Часть 1.

Анаит Четкий, но едва различимый треск льда разносился над замерзшим озером. От каждого шага в замшевых ботинках, по чистому, нетронутому льду в стороны разбегались маленькие трещинки, шум которых сопровождал женскую фигуру. Она двигалась аккуратно, плывуче, не боясь опасности, которую может принести холодная вода. Скорее наоборот, глядя на неё расслабленно-наблюдающий вид, вся тревога куда-то исчезает, оставив на своем месте созерцание зимнего елового леса, который окружает школу и Ладино озеро плотным зелёным кольцом. Рассеянные лучи солнца пробивались сквозь серые тучи, отблескивая озорными зайчиками в неспешно падающих хлопьях снега. Подхватив кончиками пальцев несколько снежинок, девушка вглядывалась в их причудливые формы до тех пор, пока идеальные кристаллики не превратятся в маленькие капли. С озорной улыбкой она повернулась к парню, стоявшем на берегу. - Смотри какие снежинки! - восхищенно проговорила Света. Ее чистый и звонкий голос отдался эхом, заполнив своим звучанием всю округу. - И не говори, - послышался внезапный голос за спиной. До боли знакомый. Анаит сжала кулаки настолько сильно, что наверняка потом на коже останутся красные полумесяцы. Она резко обернулась, крутанувшись на босых стопах, буравя взглядом фигуру парня. В голове крутилось одно - она не чувствует ничего, что её окружает. Лёд, который должен до красноты морозить кожу, не давал подобных дискомфортных ощущений, ветер, который слегка трепал волосы парня на против - её отца, никак не затрагивал саму Анаит, словно не замечая её. «Видение», прострельнула мысль, и Анаит стала пристальнее вглядываться в его фигуру. Здесь он был не таким, как сейчас - словно время отмотали назад, лет на двадцать. Молодой, без морщин и седых волос в русой капне. Сейчас они были собраны в длинный тугой низкий хвост, выглядывающий из-под шапки. Глаза в лёгком прищуре смотрели на светловолосую девушку на льду. - Лёша, иди сюда! - Девушка неохотно оторвалась от своего занятия и взглянула на стоявшего на берегу и махнула ему рукой. - Я хочу тебе кое-что показать. Он вздохнул. Было видно: он не хотел, а может, даже боялся вступать на лёд, тот мог банально не выдержать его массивной фигуры. Но в его взгляде читалось что то особенное. Любовь? Какое ещё чувство может заставить человека добровольно следовать за любимым куда угодно: хоть на хрупкий ноябрьский лёд, хоть в темноту проклятого леса, хоть в жерло самого разъяренного вулкана. Медленно, ища опору каждому шагу, он начал пробираться в сторону девушки. Анаит медленно проследовала за ним, стараясь не сильно обращать внимание на его фигуру. Больше интересней было смотреть на быстро бегающие трещинки от чужих шагов, чем на её собственного отца. - Света, иди сюда. Кажется, лёд трескается. Я не дойду. - в его голосе проскользнула тревога. Глаза с мольбой посмотрели на девушку. Та кивнула, и с той же осторожно пошла к нему на встречу. - Держись, Резник, не утонешь - хохотнула она, приближаясь на безопасное расстояние. Подойти ближе не решилась, тогда бы лёд точно провалился, и они вместе с ним. Анаит наконец смогла рассмотреть лицо той, кому её отец, кажется, ещё школьник, так тепло улыбался. Светлые волосы растрепались по плечам, длинное темно-фиолетовое пальто с эмблемой факультета «Хорс», мягко колыхалось на ветру. Хитрые серые глаза смотрели на Алексея с такой щемящей нежностью, что и его собственные. Анаит передернуло. Тем временем губы Светланы почти беззвучно зашевелились, произнося заклинание. Почти надломившийся лёд под ногами отца подсветился изнутри мягким чарующим светом, и начал медленно зарастать. Завороженная этим зрелищем, Анаит и не заметила темную фигуру, смотрящую на них с берега. Лишь почувствовала чей то взгляд, но когда обернулась, уже никого не было. Закончив ворожбу, Светлана подошла к отцу, и стряхнула с его плеча