Как заставить проникнуться к себе

      Рассвет в лесу начался быстро и почти незаметно. Сперва бархатная темнота ночи стала по чуть-чуть сереть, разбавляясь нежными, почти прозрачными оттенками сиреневого и голубого. Первые лучи солнца ещё даже не показались из-за гор, но небо на востоке уже налилось мягким золотисто-розовым светом, похожим на мякоть персика. Где-то далеко-далеко, за верхушками деревьев и горными пиками, солнце только готовилось к своему выходу.       Невидимый туман стелился над землёй, цепляясь за корни деревьев и влажную после ночи траву. Каждая травинка, каждый листочек был усыпан бриллиантовыми каплями росы — они дрожали и переливались в слабом утреннем свете. Воздух был прохладным и удивительно свежим — он пах влажной землёй, мхом, ночными цветами и чем-то ещё, тонким и неуловимым… Где-то в кронах деревьев робко защебетала первая птица. Ей ответила вторая, третья — и вскоре весь лес наполнился многоголосым, радостным утренним хором, приветствующим начало нового дня.       Постепенно солнечные лучи, преодолев горные вершины, хлынули в долину мощным золотым потоком. Они заскользили по верхушкам деревьев, окрашивая рыжую листву в оттенки расплавленной меди, пробились сквозь кроны и упали на лесную поляну длинными, косыми полосами света. Туман начал медленно отступать, сворачиваясь и прячась в самые тёмные уголки леса, где солнце не могло его достать. И вот наконец свет добрался до центра поляны, где вчера трещал волшебный костёр, а теперь лежала лишь кучка остывшего пепла, от которой в прозрачный утренний воздух поднималась тонкая, едва заметная сизая струйка дыма.       Мирабель сонно потянулась и перевернулась на другой бок. Однако с той стороны оказалось что-то твёрдое. Это решительно не понравилось девушке, и она нехотя приоткрыла глаза. Оказалось, что каким-то непостижимым образом за ночь она сползла со своего импровизированного спального места и теперь лежала прямо на траве, а её голова только что чувствительно стукнулась о то самое бревно. Наверное, это был знак свыше, чтобы вставать.       Вроде бы всё было хорошо: ночь прошла спокойно, — но вот утренняя роса так не считала. Стоило Мирабель приподняться, как она тут же почувствовала неприятную, холодную влагу. Задняя сторона платья была мокрой! Это было хуже, чем в любом другом месте, — ведь стоило сейчас дунуть прохладному утреннему ветерку, и простуда, а то и ангина, были бы обеспечены. Тут уж ничего не поделаешь — надо как-то срочно сушить ткань.       Мира глянула на своего спутника — Рэй всё ещё мирно спал. Дракон лежал на боку, свернувшись калачиком — или, точнее, клубочком, — обхватив свой собственный хвост обеими лапами и прижав его к груди, словно плюшевую игрушку. Смотреть на это было невероятно забавно и трогательно. Даже несмотря на внушительный рост сейчас Рэй напоминал не опасного крылатого ящера, а какого-то ручного зверька (кем по характеру и являлся по мнению Мирабель). Принцесса стояла над ним, прижимая ладошку ко рту и улыбалась во весь рот. Посмеявшись про себя, она отошла за ближайшее дерево — туда, где на траву падало яркое утреннее солнце.       Там она оперативно стянула с себя влажное платье, вытянула руки с ним вперёд, расправила ткань и подставила её под тёплые лучи. Чем скорее высохнет, тем лучше.       Спустя некоторое время Рэй тоже начал просыпаться. Дракон широко зевнул, обнажив ряд острых, как бритва, белоснежных зубов, а потом перевернулся на живот, выгнул спину дугой и сладко потянулся, вытянув передние лапы далеко вперёд и задрав хвост, — точь-в-точь как это делают кошки. Со стороны это выглядело так необычно и грациозно, что засмотреться можно было надолго. Наконец, дракон встал на лапы и обвёл поляну внимательным взглядом. Естественно, нигде не обнаружив принцессу, он нахмурился. — Принцесса? — позвал он негромко, поворачивая голову в одну сторону, в другую.       Не получив ответа, Рэй решительно направился в ту сторону, куда, по его прикидкам, могла отойти девушка. Он раздвинул лапой ветки кустов, сделал несколько шагов вперёд — и тут же замер как вкопанный. В просвете между деревьями, вся залитая золотым утренним солнцем, стояла принцесса — ткань платья она держала в вытянутых руках, суша на солнце, а сама в этот момент…              Дракон резко развернулся и практически бегом вернулся к костру, чувствуя, как его щёки заливает жаром. Он сел на бревно, скрестил лапы на груди и принялся сосредоточенно изучать остывший пепел, стараясь думать о чём угодно, кроме только что увиденного. Впрочем, уже через минуту из-за деревьев послышались лёгкие шаги, и на поляну вышла Мирабель. — Всё в порядке, я здесь! — объявила она, приближаясь. — Платье немного промокло от росы, пока я спала, но теперь всё высохло. Извини, если заставила волноваться. — Н-ничего страшного, — кашлянул дракон, всё ещё не поднимая глаз. — Бывает.       