Формула одной тайны

Даниэла тихо зашла в комнату, стараясь не привлекать лишнего внимания. Бросив спортивную сумку возле шкафа, она уже собиралась перевести дух, как вдруг заметила отражение в зеркале и вскрикнула от неожиданности. На её кровати, скрестив ноги и обнимая подушку, сидела Габриэла. Вид у младшей сестры был до неприличия довольный. — И кто это тебя подвёз, м-м-м? — пропела она, растягивая слова. Даниэла резко развернулась. — Тыыы... — она ткнула её пальцем в лоб. — Это всё подстроила ты! — Вообще-то не только я, — важно поправила Габриэла. — Мэгги тоже участвовала. После этих слов она театрально вздохнула и плюхнулась на кровать. — Мы очень старались. — Вы ненормальные, –Даниэла только покачала головой. Вспомнив о выпечке, она протянула сестре пакет. — На, это тебе. — Спасибо! — Габи тут же заглянула внутрь, словно там лежало сокровище. На несколько секунд повисла тишина — редкий гость в их комнате. — Он, кстати, не забыл про своё обещание с мороженым, — как бы между прочим сказала Даниэла. Габриэла медленно подняла голову. — Надеюсь, ты согласилась? Даниэла тут же отвела взгляд к окну. Там, за стеклом, догорал закат. — Ну... — Даниэла де ла Вега. — Что? — Ты согласилась? Уголки губ девушки предательски дёрнулись вверх. Габриэла вскочила с кровати так быстро, будто выиграла в лотерею. — Я ГЕНИЙ! — Успокойся. — Нет, не успокоюсь. — Габи... — Можешь меня не благодарить, — заявила она, направляясь к шкафу. — Если бы не мы с Мэгги, вы бы ещё полгода ходили кругами друг вокруг друга. — Мы не ходим кругами. — Конечно. — И это не свидание. — Конечно. — Перестань говорить «конечно». — Конечно. — Габриэла! – Младшая сестра лишь рассмеялась и открыла шкаф. Дальше начался хаос. Одежда летела на кровать с такой скоростью, будто Габи участвовала в чемпионате мира по разбору гардероба. Кофта — полетела в сторону. Джинсовка — туда же. Футболка — нет. Свитер — категорическое нет. — Ты можешь объяснить, что происходит? — Даниэла уже откровенно смеялась. — Спасаю ситуацию. — Какую именно? — Твою. — У меня нормальная одежда. Габи замерла, уставившись в глубину шкафа. Её глаза хищно блеснули. — Ага! Она победно вытащила лёгкое летнее платье в горошек. То самое, которое Даниэла купила ещё в Испании — для прогулок у моря, для солёного ветра и бесконечного горизонта. — Вот оно. — Даже не думай. — Уже думаю. — Габи... — Лёгкий макияж, распущенные волосы — и он потеряет дар речи. — Ты слишком серьёзно к этому относишься. Габи на секунду задумалась. — Потому что так и есть. Кто-то же должен. Подушка прилетела раньше, чем она успела увернуться. Комнату снова наполнил смех — звонкий, девчачий, тот самый, от которого становится легче дышать.

***

Следующие несколько дней прошли по уже привычному сценарию: школа, тренировки, домашние задания. День за днём всё повторялось настолько одинаково, что Даниэле казалось, будто её жизнь движется по одному и тому же маршруту. Поэтому сообщение от незнакомого номера стало полной неожиданностью. Неизвестный номер: — Наконец-то я освободился и хочу провести этот вечер с тобой. Моё обещание всё ещё в силе. Через несколько секунд пришло ещё одно сообщение. — Если что, это Кими ;) Улыбка сама появилась на лице девушки.

Даниэла Де ла Вега:

— Привет, Кими.

Андреа Кими Антонелли: — Приятно читать это. — Ты не против, если я заеду за тобой в 20:00? Даниэла несколько секунд смотрела на экран телефона, прежде чем ответить.

Даниэла Де ла Вега:

— Буду готова к этому времени.

Отправив сообщение, она отложила телефон и неожиданно поймала себя на том, что всё это время улыбается. Странное чувство разливалось где-то внутри. Она не могла понять, что именно испытывает. Волнение? Предвкушение? Или то самое чувство, о котором так любят писать в романах? Те самые бабочки в животе, которые раньше казались ей красивым литературным преувеличением. Даниэла тихо усмехнулась собственным мыслям и поднялась с кровати. До вечера оставалось ещё несколько часов.