невидимые снежинки. Её взгляд бегал по его фигуре, изучая. - Спасибо, - сказал он с усмешкой, тут же подхватив её на руки под удивленное «Ох». Холодные руки наклонили девушку к потрескавшимся губам, и отец с нежностью прильнул ими к губам Светланы. Анаит скривилась и отвернулась, не желая этого видеть. - Лёшка.. - выдохнула Светлана через время, отрываясь от поцелуя, и поправляя выбившуюся прядь его волос. - Лучшая благодарность для лучшей героини, - улыбнулся он, чмокнув её в лоб. - Знаешь.. - Глаза Светланы забегали, она очень сильно боялась, место и время для разговора было не самым подходящим, но сдерживаться она уже больше не могла. Она начала сбивчиво и аккуратно, - я кое-что в себе обнаружила, и, кажется, могу помочь тебе с твоими… ну, планами, - последнее слово далось ей с трудом. Она покрутила головой, проверяя округу. Никого. Перевела взгляд на Лешу, он смотрел с неким недоумением. Все это время Анаит стояла с отрешенным видом. Ей не нравилось то, что происходит на её глазах. Любовь её отца к этой женщине, а не её матери.. причиняла ей не то что дискомфорт, а даже некую боль. Почуяв изменившееся настроение этих двоих она прислушалась. Наклонившись как можно ближе, Светлана зашептала, - в моей семье есть потомственный дар, но он передается крайне редко и непредсказуемо. Он способен помочь нам, открывая дорогу самым хитрым ходам, а которых никто и не додумается. Главное, не говори Ирецкому, - Света посмотрела Алексею прямо в глаза, настолько пристально и серьезно, он тот напрягся. - Что это за дар? Почему Костя не должен знать? - наклонив голову ближе, тоже зашептал он. - Это… - начала было Света, набирая в грудь больше воздуха. - Урок окончен, птенчики! - в лицо Анаит вновь ударил терпкий запах чая, благовоний и терпких трав. Бусины на её беспокойных браслетах и подвесках зазвенели от резкого пробуждения. – Сегодня отпущу вас пораньше, - Над лицом повисла Виктория Евгеньевна. Покачивая своими рыжими, смоляными кудряшками она улыбнулась. Удостоверившись в стабильном состоянии девушки, она не задерживаясь подошла к следующему ученику. Анаит насупилась. - И для кого вообще придуманы правила союза прорицателей? Глава первая, пункт первый: никогда, и ни при каких обстоятельствах не трогать прорицателя во время транса, - пробормотала она себе под нос, поправляя длинную черную косу с вплетенными золотыми нитями. Преподавательница прорицания, сама того не ведая, оборвала возможно, самое важное и полезное видение. - Не обижайся на неё, - прошептала сидящая рядом Настя. Анаит на неё глянула. Таких красоток как Ковальская ещё поискать надо, иногда Анаит и сама не понимает, что такая девушка как она, делает в её окружении. - Она талантлива, но крайне коварная мадам, - продолжила Настя, начав собирать все магическое оборудование. Искоса кидая взгляды куда-то в сторону. - Знаю я..- отрешенно ответила Анаит. Сейчас ей не до разговоров и прерванных видений. Нужно разобраться с тем что она только что увидела, и срочно рассказать об этом тому, чья фамилия промелькнула в её оторванном от тела сознании. Быстро закончив со сборами своих раскиданных вещей - фарфоровых чашек, карт таро, пару восковых свечей и рун, девушка встала с мягкого пуфика расшитого узорами, и направилась к выходу. Найдя и надев свою обувь у самого входа, толкнула тяжелую дверь, обвешанную колокольчиками , платками и оберегами разных мастей и разновидностей, защищающих класс прорицаний от сторонних источников энергии. - Пока, Настя. Потом поболтаем, - улыбнувшись ей через плечо сказала Анаит, Настя лишь кивнула, развернулась и наконец-то спокойно направила взгляд на парня, на которого и так косилась весь урок. Анаит даже не нужно было оглядываться - она и так знала, кто это, и лишь хмыкнула, в мыслях пометила, что когда нибудь обязательно расспросит Ковальскую о том, кто видимо запал ей в душу.