Мирабель подошла ближе и села рядом с Рэем на расстеленный плащ, подобрав ноги. Тот наконец поднял взгляд и украдкой выдохнул — кажется, неловкость миновала. — Ох… Итак, как вам спалось, принцесса? — с лёгкой, уже привычной улыбкой поинтересовался дракон, радуясь возможности сменить тему. — Спалось замечательно! — тут же оживилась Мирабель, и её глаза засияли. — Несмотря на всю эту походную обстановку, я ни разу за ночь не проснулась, и вроде бы мне даже сон какой-то снился! Что-то про… не помню точно. — Она мечтательно улыбнулась. — Я и подумать никогда не могла, что спать в лесу может быть так… здорово! Честное слово, это в сто раз лучше дома! — Очень за вас рад! — умиротворённо кивнул Рэй, и его морда осветилась искренней, тёплой улыбкой. — Я тоже хорошо выспался, хотя и без сновидений. Но это, наверное, даже к лучшему — в таких местах надо быть чутким. Так… — Он хлопнул себя лапами по коленям и огляделся. — Нам нужно что-то позавтракать, а то впереди долгий день.       Он перевёл взгляд на остатки костра — куча пепла и обугленных веток, от которой всё ещё поднималась вверх тонкая струйка дыма, говорила о том, что огонь продержался почти до самого рассвета. В теории, его можно было бы разжечь снова, но вот что жарить? — Честно говоря, я как-то не подумал о завтраке заранее… — виновато почесал затылок Рэй. — Может быть… нам всё-таки пойти обратно? Вас наверняка уже ищут.       Мирабель мгновенно помрачнела, и вся её утренняя радость куда-то улетучилась. Она вспомнила о родном доме — и на душе сразу стало тяжело. В словах Рэя, безусловно, был смысл, и очень даже здравый: они отсутствуют уже почти сутки, и во дворце наверняка поднялась тревога. Но вот идти обратно совершенно не хотелось… И нет, вовсе не потому, что идти долго. Просто принцессе не хотелось снова попадать в ту суетливую, душную обстановку, которая с минуты на минуту перерастёт в огромное, шумное торжество с толпами незнакомых людей. Теперь это всё казалось каким-то мелочным, незначительным по сравнению с тем, чем она занимается здесь и сейчас — находится на природе, вдыхает чистый воздух и радуется каждому моменту, проведённому на свободе. Тут не надо соблюдать этикет, не надо никому кланяться и улыбаться через силу — да боже мой, тут даже вспоминать про замок было некогда! — Нет, мы не пойдём обратно! — сказала она твёрдо, словно отрезала. — Я… не хочу. Тут так хорошо! Посмотри вокруг: птицы поют, солнце светит, тишина и спокойствие… А что там, в замке? Опять эта бесконечная суета, беготня из угла в угол, а потом — и вовсе запереться в бальном зале с кучей чужих людей, которые будут на меня глазеть? Нет, я не хочу этого…       Рэю, признаться, было довольно сложно понять все эти дворцовые заморочки — он никогда в них не вникал и не стремился вникать, предпочитая жизнь простую и вольную. Но он прекрасно мог понять саму Мирабель. Да что уж там, он не понаслышке знал, каково это: сидеть в четырёх стенах, скучать до зевоты и ходить строем под бдительным присмотром старших. Это ещё полбеды, а вот все эти дурацкие ожидания от торжества и сама его суть… Рэй никогда в жизни не бывал на подобных мероприятиях — такой традиционный для жителей Кешримпа праздник с помолвкой и свадьбой он видел впервые, — но интуитивно понимал, насколько это всё чуждо и неприятно принцессе.       Дракон хлопнул себя лапами по коленям и легко встал, потягивая затёкшую за ночь спину. Его хвост за спиной извивался, словно тоже решил размяться. Надо было срочно найти что-нибудь для завтрака, а потом уже сворачивать лагерь и двигаться дальше. — Принцесса, сидите пока тут, — распорядился Рэй, лапой показывая Мирабель, чтобы она не вздумала вставать. — Я сейчас быстренько схожу, найду нам что-нибудь перекусить. Негоже куда-то идти на голодный желудок. — Оу, хорошо! — послушно кивнула Мира, но тут же встрепенулась и добавила: — Только… не убивай там никого, ладно? Ну, зайчиков например…       Рэй удивлённо уставился на принцессу, — и вдруг до него дошёл смысл её просьбы. Он расхохотался в голос. — О, не волнуйтесь за это! — отсмеявшись, заверил он. — Охотник из меня, честно говоря, так себе, а вот собиратель… В общем, ждите и никуда не уходите!       