***

Когда стрелки часов приблизились к восьми, девушка начала собираться. Она сделала лёгкий макияж, который лишь подчёркивал её естественные черты. Немного туши, блеска для губ , лёгкое сияние хайлайтера на скулах — ничего лишнего. После недолгих раздумий Даниэла решила выпрямить волосы. Обычно её кудри жили своей жизнью, но сегодня ей захотелось чего-то нового. Затем — очередь платья. Она посмотрела на то самое, в горошек. Лёгкая ткань, летний фасон, воспоминания об Испании в каждом стежке. Даниэла надела его и подошла к зеркалу. На мгновение ей показалось, что отражение принадлежит кому-то другому. Словно это платье достало из неё ту версию, которая существовала где-то глубоко внутри: более взрослую, более смелую. Последний штрих — духи. Фруктовый аромат окутал её лёгким облаком. Даниэла бросила последний взгляд в зеркало, выдохнула и спустилась вниз. Кими уже ждал её возле дома. Он стоял, опершись на машину, и что-то печатал в телефоне. Услышав шаги, парень поднял голову. На нём была светло-голубая рубашка с закатанными рукавами и свободные белые брюки. И, если быть честной хотя бы перед самой собой, выглядел он просто потрясающе. Даниэла тут же отогнала эту мысль. — Ну что, — он поднял голову и улыбнулся той самой улыбкой, — готова разрушать стереотипы о джелато? — Надеюсь, моё мнение не разобьёт тебе сердце. Кими театрально схватился за грудь. — Когда ты в прошлый раз сказала, что джелато почти не отличается от фабричного мороженого, я чуть не ушёл в закат. Даниэла рассмеялась и села на переднее сиденье. — Если ты ещё скажешь, что ананас на пицце — это нормально, я высажу тебя прямо здесь. — Не-е-е, — протянула девушка. — Даже для меня это слишком. — Слава богу. — Так драматизируешь, будто это государственная проблема. — Для итальянца это государственная проблема. Они сели в машину, и всю дорогу болтали о еде. Кими с жаром доказывал превосходство пасты карбонара без сливок, Даниэла в красках описывала ужас школьной столовой. Смеялись над историями из детства — он рассказывал про свои, она про то, как однажды упала на соревнованиях по танцам. Время пролетело незаметно. Рядом с ним не было той неловкости, которая обычно появляется между людьми, недавно познакомившимися друг с другом. Наоборот, казалось, будто они разговаривают уже много лет и именно это немного пугало девушку, потому что рядом с Кими ей становилось слишком комфортно. Спустя некоторое время машина свернула с оживлённой улицы и остановилась неподалёку от центра города. Кими заглушил двигатель и повернулся к девушке. — Давай немного пройдёмся пешком. — Пешком? — Даниэла с любопытством посмотрела на него. — Поверь мне. Отсюда открывается один из самых красивых видов на Болонью. — Надеюсь, ты не преувеличиваешь. — Я итальянец. Мы никогда не преувеличиваем, когда речь идёт о еде и родном городе. — Кими рассмеялся и первым вышел из машины. Вечерняя Болонья встретила их мягким золотистым светом заката. Солнце медленно опускалось за крыши старинных домов, окрашивая город в тёплые оттенки оранжевого и розового. Они шли по узким улочкам, скрытым под знаменитыми аркадами, и с каждым шагом перед Даниэлой открывались всё новые уголки города, которые она ещё не успела узнать за этот месяц. Когда они вышли на смотровую площадку, она замерла. Болонья лежала перед ними как на ладони. Терракотовые крыши убегали к самому горизонту, башни Азинелли и Гаризенда пронзали темнеющее небо, а окна домов вспыхивали золотом в последних лучах солнца. — Ну как? — тихо спросил Кими. — Это... вау. Он не ответил. Просто стоял рядом, позволяя моменту длиться. Некоторое время они просто стояли молча, ведь иногда слова только мешают. Однако спустя несколько минут Даниэла начала замечать странную вещь. Прохожие всё чаще оборачивались им вслед: Кто-то задерживал взгляд дольше обычного, кто-то что-то шептал друзьям, некоторые даже доставали телефоны. Сначала девушка решила, что просто накручивает себя, но ощущение чужих взглядов никуда не исчезало. — Ты чего? — заметил её задумчивость Кими. — Да так... — Она ещё раз посмотрела по сторонам. — Ничего. Хотя тревожное чувство продолжало неприятно покалывать где-то внутри. К счастью, вскоре они дошли до небольшой уютной джелатерии с открытой террасой. На улице уже зажглись фонари, создавая особую атмосферу итальянского вечера. Они заняли столик возле края