. Вибрация музыки всё ещё ощущалась — лёгкая, ненавязчивая, она словно задавала тон нашему разговору. — Спасибо ещё раз, — тихо сказала я. — За то, что подвёз. И… за понимание. — Да не за что, — он пожал плечами. Я снова улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Возможно, этот вечер ещё не совсем закончен — и, может быть, он станет началом чего‑то нового.