Рэй решительно направился к ближайшим деревьям. Как уже говорилось раньше, лесок был совсем небольшим, так что высокую фиолетовую фигуру дракона было отлично видно среди янтарных стволов. Крылатый ящер неспешно брёл от дерева к дереву, то и дело наклоняясь, что-то подбирал с земли, внимательно разглядывал и либо клал в подставленную лапу, либо отбрасывал в сторону. Мирабель тем временем, чтобы не сидеть без дела, аккуратно «разобрала» остывший шалаш костра — раскидала обугленные ветки и старательно закидала их землёй и листьями. Неудивительно, что она это знала и умела: пару лет назад в Кешримпе случился страшный лесной пожар как раз по такой причине — кто-то из охотников не затушил костёр. Вроде бы даже кто-то погиб в том огне… Так что теперь принцесса была в разы куда ответственнее.       Вскоре из зарослей показался Рэй, причём вернулся он не с пустыми лапами. В каждой он держал по тонкой веточке, на которые, словно бусины, были нанизаны небольшие грибы — коричневые шляпки на толстеньких ножках. Мирабель не очень хорошо разбиралась в грибных сортах, но выглядели они весьма аппетитно и, главное, съедобно (по крайней мере, на вид). Дракон подошёл к принцессе и с довольной улыбкой слегка помахал перед ней своей добычей, как охотничьим трофеем. — Нашёл нам завтрак! — объявил он. — Конечно, это вам не чиабатта, но тоже вкусно и довольно питательно! По крайней мере, я так слышал от людей… И сам пробовал, да.       Рэй присел рядом с Мирабель на бревно, предварительно отряхнувшись. Принцесса с интересом разглядывала грибные «шашлычки», ожидая, что же будет дальше. Она ведь не собиралась есть их сырыми! Этот голодный, выжидающий взгляд не укрылся от дракона и вызвал у того понимающую улыбку. От Мирабель ничего не скроешь. — Вам какого уровня прожарки? — хитро прищурился Рэй, склонив голову набок. — На ваше усмотрение! — с преувеличенной официальностью, но с хитрым взглядом ответила Мирабель.       Дракон кивнул и поднёс обе веточки с грибами поближе к морде. Из его приоткрытой пасти вырвался уже знакомый всполох фиолетового пламени — на этот раз аккуратный и сдержанный. Рэй тщательно, с сосредоточенным видом обрабатывал каждый грибочек с каждой стороны, медленно поворачивая импровизированные шампуры, чтобы корочка получилась равномерной и золотистой. При этом он то и дело косился на принцессу — а та, словно маленький ребёнок, сидела с широко раскрытыми глазами и заворожённо следила за каждым движением дракона. Это было похоже на момент из какой-то волшебной книги — Мирабель никогда в жизни не видела ничего подобного и даже представить себе не могла, что будет есть что-то, приготовленное на драконьем огне!       Вскоре Рэй закончил свою ювелирную работу и протянул принцессе её порцию. На удивление, простая древесная палочка оказалась идеальной в роли шампура. Но главным были, конечно, сами грибы. С пылу с жару, покрытые аппетитной золотистой корочкой, они источали такой божественный аромат, что у Мирабель мгновенно потекли слюнки. Забив на все свои глубокие познания в этикете, принцесса смело поднесла шампур ко рту и откусила один гриб.       Это было… невероятно. Сочная, упругая мякоть буквально таяла на языке, горячий грибной сок смешался с ароматом дымка, придававшего блюду какой-то едва уловимый, волшебный оттенок вкуса, который невозможно описать словами. Корочка приятно хрустела на зубах, а внутри гриб был нежным, маслянистым, почти тающим (даже вдвойне — настолько он был шикарным). В жизни Мирабель, наверное, не пробовала ничего вкуснее! Она прикрыла глаза от наслаждения и издала тихий вздох или мычание — кто ее знает? Ведь было очень вкусно! — М-м-м… Рэй, это… это просто потрясающе! — выдохнула она. — Честное слово, вкуснее я ничего не ела! — Вы мне льстите, принцесса, — смущённо отмахнулся дракон, но было видно, что похвала ему приятна. — Это всего лишь обычные лесные грибы… Всё дело в правильной прожарке.       Рэй тоже не стал отставать и принялся снимать по одному грибочку со своего шампура — ему они были, что называется, на один зуб. Но, как он и говорил раньше, даже таким небольшим количеством пищи дракон мог наесться надолго.       Так они и сидели какое-то время под лучами утреннего солнца. Завтрак получился простым, но при этом невероятно вкусным.       Дома, в замке, принцесса смогла бы получить жареные грибы разве что на каком-нибудь торжественном ужине, потому что просто так, для одного человека, никто не стал бы разжигать печи и готовить — слишком много возни. Да и сложно это было… А тут — портативная зажигалка в лице дракона, и никакой лишней суеты! Ну разве не чудесно? Рэю, кстати, тоже так казалось — он то и дело поглядывал на принцессу и, замечая выражение искреннего удовольствия на её лице, невольно улыбался в ответ. Ему нравилось делать людей счастливыми, но видеть такой восторг от такой мелочи, как завтрак… Это было особенно приятно.       