террасы. — Попробуй лесные ягоды, — сразу посоветовал Кими, открывая меню. — Ещё ни разу не ошибался с этим вкусом. Когда официант принял заказ и ушёл, разговор завязался сам собой. — Знаешь, — задумчиво произнёс Кими, откинувшись на спинку стула, — какие бы города я ни посещал, мыслями я всегда возвращаюсь сюда. — У каждого есть такое место, — кивнула Даниэла и на секунду замолчала. — Моя бабушка всегда хотела вернуться в Испанию. Я не понимала её. — А сейчас? — А сейчас... иногда очень скучаю. — Она перевела взгляд на огни города. — Наверное, страшно однажды понять, что живёшь не своей жизнью. — По-моему, страшнее — никогда не попробовать что-то изменить. Она встретилась с ним глазами. — То есть лучше ошибиться? — Лучше жалеть о том, что сделал, чем всю жизнь гадать: «А что, если?..» Его слова задели что-то глубоко внутри. Её главным врагом всегда была не лень и не страх, а неуверенность. Сколько решений она откладывала, потому что боялась ошибиться? Сколько возможностей упустила? — А ты? — спросила она. — Часто жалеешь о своих решениях? Кими задумался. — Иногда. Каждый день приходится выбирать между риском и терпением. На трассе одна ошибка может стоить очень дорого. — Он усмехнулся. — Но ошибки тоже чему-то учат. В этот момент официант принёс заказ. Перед Даниэлой поставили креманку с джелато глубокого ягодного цвета. — Итак. Момент истины. Она взяла ложечку. Попробовала. И замерла. Вкус был совершенно не таким, как она ожидала. Не приторным, не искусственным — а настоящим, живым, с лёгкой кислинкой, будто ягоды только что собрали с куста. — Ну? — Кими подался вперёд. — Ладно, — она подняла руки, сдаваясь. — Это действительно вкусно. Очень. — Я же говорил! Они рассмеялись — и именно в этот момент к столику подошли две девушки. — Кими, можно фото и автограф? Даниэла замерла с ложечкой в руке. Что? — Конечно, — он улыбнулся привычной, отработанной улыбкой. Девушки быстро сделали селфи, потом протянули кепку для автографа. Пробормотали «спасибо» и исчезли так же быстро, как появились. Даниэла проводила их взглядом. Потом перевела его на Кими. Потом снова в ту сторону. Потом снова на него. В голове не укладывалось. — И... что это было? — Честно? Не ожидал, что сегодня кто-то подойдёт. — В смысле? — Обычно здесь меня стараются не беспокоить. — Беспокоить? — Ну да. — Кими. — Что? — Я вообще ничего не понимаю. Он нахмурился. — Подожди. — Пауза. — Ты правда не знаешь? — Чего не знаю? — Кто я. — Ты Кими? — Нет, кроме этого. — А должно быть что-то ещё? — голос Даниэлы дрогнул от внезапно подступившего раздражения. Несколько секунд он просто смотрел на неё. А потом неожиданно рассмеялся — легко, с облегчением. — Это многое объясняет. — Что именно? — Почему ты общалась со мной нормально. — А как ещё я должна была с тобой общаться? Он выдержал паузу. — Я пилот «Формулы-1». Тишина. — Ты кто? — переспросила она. — Гонщик. «Формула-1». — Сейчас? — Да. — Настоящий? — Надеюсь, — он усмехнулся. — Иначе последние несколько лет мне приснились. И тут — словно вспышка. Гоночные уик-энды. Гран-при. Взгляды прохожих. Просьбы об автографах. Его слова о скорости, о риске, о трассах. Пазл сложился с оглушительной ясностью. Но вместе с пониманием внутри поднялось совсем другое чувство — не восторг, не восхищение, а недоумение. — И ты говоришь мне об этом только сейчас? Улыбка Кими медленно исчезла. — Я думал, ты знала. — Откуда? Мы обсуждали Италию, школу, мою семью, танцы, любимую еду... — Она покачала головой, и в голосе прорезались стальные нотки. — Ты так ловко уходил от разговора о себе, что я чувствую себя полной дурой. Кими отвёл взгляд. — Потому что мне нравилось быть просто Кими. Не пилотом, не фамилией на табло, не человеком, у которого всегда просят автограф. Просто парнем, который пригласил девушку на мороженое. — Он снова посмотрел на неё. — Впервые за долгое время. Даниэла замерла. В горле встал ком. Она хотела ответить — и не находила слов. Его признание обезоруживало. И пугало. Потому что она вдруг осознала: он был настоящим с ней с самого начала. А настоящим быть страшно. — Я... — начала она и замолчала. — Не говори ничего, — мягко перебил Кими. — Просто доешь своё джелато. Оно тает. Она посмотрела на креманку. Потом на него. И впервые за вечер поняла, что хочет узнать его по-настоящему. Без камер. Без автографов. Без «Формулы-1». Просто Кими.