Вскоре нехитрая трапеза подошла к концу. Принцесса с довольным вздохом встала с бревна и потянулась, разминая красивые и стройные ножки после долгого сидения. Затем она подняла с плаща свою соломенную шляпку, старательно отряхнула её от травинок пылинок и уже собиралась водрузить на голову, но сперва попыталась хоть как-то расправить волосы. Без расчёски, проведя целую ночь в лесу, это было трудновато — пряди путались и никак не хотели укладываться в приличную причёску… — Держите, — раздался мягкий голос над ухом. — Вам нужнее, как я погляжу.       Мирабель обернулась и увидела, что Рэй, тепло улыбаясь, протягивает ей красивый резной гребень. Гребень был деревянный, покрытый резьбой в виде виноградных лоз и крошечных цветов. Но, присмотревшись, оказалось, что лозы были… Драконом! Он опоясывал цветы как змея, а на верхушке гребня грозный ящер раскрывал пасть.       Глаза принцессы округлились от удивления, и она медленно приняла предмет из фиолетовой лапы. Гребень удобно и приятно лёг в ладонь, и на ощупь был гладкий с приятной текстурой дерева. Плавными и осторожными движениями Мирабель принялась расчёсывать свои спутанные локоны, но её постоянно что-то отвлекало. А именно — пристальный и задумчивый взгляд дракона, который он и не пытался скрывать. Он смотрел на неё с каким-то странным, трудно читаемым выражением — не то восхищённым, не то задумчивым. Кажется, принцесса догадалась, чего он хотел. Собственно, а почему бы и нет? Помощь лишней не будет, а у Рэя наверняка опыта в таких делах побольше — вон у него какая роскошная грива. — Ну, хорошо… — она обернулась к дракону и, слегка смущаясь, спросила: — Не поможешь мне? — Сочту за честь, принцесса, — тихо отозвался Рэй.       Дракон встал с бревна, в два шага приблизился к девушке и зашёл за её спину. Он бережно взял гребень из её рук и так же аккуратно снял с её головы соломенную шляпку, которую тут же отдал принцессе. А затем девушка ощутила прикосновения к своим волосам.       Это было прям таки волшебно. Рэй работал гребнем плавно, неторопливо, размеренно. Его лапы двигались на удивление деликатно и ласково — он распутывал прядь за прядью, ни разу не потянув и не дёрнув, и делал это так осторожно, словно прикасался к сокровищу. Солнце поднялось уже достаточно высоко и освещало верхушки деревьев, вокруг щебетали птицы, где-то вдалеке шелестела листва от лёгкого ветерка, а путешественники сидели в наполненном утренним светом лесном «храме», и единственным звуком был тихий, ритмичный шорох гребня. Мирабель прикрыла глаза от удовольствия и сама не заметила, как начала легонько, едва заметно покачиваться в такт движениям гребня. — Готово, — негромко произнёс Рэй спустя несколько долгих минут.       Принцесса, словно очнувшись ото сна, скромно поблагодарила дракона и снова надела на голову свою шляпку — теперь-то уж точно создавалось ощущение, что с причёской всё в полном порядке. Сама она ни за что не справилась бы так хорошо — точнее, справилась бы, но… У дракона точно лучше получилось. Сам Рэй, хмыкнув, ловким движением лапы в пару взмахов причесал и свою пушистую гриву, а затем спрятал гребень обратно в сумку. Теперь, когда оба привели себя в порядок, можно было со спокойной душой отправляться дальше. — Ну что, вы готовы продолжать нашу «однодневную» прогулку? — с ироничной ухмылкой поинтересовался Рэй, протягивая принцессе лапу, чтобы помочь ей встать с бревна. — Так-то уже второй день пошёл, на минуточку. — Готова! — с вызовом ответила Мирабель, принимая помощь и поднимаясь. Она хитро улыбнулась и добавила, глядя ему прямо в глаза: — И нет, возвращаться я точно пока не собираюсь. Даже не уговаривай. — Гм… Если честно, то я тоже не хочу возвращаться, — признался вдруг дракон. — Мне… нравится проводить с вами время, принцесса. — Он на мгновение прикрыл глаза, словно сам удивляясь собственным словам, и тут же поспешно добавил: — И защищать вас, конечно же! Это мой долг… Итак, пора в путь!       Дракон решительно развернулся в сторону тропинки, по которой они вчера пришли на эту чудесную поляну, и бодро зашагал к ней, чуть помахивая хвостом. Мирабель, подхватив с земли свой слегка подвявший за ночь букетик, поспешила за ним. Цветы, кстати, действительно немного потеряли свою свежесть, так что им обязательно нужно будет найти какую-нибудь вазу или хотя бы ручей, чтобы освежить… Ну, вдруг по пути встретится что-то подходящее? А пока можно просто наслаждаться путешествием, красотой вокруг и компанией друг друга.

***

      Дорога, по которой они пошли, лентой вилась среди невысоких холмов, то ныряя в тенистые низины, то снова выбегая на залитые солнцем пригорки. Вокруг простирались луга, покрытые ковром различных красивых цветов, которые сменялись аккуратными рощицами. Воздух был настолько прозрачным и свежим, что, казалось, никто и ничто его не трогал многие столетия. Где-то высоко-высоко в лазурном небе парила одинокая птица, и её пронзительный, свободный крик разносился над долиной — либо хищник, либо ещё кто-то… Принцесса не сильно разбиралась в птицах. Мирабель то и дело останавливалась, чтобы вдохнуть поглубже и просто постоять, чувствуя, как ветер словно обнимает её. Она была счастлива.       А потом начался Янтарный лес. Сперва среди обычной травы стали появляться отдельные золотисто-рыжие деревья, но чем дальше они шли, тем больше становилось этих деревьев, тем гуще смыкались их кроны над головой, и в какой-то момент путники словно пересекли условную границу и оказались в совершенно ином мире — мире, где все краски были тёплыми, осенними, хотя на календаре царило лето. Листья над головой были всех оттенков пламени: от нежно-абрикосового до густо-багряного. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь эту рыжую листву, окрашивали всё вокруг в тёплый свет, и казалось, что лес светится изнутри, как гигантский китайский фонарь. Под ногами тихо шуршал мягкий ковёр из опавших листьев — янтарные деревья славились хрупкостью своих ростков. — Как же я обожаю тут гулять! — вздохнула Мирабель. Она закружилась вокруг ближайшего дерева, и её белое платье волнами колыхалось на фоне рыжей листвы. — Я была здесь очень-очень давно! Папа сейчас постоянно занят какими-то важными делами, хотя я недавно даже сама предлагала ему съездить сюда, как раньше… Но… — А вы говорили ему, что вам очень хочется сюда? — мягко спросил Рэй, останавливаясь в нескольких шагах и наблюдая за принцессой. — Мне кажется, король бы согласился. Вы же его дочь, он вас очень любит. — Конечно говорила… — вздохнула Мирабель, и её улыбка на мгновение стала грустной. — Но он, скорее всего, просто забыл. У королей очень короткая память на такие просьбы. Вот что-то связанное с политикой — это пожалуйста…       Она подбежала к одному особенно большому янтарному дереву — настоящему исполину с толстым, в несколько обхватов, стволом — и вдруг по-детски обняла его, прижимаясь щекой к прохладной, чуть шершавой коре. Солнце, конечно, светило вовсю, но сквозь густую крону пробивалось плохо, и дерево хранило приятную прохладу. Рэй встал неподалёку от принцессы и, скрестив лапы на груди, прислонился спиной к соседнему стволу, с улыбкой наблюдая за этим трогательным взаимодействием девушки и природы. Ей тут так нравилось… И ему нравилось видеть её такой.       Мирабель не могла стоять на месте. Отпустив дерево, она побежала дальше, то и дело наклоняясь, чтобы подобрать с земли особенно красивые листья. Она что-то тихо напевала себе под нос, перепрыгивала через корни, иногда замирала и смотрела вверх, где сквозь огненную листву проглядывало ясное голубое небо. Её переполняла такая чистая радость, что она, кажется, светилась изнутри — ее улыбка это показывала.       Они двинулись дальше. Принцесса то убегала вперёд, то возвращалась обратно к Рэю, хватала его за лапу и тянула посмотреть на какое-то особенное растение, на интересную форму ствола или на ещё какие-нибудь простые, но любопытные лесные находки. Она то принималась кружиться, раскинув руки и подставив лицо ласковому ветерку, то садилась под тень деревьев и смотрела на красивое зрелище — как кроны пронзает солнце и сковщь просветы в лес опускаются яркие теплые лучи, похожие на ниточки. А Рэй всё это время шёл рядом и просто любовался. Любовался этой удивительной девушкой, которая, сбросив с плеч груз королевских обязанностей и страхов перед будущим, превратилась в весёлую и беззаботную девочку, для которой весь мир был полон чудес. И на душе у дракона было так спокойно и хорошо, как не было уже очень, очень давно.       Но с другой стороны, Рэй прекрасно понимал, насколько все эти, казалось бы, простые и мимолётные моменты были важны для неё. Ведь именно об этом она и мечтала всё то время, что провела в одиночестве. Мечтала о том, чтобы вот так гулять по лесу, вдыхать полной грудью утреннюю свежесть, любоваться природой не через оконное стекло, а воочию. Мечтала сидеть где-нибудь на поляне и читать свои любимые книги. А ведь всего этого она могла лишиться на одном-единственном дне. На своём же собственном дне рождения, который должен был стать не праздником, а днём прощания со свободой. Дракон нахмурился, провожая взглядом кружащуюся среди деревьев Мирабель, и в его груди защемило от странной горечи. Неужели у этой красивой, умной, удивительной девушки нет такого человека, которому она могла бы подарить свою любовь и отдать всю себя без остатка? Того, кто оценил бы её не за титул, а за сердце?       Ведь кто-то же теряет такую удивительную принцессу… Кто-то, кто даже не знает, какое сокровище ускользает у него прямо из рук.       Затем они пошли дальше. Мирабель вприпрыжку бегала между деревьями, кружилась вокруг их толстых стволов, на мгновение скрываясь из виду и тут же появляясь с другой стороны, словно играла с Рэем в прятки. Её звонкий смех эхом разносился под рыжими кронами. Дракон шёл рядом, поглядывая то на причудливые узоры листвы над головой, то на саму принцессу, которая в своём белом платье была похожа на лесную феечку — особенно из-за шляпки. Тут было удивительно тихо — прямо как в каком-нибудь ухоженном городском парке. Пели птицы, пересвистываясь где-то высоко в крона, дул лёгкий, тёплый ветер, заставляя ветви тихо и мелодично шуршать; а впереди, меж стволов, вдруг начал проглядывать какой-то просвет. Странно — лес большой, он не должен так быстро заканчиваться… Это заметила и принцесса и, быстро переглянувшись с драконом побежала туда. — Хэй, кто первее, тот король! — звонко крикнула Мирабель через плечо и устремилась вперёд по извилистой тропинке. Её лёгкие, почти невесомые шажки позволяли очень быстро преодолевать расстояние, и со стороны казалось, что девушка прямо-таки летит над землёй. — Это вы ловко придумали, принцесса! — усмехнулся дракон и, оттолкнувшись от земли, побежал вслед за Мирабель, стараясь не отставать, но и не обгонять — пусть она выиграет.       Они весело, смеясь и перекрикиваясь, неслись по лесу. Ветки мелькали по обе стороны, солнце пробивалось сквозь листву золотыми спицами, а под ногами мягко шуршал ковёр из опавших листьев и сухой земли. Мирабель ловко огибала большие стволы деревьев, почти не сбавляя скорости, а Рэй бежал чуть позади. Его хвост, словно руль, помогал держать равновесие, а крылья за спиной были плотно прижаты, чтобы не цепляться за кусты. На какой-то миг дракону показалось, что они — двое детей, сбежавших на природу от родителей, и это чувство было настолько пьянящим, что он невольно расхохотался в голос. Ведь насколько это прекрасно — снова ощущать себя маленьким дракончиком…       Наконец деревья расступились, и путники, запыхавшиеся и раскрасневшиеся, выбежали на небольшой обрыв. Перед ними распахнулась панорама такой невероятной красоты, что оба замерли на месте. Отсюда Янтарный лес был виден как на ладони — бескрайнее, уходящее к самому горизонту море рыжих, золотых, багряных крон, волнами перекатывающееся по холмам. Где-то далеко внизу, у самого подножия обрыва, вилась тонкая ниточка тропинки — она убегала вперёд и терялась где-то там, у следующей гряды холмов, где тоже виднелись верхушки деревьев, окутанные лёгкой дымкой от палящего солнца.       У самого края обрыва стоял старый, покосившийся, но всё ещё крепкий деревянный заборчик — несколько врытых в землю столбиков и две перекладины, — к которому оба путешественника и подошли, всё ещё пытаясь отдышаться. — Вау, как тут красиво… — выдохнула Мирабель, облокачиваясь о грубые деревянные поручни и не в силах оторвать взгляд от открывшегося вида. — Я и не знала, что тут низина… — Да, действительно, — тихо кивнул Рэй, подходя и тоже облокачиваясь о забор. Тот слегка скрипнул. — Тут потрясающе интересная природа, поэтому я уже давно ничему не удивляюсь в этих краях. Но признаюсь — этот вид того стоит. — Но смотри! — принцесса вдруг оживилась и указала рукой куда-то вдаль, на бескрайние янтарные кроны, уходящие далеко-далеко вперёд, к самому горизонту. — Тут будто море! По слухам, этот знаменитый лес тянется по всей границе королевства, а это многие-многие километры. Говорят, кое-где он вообще непроходимый. Так и хочется в нем ещё раз пробежаться… Прям дух захватывает!       Дракон промолчал, лишь легко улыбнувшись уголками губ и переведя взгляд с горизонта на круглое от восторга лицо принцессы. Они немного простояли плечом к плечу, молча любуясь красотой, расстилающейся перед ними. Ветер играл волосами Мирабель и пушистой гривой Рэя, пока они смотрели вниз. Интересно, куда ведёт эта тропинка, что убегает по самому краю обрыва куда-то вниз? — Пойдёмте вниз? — предложил Рэй, кивая головой на тропинку сбоку. — Вид отсюда, бесспорно, королевский, но, может, там, внизу, найдётся что-нибудь ещё интереснее. Тем более, тут забор — значит, тут кто-то живёт. Может, где-то поблизости и населённый пункт есть? — Кстати… А это интересное предположение, — принцесса повернулась к дракону, приложив палец к губам в задумчивом жесте. — Я не помню, чтобы мы когда-нибудь ездили по этой дороге. Так что… Пойдём, почему бы и нет? Другого пути я всё равно пока не видела. — Тогда не будем торопиться, — учтиво сказал Рэй и первым шагнул в сторону тропинки, увлекающей вниз по склону. Мирабель быстро догнала его и с улыбкой пошла рядом.       Они медленно спускались по извилистой дорожке, что серпантином вилась вдоль обрыва. С одной стороны от них высилась рыжая стена «верхнего» леса, а с другой открывался всё тот же захватывающий дух вид — только теперь он становился всё ближе, всё объёмнее, и детали проступали ярче. Солнце стояло довольно высоко и заливало долину ослепительным светом, от которого янтарные кроны внизу буквально светились. Мирабель то и дело останавливалась, чтобы перегнуться через забор и посмотреть вниз, и Рэю приходилось каждый раз мягко, но настойчиво напоминать ей, что ограда тут не везде и что падать с обрыва совсем не обязательно. — Принцесса, расскажите-ка что-нибудь интересное! — вдруг улыбнувшись, произнёс Рэй и посмотрел на девушку. — Вы же так много читали… Наверняка знаете тысячу историй.       Мирабель удивлённо усмехнулась, выпрямилась и повернулась к дракону. — И что же тебе рассказать? — весело поинтересовалась она. — Детектив? Сказку? Или, может, что-нибудь из любовных романов? Боюсь, последнего ты не оценишь. — Ну… — Рэй задумался, и его лиловые глаза стали серьёзнее. — Например, есть ли в вашей жизни кто-нибудь, за кого вы бы вышли замуж? Не по приказу, а по сердцу? Кто-нибудь, кто будет рядом с вами, поддерживать и защищать?       Принцесса задумалась, причём не просто сильно, а полностью ушла в свои мысли. Её лицо при этом чуть омрачилось, и вся недавняя весёлость куда-то спряталась, уступив место той самой внутренней тяжести, что она носила в себе последние дни. Наверное, задавать такой вопрос действительно не стоило… Уже и сам Рэй засомневался в правильности своего предложения — он, по сути, ляпнул первое, что выудил из самого себя.       Уже несколько минут пара шла в тишине, которую нарушал лишь шум ветра в деревьях и далёкое пение птиц. Мирабель задумчиво смотрела куда-то вниз, в обрыв, а Рэй, заложив лапы за спину, оглядывался по сторонам, пытаясь хоть чем-то заинтересовать себя и не выдать собственного волнения — он чувствовал, что принцесса сейчас скажет что-то важное. — Да, есть такой… — наконец тихо, почти шёпотом произнесла Мирабель, и её голос прозвучал так беззащитно, что у Рэя сжалось сердце. Она не смотрела на него — её глаза были подняты к небу, к медленно плывущим облакам. — Он… понимает меня. По-настоящему понимает. Знает о моих желаниях, о моих страхах… Я ему доверила и свои чувства по поводу предстоящего праздника, и всё то, что камнем лежало на душе. Он… действительно меня выслушал и дал верные советы, такие, о которых я даже не задумывалась, но они были на поверхности. Но есть и другая сторона — я никак не смогу выйти за него замуж. Да и вообще… Не думаю, что он меня любит или что-то в этом роде… Наверное, я для него просто… принцесса.       Мирабель замолчала и словно от холода схватила себя за плечи. Но в тот же миг рядом оказался Рэй — он шагнул ближе и одной лапой мягко, бережно обнял девушку, притянув её к своему боку. От этого простого жеста веяло защитой, что Мирабель вздрогнула и подняла удивлённый взгляд на дракона. Тот же смотрел то на грунтовую дорогу под ногами, то на неё, и в его волшебных глазах читалось такое глубокое и искреннее понимание, что слова были не нужны. — Главное — это не бояться, принцесса, — произнёс дракон негромко. Его голос звучал твёрдо, но в то же время ласково. — Вы должны быть сильной и не сомневаться в своих чувствах. Если они настоящие, если они сильны — тогда вы обязательно признаетесь своему возлюбленному. И уже тогда поймёте, насколько сильно он любил вас… И любил ли вообще. Ведь чувства — довольно сильная вещь, и хоть мне порой их трудно понять, я знаю одно: вы точно сможете найти верное решение. Потому что вы смелая. Гораздо смелее, чем сами о себе думаете.       Мирабель стояла, не в силах вымолвить ни слова. От этих простых, но таких неожиданных слов у неё перехватило дыхание. Ей вдруг стало невероятно легко — словно камень, что давил на грудь все эти дни, вдруг упал. Она посмотрела на дракона широко раскрытыми, сияющими глазами, в которых всё ещё блестели непролитые слёзы, но теперь к ним примешивалось что-то новое — благодарность, надежда и что-то ещё, чему она пока не находила названия. — Спасибо тебе… — прошептала она, и её губы дрогнули в робкой, но искренней улыбке.       Вместо ответа принцесса вдруг порывисто обняла лапу Рэя обеими руками, прижалась к ней щекой и на какое-то время просто так стояла. Дракон застыл, боясь пошевелиться, но уже через мгновение его морда озарилась тёплой улыбкой. Он не убирал лапу — просто позволил ей вот так идти. Так они и продолжали путь какое-то время, пока сердце принцессы не перестало волнительнр биться. Затем Мирабель мягко отпустила лапу дракона, поправила шляпку и, не сказав больше ни слова, пошла рядом — но теперь в её походке снова появилась лёгкость.       Дорога уводила их всё дальше и дальше, петляя вдоль обрыва и постепенно спускаясь в долину. Два силуэта удалялись по тропинке, становясь всё меньше и меньше, пока не превратились в две крошечные точки на фоне бескрайнего огненного леса. А вид медленно отдалялся, открывая панораму Янтарного леса во всей его величественной красоте, и где-то там, рука об лапу, шли те, кто ещё вчера даже не подозревали о существовании друг друга. Что же сулит им новый день?

*** Утром того же дня ***

      Начало дня выдалось неспокойным. Вместо того чтобы отдыхать после долгой дороги, с десяток рыцарей ходили туда-сюда по полю, шаг за шагом прочёсывая местность. Их доспехи тускло поблёскивали под утренним небом, а лица были сосредоточенными и мрачными. Путь из замка к нижнему городу занял совсем немного времени, но даже этого короткого срока было достаточно, чтобы заставить главного зачинщика столь ранней экспедиции нервно копаться в бумагах.       Группа людей всё ещё осматривала простую деревянную повозку, одиноко стоящую посреди пыльной просёлочной дороги. Не надо было быть великим сыщиком, чтобы понять: у транспортного средства сломано колесо, и именно поэтому телега здесь и брошена. Ночной ветер, к сожалению, успел замести почти все следы на грунтовке, так что никакой дополнительной информации выяснить не удалось. Лошадь, судя по всему, вернулась в город, а вот куда делись ее пассажиры — оставалось только гадать.       Тут же, немного правее основного пути, стояла красивая карета. Кремовые тона её кузова были разбавлены благородным, глубоким красным — цветом Эмберийского дома. Транспорт выглядел не только богато и со вкусом, но и на редкость внушительно — сразу было видно, что он создавался для долгих путешествий. Крепкие колёса с металлическими ободами, усиленные рессоры, плотные шторки на окнах — всё говорило о том, что владелец привык к комфорту, но не чурается и дорожных тягот. Но главное, конечно, было не снаружи, а внутри.       На удобных мягких креслах, обитых тёмно-алым бархатом, сидел привлекательный молодой человек со светлыми волосами, уложенными в аккуратную, но слегка растрепавшуюся причёску. Его красивое, аристократическое лицо было омрачено глубокой думой, которая, судя по всему, настигла его прямо в разгар работы. На самом деле перед ним лежали не какие-то документы, а несколько физических карт. Тут же в творческом беспорядке валялись перьевые ручки, остро заточенные карандаши, линейка и циркуль.       В дверь кареты негромко, но настойчиво постучали. Молодой человек вздрогнул, оторвался от карт, глянул в сторону звука и, тяжело вздохнув, произнёс строгим голосом: — Да, входите!       Дверь распахнулась, и в проёме показался парень лет двадцати, облачённый в лёгкую дорожную броню. По живым карим глазам и тёмной, слегка взлохмаченной стрижке в нём было легко узнать Данте. Верный оруженосец склонил голову в знак почтения, аккуратно переступил порог кареты и присел на скамью напротив своего господина, положив руки на колени. — Ну? Докладывай, — коротко бросил принц Коннор, не поднимая глаз от карт. — Милорд, поездка в город ничего не дала, — ровным, но слегка расстроенным тоном отчитался Данте. — Дозорный на воротах сказал, что вчера в интересующее нас время была не его смена. Его коллега, который дежурил, видел лишь саму телегу, но не видел пассажиров. Да, он был удивлён тому, что повозку потом бросили на дороге, но решил не вмешиваться и проверять не стал. По сути, никаких свидетелей нет. — Проклятье… — сквозь зубы процедил принц, тяжко вздохнул и устало потёр переносицу.       Данте заинтересованно поглядел на разложенные перед хозяином бумаги и чуть приподнял бровь. — Что вы делаете, милорд?.. — Изучаю карты местности, — нехотя пояснил Коннор, откидываясь к спинке сиденья и позволяя себе на мгновение прикрыть глаза. — При всей моей искренней любви к здешней природе, ландшафт может сыграть с нами злую шутку. Тут, видишь ли, холмы и много резких низин, — он неопределённо ткнул пальцем в случайное, казалось бы, место на карте, — а это значит, что на карете проехать получится далеко не везде. Придётся где-то пересесть на лошадей, а где-то и вовсе идти пешком. Да и я, честно говоря, не так уж часто тут бывал… Но дорога, если смотреть по карте, тут по сути одна, так что с пути не собьёмся. По крайней мере, я на это надеюсь.       Принц снова тяжело вздохнул, приглаживая ладонью свою и без того безупречную причёску. Было видно, что вариантов развития событий у него в голове множество, но действовать нужно быстро — каждая минута на счету, каждая секунда промедления уводит принцессу всё дальше. Коннор бросил короткий взгляд на Данте, и тот, поняв господина без слов, выглянул из кареты и махнул рукой остальным рыцарям. Те, повинуясь безмолвному приказу, тут же разбежались к своим лошадям, пасущимся неподалёку. — Если будем действовать оперативно, то быстро найдём принцессу… — решительно произнёс Коннор, сжимая руки в замок и кладя их на стол. Его голос зазвучал куда увереннее. — Она или они — сейчас неважно… Пешком далеко не уйти, тем более по такой пересечённой местности. Мы нагоним их. — Данте молча кивнул, всем видом выражая полную готовность. — И если она в беде, если её удерживают силой или обманом, то я любыми способами верну её домой! Кем бы ни был тот, кто похитил её… Я человек чести. За преступление всегда следует наказание!       И глаза принца грозно сверкнули из-под сдвинутых бровей — та самая стальная решимость, что не раз приводила его к победе в битвах, теперь была направлена на поиски пропавшей невесты. Данте, встретив этот взгляд, лишь коротко кивнул и выбрался из кареты, чтобы поторопить остальных.

Часики то тикают.